Вечность с тобой

      Дни тянутся, словно патока, окутывая повседневными заботами, запирая среди мелких дел, которые раньше никак не вписывались в его жизнь. Роджер, кажется, за долгие годы отвыкает просыпаться с рассветом, но сейчас, уже несколько дней подряд, заставляет себя подниматься ни свет, ни заря, чтобы начать надоедать ужасно правильному Брайану как можно раньше. Брайан на это лишь беззлобно фыркает и зовёт его завтракать, угощая свежеиспечёнными булочками и наливая в фарфоровую чашку горячий чай, траву для которого самостоятельно собирал прошлым летом в ближайшем лесу.       — Как можно быть таким? — интересуется после обеда Роджер, развалившись в Брайановом кресле для чтения.       — Каким? — вампир поднимает на него заинтересованный и ничего не понимающий взгляд, его спутанные кудри топорщатся во все стороны, из-за чего он становится похожим на маленькую тучку. Роджер не может сдержать улыбки.       — Правильным, интеллигентным, — Роджер загибает пальцы, — до тошноты воспитанным. Такое чувство, что тебя растили как сына короля, — он в очередной раз хихикает, — ещё и обо мне заботишься, хотя должен был сожрать при первой же встрече.       — Хочешь, чтобы я тебя съел? — осведомляется Брайан, отвлекаясь от книги.       — Не очень заманчивое предложение, я полагаю, — с видом знатока заключает Тейлор, — конечно, пасть в бою с врагом — почётная смерть, но не в том случае, когда враг любезно готовит тебе завтраки и делит с тобой кров.       Брайан тихо хмыкает.       — Я говорил, говорю и буду говорить о том, что ты какой-то неправильный вампир, — не унимается Роджер, он осторожно подбирается к креслу Брайана и захватывает его кудряшки в плен, Мэй в ответ скалит зубы, — видишь, — наматывая на палец завиток тёмных волос, осведомляется Роджер, — ты позволяешь мне вести себя так нахально, другой вампир бы уже показал мне, где и как зимуют раки.       — Ты слишком активный, — вздыхает в ответ Брайан, откладывая увесистый том в сторону, — ума не приложу, что с тобой делать.       — Со мной можно делать много всего, — вампир вопросительно изгибает бровь, — можно ходить гулять, стрелять из лука, пить эль, ездить на охоту, — Роджер с умным видом загибает палец за пальцем, — читать книжки, говорить, да даже косички заплетать, если вдруг захочешь.       — Тебе здесь скучно?       — Вовсе нет, — не соглашается охотник, — я исследовал всю твою библиотеку, даже утащил пару книжек к себе, — он топит смущённый взгляд в ворсе ковра, — просто ты совершенно не обращаешь на меня никакого внимания. Проводишь все дни в одиночестве, а ночью куда-то пропадаешь, как будто совершенно забываешь о том, зачем я здесь.       Роджер и сам не замечает, как начинает звучать слишком обиженно: для полноты картины не хватало только шмыгнуть носом и утереть красные глаза. Тейлор не планировал выглядеть так жалко, он всего лишь хотел чуть больше внимания, хотел быть посвящённым в повседневные дела самого настоящего вампира, а вместо этого он уже целых четыре дня бесцельно бродит по особняку, лишь иногда проводя время с его хозяином. Не так он себе представлял совместную жизнь с вампиром. В конце концов, он всё ещё на задании, и для его выполнения ему необходимо подружиться с этим нелюдимым кудряшом.       — Значит, скучно, — резюмирует Брайан, наблюдая за раскрасневшимся и надувшимся Роджером. — Что ж, если хочешь заглянуть за завесу вампирской жизни, не ложись спать сегодня ночью. Ровно в полночь я позову тебя, — его глаза сверкают, отливая чистым изумрудом, а после вампир покидает библиотеку, оставляя Роджера одного.       — Как скажешь, — кивает Тейлор в пустоту.

