Muggle games

Кажется, я далеко зашёл И не хочу, чтоб меня кто-то спас В изумрудном лесу этих бешеных глаз. Алена Швец — «Глаза».

      Яркий луч солнца пробрался сквозь неплотные шторы и, приобретя зеленоватый оттенок, упал на лицо слизеринца, вынуждая его зажмуриться и, недовольно фыркнув, перевернуться на живот, уткнувшись лицом в подушку в попытке вернуть столь желанную темноту и упущенный сон.  — Я сожгу эти чертовы шторы дотла и собственными руками слеплю себе из пепла новые, — раздраженно пробормотал Драко, приподнявшись на локтях. — Может быть, тогда они не будут пропускать это ублюдское солнце в комнату?       Свесив ноги с кровати, Малфой взглянул на часы, висевшие на стене напротив.  — Восемь утра? — негромко воскликнул он. — Черт возьми, кажется, я никогда не смогу нормально поспать.       Слизеринец бросил беглый взгляд в сторону письменного стола и обнаружил на нем изумрудного цвета коробку, аккуратно перевязанную синей атласной лентой. Ее принесла Нарцисса прошлым вечером, когда Драко отправлял письмо Поттеру. В его голове всплыли обрывки их разговора:  — Поттер, значит? — улыбнулась Нарцисса, облокотившись на деревянный косяк двери, ведущей в его комнату, держа в руках изумрудную коробку.  — Мама, я… — Драко запнулся. Он не ожидал увидеть мать прямо сейчас, а неизвестность перед ее реакцией на сказанные им слова пугала его.  — Не пугайся так, — усмехнулась Нарцисса. — Это было очевидно… для меня, по крайней мере.  — Почему? — только и сумел выдавить из себя шокированный слизеринец.  — Кто еще из гриффиндорцев мог так зацепить тебя? — улыбнулась Нарцисса, подходя к столу и оставляя на нем коробку с его подарком. — Да и мне ли тебя не знать.  — То есть… все в порядке? — нахмурился Драко.  — Есть причины для беспокойства?  — Ну… из-за него, получается, казнили отца… Я имею в виду, Волан-де-Морт охотился на Поттера, и отец примкнул к нему, и из-за Поттера сгинул Темный лорд, а из-за этого отца казнили, — затараторил слизеринец.  — Люциуса казнили из-за его собственной глупости, Драко, — мягко улыбнулась Нарцисса. — И Поттер не виноват в этом.       Тяжело выдохнув, слизеринец откинул крышку коробки и вынул оттуда аккуратно сложенные брюки бордового цвета. Натянув их на себя, Драко застегнул черную рубашку и, надев галстук, украсил его зажимом, полученным от Поттера в подарок на Рождество. Накинув сверху пиджак, он отыскал черные туфли и, надев их, покосился на время. Половина девятого.       Взлохматив и так взъерошенные волосы цвета платины, Драко повернул ручку своей двери и вышел в коридор, поежившись от холода; в комнате было гораздо теплее. Спустившись на первый этаж, слизеринец повернул направо и оказался в залитой светом кухне, что блистала еще больше, чем вчерашним вечером. На мраморном столе находился серебряный поднос, на котором стоял небольшой кофейник из фарфора, по бокам от него — две чашки; неподалеку находилась сахарница и сливочница. Взяв одну из фарфоровых чашек, Драко налил туда немного кофе и, сделав первый глоток, поморщился.       Слизеринцу не особо нравился вкус кофе, да и не то, чтобы он мог взбодрить его, но Малфой не понимал, почему он продолжает делать глоток за глотком. Он с легкостью мог приказать Винки заварить один из лучших чаев Британии, что имелся у них в особняке, но Драко не хотел будить мать своим громким голосом.       С чашкой, зажатой в ладони правой руки, слизеринец подошел к холодильнику. Он терпеть не мог типичный завтраки аристократии, где все с показушно-спокойными высокомерными лицами аккуратными движениями режут свой блин, посыпанный черной икрой. Драко невольно передернуло; каждое утро, проведенное в Мэноре летом или на каникулах, было именно таким. Открыв холодильник, он обнаружил там несколько зеленых яблок, покоившихся на одной из полок. Взяв один фрукт, Драко закрыл холодильник и откусил небольшой кусочек сочной мякоти, разорвав ровными зубами тонкую кожуру.  — Доброе утро, Драко, — позади него послышался мягкий голос Нарциссы. — Ты всегда так рано встаешь?  — Доброе утро, мама, — улыбнулся слизеринец, проглотив кусок яблока. — Нет, видимо, привык подниматься рано на учебу.  — Приятно видеть тебя в чем-то, кроме черного, — Нарцисса пробежалась взглядом по новому костюму. — Уже собрался в Хогвартс?  — Да, — усмехнулся Драко. — Поттер с ума сходит от волнения, — он тряхнул рукой в воздухе.  — И не он один, — негромко сказала Нарцисса. — Когда вы вернетесь?  — Может быть, спустя несколько часов, — пожал плечами слизеринец, допивая кофе и отставляя кружку на стол.  — Хорошо, — улыбнулась Нарцисса. — Буду вас ждать.       Выйдя из кухни и минуя гостиную, в которой проходили собрания приспешников Темного лорда, Драко направился к выходу из Мэнора. Его шаги отдавались глухим стуком, нервирующим слизеринца; отворив дверь и ступив на гравий, Драко зажмурился от яркого света солнца, ударившего его в глаза. Тяжело вздохнув, он закрыл дверь и крутанулся на месте, представляя заснеженный берег Черного озера.       В следующее мгновение его грудь в очередной раз стянули железными обручами, перекрывая доступ к кислороду, а мир вокруг превратился в сплошную воронку; вскоре он очутился на берегу Черного озера. Туфли скользнули по заледеневшему гравию, и Драко, не сумев удержать равновесие, упал. Негромко выругавшись, слизеринец поднялся с земли и, отряхнув пиджак и штаны от снега, направился в сторону замка.       Драко и не думал, что в Шотландии в это время настолько холодно — рубашка и пиджак совершенно не грели, поэтому ему пришлось ускорить шаг, чтобы согреться. Или же не замерзнуть окончательно.       Когда слизеринец, наконец, оказался в замке, по его коже пробежали мурашки. Несмотря на то, что в коридорах было холодно, здесь все равно было гораздо теплее, чем на улице. Дверь в Большой зал была открыта, а сам зал был полон учеников, которые остались на каникулы в школе. Драко пробежался взглядом по столу красно-золотых и, обнаружив там практически всех гриффиндорцев, помимо Поттера, фыркнул и направился в башню этого факультета.       Уже спустя около шести пройденных лестниц Драко начал проклинать гриффиндорцев и то, что их гостиная находится на чертовом восьмом этаже. То ли дело — Общая гостиная Слизерина! Холодно, но зато не нужно преодолевать тысячи ступенек.       Поднявшись, наконец, на конечный восьмой этаж, Драко направился к портрету Полной Дамы, которая встретила его с презрительным выражением лица.  — Индюк, — произнес слизеринец, восстанавливая дыхание. Недовольно хмыкнув, Полная Дама все же пропустила Драко.       Зайдя вовнутрь, слизеринец невольно фыркнул: на столе находились волшебные шахматы, фигурки были разбросаны по всей гостиной; рядом с шахматной доской стоял ящик сливочного пива, и несколько пустых бутылок стояло около левой ножки стола. «Бывало и хуже», — пронеслось в голове у Драко. Обогнув гостиную, слизеринец посмотрел на винтовую лестницу, ведущую в спальни мальчиков.  — Черт бы побрал этих гриффиндорцев и их любовь к высотам, — недовольно буркнул Малфой, принявшись подниматься наверх. — Ну и какая из этих спален — его?       Драко поднимался по лестнице, приоткрывая дверь за дверью, однако все кровати, что не были аккуратно застелены, что говорит об отсутствии хозяина в школе, были пустыми ровно до того момента, как слизеринец поднялся практически до конца.       Приоткрыв одну из дверей, взгляд Драко зацепился за одну из кроватей — шторы на ней были задернуты, но не до конца, и он смог увидеть копну черных волос, распластанных по подушке. Ухмыльнувшись, слизеринец вошел в комнату. Подойдя к кровати, он осторожно отодвинул красную плотную штору — «Вот эта штука точно не пропускает никакие лучи» — и взглянул на гриффиндорца, что поморщился от попавшего на лицо солнца.       