Слово Пандоры

Сольха волнуется. На следующий день после их прибытия назначали официальную церемонию открытия охоты. Это должен был быть большой бал, суетой которого они планировали воспользоваться, чтобы провести свои сделки. Так как рядом не было Ёрим, она была занята подготовкой для побега нескольких детей из катакомб публичного дома, Сольха собиралась сама. Девушка тщательно подбирала каждую деталь своей одежды, помня, что это должно быть что-то красивое и при этом удобное. Время переодеваться у неё не будет, пока Чонгук открывает двери, а его тень развлекает гостей. Девушка не торопилась возвращать ему корону, но вины за это не ощущала. Она была её спасательным кругом. В дверь негромко стучат, а после входит Хосок. Они делили одну спальню, что явно вызвало замешательство у придворных. Лишь после Сольха узнала, что здесь было принято, чтобы муж и жена спали отдельно, за исключением нескольких дней в месяце. Это вызвало у неё множество вопросов и сомнений, но она не торопилась ими делиться и предпочла оставить у себя в голове. — Я не подумал, что тебе нужна будет помощь, чтобы собраться, — виновато вздыхает Хосок, наблюдая разбросанные платья по всей комнате. — Это сложнее, чем кажется, — звонко смеётся Сольха, примеряя на голову кокошник. Он был отделан дорогим бархатом и расшит речным жемчугом. Девушка рассматривает себя в зеркале, и откладывает головной убор обратно. Хосок заинтересовано наблюдает за всем, но замирает, когда девушка вновь возвращает на голову венок герцогини. Она видит, как теплеет его взгляд, смотря на него через зеркало, и слегка улыбается. Отчего-то теперь этот головной убор казался ей единственным правильным для всех публичных мероприятий. Его простота, но благородство идеально отражали её желания. Сольха собирается подняться с софы, когда вспоминает, что не обвязала шелковые ленты на туфлях. Девушка приподнимает подол платья, раздумывая стоит ли для начала снять венец, когда замечает, как Хосок подходит к ней ближе. Он присаживается на одно колена рядом и аккуратно касается её лодыжки. — Не стоит, — смущается Сольха. — Всё в порядке. В этом нет ничего такого. Просто скажи, если будет туго, — спокойно объясняет он, оплетая щиколотку девушки широкими лентами. Сольха невольно склоняется к нему ближе, завороженно наблюдая за аккуратными четкими движениями. Он завязывает ей пышные бантики на обеих ногах и поднимает голову, чтобы убедиться, что сделал всё правильно. Их взгляды сталкиваются. Глаза Сольха выглядят такими восхищенными и трогательными, что Хосок невольно ощущает как сердце пропускает удар, а шею заливает краска. — Кхм, так хорошо? — Прекрасно, — улыбается девушка, покрутив стопой. Она выбрала не слишком высокий каблук, чтобы было удобно двигаться, но эти туфли были одними из любых в её коллекции. Хосок поднимается в полный рост и протягивает ей руку, помогая подняться. Сегодня на Сольха также лиловая накидка с золотым силуэтом феникса. Она закреплена на одно плечо девушки и свободно широкими складками струиться по её фигуре почти до пола. Хосок настоял на ней специально, чтобы за свободным кроем можно было спрятать оружие, и никто не посмел распускать слухов о герцогине. — Я должна кое-что сказать тебе прежде, чем мы присоединимся к празднику, — внезапно начинает Сольха, едва хмурясь. — Я рассказывала, как на рынке спасла одну из нимф и связалась с её торговцем, чтобы попасть на Арену. Он не скрывал своего лица, лишь был одет иначе… Но это был Принц. Запахи этих двух людей одинаковы. Хосок хмурится. Его охватывает беспокойство. Он сразу бросается в размышления, раздумывая о последствиях. Сольха выглядит виноватой, понимая, что отчасти она спровоцировала данную проблему. — Его отец продаёт оружие, а сын решил заняться людьми. К тому же он уже проявляет к тебе странный интерес. Хосок прекрасно понимает почему. Всё неизвестное и редкое вызывает интерес. В глазах многих Сольха была лишь трофеем, и, если с ним что-то случится девушку ждёт незавидная судьба. Он опускает руку ей затянутую в корсет талию и смотрит ей прямо в глаза. — Ты заставляешь весь этот чёртов мир сходить с ума, — в его голосе нет злости или отвращения, лишь насмешка, но он стискивает её талию сильнее, и Сольха безошибочно ощущает его ревность. Для неё это новое незнакомое чувство с кислинкой граната. Оно