***

      Роджеру не нравится писать письма. Всякий раз, когда ему предстоит рассказать кому бы то ни было о том, что происходит в его жизни — он оттягивает этот момент как можно дольше. Вот и сейчас, осознавая, что отец с матерью, наверняка, сходят с ума от неизвестности, он не может заставить себя сесть за стол и написать родителям и пары строк о том, что он жив и здоров, а ещё весело проводит время, живя под одной крышей с вампиром.       Звучит в крайней степени неприятно.       Наверное, Роджер не очень-то горит желанием сообщать отцу о месте своего временного нахождения. Почему-то он надеется, что это его временное пристанище, в конце концов, рано или поздно с этим вампиром придётся что-то делать, возможно, даже против воли самого Роджера. Кто знает, может, отец давно собрал поисковый отряд, и теперь к дому Брайана движется целая делегация опытных охотников. Ладно, письмо всё-таки стоит написать, соглашается с внутренним голосом Тейлор и убеждает себя в том, что займётся этим после ужина, который по великой (или нет) случайности он готовит самостоятельно и не всегда остаётся довольным результатом. Брайан в такие моменты обычно прячется где-нибудь на чердаке, не желая попадать под горячую руку охотника, опасаясь, что тот в порыве ярости его просто пришибёт. Нет, Мэй, конечно, был не против проститься со своей жизнью, он ведь сам просил об этом Роджера, но прожить более сотни лет, пережить встречу с охотником, а затем умереть на собственной кухне во время столкновения с Тейлором. Пожалуй, Брайан думает, это не самая благородная смерть.       Он спускается лишь тогда, когда Роджер, восседая в столовой, давится чем-то собственного приготовления и не выглядит очень радостным и воодушевлённым.       — Сегодня без происшествий? — осторожно интересуется Брайан, намекая на многочисленные ожоги и порезы, которыми тот успел обзавестись за эти недолгие дни.       Роджер выглядит как нахохлившийся воробей, недовольно зыркая на вампира из-под полуопущенных ресниц.       — Я в состоянии сам о себе позаботиться, — бросает он слишком обиженно и отворачивается, будто ждёт, что Брайан оставит его одного, — ты всё ещё здесь?       — А куда мне идти, Родж? — искренне удивляется Брайан. — Сегодня утром ты сам сказал мне, что я совершенно не обращаю на тебя внимания. Я исправляюсь.       Роджер сдавленно вздыхает. И почему Мэй решил стать радушным хозяином в тот момент, когда он хочет немного побыть один и подумать о том, к чему приведёт это необычное соседство.       С одной стороны, Роджер понимает, что не сможет убить Брайана в любом случае, какие бы страшные тайны не хранил вампир, то, что Роджер уже о нём знал, делало из него в глазах охотника почти святого; конечно, разве может сын священника не быть святошей? С другой — он прекрасно понимает, чем всё это может закончиться, если он не выполнит свою работу. С его отца, так яростно ненавидящего вампиров, станется отправить к дому одинокого Брайана целую толпу охотников, и вот тогда Мэй точно не сможет выбраться из этой передряги живым.       — Б-Брайан, — вампир поднимает на него заинтересованный взгляд, — а где здесь ближайший почтовый пункт?       — Милях в четырёх, а что? — Роджеру кажется, или Брайан выглядит обеспокоенно?       — Хочу отправить родителям письмо, а то, не дай Бог, подумают, что я умер. Отец тогда от этого места, — он обводит взглядом столовую, подразумевая весь особняк, — и кирпичика не оставит. Не хочу, чтобы тебе что-то угрожало… — тихо признаётся он, а затем ещё тише добавляет, прекрасно зная, что вампир его услышит, — кроме меня, разумеется.       Брайан тихо фыркает.       — Завтра могу показать дорогу, если хочешь.       — Хочу! — вырывается у охотника прежде, чем он успевает прикусить язык. Он нетерпелив, и ему уж точно надоело торчать в четырёх стенах. Брайан тепло улыбается и согласно кивает.       — Так, ты будешь спать сегодня ночью, или всё ещё хочешь знать, что делают вампиры ночью?       — Не дождётесь, мистер Мэй, — с вызовом улыбается Роджер, — я раскрою все ваши тайны.       — Не сомневаюсь, — согласно кивает Брайан и, морща нос, косится на Роджерову тарелку. Роджер закатывает глаза и фыркает, борясь с детским желанием показать вампиру язык.

