Школа, суицид, любовь и ты

      Я лениво открыл глаза и зевнул. Сквозь шторы в комнату пробирались лучи яркого, осеннего солнца. По привычке я потянулся рукой под сплюснутую подушку и вытянул телефон. На экране было 6:27–время вставать. «Как же лень… И голова болит, будто я вчера выпил" Моё тело не слушалось меня, а веки сами собой закрывались. Я начал снова погружаться в сладкие объятья сна. Но умиротворённость тут же отступила, ведь будильник даже не собирался давать мне шанс выспаться. Капризно замычав, словно ребёнок, я буквально сполз с кровати и недовольно окинул комнату своим сонным взглядом. Кровать Дазай-сана была застелена, а школьная форма со стула исчезла. Не было на месте и школьной сумки. «Неужели он так рано идёт в школу?» — удивился я, поднимаясь с полу.       Утро прошло прекрасно. Я быстро очутился на первом этаже и направился в школу, в этот раз уже вовремя. Улицы Йокагамы уже были оживлены: школьники спешили в школу, взрослые на работу, дорогу пересекали сотни машин. Все магазины и кафе уже были открыты и «приглашали» всех войти. Лично меня всегда привлекали кофейни. Пройдя мимо них на улице, можно почувствовать иногда нежный или тёрпкий запах свежесваренного кофе. Хотя, сам я кофе не пью. Вот и сейчас на углу была очередная «обитель» кофе. Я на секунду остановился около застеклённых дверей и вдохнул приятный запах. На щеках от удовольствия выступил лёгкий румянец. «В будущем обязательно буду работать в кофейне!», — яростно решил про себя я, уже воображая, как готовлю напиток и… Моё наслаждение прервал чей-то голос:  — Эй, ты ведь Ацуши Накаджима, новенький, верно? Я обернулся на голос и увидел не очень высокого парня. Он был в узких очках и имел коричневые волосы, которые хаотично торчали. В руках держал пакет сладостей и сумку. Внимательно рассмотрев форму, я понял, что это тоже ученик моей школы. Я недоверчиво кивнул. Парень улыбнулся:  — Я Эдогава Рампо- президент школы. Мне стоило вчера подойти к тебе, но ты был удручён тем, что опоздал в первый же день и я решил не трогать тебя. — Он направился вперёд, а я поспешил за ним.  — Откуда Вы знаете, что я опоздал? Вам сказал кто-то? — этот вопрос мучил меня больше всего. Мой собеседник лишь растянул губы в улыбке: — Догадался. Ну, как тебе школа? Как учёба?  — Школа хорошая, — сухо ответил я, ведь у меня не было времени для осмотра школы. — Учёба? Ну, математика не даётся. — Рампо присвистнул. Наверное, я не единственный с такой проблемой. Он закинул в рот крекер и бодро ответил: — Я попрошу кого-то из учеников тебе помочь.  — Было бы здорово, — согласился я, переходя дорогу. Я не буду так Дазай-сана нагружать. Но какая-то часть меня хотела сильно запротестовать.       Вот так разговаривая обо мне, мы дошли до школы. Признаюсь честно, я был удивлён своей вчерашней слепотой. Мои желто-фиолетовые глаза всматривались во все мелкие детали. Я впервые заметил, что на воротах есть узор, а до школы идёт асфальтированная дорожка. По бокам от нее — деревянные скамейки. На некоторых сидели ученики и болтали об утренних новостях. Около каждой скамьи росла сакура. Рампо подождал, пока я хорошенько всё рассмотрю и повернулся ко мне: — Могу поспорить, ты это всё вчера не видел. — Снова угадали, Рампо-сан, — удивился я. Неужели меня можно читать, словно открытую книгу? Я хотел было задать ещё пару вопросов, но не успел. Недалеко от нас послышался голос: — Рампо-куун. Помоги. — Эдогава поднял взгляд на меня. — Ацуши-кун, мне нужно идти. Зайди после уроков в кабинет студсовета, я познакомлю тебя с твоим математиком, — он махнул рукой на прощанье и направился к молящему о помощи. «Моего учителя? Может… стоит отказаться? Я не хочу быть обузой», — дурные мысли и воспоминания закрадывались в мою голову: «Я только проблемы доставляю…». На этой грустной ноте я пошел в класс. Наша школа — это муравейник. Коридоры переполнены учениками. Все вокруг перешептываются, смеются, кидают косые взгляды в мою сторону. Наверное, это из-за моей внешности. Я альбинос с жёлто-фиолетовыми глазами. Одна из прядей длиннее остальных. Кстати, она всегда норовит попасть мне в рот во время ветреной погоды. Мой класс 1-А на втором этаже, почти в начале коридора. Это очень удобно, ведь я думал, что умру, протискиваясь сквозь толпы людей. Я облегчённо выдохнул, когда добрался до класса. Но сегодня мне не суждено было открыть дверь самому. Когда я потянулся к ручке, дверь с силой распахнулась, а за ней стояла девушка. Она была ниже меня на голову или даже больше. Ее длинные синие волосы завязаны в два низких хвоста и украшены заколками-кроликами. Она пристально оглядела меня, словно рентген и протянула сложенную записку:  — Передай Осаму, я его найти не могу, — угрожающим тоном сказала она. Я взял из её маленьких рук аккуратно сложенный листок, местами принятый. Девушка кивнула и, направилась было прочь, но я остановил её:  — Постой, как тебя зовут? — Она обернулась и сощурила свои большие глаза. На лице явно читалась фраза «Зачем тебе это знать?», но, тем не менее, она ответила:  — Кёка Изуми, будем знакомы.

