Muggle games

      Драко летел по ступеням вниз, задыхаясь. Он испугался того, что увидел, он испугался того, что почувствовал, когда увидел. Он испугался своих мыслей, беспорядочно летающих в его сознании, и каждая из этих мыслей пыталась перекричать другую. В его голове словно поселился пчелиный рой.       Спустившись в подземелье, Малфой отправился в гостиную. Он надеялся, что там никого не будет, однако в комнате он обнаружил собирающегося на следующий урок Забини, который смерил его удивленным взглядом, когда тот чуть ли не вбежал в спальню.  — У тебя остался огневиски? — сквозь зубы произнес Драко, шумно и быстро дыша.  — Надо посмотреть, но я думаю, что да, — ответил Блейз. — Огневиски с утра?       В ответ слизеринец лишь посмотрел на друга таким взглядом, что Забини подумал, что тот сейчас либо разрыдается, либо разорется, либо кинет ему непростительное в грудь.  — Черт с тобой, — выдохнул Блейз, доставая свой сундук из-под кровати. Откинув крышку, он вытащил из него несколько вещей и, спустя несколько секунд, отыскал практически целую бутыль огневиски. — Стакан, я так понимаю, тебе не нужен?       Приняв алкоголь из рук сокурсника, Малфой отрицательно покачал головой.  — Что ж, — начал Забини, подойдя к двери. — Травология не ждет…  — Не мог бы ты остаться? — дрожащим голосом произнес Драко, посмотрев на друга.  — Малфой, я…  — Пожалуйста, — его глаза заблестели, а ресницы намокли. Тяжело вздохнув, Блейз отошел от двери, бросая книги на свою кровать. Сев напротив сокурсника, он посмотрел на него, ожидая, когда тот заговорит. Но вдруг внутри него вспыхнул маленький огонек беспокойства, когда он увидел, как трясет Драко и как сильно он кусает губы, уставившись в одну точку где-то на полу.  — Чем для тебя пахнет Амортенция? — шумно сглотнув обжигающую горло жидкость, наконец спросил Малфой.  — Амортенция? — переспросил он. — Трюфелями, ромом и ореховым джелато, — перечислил он. В ответ Драко лишь грустно усмехнулся, вновь вызывая волну обеспокоенности внутри друга. Которую, он, конечно, не показал. — Почему ты спрашиваешь?  — Для меня Амортенция пахнет старой бумагой, ирисом, кардамоном и цитрусовыми, — произнес он, поднимая взгляд на Забини, который молчал, ожидая, пока тот закончит свою мысль. — Знаешь, что самое забавное?  — Нет, но наборчик тот еще, — фыркнул Блейз в ответ.  — Именно так пахнет чертов Поттер, — практически прошептал Малфой, прикладывая бутыль с огневиски к искусанным губам.  — Если это шутка, то у тебя отвратительное чувство юмора, — изогнув левую бровь, произнес Забини. Однако по состоянию друга он отчетливо мог сказать, что это явно была не шутка.  — Что мне делать? — отрешенно мотнув головой, спросил Драко.  — Я вижу только один выход, — вздохнув, промолвил Блейз. — Забить и забыть.  — Гениально, черт возьми, — раздраженно усмехнулся тот. — Ты думаешь, я не пытался? Это невозможно, — сделав очередной глоток огневиски, Малфой зарылся пальцами в мягкие волосы. — Когда я вижу его каждый день в коридорах и в Большом зале, когда он пялится на меня на каждом чертовом совместном уроке, даже во снах он меня достает, — протараторил слизеринец.  — Во снах? — переспросил Забини.  — Это был очередной сон с отцом, где он в очередной раз пытался заставить меня жениться на какой-нибудь «выгодной партии».  — И каким боком там оказался Поттер?  — Я… — Драко запнулся. Глотнув янтарную жидкость, он замолчал и поник. — Я сказал ему, что не могу жениться, потому что… — он вновь прервался.  — Потому что ты что? — приподняв брови, вопросил тот. — Любишь Поттера?  — Ты совсем, черт возьми, рехнулся? — прорычал Малфой. — Нет, я просто отказал ему, — отрезал он.  — И на этом сон закончился? — иронично усмехнулся Блейз.  — Нет, — шумно сглотнув, пробормотал Драко. — Потом он убил меня.  — Ну и при чем тут Поттер? — спросил Забини, глядя в глаза слизеринцу. Увидя его непонимающий взгляд, он закатил глаза. — Ты сказал, что он достает тебя даже во снах.  — Мерлин, — прошептал Малфой. Он молчал, думая о том, стоит ли рассказывать Блейзу о том, из-за чего отец убил его в том сне. Шумно выдохнув и опустив взгляд, он тихо, практически одними губами произнес — Люциус убил меня, потому что я сказал ему, что поцеловал Поттера.  — Я конечно знал, что ты его ненавидишь, но не до такой степени, — удивленно ухмыльнулся Забини спустя несколько секунд молчания. — А если серьезно, — посмотрев на оскалившегося слизеринца, произнес он. — То это ведь всего лишь поцелуй. Пускай даже и с Поттером.  — Что, если это был не просто поцелуй? — протараторил Драко. — Что, если это было что-то большее?  — Послушай меня, Малфой, — начал Блейз, придвинувшись на самый край кровати. — Никого в этой школе не волнует, кого ты любишь. Это твоя жизнь и твой выбор.  — То есть ты хочешь сказать, что всем студентам и профессорам в этой школе плевать на меня?  — Абсолютно.  — Тогда скажи мне, почему каждый раз, когда я иду по коридорам, от меня шарахаются так, будто я прокаженный? — в его голосе слышалась дикая боль. — Почему я постоянно слышу шепотки за спиной, судорожный ропот «он бывший приспешник Волан-де-Морта»? Вижу осуждение в глазах каждого профессора? — на его глазах выступили слезы. — Вспомни тот же «Вечер факультетов» с гриффиндорцами, — произнося последнее слово, он выразительно скривился. — Вспомни эти брошенные Поттером фразы: «Мы не подпустим пожирателя к Джинни», «Бывших пожирателей смерти не бывает». Для него это просто слова, которые ничего не значат, — закипавшая все это время внутри Драко ярость наконец вырвалась наружу. — У меня не было выбора! У меня, черт возьми , не было выбора! — голос слизеринца сорвался, а одинокая слеза потекла из уголка правого глаза, которую он тут же смахнул, отворачиваясь от друга. — Я не хотел такой жизни.  — Все в прошлом. Сейчас ты сможешь все изменить, — твердо произнес Забини, наблюдая за своим другом.  — Да, конечно, все в прошлом, — передразнил его Малфой. — Только это прошлое не оставляет меня, черт возьми. Каждую ночь я переживаю этот ужас вновь и вновь. Каждую ночь я вижу отца. Каждую ночь я вижу, как сижу за столом на собрании пожирателей смерти. Каждую ночь я вижу, как лесничий приносит к воротам школы на своих руках Поттера, чьи руки безжизненно опущены вниз. Каждую ночь я вижу, как отец пытает меня Круциатусом, как мать в слезах надрывает голос, умоляя его перестать, — он остановился, переводя дыхание. — Каждый день на моем левом предплечье черная метка напоминает мне обо всем, — он сорвался на крик, задирая рукав мантии. — Я никогда не смогу это забыть.       Он зарылся руками в волосы, пытаясь отдышаться. Слезы крупными каплями стекали по его лицу, и Драко не успевал стирать их тыльной стороной ладони, поэтому они падали на его кровать, расползаясь темными пятнами.  — Я не смогу жить с этим дальше, — прошептал он, поднимая красные глаза на друга. — Одно слово. Всего лишь одно слово, Блейз. И я все забуду. Забуду Поттера, войну, пожирателей смерти, отца…  — Ты совсем рехнулся? — прокричал Забини. Он перестал контролировать свои эмоции, выплескивая их наружу. — Ты просишь меня применить чертов Обливиэйт?  — Да, — рявкнул Малфой.  — Нет, — ответил Блейз. — Ни за что. Ты вообще головой не соображаешь, я смотрю. А о матери ты подумал? Да о том же Поттере, черт возьми!  — Он — одна из причин, — прошептал он.  — Ты даже не пытался, а уже готов сдаться? — прорычал Забини.  — Я испортил все еще на самом первом курсе, — произнес тот. — Я знаю это.  — Малфой, не выводи меня, — прошипел Блейз. — Ты не можешь этого знать. Не можешь!  — И что ты предлагаешь теперь?  — Для начала, прекрати вести себя как скотина, перестань бухать с утра и прогуливать уроки, — приходя в себя, произнес Забини. — А там посмотрим.

