Я жажду встречи с ним каждое воскресенье

***

Наступил апрель, а это значило только одно: у Чуи скоро день рождения. Ему исполнится восемнадцать лет и он вступит во взрослую жизнь. Но на самом то деле, рыжеволосому все равно на свое будущее, так как он понимает, что там не будет Осаму. Накахара уже как год признает свои чувства к Дазаю. Хоть и для принца это до сих пор смущающе, он не против того, что он чувствует к шатену. Но даже несмотря на такое романтическое начало, Чуя знал: Осаму к нему ничего не чувствует. От этих мыслей Накахара чувствовал тяжесть в душе. Молодой принц уже привык к неудачам. Но насколько можно быть невезучим, чтобы влюбиться в гонца, с которым он виделся только раз в неделю? Так еще и этот мужчина, старше на десять лет. И что было самое странное и ставило в тупик юношу, так это то, что Осаму был парнем. Накахара никогда не чувствовал тягу к своему полу. Ну или он, возможно, этого просто не замечал. Самое грустное в этой ситуации то, что даже, если бы рыжеволосый был девушкой, которая такого же возраста, как шатен, и которая видится с ним не только раз в неделю, у них все равно бы ничего не получилось. Проблема в том, что Дазай не разглядывает Чую как партнера. Он видит в нем принца королевства, в которое ему просто нужно доставлять письма. Ну, а время, которое они провели вместе, скорее было приказом для Осаму со стороны короля и королевы, не более. Но может ли быть возможно то, что Накахара сам себе придумал все это, и у кареглазого и правда есть чувства к принцу? Вряд ли.

***

— Осаму, а ты не занят в этот четверг? — спросил Чуя, крутя маленькую книгу в руках. Видно, что он был взволнован. — Вроде бы нет, — ответил Осаму, почесав свой подбородок. — А что случилось? — Да так, ничего такого, просто… — рыжеволосый прикусил нижнюю губу. — Я просто хотел, чтобы ты пришел на мой день рождения, — парень сжал книгу в руках. — Не подумай, я не принуждаю, я… — Я приду, — ответил Дазай, и улыбнулся. — Я как раз не буду разносить письма, — кареглазый посмотрел на рыжеволосого своим добрым взглядом. — И это будет совершеннолетие принца, поэтому я обязан прийти. Накахара отвернулся от шатена. Он не хотел, чтобы гонец увидел то, как Чуя смутился. — Я буду ждать… — сказал рыжеволосый, все так же смотря в сторону. Он понимал, что его лицо сейчас красное, как помидор.

***

Зал в замке был украшен. Слуги готовили все к празднику. Некоторые из них убирались в огромной тронной, где и будет происходить мероприятие. Другие из них накрывали на стол. А садовники приводили цветы в порядок. Тем временем, Чуя находился в своей комнате. Он стоял возле зеркала и смотрелся в него. Накахара оглядывал свой наряд со всех сторон. Принц был одет в белую рубашку, с синим бантом на шее. На его ногах красовались черные брюки, а обут он был в сапоги. Сверху всего этого, у него было пальто темного цвета. На кровати Накахары сидела его старшая кузина — Кёка. Она просто наблюдала за тем, как ее двоюродный брат любовался в зеркало. — Для кого ты так наряжаешься? — с искренним удивлением спросила Изуми. — Это секрет, — ответил рыжеволосый смутившись, — ты его не знаешь. — Ох, так это он, — сказала синеволосая, и ухмыльнулась. — Н-нет! — крикнул Накахара, и отвернулся, но то, что он покраснел было видно в зеркале. — Не нужно так смущаться, Чуя, — Кёка подошла к рыжеволосому. — Думаю, он хороший человек, — девушка улыбнулась, положив свою левую ладонь ему на плечо. — …Ты правда так считаешь? — заинтересовался голубоглазый и повернулся к Изуми. — Конечно! Ты же не можешь влюбиться в кого-то плохого, — сказала кузина, будто шутя. Но это она говорила на полном серьезе. Она и правда считает, что рыжеволосого привлекают хорошие люди.

