m o l l y

девочка пахнет золотом девочка — огонь, только девочка пахнет холодом девочка пахнет колой и голая, но однако даже Золушка на утро пахнет полуфабрикатом

Таксист привёз Сару в самый центр мрачной промзоны. Вокруг, казалось, не было ни души. О’Нил расплатилась с водителем и аккуратно вылезла из машины. Тьма обступила девушку со всех сторон, уши сдавила угрожающая тишина. — Сара! — впереди школьница услышала знакомый голос. Словно спасительный маяк, впереди виднелся единственный фонарь, освещающий серую стальную дверь. В тусклом свете лампы стоял знакомый мужской силуэт. Сара сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями, надеясь на то, что Майкл Тёрнер не будет столь назойлив в этот вечер. Ну да, блять, конечно. Надеяться на подобное было схоже с жонглированием наточенными клинками. Сара, конечно, не была супер-интеллектуалкой, однако даже ей было ясно, что после сегодняшнего перформанса в раздевалке Майкл Тёрнер вряд ли спокойно забудет о том, что когда-то хотел трахнуть новенькую. Блять, да можно было даже делать ставки на то, сколько часов парень провёл в школьном туалете, пытаясь буквально выдрочить все навязчивые мысли из своей дурной башки. «Показав сиськи, ты разбудила Кракена, дура». В какой-то момент Сара даже подумала, что ночь, проведённая в подпольном казино, не стоит душной навязчивой компании Майкла. Однако, наскоро взвесив все «за» и «против», О’Нил мысленно отвесила себе смачную пощёчину, отгоняя прочь все дурные мысли. Поток холодного влажного ветра заставил Сару поёжиться. Тонкими заиндевелыми пальцами мисс О’Нил открыла чёрный клатч, после чего достала оттуда заранее приготовленный пакетик с десятком разноцветных таблеток и совсем небольшой пузырёк водки. Аккуратным манерным движением школьница положила ярко-оранжевую таблетку «молли» на язык и, запрокинув голову, протолкнула горькую конфету глотком жгучего алкоголя. Желудок скрутило в узел, омерзительный ком тошноты подобрался к горлу, но почти мгновенно растворился в окрыляющем чувстве эйфории. Теперь даже встреча с Тёрнером казалась не такой уж и ужасной. — Привет, красотка, — поправив пятернёй чёлку, юноша смерил оценивающим взглядом брюнетку с ног до головы. Сара была облачена в чертовски узкое и безобразно короткое платье без бретелек, расшитое колючими золотыми пайетками. Длинные, слишком худые ноги были обуты в скромные чёрные босоножки на ужа-а-сно высоком (нет, реально, пиздец каком высоком) каблуке. Около получаса назад прошёл дождь, призвавший буквально из неоткуда пронизывающую насквозь прохладу. Сара переминалась с ноги на ногу, сильно куталась в кожаную косуху и постоянно поправляла чёрный клатч на золотой цепочке, висевший на правом плече. — Ого, какая золотая бейба к нам пожаловала! — делая комплимент, кажется, откровенному платью Сары, Майкл удивлённо присвистнул. — Да-да, она самая… Может, мы зайдём уже?! А то мой наряд не рассчитан на такую мерзкую погоду, — не размениваясь на пустые любезности, О’Нил сделала Майклу достаточно жирный намёк. Юноша спохватился, подлетел к огромной стальной двери и уверенно постучал в неё кулаком. — Кто? — из-за двери послышался низкий мужской голос. — Ит, открывай, это я! — Тёрнер перенёс вес тела на правую ногу и скрестил руки на груди. Замок громко щёлкнул, и огромная железная дверь медленно отворилась, наполняя пространство вокруг отвратительным скрипом. — Заходи, брат, — на пороге стоял высокий крепко сложенный мужчина. Тёрнер обменялся с охранником любезностями, повернулся к Саре и жестом показал, что пропускает даму вперёд. — Надо же, какая цыпа! — Итан от восхищения раскрыл рот, смеривая О’Нил взглядом с ног до головы. — Подбери с пола челюсть, красавчик, — бросила Сара через плечо, не думая останавливаться, начиная аккуратно спускаться в подвальное помещение по довольно крутой и тёмной лестнице. Майкл по-хозяйски усмехнулся и направился следом за