Слово Пандоры

— Нырнул за девушкой без всяких сомнений. Как благородно, — дразнит Чонгук, устраиваясь за обеденным столом. Ёрим морщит нос и толкает парня, требуя сначала вымыть руки. С лисицей спорить он не решается, поэтому всё же её требования выполняет. Хосок делает вид, словно оглох. Он никак не реагирует на колкости младшего. С момента как оборотни покинули его загородный домик, в котором они расположились, Сольха не выходила из комнаты. Хосок предполагал, что девушке будет сложно освоиться, поэтому решил, что близость Ёрим поможет ей в этом. Он специально выдернул лисицу из западного леса сюда и не ошибся. Единственная кому девушка доверилась была кумихо. — Ты планируешь открыть ворота в поместье? — Так было бы проще всего, — соглашается Хосок, уже предполагая, что его решение не одобрят. — Это нерационально. Необходимо заявить о новом статусе. Она не рабыня и не заложница. Сольха твоя жена. Хосок дергает плечами. Ему всё ещё странно от мысли, что под его опеку попала молодая девушка с другого конца света. Но ещё больше беспокоит, что об этом браке знают все. Это была громкая новость, и парень уверен, что вокруг достаточно желающих узнать как выглядит девушка и кем она является. Сольха хоть относилась к правящей династии, стояла в наследстве на далеком двенадцатом месте. Вряд ли кто-то вообще имел представление о том, кем она является. Теперь в герцогство потянутся нежеланные гости, которые однозначно лишь усложнят их отношения. Наконец на лестнице слышатся тихие шаги на кухне появляется Сольха. Она сцепляет руки перед собой, взволнованная и робкая. — Присаживайтесь. Будем обедать, — улыбается ей Ёрим. Девушка едва заметно кивает и оглядывает стол, решая куда ей сесть. Окончательное решение за неё принимает Хосок. Он отодвигает стул рядом с собой, и Сольха послушно принимает приглашение. Чонгук с интересом разглядывает пару. Они были как свои дома — полными противоположностями. Скорее всего в столице их ждало множество сложностей, но если этот брак заработает, то у него многообещающие перспективы. — Сколько займёт дорога до столицы? — решается спросить Сольха. Она чувствует на себе внимательные взгляды и пытается побороть неловкость. В конце концов она обычный человек, а не диковинный зверь, чтобы на неё так смотреть. — Два с половиной месяца, — отвечает Чонгук, желая привлечь к себе больше её внимания. — Но мы его сократим. Значительно, — он хитро улыбается. Сольха хмурится и в поисках пояснения переводит взгляд на Хосока, но вновь вмешивается Чонгук. — Я хранитель. У меня есть ключи, способные открыть любую дверь, так что для меня не существует сложностей в перемещении. — Неужели? — искренне удивляется Сольха. На Севере хранителей не было. Это был редчайший дар и способность. Она слышала о таких людях лишь из историй прабабушки. Чонгук самодовольно усмехается и кивает. — Всё, что имеет замок — имеет ключ. Так что это лишь вопрос времени как скоро я смогу достать или создать его. — Откроем дверь в охотничий домик. Так Ёрим поможет собраться Сольха и лишь после направимся в столицу. — К чему такие сложности? — Традиции, — подчеркивает Ёрим. — Нельзя нарушать установленный порядок. Ты должна появиться в городе согласно всем правилам. Чонгук предупреди мать о нашем возвращении. — Она мне не мать. Вдовствующая королева будет вне себя от радости. — Так вы принц? — уточняет Сольха. — Я бастард, — слишком гордо для своего положения заявляет Чонгук. — Представь как сходит с ума королева, зная, что такая редкая способность досталась сыну её фрейлины. Сольха смущается и отводит взгляд. Девушка совершенно не уверена, что такие вещи рассказывают подобным образом и возможно даже испытывает к королеве женское понимание. Никакого не обрадуют измены мужа. Невольно взгляд Сольха останавливается на Хосоке, который внимательно смотрит на Чонгука. В его глазах явное раздражение и усталость, но он ничего не говорит, чтобы остановить парня. После плотного обеда Сольха без всяких вопросов помогает Ёрим. В скромном доме их не ждала прислуга, чтобы выполнять всю грязную работу. Да и девушка не ожидала, что такова будет. В их семье статус не давал права отлынивать от любой работы. На закате Хосок сообщает, что пришло время выдвигаться. — Почему дорога своим ходом такая долгая? — Она пролегает через пустыню, — объясняет Ёрим, поправляя дорожный плащ. Девушки наблюдают как замирает Чонгук посреди макового поля. Он будто недолго раздумывает о чём-то, а после громко хлопает в ладоши. В следующее мгновение воздух вокруг вздрагивает и нагревается. Сольха отступает назад, удивленно смотря, как пространство вокруг словно трескается и перед ним из ниоткуда появляется дверь. Высокая массивная дубовая дверь, разрисованная алыми розами и голубыми васильками, какие ставят в при входе в поместья. Парень усмехается и показывает всем ключ из латуни. Он вставляет его в замок и просто толкает дверь. Та подчиняется, легко отворяется и демонстрирует за собой только непроглядную темноту. Чонгук переступает первым. Его фигура просто