кажется властным и непокорным. Таким нехарактерным для Хосока, но приятным. Последнее заставляет Сольха ощутить смущение, но делает её счастливее. — Ближе к полуночи будет самый разгар праздника. Мы используем это время, чтобы провернуть всю затею, — напоминает Хосок, прежде чем войти с девушкой в зал. — Я готова, — с легкой дрожью в голосе признаётся Сольха. Они проходят сквозь высокие арочные двери главного зала, в мгновение попадая в безумство праздника. Здесь играет большой оркестр приятные восточные мотивы, иногда смешивая их с здешней музыкой. Множество людей в красивых нарядах, удивительных украшениях расхаживают по залу, заливаясь приветствиями и смехом. Эта не та чинная и благородная обстановка, чтобы была на бале Сольха. Здесь всё кажется более провокационным, вызывающим и откровенным. Эти взгляды, улыбки, танцы напоминают чем-то происходящее в публичном доме. Но как сравнивать проституток и высшее общество. На подиуме восседает королевская чета, граф и восточный принц. Их стол богато накрыт и украшен множеством цветов так, что за всеми декорациями не видно лиц правящей верхушки. Хосоку и Сольха приходиться присоединиться к их компании. Невольно девушка оказывается между мужем и принцем. В центре зала танцуют приглашенные танцовщицы, красиво извивая свои тела в музыке. Сольха осторожно двигает одну из ваз, чтобы лучше разглядеть происходящее, когда слышит тихий смешок рядом. Девушка поднимает взгляд на принца. — Для вас, наверное, подобное поведение дикость, — сразу пытается объясниться он. — Они достаточно откровенны для консервативного Севера. — Но это ваша культура. Могу ли я судить о ней? — Сегодня Юг действительно делает всё таким, каким в их представлении выглядит Восток, — задумчиво произносит мужчина. — Но у нас обширные земли и множество народов. В каждой частице нашей земли есть свои особенности и ценности. — Должно быть вы очень любите свой дом. Когда-нибудь ваше правление принесёт благо. — Смелое заявление. — В чём же? — Его могут посчитать поддержкой герцогства для начала переворота по смене власти на Востоке. Сольха задумывается. Её светлые глаза находят в толпе гостей Нуру, заложницу графа, и настроение становится лучше. — Как-то раз я видела вашего отца. Он не производит впечатление благоразумного правителя, — честно отвечает она. — Он поставлял оружие в армию Юга, когда пришёл к нам и предложил схожую сделку, — Сольха смотрит принцу в глаза, показывая, что не боится своих слов и считает, что грубый отказ Севера являлся единственным верным ответом на это предложение. — Чем же будете торговать вы? — прямо спрашивает девушка. Он уже торговал чужими жизнями. Сможет ли этот человек быть лучшим правителем на Востоке, чем все предыдущие? — Герцог, позволите пригласить вашу жену на танец? Хосок переводит взгляд на Сольха, и она лишь моргает в ответ, давая незатейливое согласие. Парень слегка сжимает её запястье, позволяя постороннему увести девушку. Этот отказ был бы принят в штыки, поэтому ему приходится уступить и понадеяться на благоразумие Сольха. Одна он заметил сразу: она быстро сообразила, что её могут поймать по особенной походке, поэтому ловко изменила её. Хосок впервые так отчетливо слышал стук её каблуков. С каждым выпитым бокалом люди теряют всякую бдительность и увлекаются происходящим. Сладкое вино затуманивает разум и превращает даже самых сдержанных людей в неугомонных весельчаков. Сольха понимает, что приближается время, и теперь им надо выиграть момент для Чонгука, пока его реальную личность заменит тень. Чтобы всё прошло гладко, девушка отдала ему свой кинжал с камнем из короны. Его сила должна была поддерживать тень, пока они не вернутся. Сольха изображает легкое опьянение и забвение, когда торопливо приближается к столу. Девушка отодвигает одну из ваз в сторону и присаживается на край стола напротив того места, где сидел Хосок. Её глаза лихорадочно блестят, а на губах расцветает обольстительная улыбка. Её причёска быстро растрепалась, поэтому Сольха избавилась от всех заколок, позволяя локоны свободно струиться по своей спине. — Не станцуете со мной? — она склоняет голову к плечу и подает руку Хосоку. — Как я могу отказать, — усмехается он. Пригубив вино, парень встаёт со своего места, а затем поднимается сначала на кресло, а после на стол. Сольха едва