девушкой. — Хей, брат, это что за киса? — охранник остановил юного Дракона, схватив Тёрнера за предплечье. — Она со мной сегодня, — гордо задрав нос, Майкл вырвал руку из крепкой хватки охранника и начал спускаться следом за Сарой. Школьница остановилась у самого конца лестницы и окинула взглядом большой зал казино. Повсюду стояли дорогие деревянные столы, за которыми сидели мужчины в шикарных костюмах и женщины в откровенных платьях. В толпе гостей казино то и дело мелькали симпатичные официантки, услужливо подавая клиентам алкогольные напитки из бара. За длинной стойкой стояли два молодых бармена в дорогих белых рубашках и чёрных выглаженных жилетках. Венчал весь этот праздник жизни огромный рисунок чёрного дракона, выгравированный на светящейся матовой панели и расположенный на западной стене. Сара заинтересованно улыбнулась, наслаждаясь обилием деталей, навевающих атмосферу книги сэра Флеминга.* — Ну как? Нравится? — подал голос Тёрнер, изображая из себя какого-то мафиози из старых фильмов. Выглядело это скорее жалко, чем круто: обнаглевший пиздюк решил покозырять перед девушкой, которая ему даже во сне не даст, тем, к чему он почти никакого отношения не имеет. Будто говорил: «Смотри, круто, да? Это казино банды, в которой я состою!» Ну да, блять, конечно, носит главарю виски из бара и моет полы в казино — хорош бандит, ничего не скажешь… — Ну, неплохо. Только вот… — Сара сморщилась, оценивая взглядом людей в джинсах и чёрных кожаных куртках, — «Чёрные Драконы» хоть и были хозяевами казино, но совершенно не заботились о том, что бессовестно портили утончённую атмосферу заведения своими невзрачными нарядами. — Если бы вы хоть когда-нибудь снимали свои чудесные косухи, всё выглядело бы намного круче. — Мы же «Чёрные Драконы», детка. Это наша фишка! — Майкл усмехнулся, аккуратно приобнимая О’Нил за талию. — Руку убрал! Быстро! — Сара натянуто улыбнулась и перевела на Тёрнера взгляд, полный злобы. Юный Дракон вздрогнул и почти естественно сунул руку в карман джинс. — Выпьем? В нашем баре наливают отличное пиво, — Майкл указал на барную стойку приглашающим жестом. — Да-да, всегда мечтала выпить в казино пива, — Сара саркастично рассмеялась и уверенным шагом направилась к барной стойке, оставляя Тёрнера наедине со своими эмоциями. Юноша нахмурился и сжал зубы до звона в ушах. Сука. «Ну ничего, детка, мы с тобой ещё поиграем». — Привет, красотка, что пьёшь? К таким небесно-голубым глазкам идеально подойдёт «Голубая лагуна»! — симпатичный бармен заметил Сару, когда она только приближалась к стойке. — Малыш, прости, но к таким дешёвым комплиментам у меня давно иммунитет, — О’Нил облокотилась на стойку и обворожительно улыбнулась. — Налей мне один «Southside», пожалуйста. — Привет, Икс, — к бару подошёл Майкл и по-хозяйски облокотился на стойку. — О-о-о, малыш Майки! Прости, но сегодня лимонад не наливаем, — бармен усмехнулся. Сара рассмеялась, чуть не подавившись своим коктейлем. — Иди к чёрту, Ксандер, — Тёрнер сжал ладони в кулаки и нахмурился. — Брось, Ма-а-айки! — Сара не упустила возможности влезть в диалог, начиная противно растягивать имя Тёрнера. Нужно было отдать должное юному дракону: он продолжил гнуть свою линию, не снимая с лица натянутую улыбку. — Красотка, повторить? — уже начиная заливать ингредиенты в шейкер, Ксандер обратился к юной леди О’Нил. — Да-да, — брюнетка сунула руку в клатч, пытаясь достать пакетик разноцветных колёс. «Одну? Или две? Чёрт, как же сложно. Похуй. Я сегодня гуляю. Две». Тонкими пальцами Сара достала из клатча две ярко-розовых таблетки и аккуратно положила их себе на язык. — Что это? — Тёрнер прищурился, особо не придавая значения происходящему. — Это?.. Таблетки от головы. Разболелась от душной компании одного придурка, — Саре было уже всё равно: девушка попала в казино, и Майкл был ей, видимо, больше не нужен. О’Нил проглотила две горьких таблетки вместе с щедрым