Muggle games

Every Sunday's getting more bleak, A fresh poison each week.*

      «Чертов Уизли, — пронеслось в голове у Драко. — Неужели обязательно всегда все портить?»       Внутри слизеринца поднималась волна жгучего раздражения и злости на рыжеволосого кретина. С другой стороны он невероятно переживал из-за своих сомнений насчет того, стоило ли вообще подходить к Поттеру. Однако его беспокойство медленно уступало место облегчению, плавно растекающемуся по телу, унимая нервную дрожь. Они так долго не разговаривали, что Драко показалось, будто он потерял частичку себя в ту ночь на башне. Он боялся, что гриффиндорец будет злиться на него из-за его слов и его поведения или избегать и прятать глаза при каждой встрече.       Когда Поттер спросил его про рождественские каникулы, внутри слизеринца затеплился небольшой огонек волнения. В его голове пронеслись слова Нарциссы, когда та провожала его из Мэнора после встречи с Паркинсон. «Буду ждать тебя на зимних каникулах». Он вспомнил ее теплый взгляд, с каким она смотрела на сына, ее объятия и то, с какой нежностью и надеждой в голосе она произносила эти слова. Сердце неприятно кольнуло.       Мать для него — это все. Драко любил Нарциссу, и готов был сделать для нее все, лишь бы в ее глазах продолжал играть огонек жизни. Он не мог отказать ей и остаться в школе на Рождественские каникулы. Но с другой стороны в эти каникулы замок практически опустеет, и именно в эти дни, свободные от занятий, Драко может выпасть шанс побыть с чертовым Поттером вдвоем. Так, чтобы им никто не помешал. И эти сомнения разрывали сердце слизеринца на куски.       Малфой направлялся в замок. По пути он решил заскочить в «Три метлы». Зайдя в паб, он бросил беглый взгляд по помещению и заметил кучку слизеринцев за одним из столиков в углу. За этим столиком расположились Паркинсон, Нотт, обе Гринграсс и Забини — в общем, все окружение Драко. Блейз заметил вошедшего слизеринца и кивнул ему, приглашая присоединиться. Однако Малфой лишь отрицательно мотнул головой в сторону, проходя к барной стойке. Заплатив два сикля, Драко забрал бутылку сливочного пива и направился к выходу из паба.       Открыв дверь и ступив на снег, слизеринец услышал скрип двери позади себя.  — Где ты был? — спросил Блейз, поравнявшись с другом.  — У Визжащей хижины, — пожал плечами тот.  — Почему ты не с нами?  — Ты же знаешь, — горько усмехнулся Драко. — Я терпеть не могу Паркинсон. Особенно после тех событий…       Он услышал приближающийся смех и хруст снега. Бросив взгляд в сторону, откуда исходил звук, он увидел Поттера, Уизли и Грейнджер, быстро шагающих по направлению к замку.  — Малфой, не устраивай детский сад, — Забини проследил направление его взгляда. — Я же знаю, что что-то происходит. А ты молчишь, как…  — Поговорим позже, — прервал его Драко, откупорив бутыль и направившись к замку.       С каждым глотком сливочного пива в голове слизеринца мелькали все более и более глупые мысли. «Может быть, мне стоило купить Поттеру какой-нибудь подарок на Рождество? — он усмехнулся, прогоняя эту мысль. — Бред. С какой стати мне это делать?». Еще глоток — еще мысль. «Что вообще между нами происходит? В последнее время все как-то подозрительно неплохо… По-крайней мере до того момента, как Уизли в очередной раз все не испортит».       Единственное, что Драко купил в Хогсмиде, — помимо сливочного пива, — это камера. Она была недорогой, но очень тяжелой, поэтому сильно оттягивала карман его куртки.       Малфой сам не понял, как ему пришла в голову эта идея. Он задумался над подарком для матери на Рождество; перебрал все варианты — от дорогих ожерелий до шелковых накидок с красивыми брошками и кожаных перчаток. Но неожиданно ему в голову пришла мысль, что у них совершенно нет совместных фотографий. Нет, конечно, есть — семейное фото, где Драко сидит на кожаном кресле, слева от него стоит грозный Люциус, опираясь на трость, а справа — гордая Нарцисса. Но это было не то. Он хотел, чтобы у них были живые фотографии, пропитанные эмоциями и смехом, чтобы лишь один взгляд на них вызывал улыбку.       Драко не заметил, как подошел к школе. На улице было достаточно холодно, а серебристо-зеленый шарф, обмотанный вокруг шеи слизеринца, совершенно не грел, поэтому он быстро прошмыгнул внутрь замка. Здесь хотя бы не шел снег, хоть и было все так же холодно.       Малфой огляделся, проходя по коридорам — пусто. Впервые он видел Хогвартс таким. Таким тихим, без вечно спешащих куда-то студентов и в панике глазеющих на всех потерявшихся первокурсников.       Драко направился в подземелья, но вспомнил, что большинство слизеринцев осталось в гостиной. Он хотел побыть один, окунувшись в тишину с головой. Неподалеку от лестницы, ведущей в подземелье, находился широкий подоконник.       «Отличная идея, черт возьми, — пронеслось у Драко в голове, когда он усаживался на холодный камень. — Вместо того, чтобы спокойно греться у огня, я буду сидеть на холодном подоконнике».       Сделав глоток сливочного пива, он взглянул в окно. Снег продолжал падать с неба, только его теперь стало в разы больше. Поднялся ветер, но младшекурсников это, казалось, совершенно не волновало — они продолжали играть в снежки, весело смеясь и закидывая друг друга снегом. Один из мальчишек заметил смотрящего на них из окна Драко, и быстро стушевался под его взглядом. Малфой фыркнул.       Вдруг из подземелья послышался глухой стук каблуков.  — Почему вы не в деревне, мистер Малфой? — протянул проходящий мимо Снейп. Его взгляд скользнул по бутылке сливочного пива, зажатой в руке слизеринца.  — Я предпочитаю одиночество, профессор, — произнес Драко. Северус неопределенно хмыкнул и направился прочь.       Но не успел Драко сделать глоток, как он услышал негромкий скрип дверей, ведущих в замок. Оттуда послышался смех.  — Нет, Гарри, я серьезно! Кто она?       «Черт возьми, — слизеринец закатил глаза. — Уизли. И не один — все три придурка в сборе».  — Я не скажу тебе, даже не надейся, — послышался голос Поттера.  — Она хоть останется в школе на каникулы? — не унимался Уизли.  — Я не знаю, Рон.  — Ты обязан ей что-нибудь подарить, Гарри! Тогда она точно растает. Ты с ней разговаривал?  — Рон, я…  — Ты говорил ей о своих чувствах? Что, если она тоже в тебя влюблена?       «Тоже? — пронеслось у Драко в голове. — О ком они говорят?»       Неожиданно Уизли заткнулся на полуслове, вопросительно глядя на сидящего на подоконнике слизеринца.  — Опять ты, Малфой?       Драко взглянул на Поттера. Тот смотрел ему прямо в глаза, и в его взгляде читался страх. Слизеринец мерзко усмехнулся.  — Если ты не заметил, Уизли, мы учимся в одной школе.       Внутри Драко закипало раздражение, переходящее в жгучую злость. Он вспомнил ту ночь в Астрономической башне, когда Поттер, захлебываясь в своих слезах, лепетал что-то про то, что для Драко он лишь игрушка. «Кто на самом деле в этой ситуации игрушка, Поттер?». А ведь он тогда ответил на его поцелуй. Не оттолкнул. И слизеринец расценил этот жест как безмолвное признание. Но сейчас выясняется, что это не так?  — Валите уже, — рявкнул Малфой.       «Я, черт возьми, ненавижу тебя, Поттер».