Поттер лежал, сжавшись в комочек и замотавшись в одеяло так, что были видны только его глаза и лоб. Драко невольно улыбнулся, глядя на эту картину — таким беззащитным гриффиндорец представал перед ним впервые. Поправив упавшую на его лицо прядь густых волос, Малфой с упоением наблюдал за тем, как Поттер хмурится, а спустя несколько секунд приоткрывает глаза и бормочет:  — Отстань, Дин, я не пойду на завтрак.  — Дин? — усмехнулся Драко.       Гриффиндорец нахмурился еще сильнее и, разомкнув, наконец, веки, попытался сфокусировать взгляд на стоящем над ним слизеринцем.  — Я же просил тебя не опаздывать, — протянул Драко.  — Малфой? — воскликнул Поттер, потянувшись за очками. — Который час?       Гриффиндорец попытался встать с кровати, но запутался в одеяле и, вероятно, упал, если бы Драко не помог ему победить в этой схватке.  — Малфой? — повторил он, скинув с себя одеяло. На его губах расцвела улыбка, и в следующее мгновение он буквально бросился к слизеринцу, заключая его в объятиях. — Какого черта ты тут делаешь?  — Жду, пока ты проснешься, наконец, — усмехнулся Драко, уткнувшись носом в его макушку. — Мы же виделись буквально вчера вечером…  — Заткнись и наслаждайся моментом, — фыркнул Поттер. — Который час?  — Около девяти утра.  — Драко! Ты обещал встретить меня у Черного озера в десять! — воскликнул негодующий гриффиндорец, выпуская Малфоя из своих объятий. Тот в ответ лишь неопределенно пожал плечами. — Ты в костюме, — растерянно произнес Поттер. Его взгляд скользнул по галстуку, на который был прицеплен зажим, и он вновь улыбнулся, обнаружив, что зачарованная змея на нем двигается.  — Как ты угадал? — Драко изобразил искреннее недоумение и удивление на своем лице. — Одевайся.       Недовольно хмыкнув, гриффиндорец обогнул кровать и открыл чемодан. Драко сел на его постель и осмотрел комнату, но взгляд его остановился на обнаженной спине Поттера, который рылся в своем чемодане. Брюки он уже успел надеть; видимо, найти рубашку в этом беспорядке оказалось гораздо сложнее. Спустя несколько минут Поттер все же выудил из чемодана белую рубашку, которая, — слава Мерлину, — благодаря волшебству даже не измялась. Поднявшись с пола, гриффиндорец накинул рубашку на свои плечи и принялся застегивать пуговки.  — Что? — недоуменно спросил он, заметив на себе взгляд Драко.  — Ничего. Продолжай, — ухмыльнулся слизеринец. Закатив глаза, Поттер отвернулся от него. Когда с пуговками было покончено, настал черед пиджака, отыскать который было гораздо легче, чем рубашку. Это был тот самый пиджак, который он надевал на бал в честь Хэллоуина — красный, плавно переходящий в серебряный. Однако когда гриффиндорец вынимал его из чемодана, оттуда же вылетела фотография и аккуратно приземлилась на пол. Драко заметил это и, усмехнувшись, поднял фотографию с ковра и протянул ее замершему Поттеру. — Больше не теряй.       Гриффиндорец принял из его рук фотографию и, вынув из чемодана фотоальбом, поместил ее на одну из страниц. Убрав книгу обратно в чемодан, Поттер достал оттуда галстук и, не сумев его завязать, раздраженно повернулся к Драко.  — Помоги мне.       Поднявшись с кровати, Малфой принял галстук из его рук и, подойдя к гриффиндорцу, принялся завязывать его. Он наблюдал за Поттером, который кусал нижнюю губу не переставая, но Драко был уверен, что он это делал не для того, чтобы пофлиртовать с ним, а от волнения.  — Гарри, — мягко сказал слизеринец, когда закончил завязывать его галстук. — Все будет хорошо.       Улыбнувшись от того, сколько доверия было в изумрудных глазах, Драко накрыл его губы своими, увлекая в нежном, успокаивающем поцелуе, шептавшем: «Что бы не случилось, я всегда буду рядом».