сдерживает смех, отчетливо ощущая сколько взглядов в этот момент обращены на них. Наглый и неуважительный жест по отношению к пригласившим встать ногами на стол, но кажется Хосок добивался именно этого эффекта, поэтому ничуть не смущается. Он спрыгивает со стороны Сольха и снимает девушку следом, уводя в танец. Подзадоренные музыканты пускаются в очередную безумную игру, и множество юных пар стекаются на быстрый и свободный танец. Девушка уже не сдерживается и смеётся во весь голос, когда Хосок улавливает возможность подтрунить на кем-то из вельмож или самим графом. — А ходили слухи, что между ними разлад, — шепчут завистливые языки, когда Хосок беззастенчиво прижимает Сольха к себе ближе, и девушка не сопротивляется. Несмотря на то, что Хосок всё же получает удовольствие от танца с Сольха, он не перестаёт наблюдать за Чонгуком. Когда парень убеждается, что всё готово, он сообщает об этом Сольха. Девушка переводит дыхание и оглядывается по сторонам. Ей всё ещё неловко от того, что она собирается сделать. Она не должна была быть подобной здешним развязным женщинам, но это ради благого дела. Сольха приподнимается на носочки и мягко касается губ Хосока, прежде чем его рука собственнически зарывается в её волосы, и он углубляет невинный поцелуй. Его жест вольный и властный прямая демонстрация всем, кому принадлежит эта девушка. — Беги, — шепчет он ей в самые губы, бросая затуманенный взгляд на её лицо. Сольха едва улыбается, слегка отталкивает его и отходит на несколько шагов назад. Она выросла среди оборотней и знала, что подобный трюк использовался ими для брачного ритуала. Слишком сокровенное для стольких внимательных глаз. Она замечает шокированный взгляд Нуры, наблюдающей за всем. Сольха бросается прочь, напоследок бросив Хосоку лукавую улыбку. — Молодость, — понятливо кивает какой-то старик из важных вельмож. Граф стискивает бокал в руках, рискуя разбить его. — Бесстыдство, — с презрением бросает принцесса. Чонгук выдыхает. У них всё получилось. Хосок и Сольха исчезают за дверьми спальни, отослав стражу довольно быстро и грубо. Девушка смущенно краснеет, представляя, что о них надумали, но дело требует жертв. Она взволнованно смотрит, как Хосок вставляет ключ в дверцу шкафа в их спальне. Он идеально входит в замочную скважину. Они не являлись хозяевами ключа, и им обязательно нужна была дверь, в то время как Чонгук мог открыть замок даже в открытом поле. Подобная магия всё ещё казалась ей пугающей. Смерть имела ключ от всего, что было в этом мире. Сольха забирает вязаный и расшитый узором плед, и Хосок переводит на него вопросительный взгляд. — Для малыша, — быстро поясняет Сольха, смущённо улыбаясь. Этот плед ей подарила бабушка Хана для её ребёнка, но уточнить подобное девушка смутилась. Хосок берёт её за руку и неторопливо проводит следом за собой. Он трепетно ощущает её тревогу и волнение, поэтому сжимает ладонь чуть сильнее в своей руке. Сольха задерживает дыхание, когда они проходят через пространство, рассекая его словно толщу воды. Через мгноверие перед ней уже простираются сырые и затхлые катакомбы. Тэхён, ожидающий их, чуть улыбается и приветствует молчаливым кивком. Ёрим по правую руку от него чуть крепче прижимает к себе свёрток из грязных пелёнок, и Сольха торопится помочь ей привести ребёнка в порядок, пока Тэхён и Хосок обсуждают последние детали. Когда всё готова, Хосок сам протягивает руки к малышу и осторожно прижимает к себе хрупкого спящего младенца. — Где его мать? — спрашивает он, приподнимая покрывало, чтобы увидеть тёмные волосы на его голове. — Она предпочла остаться, — отчитывается Тэхён. — Возможно у неё ещё были дела, — кивает Сольха, обращая внимание на оставшихся двенадцать детей, которых им нужно было вывести. Среди них был тот самый мальчик из трущоб. Он улыбался щербатой улыбкой и совершенно не узнавал Сольха, хотя казалось, что в какой-то момент он всё же попытался распознать знакомый запах. Ей стало заметно легче, когда она смогла убедится, что он в порядке. — Нам нужно поторопиться, — замечает Тэхён. — Пропажа детей привлекла внимание, — с сожалением сообщает он. — Не могло быть иначе, — спокойно говорит Хосок, полностью сосредоточенный на том, чтобы не уронить малыша из рук. — Чонгук задерживается. — Что-то произошло, — предполагает Сольха. Она сидится на корточках