***

      Часы в гостиной пробили ровно полночь, Роджер прекрасно слышит их бой в своей спальне и ждёт, когда же пунктуальный вампир появится на пороге.       Брайан стучит трижды и уже планирует идти один, но тут дверь распахивается, и всклокоченный и возбуждённый Роджер буквально падает в его объятия, при этом не выглядя ни капли смущённым.       — Я готов к ночным приключениям, мистер загадочность, — улыбаясь во все тридцать два, заявляет Роджер.       Брайан думает, успеет ли он пожалеть, что решился на эту авантюру. И пока он погружён в размышления по этому поводу, он медленно бредёт к лестнице на чердак, чтобы уже через минуту оказаться на покатой крыше особняка.       Роджер ступает осторожно, боясь сделать лишний шаг и ощутить себя, летящим вниз. Он невольно ёжится от ночной прохлады, но уже в следующую секунду забывает о своём комфорте, потому как Брайан подзывает его к себе и, дождавшись, пока охотник сядет рядом, указывает на усыпанное миллионами звёзд небо.       Тейлор задыхается от увиденного и поражённо глядит на Брайана ещё некоторое время.       — Так вот чем ты занимаешься ночами, — озвучивает свою догадку Тейлор.       — Да, днём такого не увидишь, — соглашается Мэй.       — Слушай, Брай, — Роджер перебирает пальцами полы рубашки, не зная, как задать вампиру волнующий его вопрос и не обидеть, — а как ты так спокойно гуляешь по дому днём? Я думал, ты днём спишь, потому что солнца боишься.       — Нет, Родж, — он качает головой, — днём я сплю, потому что все ясные ночи провожу здесь. К тому же, я не ранняя пташка, — он слегка улыбается, обнажая острые клыки.       — А гроб? Мне казалось, что я облазил весь дом, но гроба так и не нашёл, — Роджер выглядит озадаченным, так что Брайан не может сдержать рвущийся наружу смех. Тишину, лишь изредка нарушаемую стрекотом сверчков, разрезает низкий тёплый смех, показавшийся Роджеру очень и очень приятным. — Почему ты смеёшься? Я что-то не то сказал? — интересуется он, не понимая, чем мог вызвать приступ смеха.       — Чей гроб ты хотел найти? — уточняет вампир, смахивая собравшиеся в уголках глаз слёзы.       — Твой? — это вопрос, а не утверждение, но Брайан вновь разражается новым приступом смеха. Роджер обиженно сопит рядом.       — Ты имеешь в виду кровать?       — Гроб, — не сдаётся Роджер. Он что, зря учил особенности каждого сверхъестественного существа; по имеющейся у него информации вампирам положено спать в гробах.       — Кровать. С чего ты вообще взял, что я сплю в гробу? — теперь Брайан выглядит совершенно серьёзным, в его ореховых глазах ни капли смеха или игривости.       — Ну, люди думают, что вампиры спят в гробу, — пожимает плечами Роджер, чувствуя себя полным идиотом.       — Что ж, теперь ты можешь развеять этот миф, — одобряюще улыбается вампир, — во всём нужно искать плюсы, Родж.       — Ну да, — не соглашается Тейлор, — всё, что мы знаем о вас может оказаться не более, чем выдумкой, а ты говоришь о плюсах.       — Хочешь знать правду? — кивок. — Хорошо, займёмся этим завтра, а сейчас смотри, — ладонь с длинными пальцами указывает в сторону леса, — звезда падает!