Лишнее внимание (Нью-Йорк)

Мы решили не останавливаться на половине пути и всё же поехали дальше. Вообще, Китай был категорически против, и уже минут двадцать пытался меня переубедить, в то время как Америка подозрительно притих и ехал себе спокойно, слишком уж непринуждённо обгоняя другие автомобили. Я старался не думать о ноге, ведь каждый раз при случайной мысли она начинала ныть сильнее прежнего. Всё ещё злясь на Штаты, я сидел, закинув ногу на ногу, со скрещенными руками и смотрел вперёд, изредка на водителя, а ещё реже - заглядывал в зеркало заднего вида. И пусть Китай сидел позади, я чувствовал его руку на своём плече, и это даже успокаивало. Но его излишняя обеспокоенность со временем тоже начинала меня подбешивать: то и дело он "ненавязчиво" намекал на то, что мне может стать хуже и лучше обратиться в больницу во избежание заражения или что-то в этом роде. А мне кажется он так там всё обработал, что всякая зараза фиг проберётся... После очередного упоминания, я всё же случайно повысил голос, сказав перестать нянкаться со мной, и разговоры в машине прекратились. Мы пробыли в тишине достаточно долго, потом встали в пробку и Америка неловко посмеялся: – Давайте... Чтобы сгладить этот неприятный моменти-и-ик... – он убрал руки с руля и тихо хлопнул в ладоши, повернувшись ко мне, потом и к Китаю, – я что-нибудь о себе расскажу. А потом добавил звонкое "тс-с", чтобы Китай не смог его перебить: – Ты, я согласен, можешь это уже знать, я тебя... Знаю! Я непроизвольно нахмурился и тяжело вздохнул. – А для Росси это может быть вполне любопытно. К примеру... Могу рассказать что-нибудь о нефтяных компаниях? – Нет, – даже не задумываясь о выгоде, которую мог бы получить с этой информации, фыркнул я, как-то вообще не желая никого слушать. – По-твоему, это интересно? – подхватив моё недовольство, начал Кит, и я было подумал, что он на моей стороне... – Лучше расскажи что-нибудь простое или забавное. Разве сам не хочешь отвлечься от мыслей о работе? Америка понятливо окнул, я же совсем отвернулся к окну, приложившись лбом о стекло. – Ам... – только Штаты так сразу ничего и не вспомнил, и попытался оправдаться: – Не то чтобы у меня не происходит ничего забавного... Просто в последние годы я не замечал ничего... Ох, нет, не так... А машины спереди встали как вкопанные. Движение вообще прекратилось... Я слегка приподнял взгляд и из окна напротив на меня смотрело пушистое облако с чёрными маленькими глазками. Я отпрянул от окна и угрюмость немного сошла с лица. – О. – Встрепенулся американец, – поговорим о собаках. Эти двое тоже заметили маленькую собачку на заднем сидении машины, что остановилась рядом. – Это шпиц, – продолжил тот, – сейчас скажу даже точнее... Хм... На самом деле мне с чего-то стало полегче. У меня не было собаки никогда, но всегда хотелось. Я не спрашивал отца напрямую, но знал, что он был против. По-крайней мере, он отказывал Беларуси в заведении кошки... И я опущу тот факт, что она всё равно нашла котёнка на улице и держала на заднем дворе в самодельном домике. Я так сделать не мог... Во-первых, отхватил бы сильно, если бы прокололся, а во-вторых... Ладно, это была единственная причина. Я смирился, но никогда не проходил мимо чужих питомцев. И тут даже такие миниатюрные, карманные, можно сказать, улыбку вызывали. Сейчас я не улыбался, но значительно повеселел. – Вроде... Японский. Карликовый... – выудил Америка, немного ближе ко мне наклонившись, чтобы получше посмотреть. А пёсик заметил и стал активнее протирать лапками стекло, будто бы шире заулыбавшись. Тоже внимание любит... – Но я не уверен, их больно много развелось. Там это... – Померанский, думаю, – присоединился Китай. – Просто померанский. Я не понимаю как их вообще можно различать. Мне и угадать будет сложно, если передо мной не овчарка с