перед маленькими детьми и начинает разговаривать с ними тихим полушепотом, пытаясь успокоить. Внутри девушки поднимается тревога, но она старается не показывать её детям. Они доверяют ей, потому что она кажется им знакомой или кто-то постарше даже признаёт в ней княжну. Наконец пространство рассекает небольшая скрипучая дверь и из неё показывается Чонгук. В какой-то момент он успел переодеться в неприметный чёрный камзол и его волосы были в сущем беспорядке. — Всё готово. Сольха выдыхает с облегчением. Чонгук держит дверь открытой и первыми проходят Ёрим и Тэхён, чтобы встретить детей уже по ту сторону. Сольха и Хосок остаются последними. Девушка смотрит на мужа, понимая, что ребёнок на его руках выглядит неожиданно символично. Хосок кажется полностью сосредоточен лишь на нём. Он спокоен, сдержан, но в глазах таится знакомое тепло и даже какая-то привязанность. — Дети дарят много надежд, верно? — улыбается Сольха. — Они есть смысл этого мира. И главная причина почему нам, взрослым, пора сложить оружие, — соглашается Хосок. — Он ведь справится там без родителей? — Всё будет хорошо. О нём позаботятся в княжеском поместье и найдут кормилицу. На Севере сейчас мало детей. Это тревожно, — неожиданно признаётся Сольха, опуская взгляд. Хосок вновь берёт её за руку, и теперь уже вместе они перешагивают порог двери. В охотничьем домике пахнет древесной стружкой и горной свежестью. После изнуряющей жары пустыни Сольха ощущает облегчение. Она делает глубокий вдох, наслаждаясь той волей и простором, что несли родные запахи. Девушка невольно улыбается, когда замечает краем глаза алое поле маков у подножия родных гор. Дети заинтересовано оглядывают дом и восхищаются всем происходящим. Сольха с облегчением наблюдает за ними, когда через открытие окна до неё доносится знакомые голоса. — Мы пойдём первыми, — предупреждает Сольха, переглядываясь с Хосоком. — Они уже здесь. Девушка нервно выдыхает и останавливается у дверей. Она почти два месяца не видела родных. Было страшно, что они ей скажут и как отреагируют на происходящее, но сестре девушка доверяла. Сольха выходит на крыльцо домика сразу находя взглядом Наби. На ней был бежевый сарафан с ярко-алыми цветами. Голову девушки покрывал широкий платок украшенный на лбу ярко блестящим бисером. Сольха улыбается и даже почти расстраивается, что стоящий позади Наби Джонхёк всё ещё не получил девушку в стаю. Сольха оглядывается на Хосока и вместе с ним идет им навстречу. Обстановка достаточно напряжённая и накапливается лишь больше, когда Джонхёк не даёт Наби подойти ближе к сестре. Хосок это сразу замечает, но не ведётся на провокацию. Он позволяет своей жене идти впереди, а в его руках грудной ребёнок, не позволяющий ему дотянуться до оружия. Волк сразу считывает подобное поведение. Не хотя, но Джонхёк отступает. Сольха касается спины Хосока, выражая свои благодарность и поддержку. — Он волчий, — произносит альфа, заинтересовано поглядывая на свёрток в руках. Малыш зашевелился и даже через слои пелёнок и одеяло смог высунуть ручку. Пухлая ладонь с широко расстопыренными пальцами потянулась вверх. — Кажется даже в таком возрасте они знают, кто главный, — с неким замешательством замечает Хосок. Он неохотно, но передаёт ребёнка женщине из стаи, но Сольха всё же успевает коснуться маленькой ручки. От него пахнет молоком, пряностями и надеждой. Малыш оборотень. — По традиции разве он не должен носить имя своего спасителя, — будто невзначай напоминает Сольха. Джонхёк бросает недовольный взгляд на подругу. Та лишь нагло усмехается, вызывая у Наби тихий смешок. Всё почти как в детстве. — Значит будет Хосоком, — весело произносит Наби. Она гладит малыша по переносице и смеётся, когда ярко-голубые глаза мальчика поднимаются на неё. — Расти сильным и смелым, как южный герцог. Сольха также тихо смеётся. Хосок никак не комментирует тот факт, что в честь него дают имя ребёнку. Он оглядывает поляну, на которой расположилась стая. Ёрим не закрывает двери дома, позволяя детям бегать туда сюда. Лесные существа приносят к порогу ягоды, и лисица угощает ими всех. Хосок предлагает Джохёку поговорить и к ним присоединяется Тэхён. Сольха наконец получает возможность побыть с сестрой вдвоём. — Я думала свадьба уже состоялась. — Совсем скоро. Джонхёк зол, потому что отец нарек ждать до праздника