***

      Для конца октября погода стояла на удивление теплая. Пара небольших облаков, проплывающих по ясно-голубому небу совершенно не препятствовали солнечным лучам проникать на землю, согревая прохладный воздух.       Весело смеясь, четверо гриффиндорцев вышли из ворот школы, направляясь в сторону Хогсмида. Конечно, помимо них еще практически весь Хогвартс двинулся в эту же деревушку.  — Вы видели объявление, в котором говорилось, что вместо пира будет бал? — с явным разочарованием протянул Рон.  — Конечно, мы все его видели, — произнесла Джинни, беря под руку идущего рядом с ней Гарри. Гермиона, заметив это движение, многозначительно посмотрела на Поттера, который избегал встречаться с ней взглядом. — Именно поэтому первым делом мы идем смотреть костюмы.  — А деньги у тебя откуда? — иронично бросил Уизли.  — Я попросила маму прислать мне немного, и она согласилась, — весело улыбнувшись, пожала плечами девушка. — Последний год с вами… с Гарри, — она подняла на него сияющий взгляд. — Все такое.  — Все такое, — с еще большим разочарованием произнес Рон. — А мне пришлось все лето в Министерстве работать, чтобы накопить хоть что-то.  — Ой, я вообще в стоматологии целыми днями сидела, помогая родителям, — цокнула Гермиона, улыбнувшись.       Смеясь над глупыми шутками и обсуждая буквально все на свете, друзья дошли до деревни. Осмотревшись, они нашли непримечательный магазинчик с одеждой. Однако, зайдя внутрь, буквально обомлели от увиденного.       По всему магазину были расставлены манекены, на которых были надеты невероятной красоты костюмы и платья абсолютно разных цветов. Здесь были, казалось, все виды брючных костюмов — однобортный с рядом переливающихся всеми цветами пуговиц на одном борту и с петлями на другом, двубортный с двумя рядами пуговиц и длинными полами, костюм-тройка с жилетом под однобортным пиджаком, всевозможные смокинги с атласными или шелковыми лацканами. Гарри увидел здесь даже фрак с длинными узкими фалдами.       Однако, помимо костюмов, Поттер поразился количеству и разнообразию вечерних платьев. Официальные длинные платья из дорогой ткани, с глубоким декольте, без рукавов и бретелей украшали правую стену зала. Бальные платья с пышной юбкой и открытым лифом стояли по правую сторону от официальных. В другой стороне находились коктейльные платья без рукавов и воротника. Однако больше всего внимания к себе приковывали платья до пола, медленно переливающиеся разными цветами.       Тихо выдохнув, Джинни зашла в магазин одной из первых. У Гарри в голове вертелись лишь две мысли — сколько это стоит и как все костюмы и платья уместились в такое маленькое помещение.       Взяв Гермиону за руку, младшая Уизли потащила ее смотреть платья, оставив парней. Посмотрев друг на друга и пожав плечами, они направились искать себе костюмы.  — Добрый день, господа, — поприветствовал их низкорослый старик, появившийся сзади них совершенно бесшумно, так что парни слегка вздрогнули, чем рассмешили продавца. — Хэп Смит, — протянув ладонь для рукопожатия, представился он. — Позвольте мне вам помочь.       Окинув их оценивающим взглядом, мистер Смит, бормоча себе что-то под нос, принялся перебирать костюмы. Обходя один манекен за другим, они проходили все глубже и глубже в магазин, пока старик наконец не остановился.  — Вот! — торжественно воскликнул он, выдвигая вперед один из костюмов.       У Поттера перехватило дыхание, когда он увидел предложенный ему костюм. Это был костюм-тройка с дополнительным жилетом. Пиджак и жилет были выполнены из одной ткани, которая переливалась на свету. Они словно были сделаны из мелкого, расколотого на мелкие кусочки или даже растертого в порошок жемчуга. Сам костюм был красного цвета, однако примерно от пояса он постепенно переливался в серебристый. Черная бабочка на белой рубашке и черные брюки в сочетании с волшебной красоты пиджаком и жилетом выглядели так, будто это был костюм принца из какой-нибудь сказки.       