***

Тронная была заполнена гостями из разных королевств. Дамы в пышных платьях ходили по залу со своими кавалерами. Другие мужчины ходили с напитками и говорили о разных вещах. Если все веселились, то Накахара просто стоял в углу с бокалом вина в руке, которое, кстати, не любил пить, и оглядывал зал. Он искал Осаму среди всех гостей. Этот праздник не казался ему веселым. Он не мог расслабится. Ему чертовски хотелось увидется с Дазаем. — Добрый вечер, принц, — Чуя резко повернул свою голову влево, и увидел там девушку, которая поклонилась ему. — Ах, д-да, добрый вечер, — сказал рыжеволосый и поклонился в ответ. Он не помнил имени этой девушки, но ее лицо было ему знакомо. — Я очень рада тому, что мы опять встретились, — девушка выглядела довольно-таки привлекательно. У этой леди были черные волосы, а одета она была в белое платье, которое не было похоже на другие, оно не было пышным. — Я тоже очень рад с вами встретиться, — Накахара взял руку черноволосой и поцеловал тыльную сторону ладони. Эта девушка была одной из тех принцесс, которые приезжали к Чуе на урок танцев. Принц запомнил лицо каждой принцессы, с которой он танцевал, но имена ему запомнить было сложно. — Я поздравляю вас с совершеннолетием, — сказала черноволосая и нежно улыбнулась. — Спасибо большое, — ответил рыжеволосый, улыбнувшись в ответ. Накахара заметил, что к ним подходит парень. Он был одет в черный плащ. На нем была белая рубашка и черные брюки. Волосы были такого же цвета, как и у той девушки, но кончики его волос были белого цвета. — Гин, почему ты ушла без меня? — спросил парень и посмотрел на лицо рыжеволосого. У него был грозный взгляд. Принц даже немного встревожился, когда увидел взор черноволосого. — Прости, я просто хотела немного поговорить с принцем, — девушка начала уходить с этим парнем. — Нам уже нужно уходить, мне было приятно с вами поболтать. — Д-да, конечно, — Чуя провел их грустным взглядом.

***

Вечер подходил к концу, но Накахара так и не смог насладиться праздником. Он все время вел себя встревоженно и не мог найти себе места. Осаму так и не явился на празднике. Гости уже начали расходиться, и прощаться с юным принцем и с его семьей. А рыжеволосый не терял надежды и продолжал ждать самого главного гостя. Но все было зря, так как гонец так и не явился. Когда принц понял, что все его ожидания были напрасны, на его глаза начали накатываться слезы. Чтобы никто не увидел, как восемнадцатилетний подросток рыдает, он ушел на задний двор замка. Это все заметила его кузина и пошла за ним. Когда она уже была там, Изуми увидела Накахару, который сидел на скамейке положив свою голову на колени. Девушка подошла к парню, и села рядом с ним. Она начала гладить голову принца. — Он не пришел? — осторожно спросила синеволосая. Голубоглазый ничего не ответил. Изуми поняла, что в этом случае лучше промолчать. — Я правда очень его ждал, — спустя минуту сказал Накахара всхлипывая. — Мне действительно жаль, Чуя, — голубоглазая ненавидела видеть принца в таком состоянии. В саду было холодно, но от той мысли, что Осаму не явился на этом празднике, принцу становилось холоднее.

***

Кёка старше рыжеволосого на шесть лет, поэтому, когда мальчик бил свои коленки в детстве, она была одной из тех, кто мог его успокоить. Кузина часто приезжала к Накахаре. Намного чаще чем Дазай. Но когда она все же встречалась с Осаму, Изуми всегда остерегалась его. Голубоглазая чувствовала, что гонец из опасных людей, которые могут навредить не только физически, но и ментально. Он был таким типом, которые обычно не нравились девушке. Но даже несмотря на это, она догадывалась, что кузену нравится этот мужчина. Каждый раз, когда Изуми была у Накахары дома, он рассказывал о том, насколько шатен потрясающий. Кёка была рада за своего маленького, рыжего друга, и подозрения о гонце пропали. Так как Чуя не может влюбиться в плохого человека. Но после этого вечера, она поняла: ее кузен может влюбиться в плохого человека.