глотком прохладного коктейля с лёгким привкусом джина. — Ладно, пупсики, я пошла играть в рулетку во-о-он с теми большими и суровыми дядями! Не скучайте, — придерживая бокал в правой руке, Сара отошла от барной стойки и, покачивая бёдрами, искусно балансируя на чертовски высоких шпильках, направилась в сторону стола с рулеткой. Майкл молча проводил её взглядом. Ксандер отставил в сторону протёртый бокал и наклонился ближе к Тёрнеру. — Пиздатая. — Я знаю, — будто обдумывая план, Майкл качнул головой, не сводя с Сары глаз. Девушка уже просочилась к столу с рулеткой, достала из сумки стопку денег и заявила другим гостям о своём желании играть. — И что будешь делать? — бармен поставил рядом с юным Драконом стакан с двойной порцией скотча. — Не знаю, но сегодня я её точно трахну, — юноша залпом выпил предложенный барменом скотч и направился в сторону стола с рулеткой. К часу ночи тяжёлый спёртый воздух казино начал вызывать тошноту. Сара посидела, кажется, абсолютно за каждым столом: девушка поиграла в американскую и французскую рулетки, в Блэк-Джек, в Бакарру и даже высидела две игры в покер. Между подходами Сара отдыхала в баре, где Ксандер наливал гостье «Голубую лагуну», которая «идеально подходила к её небесно-голубым глазкам». Весь вечер Тёрнер ходил за брюнеткой следом, частенько что-то комментируя или пытаясь давать советы. И даже несмотря на то, что Сара была под кайфом, а градус алкоголя в её крови превышал допустимую норму, нервы у девушки заканчивались. Игра в покер шла по-крупному; мало-помалу опустошение души, терзаемое алчностью, страхом и нервным напряжением, становилось нестерпимым, и пробудившиеся чувства отчаянно протестовали. Уставшие выпившие гости нервно гипнотизировали свои карты. Все. Кроме Сары. Ей было нестрашно. Она отрешённо смотрела на стол, чувствуя спиной навязчивое присутствие Тёрнера. Он будто поселился в её голове на этот вечер, мешая спокойно тратить отцовские деньги. «Боже, если он ещё раз попытается увести меня куда-то из-за стола, я либо нахуй уйду из этого ебаного казино, либо придушу его цепочкой своего клатча прямо здесь!» — Хей, кис, может поедем отсюда, развеемся? — тёплая рука легла на оголённое плечо О’Нил. Девушка прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Желание пристрелить Тёрнера казалось просто невыносимым. — Господа, спасибо за игру, разделите мой банк и продолжайте играть, — Сара нервно толкнула гору разноцветных фишек в центр стола, аккуратные башенки в одно мгновение рассыпались по столу веером. — Вы были великолепны, леди, надеюсь ещё раз с вами сыграть, — какой-то представительного вида мужчина высказал своё восхищение юной тусовщице. Но Сара уже не слушала, что говорили за столом. Девушка закинула цепочку клатча на худое плечо и, немного пошатываясь, направилась к выходу из казино. — Хей, ну что, едем отдыхать? — в центре зала её догнал Майкл, который, по правде говоря, тоже очень плохо стоял на ногах. Сара остановилась, собрала в кучу остаток отравленных мыслей и резко развернулась к юноше лицом. — Ты, блять, тупой или прикидываешься?! Майкл широко раскрыл глаза и отшатнулся назад. — Если я куда-нибудь сейчас и поеду, то точно, блять, не с тобой! Иди лучше в бар, выпей чего-нибудь и успокойся! Ты мне неинтересен. В школе столько идиоток, готовых «за просто так» раздвинуть перед тобой ноги, однако почему-то ты доебался конкретно до меня! Я тебе просто не по зубам, понимаешь? Так что отвали от меня по хорошему, — Сара излишне громко топнула ногой, резко развернулась и направилась через толпу людей в сторону выхода, оставляя Майкла в одиночестве. О’Нил из раза в раз поступала как самая настоящая высокомерная сука, никогда не испытывая чувства вины или сожаления за свои слова. Так было проще. Люди привыкли не ждать от неё великих свершений, а Саре не нужно было стараться прыгнуть выше головы, чтобы оправдать чьи-то идиотские ожидания.