биглем. Да это в принципе уже половина пород, мне знакомых. – Просто померанский? – хмыкнул американец, – ну... Возможно ты прав. – Беленький, – завершил друг. – Ха-ха, – посмеялся Штаты, возвращаясь в прежнее положение, так как пробка начала рассасываться. – Тебе нравятся собаки, Росси? Я всё же повернулся и сел ровно, опустил ногу, ибо она начала затекать. Немного стрельнуло, но стерпеть было можно. Заместо того чтобы недовольствовать по этому поводу, я ответил. Даже больше, чем планировал: – Да, нравятся. Я хотел себе собаку когда был младше, но отцу бы это не понравилось. Штаты понимающе хмыкнул, после чего попытался меня приободрить: – Ну... Теперь с этим проблем быть не должно, правда? Мы можем заглянуть в питомник или типа того. Сразу после запланированного шоппинга. Я посмотрел на него как на идиота. Слишком беспечно говорит о таких вещах, даже не задумываясь о том, какие эмоции это может у меня вызвать. – Мне сейчас совсем не до собаки. Штаты подмял губы и осознал глупость, что только что сказал. Ну или мне так просто показалось. Снова разговор повернул в не самое приятное русло. – Да и покупать её здесь - идея не очень хорошая, – включился Кит, слегка выглядывая вперёд, – у России много дел в будущем, собрания и перелёт обратно в Москву. Собаке это навряд ли понравится, особенно если она будет крупная. – А ты бы хотел крупную собаку, Росси? – американец продолжил заваливать меня вопросами, только на этот раз словно не от скуки или навязывания, а даже с каким-то спокойным любопытством. Он смотрел то на дорогу, то перемещал взгляд на меня. – Да, – отвечаю, а после угадываю, какой вопрос был бы следующим: – Мне даже не так важна порода, мне нравятся все собаки. Америка сначала задумался, а потом выдал: – Даже голые мексиканские? – и смешно поморщился. – Дай угадаю у кого ты её видел, – с насмешкой сказал Китай, но Штаты его перебил, посмотрев назад. – Да, у него! Господь, это такая страшная... Я... Я даже это собакой бы не назвал. Он отреагировал резко и стал очень активно жестикулировать. – Вы просто её не видели, поэтому даже представить себе не можете. У меня где-то даже фотография есть. Не помню, что я делал у Мексики дома, но когда это чудовище выбежало на меня, я чуть не умер. – О. – Сдерживая смешок, Кит увлёкся, – раз всё настолько плохо, зачем тебе фотография? И как так вообще получилось? И пусть моё настроение немного улучшилось, это общение Китая с Америкой меня снова... Я не знаю, что испытываю. Такое чувство, словно они действительно подружились, и мне это не нравится. Понимаю, что это всё происходит из-за меня, но я не хотел, чтобы всё обернулось таким наистраннейшим образом! – Да я и сам не понял. Я ему сразу сказал, что думаю. И не только про собаку... – я потихоньку начал уходить в мысли и пропускал некоторые слова. – А этот гад мне потом, пока не вижу, в карман фотографию подложил. Я сначала выкинуть её собирался, потом подумал, что это... Не знаю, всё же муторное дело с этой печатью и все дела. Я потом пропустил значительную часть их разговора. Всё расплывалось на фоне, я смотрел вперёд и пришёл в себя когда они уже лялякали на незнакомом мне языке. – Если отвлечься от темы... Ты ведь хотел купить ему собаку, да? Я ведь прав? Когда-то ведь были такие мысли? Возможно, они подумали, что меня от размышлений лучше не отвлекать и решили поговорить. Ладно, мне стало всё равно, иногда я слишком устаю от навязчивых мыслей. Считаю, если Америка врёт, то это совсем скоро раскроется и решит мои проблемы. – Мгм. Но я не знал, как это преподнести. Союз настрого запретил мне дарить что-либо, связанное с животными. Америка с удивлением посмотрел назад. – Воу, Китти, я не ожидал, что ты станешь отвечать мне на такие вопросы. – Если продолжить меня так называть, то я прек- – Это так мило с твоей стороны, ха-ха!