Onward To The Dark Kingdom

      Однообразный пейзаж тянулся бесконечно долго, так что даже невзирая на свою живописность, казался тоскливым. И Рапунцель сейчас не могла радоваться, когда в повозке лежали и буквально умирали её друзья. С предыдущей ночи ни один из них не приходил в сознание; по большей части они спали, лишь иногда просыпаясь и блуждая вокруг невидящим, затуманенным взглядом. Рапунцель только успевала менять холодную тряпку у них на лбу, но казалось, не особо это помогало. И магия её волос сейчас была бессильна. Обретя несокрушимую прочность, они потеряли свою целебную силу, и сейчас ничем не могли помочь.       Оставалась единственная надежда на артефакт, запрятанный в дебрях Камнегруды. Лишь бы только Пинеро дель Босквиль не обманул! Впрочем, как бы там ни было, своё обещание вывести их из леса он сдержал, да и история про волшебный источник оказалась правдивой, так что Рапунцель себя успокаивала, что в плане достоверности информации Пинеро можно доверять.       Будь воля Рапунцель, она бы не останавливалась и на ночь и держала бы пост, лишь бы скорее помочь друзьям. Но лошадям требовался отдых, так что ничего не оставалось, как сделать остановку на ночлег, а утром, только на горизонте зарделось, они снова выдвинулись в путь. — Я всё-таки за то, чтобы уже отпустить эту необоснованную привязанность и начать менять лошадей, — объявил Юджин, когда они втроём вместе с Вэрианом сидели у поводьев и всматривались в дорогу. — Но Макс самый быстрый конь во всей Короне, — возразила Рапунцель. — Да и Фидела от него не отстаёт. — Никто не спорит. — Юджин развёл руками. — Но они устают, а уставшему коню не тягаться с отдохнувшим. Ну к чему это упрямство, красотка, не лучше ли прислушаться к голосу здравого смысла?       Рапунцель насупилась и промолчала. — Ну-у-у… или можно попробовать вообще заменить лошадей чм-то другим! — вдруг объявил Вэриан, когда пауза чересчур затянулась и стала невыносимой. — Это чего ты ещё выдумал, парень? — добродушно усмехнулся Юджин. — Я об этом задумался практически в самом начале пути, ещё когда… когда сидел наверху. — Вэриан охотно достал из дорожной сумки потёртую тетрадь и начал торопливо перелистывать страницы. — Пока что я не придумал идеальную конструкцию, которая наверняка бы работала, но у меня есть несколько идей сообщения повозке движения с помощью преобразования энергии тепла, вырабатываемой при сжигании топлива, или пара…       Вэриан развернул тетрадь сначала Юджину, а потом и Рапунцель. На пожелтевшем листе был изображён чертёж некоторого механизма, который напоминал повозку на огромных колёсах, снабжённую котлом, проходящим под её дном. В изголовье повозки вместо лошадей было целое сооружение винтов и труб, одна из которых выходила наверх. Колечками, выходящими из этой трубы, Вэриан изобразил клубы пара. — О-о-о… — Рапунцель наклонила голову, разглядывая чертёж, но всё-таки сдалась. — Честно, я совсем не понимаю, как это работает, но это гениально, Вэриан! — Спасибо. — Щёки Вэриана залились краской, а на лице проступила милая смущённая улыбка. — Ладно, это всё замечательно, — вмешался Юджин, — но пока ты не изобрёл свою чудо-повозку, вопрос со сменой лошадей остаётся открытым. Погодите-ка! Вы тоже почувствовали запах пирогов? Ох, аж в животе заурчало! Я бы сейчас не отказался хорошенько перекусить!       