***

Вишня стоял в стороне, с наслаждением наблюдая за гостями казино. Его казино. Какая нахуй разница, что заведение принадлежало всей банде, а значит, в большей своей части Аарону Хиллу? Вишня почти жил в этом помещении с того самого момента, когда Аарон несколько лет назад выкупил у администрации города засранный сырой подвал в центре промзоны и с важным видом объявил, что хочет организовать в нём самое настоящее казино. Большинство Драконов тогда совершенно осознанно покрутили пальцем у виска и отказались участвовать в этой «мутной ёбани». А Вишня не отказался. «Едва вылупившийся» Дракон хотел показать себя изо всех сил, а потому нырнул в создание казино с головой, даже не представляя, что оно совсем скоро станет настоящим логовом их банды. Дом. Крепость. Семья. Вишня, скрестив руки на груди, молча разглядывал безымянных гостей и медленно осознавал то, что если бы ему дали возможность прожить жизнь ещё раз, он снова бы забил хуй на школу, сбежал из дома, сжёг свой паспорт, оказался в Сентфоре, попал под влияние Хилла и открыл казино. Его казино. Вишня медленно направился в толпу, наслаждаясь абсолютно всем, что происходило вокруг: шелест зелёных купюр, приятное шуршание игральных карт, негромкая дробь рулетки, звон бокалов, пряный аромат целой палитры парфюмов. Но любому моменту наслаждения рано или поздно суждено закончиться: Вишня выхватил глазами из толпы гостей тонкий девичий силуэт, волнообразно направляющийся в его сторону. Знакомая бандиту брюнетка, смотря чётко в пол, не очень ровно, зато о-о-очень самоотверженно дефилировала к лестнице. Где-то в груди Вишни, прямо за аортой, что-то заныло, отчаянно заскреблось, а потом вдруг в одночасье закипело и забурлило. Он сжал крупные ладони в кулаки, пытаясь контролировать злость, опасно граничащую с неудовлетворёнными желаниями. Дракон мог стерпеть от этой своенравной девицы многое — в конце концов, они были знакомы всего несколько дней, и он даже закрыл глаза на то, что в клубе Сара умудрилась наткнуться на какого-то барыгу и знатно обдолбаться. На клуб Вишне было глубоко насрать — «Hubble» был молодым заведением, находящимся под контролем глуповатого и жадного до власти Робина. Но в эту ночь Сара появилась в казино. В это место Вишня вложил все свои силы и душу. Это была его крепость, где не было места ни безымянным барыгам, ни обдолбанным малолеткам. — Какого хуя ты здесь забыла, принцесса?! — Вишня перегородил дорогу Саре, из-за чего знатно дезориентированная школьница врезалась в его грудь. — Я тоже рада тебя видеть, красавчик, — О’Нил потёрла тонкими пальцами виски и вгляделась в недовольное лицо Вишни, пытаясь не потерять равновесие. — Я спрашиваю, что ты, блять, тут делаешь? Кто тебя сюда пустил?! — уже по отработанному стандарту Дракон схватил собеседницу за предплечье, не столько пытаясь навести ужас, сколько помогая ей не упасть. — Не ори на меня, я имею полное право здесь находиться! — О’Нил нахмурилась и почти натурально топнула ногой. — Не неси хуйню, принцесса. Единственное право, которое ты имеешь в моём казино — это право на пару пинков под зад на выходе. Ты обдолбанная малолетка, тебя тут не должно быть. Если нас накроют копы, мы огребём за тебя больше, чем за всё казино! — Вишня рефлекторно сжимал пальцы на тонком девичьем предплечье. Сара тряхнула головой и подняла на Дракона раздражённый взгляд. — Слушай, хуйню из нас двоих несёшь ты. Я пришла сюда не поглазеть со стороны, пуская слюни, я