***

      Половина уроков пролетела незаметно, и настало время обеда. Я люблю поесть и поэтому с нетерпением ждал этого священного момента. В классе было много народу, поэтому я решил поесть на крыше. Свежий воздух и ветерок хорошо сочетаются. «Сегодня я ещё ни разу не увидел Дазая. Интересно, он вообще в школе?» — раздумывал я, поднимаясь на крышу. Потянув на себя широкую дверь, я оказался на крыше. Лёгкий ветерок шевелил мои волосы, солнце согревало своими лучами. Я пошел ближе к середине, где стоят скамейки, и присел на одну из них. Та оказалась достаточно тёплой, что было весьма непривычно. Развернув свой обед, я приступил к поеданию риса. Рис очень полезен и поэтому я часто его ем. Говорят, памяти помогает, но, похоже, не в моём случае. — Приятного аппетита, — раздалось справа от меня. От неожиданности еда попал не туда, и я закашлялся. Повернувшись, увидел Дазая, лежащего на животе и подпирающего себе щёки руками. Полностью прокашлявшись, я укоризненно покачал головой:  — Нельзя вот так внезапно говорить что-то человеку, который ест! Но он не слушал меня. Его взор был направлен в никуда. По крайней мере, он старался так сделать. На самом деле мне удавалось улавливать еле заметную заинтересованность. Я не дурак, но было понятно, что он голоден. Гордость, наверное, не давала ему попросить меня дать попробовать. Я взял палочками маленький кусочек кацудона и поднёс его над ладошкой прямо ко рту Дазая. Тот от неожиданности втянул голову и удивлённо заморгал. Я сделал недовольное выражение лица, вскликнув:  — Могу предположить, что Вы не ели. Так поешьте хоть сейчас. Готовил я сам, но это не ядовито. Осаму недоверчиво посмотрел на меня, но желанная еда находилась в нескольких сантиметрах от него. «Сейчас он, похоже, борется сам с собой. Ему не стоит вести себя так, будто он бездушное создание, не способное радоваться или улыбаться». — Усмехнулся про себя я. В конце концов, Осаму переборол себя и, подавшись вперёд, проглотил кацудон. Я замер в ожидании. Повисло напряжение. Он долго жевал, пытаясь точно определиться: нравится ему блюдо или нет. Через пару секунд его щёки немного, совсем самую малость, порозовели: — Это кхм… не плохо, — задумчиво протянул он. — Но я бы мог сам взять, если бы ты предложил. Я не маленький ребёнок.       Я призадумался, не зная, что ответить. Вскоре, нужный ответ сам всплыл в омуте моих мыслей:  — Считайте это благодарностью за математику. Из-за меня Вы поздно легли и, наверное, не выспались, мне ведь стоило как-то и окупить свою вину.       Осаму безразлично поднял голову к небу:  — Ясно. Ацуши-кун, а можно… мне ещё кацудона? — он сказал об это с таким противоречием самому себе, что я не смог не выполнить его просьбу. Было забавно кормить человека, который старше тебя. Но мою душу согревал довольный вид этого суицидника, когда он поедал пищу, пытаясь сдержать радость или восторг. Я с удовольствием наблюдал за ним. Сегодня я увидел этого холодного человека с немного другой стороны