Рапунцель принюхалась. В воздухе и правда улавливался сладковатый пряный запах, и чем дальше продвигалась повозка, тем сильнее он становился. — Это корица! — вдруг вспомнила Рапунцель, чего ей напомнил этот запах. Такой аромат частенько стоял возле кондитерской дяди Монти. — Только откуда здесь этот запах? — Я, кажется, догадываюсь, — протянул Вэриан. — Думаю, мы уже близко подъехали к Камнегруде. — Откуда такие заключения? — поинтересовался Юджин. — Я находил упоминание об этом в какой-то из книг, найденных в комнате отца. Он держал их в сундуке, который периодически запирал на замок. Правда потом я научился этот замок вскрывать, так что… — Вэриан запнулся, когда поймал на себе удивлённые взгляды Рапунцель и Юджина. — Ну ты даёшь, — засмеялся Юджин. — А с виду казался таким безобидным малым… Хотя о чём это я, после армии автоматонов было бы странно чему-либо удив…       Рапунцель энергично замотала головой и перекрестила руки, умоляя таким образом Юджина замолкнуть, пока не поздно и, к счастью, до последнего с запозданием, но всё-таки дошло, что пожалуй не стоит вспоминать случай, из-за которого Вэриан оказался под арестом. Последнего до сих пор мучала совесть. — Ну так, и что там в тех книгах? — Запах корицы сопровождает голема. — Вэриан не стал фиксироваться на упоминании своего преступления и охотно поддержал предложенную тему. — Это основной компонент, который используется для заклинания, чтобы вдохнуть в него жизнь. Голем существо магическое, без волшебства не обходится. — А в той книге случайно нет сведений, как его победить? — спросил Юджин. — Я вот и пытаюсь вспомнить. — Вэриан сдвинул брови. — Но пока ничего.       Пока Юджин и Вэриан продолжали обсуждать потенциальные пути победить голема, Рапунцель взяла подзорную трубу и приставила её к глазу. Вдалеке показалась огромная скала, с первого взгляда более всего напоминающая кучу больших валунов. Но стоило приглядеться, и проступали черты работы кирки неизвестного архитектора. Прямо внутри скалы был выдолблен проход, украшенный аркой с резными колоннами, по верху которой шла вязь, напоминающая неизвестную письменность. — Я вижу Камнегруду! — воодушевлённо воскликнула Рапунцель, не отнимая от глаз подзорной трубы. — Ух ты! А голема ты там видишь? — спросил Вэриан. — Не-е-ет. — Рапунцель продолжала всматриваться вдаль. В чёрной глубине прохода никого не было видно, и казалось, что путь был совершенно свободен. — Ну-ка, дай посмотреть! — попросил Юджин, практически вырывая из рук Рапунцель подзорную труду. Впрочем, та даже не придала этому особого значения — понятно, что остальным тоже было интересно посмотреть. — Я полагаю, нам ехать ещё порядка двадцати миль. Доберёмся часа за два!       Прогноз Юджина в целом оправдался. Уже через час на горизонте различались очертания Камнегруды, и чем ближе подбиралась повозка, тем более внушительной и большой казалась скала. Но её масштабы стали окончательно ощутимы лишь тогда, когда повозка остановилась к ней вплотную.       Камнегруда нависала над друзьями гигантской глыбой, которая, казалась, утыкалась своей острой вершиной в самые небеса. А в самом её центре зияла чёрная дыра, напоминающая открытую пасть, в которой ничего не было видно. И страшного стража, встречу с которым обещал Пинеро дель Босквиль, тоже было не видно.       Рапунцель, Вэриан и Юджин слезли с повозки и с опасением уставились на проход, таивший в себе неизвестные приключения. — Так… Я не понял, а где глиняный человечек? — наконец, спросил Юджин и, приложив руки ко рту в виде рупора, крикнул: — Эй, голем, ау! Мы к тебе пришли!       Ответом ему было лишь эхо, отразившееся от глубин Камнегруды. Но больше не раздалось ни шороха. — Может быть, его там уже нет? — спросила Рапунцель. — Да! Это было бы просто прекрасно! Чего мы стоим вообще?! — объявил Юджин. — Пора уже найти этот жезл и спасти наших друзей!       