принесла сюда неплохие деньги. Так что отъебись от меня наконец-то. — Чем ты ширяешься? Кто тебя накачивает? Это кто-то из наших? — словно тряпичную куклу Вишня встряхнул Сару за предплечье, будучи уверенным, что оставит на белоснежной фарфоровой коже жёлто-синие отметины. — Да какая тебе нахуй разница?! Мы своих не сдаём! Отпусти меня уже, козёл, мне больно! — школьница повысила голос и принялась вырываться из крепкой хватки уголовника. Признаться честно, О’Нил в какой-то мере даже нравилось, что впервые в жизни её не подозревали в хранении и распространении наркотиков. Вишня видел в ней школьницу, которая по своей глупости велась на уговоры мифического злого дяди, который ради наживы опустился до того, что под носом у великого-и-могучего Аарона Хилла толкал подросткам наркоту. Впервые за пару лет Сару считали жертвой обстоятельств, а не активной их создательницей. — Ага, конечно! Успокойся, принцесса, не брыкайся, я не хочу тащить тебя на руках — сильно много чести, — Вишня, не ослабляя хватки, направился вместе со школьницей в тёмный коридор, который охраняли два крепких Дракона. — Куда?! Насиловать будешь? — спрашивая с издёвкой, нежели со страхом, О’Нил нехотя пошла за бандитом. — Если бы я реально хотел тебя изнасиловать, я бы прямо здесь залепил тебе рот изолентой, закинул твою тощую фигурку на плечо и отвёз к себе домой. Мне никто и слова бы не сказал, а тебя вряд ли когда-нибудь бы нашли после этой ночи, — совершенно спокойно разъясняя не совсем трезвой школьнице свои мысли, Вишня вёл её к широкой металлической двери в конце тёмного коридора. — Залепишь рот изолентой? — переспросила О’Нил, с заметной регулярностью пытаясь выпутать руку из крепкой хватки дракона. — Тебя только это интересует? Любишь пожёстче? — удивлённо подняв правую бровь, Вишня замедлил шаг. О’Нил тактично промолчала, умело водя Дракона за нос собственной харизмой. — Что там? — опасливо спросила Сара, уперевшись ногами в пол, возобновляя попытки выпутаться из хватки Дракона. Девушку встретило угрожающее молчание. Если бы Саре не было так всё равно на свою жизнь, если бы она не гналась за каждым новым шансом получить более яркие и насыщенные эмоции, если бы она, в конце концов, не была конченной наркоманкой, О’Нил, может быть, никогда бы и не оказалась здесь. Ведь, по сути, ситуация была максимально ебаной: какой-то уголовник в кожаной куртке тащил Сару по тёмному коридору к чёрной железной двери, за которой находилось бог знает что. Знаете, чем такое обычно заканчивается в традиционных криминальных сводках? Изнасилованием. Или пытками. Или убийством. Или, блять, продажей на органы. Короче говоря, ничем хорошим подобные ситуации не заканчиваются. Какая-нибудь девица, вроде Адель Моринг, давно бы уже запаниковала, закричала и сбежала из тёмного коридора, подальше от сомнительного вида молодого человека и его ещё более сомнительных действий. А Сара шла вперёд, отпуская язвительные комментарии, с каждым следующим шагом будто ближе и ближе поднося руку к смертельно-обжигающему чёрному пламени огня. «Неужели совсем не страшно, О’Нил? Неужели ты настолько отравила свой ебаный мозг, что чувство самосохранения самовольно решило больше не иметь с тобой никаких дел? Печально». Вишня открыл тяжёлую железную дверь и, беспардонно встряхнув Сару, затолкнул её в помещение одной рукой, словно безвольную куклу. — Куда ты меня притащил?! — пытаясь избавиться от тотальной дезориентации и разноцветных вертолётов