Увидев изумленное выражение лица Гарри, владелец довольно ухмыльнулся и пошел дальше, подбирая костюм для Рона. Мистеру Смиту удалось сделать это гораздо быстрее, и вскоре он представил парням бежевый классический костюм с бордовой рубашкой. Светлая бабочка создавала сильный контраст, находясь на фоне бордовой рубашки, поэтому костюм выглядел великолепно.       Легко взмахнув палочкой, мистер Смит поменял местами одежду, надетую на парнях с одеждой, надетой на манекенах и пригласил их к зеркалу. Обнаружив в своем магазине двух девушек, — Джинни и Гермиону, которых он раньше не замечал, — он извинился и поспешил к ним.  — Ты выглядишь потрясно, — одновременно протянули парни, изумленно смотря друг на друга.  — Погоди, ты еще цену на них не видел, — пробубнил Рон.       Их доводы о том, сколько они заплатят за костюмы и смогут ли вообще их себе позволить были прерваны появившейся девушкой в платье, подобранной для нее продавцом.       На Джинни было надето длинное атласное платье кроваво-красного цвета, очень хорошо подчеркивающее ее фигуру. Оно было без рукавов, открытое декольте обрамлял воздушный полупрозрачный красный шифон, тянущийся от лифа до шеи, где крепился к обернувшейся вокруг горла ленте. От пояса подол был украшен витиеватыми тонкими узорами, словно выполненными чистым серебром. Эти узоры отдаленно напоминали кружева, только были гораздо изящнее и тоньше.  — Ты прекрасна, — только это и смог выдавить из себя Гарри.       Переведя взгляд на подошедшую Гермиону, Поттер поразился тем, насколько умело мистер Смит подобрал девушкам платья. На Грейнджер было надето шелковое платье до пола, переливающееся от нежно-розового к бежевому цвету, с глубоким декольте и широкими бретельками. Поверх платья на девушке была надета воздушная и даже едва заметная накидка до пола, закрывающая спину и застегивающаяся на брошь в виде нежного цветка у шеи.  — Гермиона… — восторженно протянул Рон, чем заставил девушку смутиться.  — Сэр, прошу прощения, мы хотели бы узнать цену этих костюмов и платьев, — негромко произнес Гарри.       Подошедший к ним старик назвал цену каждого костюма по очереди. Как оказалось, у Джинни не хватало пары галлеонов, чтобы оплатить покупку. Посмотрев на заметно расстроенную и поникшую девушку, Поттер мысленно подсчитал свой бюджет и не решился оставить девушку в такой беде.  — Я добавлю, — ободряюще произнес Гарри, подходя к Джинни. Положив руку ей на плечо, он улыбнулся, заглянув ей в глаза. Растрогавшаяся девушка явно не ожидала от него такого поведения, поэтому она округлила глаза и обняла его, шепча десяток «спасибо» ему на ухо. Поймав недовольный взгляд Гермионы, парень отвел глаза.       Оплатив покупку, окрылённые друзья вышли из магазина, обсуждая то, как грандиозно они появятся на балу.  — Я что, зря все деньги потратила что ли? — усмехнулась Гермиона.  — Ты что! — воскликнул Рон. — Ты просто замечательно выглядишь в этом платье. Ну… э-э… и без него тоже… в смысле, в своей обычной одежде! — рыжеволосый замешкался. — Да идите вы, — пробурчал он, наблюдая за чуть ли не согнувшимися от смеха друзьями.  — Спасибо, Рональд, — произнесла покрасневшая то ли от смеха, то до от смущения Гермиона.  — Куда сейчас? — поинтересовалась Джинни.  — Как куда? — удивился Рон.  — В «Три мётлы», конечно, — рассмеялся Гарри.       Четверо смеющихся гриффиндорцев ввалились в паб, погружаясь в уютную атмосферу и запах сливочного пива.