***

      Тревога. Переполнявшая его паника. В его памяти вспыхнул взгляд Драко, когда он посмотрел на него, услышав слова Рона. Свирепая ненависть, разлившаяся по серой радужке. Поджатые губы, сморщенный нос.  — Гарри, пойдем, — окликнула его взволнованная Гермиона.  — Он что, следит за нами? — пробормотал Рон.  — Не думаю, — ответила девушка.       Добравшись до гостиной, парни направились в свою спальню, но Гермиона остановила Гарри, схватив его за запястье. Кивнув обернувшемуся Рону, он повернулся к девушке.  — Гарри, все в порядке? — прошептала она, когда рыжеволосый скрылся за дверью.  — Да, — тяжело сглотнув, произнес Гарри. — Все в полном порядке.  — Не лги мне. Ты весь дерганный стал после встречи с Малфоем.  — Хватит нянчиться со мной, — голос гриффиндорца сорвался на негромкий крик. — Я уже не маленький ребенок, черт возьми!  — Тогда перестань вести себя, как ребенок, — тихо сказала Гермиона, разворачиваясь и направляясь в спальню для девочек. В ее глазах блестели слезы.       Сдержав внутренний крик, гриффиндорец сел на мягкий диван, зарываясь дрожащими руками в волосы. В камине трещал огонь, но теперь он не успокаивал, а лишь раздражал — яркий свет врезался в глаза, вызывая головную боль. Тихо выругавшись, он вылетел из гостиной. Ему нужен был холодный свежий воздух.       Гарри вышел из замка, направившись на поле для квиддича. Схватив древко метлы, он рывком взмыл в воздух. На поле было пусто, леденящий воздух забирался под свитер, рассыпая мурашки по коже. Он выскочил из гостиной, даже не надев куртку.       Он не ожидал увидеть Драко в коридоре школы. Он не ожидал, что Малфой услышит эти глупые вопросы Рона про когтевранку, в которую Гарри якобы влюблен. Он не хотел, чтобы слизеринец это услышал. «Все только начало налаживаться, — пронеслось у него в голове. — Как мне теперь объяснить это все ему?»       Его сердце билось, как бешеное. Гарри очень сильно переживал из-за сложившейся ситуации, ведь они словно вернулись в начало года. Он снова стал видеть ненависть в его взгляде. Любая его попытка оправдаться будет выглядеть максимально глупо и нелепо.       Гриффиндорец поежился. Становилось холоднее, а в его голове крутился один единственный вопрос.

«Как мне все исправить?»

*Hozier — Take Me To Church