перед глазами, Сара зажмурилась и приложила холодные пальцы к ярко накрашенным векам, после чего уставилась на Вишню — единственный знакомый предмет в слабо освещённом помещении. — Заткнись, принцесса, — Дракон отмахнулся, проходя вглубь комнаты. — А ты мне рот изолентой залепи! — уперев руки в боки и как-то неестественно топнув ногой, Сара будто вычеркнула все последующие колкие фразы из их диалога: Вишня остановился и удивлённо уставился на слегка пошатывающуюся школьницу. «Если тебе так хочется изоленты, я сделаю всё возможное, чтобы заклеить ею твой постоянно открытый ротик, принцесса». — Я спрошу только один раз: какого хуя вы здесь забыли?! — грубый грудной бас заставил Сару вздрогнуть и, наконец, оглядеться. Вишня приволок обдолбанную принцессу в какую-то тёмную комнату, освещённую одной лишь настольной лампой. Вокруг стояли какие-то книжные шкафы, дорогая деревянная и кожаная мебель. Сара усмехнулась своим мыслям, подмечая, что этот клоповник отдалённо напоминал ей кабинет отца в их доме в Балтиморе. Разумеется только отдалённо. В глубине комнаты, за большим деревянным письменным столом, сидел незнакомый Саре мужчина. — Вишня, какого хрена ты сюда припёрся?! Кто это?! — незнакомец поднялся из своего удобного кожаного кресла и вышел из-за стола. — Хилл, тут творится какая-то хрень, — начал Вишня. «Отлично. Притащить сюда эту малолетнюю наркоманку ты придумал, а вот что сказать о ней боссу — нет. Молодец. Далеко пойдёшь, придурок.» — Многообещающее начало, — скрестив руки на груди, мужчина присел на край стола, по-хозяйски оглядывая незваную гостью с ног до головы. Сара, давно потеряв концентрацию, глуповато оглядывалась по сторонам, с некой тенью отвращения на лице разглядывая хоть и красивую на вид, однако по факту дешёвую мебель вокруг. — Короче, этой девчонке семнадцать, — вновь попытался начать свой рассказ Вишня. — Ебать школьниц — плохо. Верни её обратно в ту песочницу, где взял. Ты это хотел от меня услышать? Нахрен ты её сюда приволок, да ещё и в таком виде? Если нас вдруг накроет Никсон со своими идиотами, то ко всему прочему пришьют пару статей и за эту дешёвую куклу! Она выглядит как блядь с панели, которая забыла надеть что-то кроме нижнего белья. Сара любила свою одежду, она неплохо одевалась и любила тратить на гардероб хорошие деньги. Поэтому, услышав нелестный отзыв о своём внешнем виде, О’Нил среагировала молниеносно, не желая терпеть подобных комментариев от каких-то старых вонючих уголовников. — Можно повежливее? Это платье стоит дороже всего вашего типа-очень-крутого-и-элитного клоповника вместе взятого! Ты ведь здесь главный. Ты — Аарон Хилл, слышала о тебе пару нелестных отзывов в городе, — собрав в кулак остатки адекватности, Сара скрестила руки на груди, недовольно уставившись на главаря банды. Мужчина раздражённо свёл брови и очень медленно, растягивая непонятный, нелепый момент, подошёл к Саре почти вплотную. — Вишня, что это за кукла и зачем ты её сюда привёл? — будто пытаясь что-то разглядеть в удивительно спокойном лице Сары, спросил Аарон. — Она ещё и под кайфом! Глянцевый блеск чёрной чешуи и янтарные блики. Иногда густой сигаретный дым с вкраплениями серебра. Вот что можно было рассмотреть в глазах Аарона Хилла, если подобраться поближе. Что было ещё лучше — вовсе не подбираться, а с опаской подглядывать из-за угла, надеясь, что кровожадный Чёрный Дракон не заметит тебя и не утащит в свою пещеру к обеду. Но Сара не боится