Он было дёрнулся с места и уже занёс ногу за порог входа в Камнегруду, но Вэриан вцепился ему в руку и оттащил назад. — Ты чего, так же нельзя! — не в силах спрятать тревогу в голосе, быстро заговорил он. — Да, голема не видно. И даже если предположить, что его там нет, как в таком случае объяснить запах корицы? — Не всё ли равно? Может быть, он настолько долго тут находится, что его запахом пропитались все стены? — И с этими словами Юджин вырвал руку и ступил в пещеру.       В тот же момент раздался грохот из глубин пещеры, и не успели друзья опомнится, как воздух прорвал низкий голос, лишённый интонации. — Кто забрался в логово Камнегруды? Уничтожить всех, кто зашёл в Камнедруду!       На последнем слове из темноты появился некто огромный. В первое мгновение Рапунцель показалось, что на них двигался гигантский красный камень высотой в метра в четыре, но потом она разглядела, что это было странное создание с толстыми ногами, напоминающими две колонны. Такие же толстые руки свешивались практически до пола и заканчивались огромными кулаками. Приплюснутая сверху голова торчала прямо из туловища, без шеи. И большую её часть занимал широченный рот, надо которым сверкали зловещим жёлтым цветом два круглых глаза.       Чудовище казалось бы действительно несокрушимым, смертоносным… Если бы не одно обстоятельство. Двигался голем настолько медленно, что убежать от него не стоило никакого труда. Но, увы, бежать было нельзя — там, в глубинах Камнегруды было единственное средство, которое могло спасти Кассандру, Ланса и Ногокрюка. — Что? И это ты попытаешься меня остановить? — Юджин рванул вперёд с явным намерением проскочить мимо неповоротливого голема.       Однако тот внезапно рассвирепел и обрушил огромный кулак на пол. Не успей Юджин затормозить в последний момент, непременно оказался бы раздавленным, а так его просто осыпал град мелких камешков, отколовшихся от пола после удара голема. — Ой-ёй! Какая у тебя однако быстрая реакция! — Юджин замахнулся своим мечом и со всей силы воткнул его в кулак голема, но никакого вреда причинить ему не смог. Вместо этого лезвие рассыпалось на мелкие осколки, и в руке у Юджина остался только жалкий осколок меча, прикреплённый к рукояти.       Зато голем теперь окончательно разозлился и принялся обрушать удары один за другим. Юджин за счёт своей скорости успешно от него уворачивался, но бесконечно так продолжаться не могло. — Эй, может быть, кто-то мне поможет? Пробежите в глубь Камнегруды, пока я его отвлекаю? — крикнул Юджин, в очередной раз отскакивая в сторону с места, куда мгновением позже обрушился кулак голема. — Слишком опасно! — запротестовала Рапунцель. — Я попробую его остановить!       Одним ловким движением она распустила косу и, обмотав прядью волос запястье руки голема, которую он занёс для очередного удара, натянула волосы, отвлекая внимание голема на себя. — Быстрее! Бегите внутрь, пока я могу его удержать! — Второй прядью она обмотала другую руку голема, и теперь тот на некоторое время полностью забыл про Юджина, пытаясь освободится от путов.       Юджин и Вэриан тут же воспользовались моментом и проскочили вглубь пещеры. А Рапунцель продолжала удерживать голема. Сила волос позволяла ей это сделать, но силы самой Рапунцель постепенно иссякали, и удерживать глиняное чудовище ей становилось всё труднее и труднее. — Как вы там? Нашли? — спросила она по истечении нескольких минут, когда поняла, что вот-вот сдастся.       