Есть один шанс обрести свободу

Дверь с грохотом захлопнулась перед моим носом. Я ещё минуту стояла, сжимая зубы и пилила её взглядом. Вот же кретин! — Очень мило с твоей стороны! — крикнула я в закрытую дверь, зная, что меня услышат. Он ясно дал понять: друзей из нас не будет. Развернувшись, я направилась в своё новое жильё. Квартира маленькая, аккуратно обставленная, тихий район — вроде безопасно, но чуждо. Я достала из сумки бутылку виски. Маленький глоток, чтобы притупить напряжение. Разговор с Шенноном не сложился. Не болтлив, не любезен, не тот, кто даст лишний повод. Мне нравилось думать, что у меня есть план на всё; сегодня он дал сбой. Но сбои — это не приговор, это корректировка курса. Завтра я вернусь. Шеннон — это не проект, это человек с рутиной и привычками. У каждого есть слабые места. Умом я сочиняю на ходу сценарий: быть скучной, быть предсказуемой, тогда он начнёт видеть меня как фон. А дальше — один неверный шаг, одна раскрытая эмоция — и он может дать больше, чем думает. *** Я споткнулась о ступеньку, больно ударилась коленями, но прилив адреналина не позволял остановиться. Остался последний рывок — верхний этаж, безопасность. Сзади послышалось сдавленное рычание, и ледяные пальцы вцепились в лодыжку, снова сбивая меня с ног. Я перевернулась на спину и успела вскинуть ногу. В удар я вложила все силы; в его глазах плясали бесы. Он не шутил. Сейчас он мог сойти с ума и пойти на преступление. Тим потерял равновесие, хватаясь за перила, но рука соскользнула, и он кубарем покатился вниз, ударяясь о каждую ступеньку. Тело замерло в неестественном положении, а я всё ещё боялась пошевелиться. Тишина была оглушительной, будто заложило уши. Я не знала, сколько времени просидела, глядя на, казалось бы, бездыханное тело. Нужно было что-то делать, но разум отказывался работать. Вцепившись в перила, я с трудом поднялась на ноги. Теперь казалось, что опасность миновала. На ватных ногах я добралась до спальни сестры. Она мирно спала, не подозревая, что творилось за дверью. — Кейти, — шепнула я, слегка касаясь её плеча. Девочка распахнула глаза, испуганно взглянув на меня. Свет ночника мягко заливал комнату, но мне хватило его, чтобы схватить рюкзак и кидать туда вещи. Я не понимала своих действий, но знала одно: нужно бежать. Бежать сломя голову, подальше от этого дома. Бежать так, чтобы Тим не смог нас найти. Я вновь оказалась перед сестрой, крепко держа её за плечи. Видимо, мой облик её пугал, но я была сама напугана до предела. Я доводила отчима до бешенства раньше, но сегодня он окончательно сошёл с ума. — Я тебе потом всё расскажу, ладно? — тихо сказала я. Кейти ещё слишком мала для взрослых проблем. Я расскажу ей, когда будем в безопасности. Правда или выдумка — не важно, главное, чтобы она верила и не боялась. Сестра медленно выбралась из-под одеяла и позволила взять себя за руку. — А Тим не будет… — начала она, но я приложила палец к губам, издав бесшумное «шшш». Мы осторожно покинули спальню, хотя, казалось, в этом уже не было необходимости. На верхней ступеньке я замерла. Там не было отчима. Мы медленно спустились вниз, каждое движение было осторожным. И вдруг… позади раздался тихий скрип. Я обернулась. И там, в тени коридора, появился Тим. Сердце ёкнуло. Он был жив. *** В этот момент я вздрогнула, открывая глаза. Свет раннего утра заливал комнату, а диван подо мной был твёрдым. Сон. Кошмар. Я села на диван, сжимая подушку, и позволила себе несколько мгновений побыть в этом странном промежутке между сном и реальностью. Нужно было проветрится Я вышла на улицу, глубоко вдохнула прохладный утренний воздух и опустилась на первую ступеньку дома. Солнечный свет ещё не растопил туман, которым окутан был тихий район. Тихо, как из ниоткуда, подошёл чёрный кот. Его шерсть блестела на слабом свете, глаза мерцали золотым огнём. Он потерся о мою ногу, и я непроизвольно протянула руку, чтобы погладить его. Кот закрутился у моих пальцев, урча низко и спокойно. В тот момент пришла странная мысль: а что, если я сама — как кошка? Скитаюсь по этому городу, скрываясь, наблюдая, исчезаю в тенях и вновь возвращаюсь. Подобно этому коту, я — свободная, осторожная и скрытная. Позади послышался скрип двери. Шеннон вышел из дома и на мгновение замер на верхней ступеньке, словно застигнутый врасплох. Его взгляд быстро пробежал по улице, а затем остановился на мне. — Доброе утро… сосед! — выдавила я из себя. Я попытаюсь снова. Шеннон приподнял бровь и лишь кивнул. Он прошел мимо, направляясь в сторону своей машины. Движения у него были чёткие, уверенные, без суеты. — Почему ты такой говнюк? — сказала я ему в след. Он замер, но спешил поворачиваться. — Не можешь нормально общаться с людьми? Наконец, он слегка приподнял подбородок и спокойно произнёс: — Мы что, уже на «ты» перешли? — Хотела сказать, что это было не очень вежливо — захлопнуть перед моим носом дверь. — Я поднялась и сделала шаг вперед, приближаясь к мужчине. — Слушай, не знаю, откуда ты и что тебе нужно, но я повторяю: общение мне не интересно. Уясни это...соседка. — С этими словами Шеннон развернулся и продолжил путь к машине. Внутри что-то шевельнулось — смесь раздражения, любопытства и странного волнения. Этот человек был непробиваемым. Я застыла на тротуаре, следя, как он забирается в машину. Взгляд упал на часы — 7:45. Теперь я знала, во сколько он уходит.