драконов, а потому стоит прямо, ловит красочный приход и вместе с тем пытается поближе рассмотреть всемогущего Аарона Хилла. Он уже прикидывает, кто ты, жить тебе или умереть, даже не вырываясь из скользящего водоворота мыслей, действий и контроля. Он всегда над тобой, всегда смотрит и видит. Видит то, чего не видишь ты, полсотни местных копов или тот бухой чувак у барной стойки. Сара уже сейчас видит, что Аарон до некой мании горд быть главарём банды. Несгибаемым стержнем того, что происходит вокруг. Постоянно играя в русскую рулетку с собственной жизнью, О’Нил научилась отличать красочные маски от гнилой серой правды, научилась разглядывать миниатюрные вкрапления прожитого в глазах человека напротив. И Сара видит Чёрного дракона в мелочах, не сгибаясь под его хмурым прожигающим взглядом. Он был свидетелем смерти — с губ капали капли чужой крови. Он играл роль палача — сердце не билось, а лишь лежало в груди холодным куском мрамора. Он держал в руках время — пальцы кровоточили жидкой ртутью. Он разлил по бутылкам безнаказанность и закупорил смерть — в морионовых глазах плясали черти. Под личиной Хилла клубится совершенная тьма, лижущая черепную коробку изнутри. В каждом человеке есть что-то по образу и подобию Тьмы, Сара знает это и готова признать прямо сейчас, что ни в кого Тьма не вплетена настолько естественно, как в Аарона Хилла. — Босс… — вновь подал голос молодой Дракон, тщетно надеясь на то, что ему дадут шанс высказаться. — Во-первых, меня зовут Сара. И если у тебя какая-то детская травма, связанная с куклами, то не нужно на всех женщин вокруг вешать подобные ярлыки, — глупой смелости в девчонке всегда было много, она уверенно ткнула наманикюренным пальчиком в центр широкой груди Аарона Хилла. — Слушай, я не знаю, зачем этот латентный красавчик меня сюда приволок, но я пришла в ваше ебучее казино не скандалы разводить на пустом месте. Я пришла напиться, потратить отцовские деньги и нормально отдохнуть! Да, мне, блять, семнадцать лет, ну сложилось так! Не гнать же меня теперь отсюда! Тем более, что я с собой принесла наличных больше, чем вы зарабатываете за неделю таких гулянок. Дайте мне спокойно отдохнуть и добровольно отдать свои деньги за вечер хоть какого-то веселья в этом богом забытом городе! Вишня готов был поклясться, что в это мгновение в глазах босса он увидел искренние удивление. — Что ты за птица такая? — вопрос Аарона прозвучал скорее риторически, поэтому Сара молча продолжала смотреть ему в глаза. — А отец твой кто? — Патрик О’Нил. Ты его знаешь, наверное, в губернаторы штата баллотироваться будет. И меня, может, видел, я на первых полосах время от времени. Бухая. — Не читаю. — И правильно, — Сара многозначительно кивнула. — Вы, конечно, ребята забавные, но я, пожалуй, пойду. Давайте жить дружно и не портить друг другу отдых, хорошо? Тем более, что за свой отдых я щедро плачу наличными. Аарон молча выслушал девушку и, тяжело вздохнув, отошёл к своему столу. — Я не святой, так что читать тебе морали не стану. Захочешь отдохнуть — приходи, только с моими амбалами на входе разбираться будешь сама. Если тебя не захотят пускать — истерики не устраивай и на помощь не зови. Здесь ты чужая. И даже деньги твоего папаши не купят тебе уважение, — Дракон налил в стакан немного бурбона и залпом выпил всю порцию. — Чего-чего, а уважения я никогда не ищу намеренно. Оно само плывёт мне в руки! Подцепив пальцами край платья, плотно прилегающего к груди, Сара