растворяется в темноте, заставляя Сольха ощутить испуг. Она сжимает кулаки, уговаривая себя следовать за всеми. Люди следом друг за другом проходят в двери, словно это что-то привычное и совершенно незамысловатое. Ёрим проходит вперёд Сольха. — Испугалась? — догадывается Хосок, подходя к девушке. — Это выглядит ненадёжно. — Дверь не сможет стоять здесь долго. Скоро Чонгук закроет её, так что нам стоит поторопиться. Сольха понимающе кивает и осторожно приближается. Хосок остаётся позади девушки, но заметив, как она вновь заколебалась, безмолвно берёт её за руку и тянет за собой через порог. Девушка невольно сжимает большую тёплую ладонь сильнее и зажмуривается. Неожиданно её слуха касается птичья свирель и веселый голос Чонгука поторапливающий всех. Воздух вокруг тёплый. Ветер ласковый и мягкий. Пахнет чем-то сладким и незнакомым. Сольха нерешительно открывает глаза и пораженно замирает. Вокруг всё было зелёным. Высокая трава доходила почти до колен. Сквозь неё можно было разглядеть множество цветов, на который сидели яркие большие бабочки. Журчала, разбиваясь о маленькие камушки, речка. Сольха нерешительно поднимает сочный зелёный лист, сорванный с макушки дерева. Он немного похож на звезду. Прежде они никогда не видела подобного. Девушка поднимает его над собой, восхищенно разглядывая как солнечные лучи пробиваются сквозь него, подсвечивая тонкие прожилки рассекающие зелень. — Не так страшно, правда? — улыбается Ёрим. — Тут так тепло, — делится наблюдением Сольха. В камзоле ей становится жарко. — Тут ещё хорошо. Слава богам, мы не решили идти через пустыни. Вот там невероятная жара, — улыбается лисица. — Это охотничий домик Хосока. Отсюда до столицы меньше двух суток. Нам следует подготовиться как следует. Хосок отправляет гонца в столицу. Люди, присматривающие в его отсутствие за домом, торопливо помогают подготовить всё необходимое и всем расположиться. В комнате, выделенной для Сольха, Ёрим уже переворачивает какие-то сундуки. На кровати и креслах разложены платья. Молодая женщина с дочкой лет семи под указку кумихо раскладывают украшения и головные уборы. — У нас совсем нет времени, чтобы всё успеть! Это единственное, что произносит Ёрим, прежде чем как следует взяться за работу. Сольха немного оглушенная после перемещения и увиденного послушно выполняет всё, что от неё требуют. Девушку смущают избыточное внимание и касания посторонних людей. Разглядывая скромный чистый дом, Сольха отвлекает себя мыслями о том, каким может быть герцогство. — О нет, — девушка шокированная своим внешним видом нерешительно замерла перед зеркалом, к которому её наконец подвели. В его отражении она видела совсем не себя. Сольха съеживается и напряженно стискивает пальцы. Шифоновая белая ткань свободно прилегала к её телу, полностью обнажая плечи и ключицы. Корсет расшитый золотом и кружевом стискивал ребра и достаточно вызывающе приподнимал грудь. Далее шла длинная шифоновая юбка, стелющаяся по полу. При неловком движении она распахивалась, обнажая почти всю ногу. Совершенно чуждо, непривычно и излишне обнаженно. — Это слишком. Мне нужно переодеться. В таком даже спать стыдно. Сольха тяжело выдыхает и нервно проходится по волосам. Они стали совсем мягкие, непривычно пахли каким-то цветами и холодный серебристый оттенок угас за множеством различных средств и украшений. — Об этом не может быть и речи, — равнодушно отзывается Ёрим. Она приказывает одной из служанок принести ещё что-то. Через какое время девушка вносит в комнату последний элемент наряда. — Мы облачаем тебя в свадебный наряд. В столице тебя встретят как невесту герцога, поэтому будь готова к вниманию. Особенно со стороны дворца. Лисица разворачивает сплошь белое кружево. Сольха даже представить не может сколько времени ушло, чтобы создать нечто подобное. На неё накидывают мантию, скрывая всю наготу от посторонних глаз. Тяжелая ткань грузом ложится на плечи девушки. Кружево расшито жемчугом, серебряные и золотые нити перекликаются между собой, сияя наравне со стеклярусом. Лисица завязывает длинные ленты у шеи девушки, а после накидывает на её голову капюшон. Неглубокий, но достаточно, чтобы скрыть ото всех волосы и глаза девушки. Сольха вновь поднимает взгляд на зеркало и устало кивает. Она чувствует себя растерянной и даже напуганной. Нервно разглаживая складки на платье, девушка как никогда отчётливо ощущает себя самозванкой. Наконец сообщают о том, что лошади готовы. — Я хочу переодеться. Под накидкой никто не разглядит, что за платье на мне, — пытается настоять девушка, сбрасывая капюшон и отходя от зеркала. Невысокий каблук туфель с тесьмой вязнет в ворсе ковра, заглушая её суетливые шаги. — Нет времени, — обрывает строгий голос Хосока. Сольха замирает, не понимая, почему каждый раз упускает его приближение. Девушка запахивает накидку плотнее, надеясь, что ему не открылось больше положенного, но что-то в его взгляде говорит ей об обратном. — Поторопитесь. Ёрим довольная маленькой победой выскальзывает с прислугой за дверь и оставляет Сольха и Хосока наедине.