***

Воскресенье. День, который всегда был Накахаре по душе. День, который всегда Чуя ждал больше всего на свете. И день, который сейчас у него ассоциируется с самыми плохими в мире вещами. Это была ночь. Принц лежал в кровати, и не мог уснуть. С того четверга он почти не спал. Его мучила грусть и злость одновременно. Но он не знал, из-за чего он сердился и плакал каждую ночь. Скорее всего, это все из-за чертового гонца, который не выполнил свое обещание. Но Накахара не хотел так думать. Чуя придумывал всевозможные оправдания, почему он отсутствовал на празднике. Возможно он просто разносил письма и просто не успел прийти? Но это вряд ли, так как Осаму сказал, что он в тот день не разносит письма. А вдруг у него умирал какой-то родственник? Бред. Гонец уже тысячу раз рассказывал о том, что у него нет семьи. Накахара придумал ему уже полным полно оправданий, но это никак не успокаивало мальчика, а даже наоборот, чем больше он себе всего придумывал, тем больше он волновался за шатена. Чуя пытался комфортно лечь на кровати, чтобы наконец-то заснуть. Принц пытался не расстраиваться из-за кареглазого, а думать про хорошие вещи. Например о том, как они играли в детстве вместе с Дазаем. Стоп! Это же опять мысли о Осаму… Звук открытия задней двери. Рыжеволосый открыл глаза. Он резко поднялся с кровати и начал прислушиваться к звукам со двора. Да. Это точно был шатен. Чуя накинул на себя кардиган и рывком выбежал из своей комнаты. Ему было все равно, что сейчас была глубокая ночь и все в замке спят. Накахаре нужно было увидеть гонца. Принц медленно открыл дверь. Дазай, услышав скрип, резко обернулся. Он посмотрел на рыжеволосого. Когда гонец понял, кто именно открыл дверь, он перевел свой взгляд в другое место. Шатен чувствовал стыд. — Здравствуйте, принц, — первым заговорил кареглазый, спустя минуту молчания. — Здравствуй, Осаму, — всхлипывая ответил Накахара и опустил свою голову. Голубоглазый сжал свой серый кардиган из-за злости. Он не хотел, чтобы гонец видел слезы, которые катились по щекам рыжеволосого.  — П-принц, вам не нужно плакать, — дрожащим голосом сказал Осаму и подошел к Чуе. Шатен поднял голову принца и начал вытирать слезы с голубых глаз. Сначала рыжеволосый удивился такому жесту со стороны Дазая, но после этого он начал рыдать еще сильнее. — Я ждал тебя, Осаму… Я думал что ты придешь, — Чуя хотел выглядеть злым, но у него получалось плохо. Слезы не останавливались. Шатен притянул к себе принца и крепко обнял его. Голубоглазый уткнулся своим лицом в грудь Дазая. Они опять обнялись при встрече, как и всегда. — Простите принц, я и правда провинился, — кареглазый начал гладить рыжую макушку. Накахара вцепился ладонями в рубашку Осаму. В объятиях гонца было тепло и уютно, поэтому принц начал успокаиваться. Когда Чуя отпустил рубашку гонца, Дазай медленно отстранился от него. — Я и правда хотел приехать, но не набрался смелости, потому что, — шатен начал гладить мокрую от слез щеку Накахары. — Потому что в тот день я хотел сказать, что я влюблен в вас. Неловкое молчание. Щеки, которые гладил Осаму, резко покраснели, а в глазах читалось искреннее удивление. Чуя не мог поверить в то, что гонец говорит ему такие слова. Это сон? Если это все ему сниться, то Накахара не хочет просыпаться. — Ты мне тоже нравишься, Осаму, — смущенно ответил рыжеволосый. — Очень давно нравишься. Услышав ответ, Дазай нежно улыбнулся и поцеловал принца. Это было большим удивлением для Чуи, но все же он неловко ответил на поцелуй. Сначала они оба были напряжены. Вроде бы Дазай и Накахара желали этого очень давно, но в тоже время, им было чертовски неловко. Но спустя несколько секунд, они перестали стесняться. Рыжеволосый не хотел отстраняться от шатена. Чуя знал, что у Дазая было много девушек, поэтому голубоглазому было интересно представлять то, насколько хорошо целуется Осаму. И он оправдал свои ожидания. Принц приоткрыл свой рот, позволив языку кареглазого пробраться в рот Накахары. Дазай понял намек, и протолкнул свой язык в рот принца. Мокро, скользко и горячо. Шатен прижал Чую к себе ближе за талию, а рыжеволосый положил свои руки на плечи гонца. Голубоглазый стоял на кончиках пальцев, чтобы он смог дотянутся к Осаму Они отстранились, потому что не хватало воздуха, но им так хотелось снова прильнуть к губам друг друга. Дазай приблизился, чтобы поцеловать принца еще раз, но Накахара во время остановил его. — Подожди, — сказал голубоглазый, когда наконец-то отдышался. — Я знаю, как это может закончится. — Тогда, мы можем направится в вашу комнату, — ответил Осаму ухмыльнувшись. Его слова заставили принца покраснеть, но от предложения он не отказался.