Страшный рёв голема закладывал уши и вызывал мелкий камнепад с потолка пещеры. Но всё-таки сквозь этот невероятный грохот до Рапунцель донёсся ответ Вэриана. — Тут слишком много всего! Так сходу не найти! — У меня больше нет сил! — крикнула Рапунцель, и в этот же момент голем-таки смог вырываться, и теперь обрушил свой гнев на Рапунцель.       Она в последний момент успела отскочить в сторону, но голем не растерялся и поймал её, обхватив в кулаке, словно тряпичную куклу, и поднял на уровень своих святящихся жёлтых глаз. — Пожалуйста! Не надо, не надо, не надо! — торопливо заговорила Рапунцель. — Мы не собираемся ничего у вас красть! Мы просто хотели помочь свои друзьям!       Она зажмурилась, ожидая последнего сокрушающего удара, но вдруг всё затихло, и лишь через длительную паузу раздался низкий голос голема. — Краси-и-ивые волосы. — А, что? — Рапунцель даже опешила от такого неожиданного поворота разговора. — Спасибо! — Люблю всё красивое, — продолжил голем, нараспев растягивая слова. — Правда? По правде сказать, я думала… — Рапунцель замялась, не зная, как сформулировать свою мысль так, чтобы она не прозвучала бестактно. — Да, меня привыкли считать злобным монстром. По-началу так и было. Но я столько времени прожил, защищая Камнегруду. Мимо меня пыталось пройти несчетное количество искателей приключений, некоторые из них рассказывали такие диковинные вещи, что более всего мне хочется покинуть это место и пойти путешествовать по миру. — Так а почему вы это не сделаете? — Не могу. Я привязан к этому месту заклинанием. Пока я не выполню свой долг, я не могу быть свободным. Но судьба такова, что охранять Камнегруду придётся вечность, пока она и сам мир не прекратит своё существование. — О, это так печально. — У Рапунцель от сострадания на глаза чуть было не выступили слёзы. — И нет никакого способа освободится от этого долга? — На самом деле можно. Надо залезть в… — Мы нашли его! — Из темноты выскочил Юджин, зажимая в победно поднятой руке длинный наконечник, который венчал огромный голубой кристал, излучающий свет. — Что! Вы похитили древнюю реликвию Камнегруды! — Голем разжал кулак, выронив Рапунцель прямо на пол и выпрямляясь во весь исполинский рост. — Грабители должны быть наказаны! — Бежим! — Юджин кинулся наутёк к выходу из пещеры. — Подождите! Голем не монстр! — закричала Рапунцель. — Его надо расколдовать! — Рапунцель! Надо спасаться! — вслед за Юджином показался Вэриан и, схватив Рапунцель за руку, кинулся к повозке.       Голем, издавая страшный рёв, кинулся в погоню, но его скорости не хватало, чтобы нагнать остальных. Как только Вэриан, увлекая за собой Рапунцель, вскочил в повозку, Юджин сунул ему в руки жезл, а сам хлестнул поводьями, пуская коней вскачь. — Ура! Мы наконец-то сможем всех спасти. Как там, коснуться макушки больного!.. — Он кинулся к Кассандре, чтобы незамедлительно исполнить наказания Пинеро дель Босквиля. — Постойте! А как же голем! Его надо спасти! — Рапунцель высунулась из повозки, и увидела, как голем пытается нагнать их, протягивая руки вперёд.       Земля сотрясалась под его тяжёлыми ногами, а глаза сияли ярким жёлтым светом, в котором, как сейчас показалось Рапунцель, сияло отчаяние. И тут сильный порыв ветра отбросил её волосы в сторону голема. Их длины хватило, чтобы тот смог дотянуться и схватится за них. Вскрикнув, Рапунцель вцепилась в косяк двери, но голем упорно тащил её на себя, так что Юджин был вынужден остановить повозку. Вэриан кинулся на подмогу и, обхватив Рапунцель за талию, потащил её в противоположную сторону, но этих усилий было недостаточно против мощи голема. — Что делать? — Юджин в панике схватился за волосы. — Если ему отдать жезл, он успокоится? — Это же голем!       