настойчиво потянула вверх, поправляя постоянно сползающий, расшитый золотом лиф. «Какой же ты мудак, Эль Сааб! Не мог пришить этому куску тряпки рукава?!» О’Нил в последний раз окинула кабинет Аарона оценивающим взглядом и, медленно повернувшись влево, направилась к двери. Драконы молча провожали брюнетку взглядом, будто ожидая чего-то. Сара крепко сжимала кулаки, из последних сил концентрируясь на собственных ногах. Балансировать на высоких шпильках под кайфом, да ещё и в состоянии алкогольного опьянения было почти невыполнимой задачей, однако Сара справлялась отлично. «Наверное, это единственное, что ты умеешь делать хорошо. Самой не противно?» — Здесь смердит дешевым виски. Если играете в крутых мафиози — перестаньте травиться этим пойлом и накопите денег на «Фрапен». Чао, мальчики, — кокетливо откинув прядь иссиня-чёрных волос за плечо, Сара скрылась в дверях. Железные петли особенно громко заскрипели, громкий хлопок заставил Вишню машинально моргнуть, в кабинете Хилла воцарилась тишина. — Босс, она под кайфом, — зачем-то подметил Вишня, подходя ближе к главарю банды. — Я вижу, это не новость. — Кто-то пичкает малолеток всякой дрянью у нас за спиной! — не унимался Вишня, поправляя пятернёй чёрную кудрявую чёлку. — И что ты предлагаешь? — Аарон излишне громко поставил пустой стакан на стол и развернулся к другу лицом. — Я знаю, что ты беспокоишься за казино. Но у тебя нет никаких доказательств того, что её накачали чем-то у нас под носом! Будешь ходить и обвинять своих подчинённых? Приди в себя. Я вижу, как ты смотришь на неё. Я тебе не отец, но могу повторить: ебать школьниц — плохо! Вишня уставился на Аарона немигающим взглядом. — Чёрт, — выдохнул Хилл. — Забудь… Я погорячился. Иди на воздух, покури, приди в себя. А лучше езжай домой — уже почти два, выспись, я закончу без тебя. Молодой Дракон не возражал. Вишня молча кивнул и вышел прочь из кабинета, погруженный в себя.

***

Сара вышла из тёмного коридора в большой зал. Гости веселились, ночь продолжалась. Около барной стойки стоял Майкл. Юноша мгновенно поймал девушку взглядом и недобро ухмыльнулся. Сара едва заметно нахмурилась и перевела взгляд на молодого человека рядом. Симпатичный бармен тут же улыбнулся брюнетке и показательно поставил на стойку бокал с ярко-оранжевым коктейлем, как бы приглашая новую знакомую ещё выпить. Сара было хотела улыбнуться, помахать Ксандеру, ещё пару минут покрутить перед ним хвостом, однако недавняя аудиенция с Аароном Хиллом отвлекла Сару от того заветного момента, когда стоило принять ещё что-нибудь, чтобы спокойно веселиться до утра. Знакомое чувство отходняка ударило Сару куда-то в район живота. Желудок скрутило в узел, к горлу подкатил ком тошноты. Следующий «удар» пришёлся в голову — в висках разлился горячий свинец, уши пробило звоном. Тусовщица прикрыла глаза и неосознанно пошатнулась, однако на ногах устояла. Вокруг всё закрутилось водоворотом шума и ярких бликов. В казино мгновенно стало нестерпимо душно. Ей нужно было на воздух. Нужно было проглотить ещё таблетку. Нужно было закурить. ________________________________ * — 13 апреля 1953 года в свет вышла книга английского писателя Яна Флеминга «Казино Рояль». «Казино Рояль» — первый роман об агенте британской разведки Джеймсе Бонде, пропитанный атмосферой роскошного казино, покерных турниров, шпионских заговоров и осознания того, что для агента британской разведки на кату поставлено нечто большее, чем просто деньги.