***

Когда Дазай и Накахара оказались в спальне, рыжеволосый снял с себя кардиган, и откинулся на кровать. Шатен сразу понял намек, поэтому он скинул с себя свою красную сумку и навис над принцем. Гонец начал целовать шею голубоглазого, параллельно расстегивая рубашку Чуи. Накахара вздохнул. Когда Осаму наконец-то закончил с рубашкой, он начал оставлять поцелуи от шеи к груди парня. Кончиками пальцев он гладил талию принца. Рыжеволосый хотел хоть как-то отвечать на ласки гонца, поэтому он положил свою ладонь на макушку шатена, и начал гладить его волосы. Да, он знал, что этим он не сможет принести ему такое же удовольствие, но он хотел сделать хоть что-нибудь. Тем временем, Дазай провел языком по груди принца, что вызвало у последнего дрожь. Осаму отстранился от рыжеволосого, упершись на ладони, чтобы разглядеть тело принца: рубашка парня была расстегнута, на шее и плечах красовались недавно оставленные засосы, лицо Накахары было красного цвета от смущения, у него был томный взгляд и сам принц пытался отдышаться. Спустя несколько секунд, шатен опять прильнул губами к телу принца. Теперь его внимание было нацелено на соски партнера. Он лизнул один из них, на что сразу же прозвучал незамедлительный ответ, в виде тихого стона. Дазай ухмыльнулся, когда услышал Накахару, и продолжил свои ласки. Когда Чуя начал издавать слишком много звуков, он прикусил свои нижнюю губу, чтобы не издавать лишних стонов. Когда шатен заметил это, он приблизился к уху партнера. — Вам не нужно сдерживаться, — шепнул шатен и укусил за мочку уха. Рыжеволосый рвано вздохнул. Тем временем, когда Дазай целовал скулы Накахары, он потянулся рукой к штанам рыжеволосого. Чуя смутился, но не был против. Ему давно хотелось, чтобы Осаму это сделал. Сквозь ткань трусов, он притронулся правой рукой к полувставшему члену рыжеволосого. Голубоглазый издал резкий стон. К нему впервые притрагивался кто-то другой, обычно это делал только сам рыжеволосый. Чтобы больше возбудить принца, он начал целовать грудь парня и двигать своей правой рукой. Осаму пытался делать это медленно, чтобы рыжеволосый не смог кончить раньше времени. Рваные вздохи и стоны начали доносится с уст голубоглазого. Когда шатен почувствовал, что член Чуи начал увеличиваться в размерах, он отстранил свою руку. У самого Дазая еще не полностью стоял, поэтому он решил это исправить начав ласкать себя. Накахара, все еще тяжело дыша, начал наблюдать за действиями гонца. Кареглазый притронулся к своему члену сквозь ткань штанов, и тяжело вздохнул. Он начал гладить свой половой орган, из-за чего по телу пробежали мурашки. Ощущения были не такими яркими сквозь ткань, поэтому Осаму расстегнул ширинку и снял свои штаны, которые только стягивали его, наполовину вставший стояк, и стянул резинку своего нижнего белья. Накахара поднялся на своих локтях, и посмотрел на пах гонца, но потом он сразу отвернулся из-за смущения. У Осаму большой. Когда Чуя представил то, как будет ощущаться Дазай внутри него, он сглотнул. Шатен положил свою правую руку на свой член, и начал двигать ею. Кареглазый опять тяжело вздохнул и закрыл глаза. Но спустя несколько секунд его остановил принц. Гонец открыл глаза, и вопросительно посмотрел на голубоглазого. — Я помогу, — сказал Накахара и отстранил руку шатена, притронувшись своей. Он быстро начал двигать ладонью. Даже обычно спокойный Осаму не смог сдержать стон. Хоть Чуя и делал это не очень умело, кареглазый все равно получал удовольствие от прикосновений голубоглазого. Когда член Дазая стал больше, гонец отстранил руку принца. Жестом он показал, чтобы Чуя откинулся на кровать, что Накахара и сделал. По взгляду рыжеволосого можно было понять то, что он был в предвкушении. Сам Осаму встал с кровати и подошел к своей красной сумке, откуда он достал смазку. Когда рыжеволосый увидел сосуд с жидкостью, он еще более засмущался. Чуя не знал, будет ли ему приятно, когда Дазай войдет в него. Он конечно часто мечтал об этом, но серьезно никогда не