Рапунцель удивлённо вскинула голову, впервые за долгое время услышав голос Кассандры. Оказывается, Вэриан успел-таки её исцелить, и теперь она стояла на ногах, выглядывая в окно. — Я наслышана о них. Непобедимые существа, обладающие невероятной силой. Но у них есть одно уязвимое место…       Она выскочила из повозки, на ходу схватив с пола лук и стрелу. — Постой! Его надо расколдовать! — крикнула Рапнуцель, но Кассандра её не слушала.       Натянув лук, она прицелилась и выстрелила в сторону голема. Стрела попала аккурат ему в правый глаз, и в тот же момент свечение погасло, а голем, повалившись на колени, застыл огромным безжизненным камнем как раз посередине между Камнегрудой и повозкой. — Что… что произошло? — Рапунцель растерянно переводила взгляд с Кассандры на голема. — Он обезврежен. В правом глазе расположено сосредоточение магии, которая даёт голему жизнь. — То есть… а как его оживить снова? — спросила Рапунцель. — Он неплохой, его надо было расколдовать! — Рапунцель, это монстр, предназначение которого убивать! — Кассандра недовольно свела брови. — Ты серьёзно хочешь его оживить? А впрочем, это не важно — всё равно это никак не сделать. — Как?! Не может такого быть! — Кэсс! — В диалог вмешался Юджин. — Стесняюсь спросить, откуда вообще такая осведомлённость про каменных магических монстров? — Вот и стесняйся дальше. — Кассандра, не глядя на Юджина, забралась на козлы. — Ну, мы так и будем стоять?       Рапунцель её словно не слышала, продолжая смотреть на навеки застывшего голема. Ей не верилось, что вот так в одночасье прекратилась жизнь этого странного существа, судьба которого оказалась такой печальной, и ей едва удавалось сдержать слёзы, подступившие к глазам. — Красотка, пойдём. — Юджин мягко подхватил Рапунцель под руку и усадил на её койку в повозке, сев рядом. Но Рапунцель не была склонна к разговорам и, поняв это, Юджин без лишних слов, оставил её в одиночестве.

      День близился к закату. Кассандра, Ланс и Ногокрюк полностью оправились после отравления. Повозка двигалась к развилке, чтобы вернуться на путь чёрных камней. Но Рапунцель так и продолжала держаться чуть в сторонке от разговоров с остальными и, приутихнув, сидела на своей кровати, чиркая в дневнике.       Когда экипаж остановился для ночлега, и Юджин вместе с остальными принялся обустраивать место для костра, Рапунцель не присоединилась к ним и, найдя поваленное дерево чуть в стороне от стоянки, села там и задумалась о пережитом за день.       Однако через пять минут она краем глаза увидела, как кто-то сел рядом с ней. Повернув голову, она столкнулась взглядом с Кассандрой. В её глазах застыл немой вопрос, и Рапунцель сразу же смогла его прочитать. — Кэсс… — вздохнула она. — Я очень рада, что мы спасли вас. Но тот голем мне не даёт покоя. Перед тем, как Юджин схватил жезл, голем что-то говорил о том, что можно как-то снять с него заклятие, заставляющее следовать приказу, и тогда бы он стал свободен.       Кассандра закатила глаза и устало вздохнула. — Я понимаю, что ты безоговорочно веришь в светлую душу любого, кто попадается тебе на пути. Но Рапс, откуда у тебя есть уверенность, что будь голем свободен, он бы не пошёл, не знаю, грабить соседние города, например? Или убивать доверчивых принцесс? А потом… это существо, в которое искусственным образом вдохнули жизнь. Ты не можешь спасти весь мир, Рапунцель. Ты должна следовать за своей судьбой.       Рапунцель печально вздохнула и ничего не ответила. Она понимала правоту Кассандры. Но соглашаться с ней ей не хотелось.