весны, — делится Наби, улыбаясь. — Наказание за тайные свидания. Уж не знаю кто ему рассказал. Сольха смеётся, а после наконец обнимает сестру. Она утыкается ей в шею, ощущая родной запах дома, наполненного свежей выпечкой и уютом. На глазах самопроизвольно скапливаются слезы, но она успевает их сдержать. — Ты так изменилась. Я сначала даже не узнала тебя. Такой наряд… И взгляд. Поначалу Джонхёк сказал даже, что тебя нет с ними, настолько твой запах слился с Хосока. Сольха смущается и переводит взгляд на мужа. Он стоял к ней спиной. Выше, чем его собеседники, широкоплечий, излучающий контроль и спокойствие. Несмотря на всё, Сольха чувствовала, что может ему доверять. Будто ощутив её взгляд, Хосок оглядывается. Их взгляды встречаются, и девушка непроизвольно улыбается. То, что он сделал сегодня для неё было бесценным. Наби внимательно наблюдает за всем. — Он хорошо с тобой обращается? Джонхёк сказал, что мы могли бы тебя забрать домой. Условие нарушено, поэтому если я расскажу всё отцу, то мы сделаем это, — неожиданно говорит девушка. Сольха вздрагивает, словно от удара. За секунду в её голове проносится множество мыслей, заставляя её ощутить как немеют конечности и сердце становится твёрдым. — Я не считаю, что договор нарушен. Они вернули большую часть пленных. Работорговля незаконна. Чтобы сломать эту систему потребуется много времени, и важно, что сейчас они пытаются помочь нам, — Сольха пытается взять себя в руки, но грудь сжимается от страха, что её действительно могут забрать. — Скажи честно, Сольха. У тебя к нему чувства? Сестры пересекаются взглядами и на мгновение замолкают. Сольха знает ответ на этот вопрос. Он возникает естественно и просто, словно уже давно был в её мыслях и сердце. Она пыталась убить эти чувства, чтобы не быть предательницей, хотела быть союзником и другом, но по итогу лишь соединила все эти роли в одну. — Я действительно уже люблю его, — признаётся Сольха. Она ожидает, что после её слов обязательно что-то случится, изменится, но ничего не происходит, кроме того, что теплеет в груди и становится свободнее. Словно она наконец-то может сделать вдох полной грудью. Наби всё видит. Она расцветает в нежной улыбке и касается рук сестры, даря ей свою поддержку и заботу. Сложно было не заметить перемен в ней. Наби и Сольха росли плечом к плечу и были глубоко привязаны друг к другу, поэтому сестра сразу ощутила, что за внешним лоском скрывались и внутренние изменения. Рядом с мужем Сольха казалась поразительно нежной и хрупкой. Она сияла как луна в звёздном небе, дарила покой и умиротворение. Такой Наби уже давно не помнила сестру. Тяжесть войны и потери ожесточили её, изранив душу в лоскуты. — Это же прекрасно. За это не надо чувствовать вины. Сердце должно любить, а не печалиться. Всё в прошлом, Сольха, — ласково обещает Наби, проводя кончиками пальцев по серебряным листьями на венце сестры. — Вы носите равные знаки власти. Это о многом говорит. Сольха впервые с момента встречи задумывается о том, как выглядит в глазах близких. На ней дорогой шёлк, бархатные туфли и драгоценные камни высшей пробы, но, что важнее она несёт венец и знамя герцогства. То, что казалось бы никогда не придётся ей по душе в сегодняшний вечер она надела на себя с гордостью. Сольха замечает, что разговор между мужчинами подошёл к концу, и Хосок уже какое-то время молча дожидается её в стороне. — Думаю, мне пора. — Береги себя, — шепчет Наби. — Но я должна была сказать тебе ещё одну важную вещь, — сестра замолкает и раздумывает некоторое время. — Лука исчез. Точнее сказать сбежал из-под контроля отца. Ты и Сухо дали ему многое. Я уверена, что он будет искать тебя. Сольха хмурится и вспоминает алую стрелу, что направил на неё неизвестный. Она лично обучала мальчика, и его меткий глаз был идеален для лучника. Он никогда не промахивался. Девушка обнимает сестру, обменивается взглядами с Джонхёком напоследок и направляется к ожидающим её Хосоку, Тэхёну и Ёрим. Чонгук стоит в дверях дома, погруженный скорее в свои мысли, чем в происходящее. Но заметив её приближение Смерть слегка улыбается. — Княжна, разве вы не с нами?! — кричит ей вслед мальчик, найденный в трущобах. Он смотрит с интересом и любопытством. — Нет. У меня свой дом, – улыбается ему девушка, а затем смотрит на Хосока. – И мне пора вернуться туда.