думал, что это произойдет. Но этот момент настал. Осаму сел на кровать напротив рыжеволосого. Положив смазку рядом с собой, он начал снимать штаны принца, ну а сам Чуя начал ему помогать. Шатен почувствовал то, как руки Накахары дрожали, а его взгляд выглядел напряженным. Когда вся одежда была снята с голубоглазого, шатен взял в ладонь сосуд и нанес себе немного жидкости на пальцы. Дазай начал размазывать смазку по колечку мышц, из-за чего Накахара напрягся и начал еще больше дрожать. Кареглазый понял, что его партнер напуган, поэтому он решил разбавить атмосферу разговором: — Если вам будет больно — обязательно скажите об этом, — сказал гонец все так же размазывая смазку. Взгляд принца немного смягчился. Голубоглазый уже раздвинул ноги и согнул их в коленях, чтобы шатену было легче сделать свое дело. — Э-это будет больно? — спросил Чуя, дрожащим из-за страха голосом. Рыжеволосый хотел этого, но он не знал, что его ждет. — Возможно, — ответил Дазай и потянулся к Накахаре. — Я попытаюсь вас отвлечь, хорошо? — рыжеволосый кивнул. Шатен поцеловал голубоглазого. Поцелуй был горячее, чем в прошлый раз. Скорее всего это было из-за того, что кареглазый сейчас был возбужден, так же как и принц. Пока Осаму целовал Чую, он протолкнул кончик пальца внутрь. Рыжеволосый прикрыл глаза и напрягся. Ощущался легкий дискомфорт, но это не было болью. Просто неприятные и необычные ощущения. Дазай отстранился от голубоглазого и начал толкать палец еще глубже, из-за чего принц вскрикнул. Больно. Когда шатен услышал вскрик он остановился и встревоженно посмотрел на Накахару. — Все хорошо? Я вас не ранил? — кареглазый звучал обеспокоенно. — Может нам лучше остано- — Все нормально, — неожиданно для Осаму, его перебили. — Двигайся дальше, — Дазай неловко кивнул. Он продолжил толкать средний палец внутрь. Рыжеволосый тяжело дышал, пытаясь расслабится, но у него получалось плохо. Было немного больно, но терпимо. Палец был полностью внутри, но шатен еще не предпринимал никаких действий, давая Накахаре привыкнуть. Кареглазый начал целовать бедра голубоглазого и оставлять метки на них. Из-за того, что кожа Чуи была белоснежной, засосы были виднее, чем на любой другой коже. Тем временем, Накахара уже начал расслабляться и Дазай это почувствовал. — Мне начинать двигаться? — спросил шатен, смотря в глаза рыжеволосого. Принц одобрительно кивнул. Осаму вытащил палец наполовину и опять вставил его. Чуя издал резкий, тихий стон, что было неожиданностью для обоих. Голубоглазый отвернулся, чтобы скрыть свое смущение и прикусил свою губу. Когда кареглазый понял, что Накахаре нравится это, он продолжил вытаскивать и вставлять свой палец. Рыжеволосый закрыл глаза, и откинул голову назад. Стоны принца еще больше возбуждали Дазая, из-за чего шатен нервно сглотнул. В один момент, Осаму надавил на одну из стенок внутри кончиком пальца, на что в ответ он услышал стон громче обычного. Приятное чувство, которое Чуя никогда не испытывал раньше. Дазай понял намек и продолжил нажимать на заветную точку слыша стоны, вздохи и всхлипы с уст принца. Когда шатен почувствовал то, что Накахара уже достаточно растянут, он ввел второй палец. Он вошел легче, чем первый, поэтому проблем не возникло. Чуя почувствовал еще один посторонний предмет внутри себя, но никак его не прокомментировал. Все, что он сделал, это издал рваный вздох. Осаму протолкнул оба пальца внутрь, и развел их ножницами. Накахара вскрикнул и сжал простынь под ним. Дазай ухмыльнулся и продолжил растягивать рыжеволосого. Когда места стало достаточно и для третьего пальца, шатен добавил и его. Чую пробрало дрожью. Неприятное ощущение, но это было терпимо. Спустя минуту, кареглазый вытянул пальцы. Рыжеволосый выдохнул и закрыл глаза. Он понимал, что будет дальше, поэтому ему было действительно страшно. Осаму взял сосуд, который лежал на кровати рядом с ним и намазал себе небольшое количество на руку. Он нанес себе немного смазки на член, а оставшуюся размазал по колечку мышц. Накахара почувствовал холод и вздрогнул. Шатен приставил свой половой орган к проходу и начал целовать шею голубоглазого, не спеша входить. Рыжеволосый тяжело дышал и иногда тихо стонал. Неожиданно для принца, Дазай начал медленно входить. Взгляд Чуи стал напряженным. Голубоглазый вскрикнул, и Осаму резко остановился. Он вошел только наполовину. — Вам больно? — шепча на ухо, спросил гонец, и укусил принца за мочку уха. Чуя тихо застонал. — Нет, все в порядке, — рвано дыша, ответил Накахара, и вцепился правой рукой за плечо гонца, чтобы хоть немного успокоится. — Можешь продолжать. Шатен кивнул и продолжил медленно входить в принца, в ответ лишь слыша тяжелые, рваные вздохи. Дазай вошел до конца и остановился, давая нижнему привыкнуть. Он продолжил целовать тело рыжеволосого. Когда взгляд голубоглазого смягчился, шатен поцеловал Чую в губы. — Я могу начать двигаться? — спросил кареглазый, отстранившись от принца. Накахара нервно сглотнул и одобрительно кивнул в ответ. Первый толчок. С уст рыжеволосого вырвался рваный вздох. Необычное ощущение. Оно не было неприятным или же наоборот. Просто необычно. Когда кареглазый увидел то, что Чуе не больно, он продолжил двигаться. Второй толчок. Накахара сжал простынь под собой еще сильнее. В этот раз, рыжеволосый почувствовал что-то похожее на удовольствие. Чуть не вырвался стон, но сдержать его он смог. Толчки стали быстрее. Голубоглазый не успевал их принимать, поэтому дышать было сложнее. Стоны и всхлипы становились все громче. В комнате стало настолько жарко, что запотели даже окна. И тут Дазай попал прямо по заветной точке. Накахара застонал громче обычного и Осаму понял, в каком направлении ему делать толчки дальше. Каждый раз, когда кареглазый делал толчок, рыжеволосый сжимал член шатена, из-за чего гонцу самому хотелось начать стонать. Дазай еле сдерживался, чтобы не начать толкаться с неистовой силой в пассива, но он не мог себе этого позволить. Вся комната наполнилась громкими стонами и вздохами. Чуя с каждым толчком все сильнее сжимал простынь под собой. Если раньше принц хоть как то пытался сдерживать звуки, сейчас он не мог этого делать. Ему хотелось как можно быстрее кончить. Кареглазый горел таким же желанием. Спустя время, шатен сделал еще пару толчков, после чего Накахара издал последний стон, и кончил себе на живот. Сперма стекала вниз на постель. Останутся пятна, но сейчас уже все равно на это. Рыжеволосый пытался отдышаться. Руки, которые сжимали простынь, ослабили хватку. Чуя откинул голову назад, все так же тяжело дыша. Дазай продолжил делать толчки до того времени, пока тоже не излился. Осаму вышел из принца, и тоже испачкал постель белой жидкостью. Руки, которыми он упирался об кровать, начали дрожать, поэтому он отпустил их и упал на грудь Накахары, тяжело дыша. Они пролежали так несколько минут. Спустя время, Осаму слез с рыжеволосого и в то же время оказался рядом с ним. Чуя повернулся к гонцу, и не успел он даже посмотреть на шатена, как тот прижал голубоглазого к себе и крепко обнял. Накахара уперся лицом в грудь кареглазого, а шатен уткнулся носом в рыжие локоны. Чуя не хотел отстранятся, но он понимал, что это нужно сделать, так как он был испачкан в своей же собственной сперме и в семени своего партнера. — Эй, я же грязный, — сказал голубоглазый, пытаясь отодвинуть от себя кареглазого. — Давай сначала смоем все это. — Нет, — неожиданно кареглазый отказал принцу, он редко так делал. — Я хочу полежать с вами вместе немного подольше. После этих слов, щеки Чуи покрылись легким румянцем, но перечить он не стал. Накахара потянулся к лицу Осаму, и притронулся своими губами к губам гонца. В этом поцелуе не было страсти или желания, нет. Это был просто ленивый, но милый и нежный поцелуй, от которого по коже пробежали мурашки. Рыжеволосый отстранился и уткнулся лицом в плечо Дазая. Он начал медленно закрывать глаза и засыпать в объятьях своего любимого. Кареглазый тоже через некоторое время уснул, обнимая маленькое тело принца.

***