Голос разума

      Вцепившись в книгу, Рита медленно присаживается на кресло. Больших усилий ей стоило не выбросить находку через хлипкую деревянную форточку шестого этажа. Руками овладевает неконтролируемая тряска, неприятной вибрацией передающаяся по всему телу, перед глазами все плывет, головокружение и не думает отпускать. На девушку, словно живые, смотрят три слова на обложке, произнести вслух которые она не в состоянии.       — Ус-спокойс-ся... — приказывает себе Рита, пытаясь ухватиться за остатки разума, как за хвост воздушного змея. Однако и змей, и ее трезвое сознание сейчас вот-вот порвут тончайшую ниточку.

Глубокий вдох... Медленный выдох...

      Девушка часто заморгала, сильно тряхнув головой. Мама всегда учила ее, что в случае, когда эмоции берут верх, лучшим решением будет размеренно дышать. Вот так: вдо-ох-вы-ы-ыдох... Со вдохом неприятности, проблемы и прочее собираются в огромный, будто снежный ком, а с выдохом все это рассыпается на мелкие песчинки.       — Так-то луч-чше, — все еще заикаясь, шепчет про себя девушка. Воспоминания о детстве и о маме, кажется, могут показать выход из любой неприятной ситуации. Эмоции постепенно сходят на нет, а перед глазами наконец рисуется реальная картина происходящего. Что такого в этой книжке? Ну надписи необычные, ну была скрыта под обложкой другой книги, ну и что? Неужели она всерьез поверила, что в богом забытой школьной библиотеке могла совершенно случайно оказаться книжка по черной магии или вроде того? Абсурд полнейший! Наверняка это чья-нибудь шутка или реквизит для школьных спектаклей.       Большую часть странной панической атаки, взявшейся неизвестно откуда, Рите удается победить. Девушка неспешно разминает затекшую шею, вытягивает перед собой руки, предварительно оставив книжку на коленках, заводит их за голову и сладко потягивается. Ну и денек! Начался так себе, а уж закончился полным недоразумением.       Отложив несчастную находку на тумбочку, видимо, появившуюся здесь еще во времена Брежнева, школьница лениво поднимается с кресла и направляется в коридор. Здесь единственное во всей квартире полутораметровое зеркало, в отражение которого они с мамой кокетливо смотрятся перед уходом. Рита заглядывает в желто-зеленые глаза, надеясь увидеть там ответ на давно беспокоивший ее вопрос: почему? Почему с ней вечно происходит что-то из разряда «горит сарай гори и хата»? Чем она заслужила такое к себе отношение?       Девушка подходит к зеркалу, аккуратно касаясь разбитой губы, подбородка, потирая ссадины на плечах и предплечьях. Она снимает футболку в полутьме простенькой квартиры, открывая всю имеющуюся у нее коллекцию синяков. Какие-то зажили, и теперь, желтея, становятся едва заметными, какие-то совсем свежие, вот-вот проявятся после сегодняшней перепалки.       В чем было дело? Ей бы самой понимать. С месяц назад в школу перевелся красавчик из соседней гимназии. Турнули его оттуда за неподобающее поведение со сверстниками и, что неудивительно, сплошные неуды в дневнике. Эдакий «I'm criminal» местного розлива.       Как подобает таким хулиганам, парень быстро обзавелся парой-тройкой друзей со схожими интересами и толпой поклонниц, едва ли не затопляющих коридоры школы при каждом его появлении. Что в нем особенного и почему вдруг к нахалу такое внимание — Рита искренне не понимала, пока не столкнулась с ним один на один в пустом коридоре во время урока.       Ее, как дежурную в классе, отправили за мелом, а он как обычно прогуливал уроки. Складывалось впечатление, что парень вовсе их не посещает. Однако ему это всегда сходило с рук. Рита, к большому своему сожалению, не входила в длинный список его поклонниц. Поначалу Вадим не замечал девушку, классика. Она в принципе мало кому была известна. Невысокого роста, ничем не выделяющаяся фигура. Только очень худая, будто вот-вот сломается пополам. В связи с семейными проблемами ей приходилось ежедневно терпеть на себе косые взгляды, а то и вовсе словесные оскорбления, поэтому школьница предпочитала по возможности смешиваться с окружающей обстановкой.       Разместившись на широком подоконнике, парень лениво листал что-то в смартфоне, в очередной раз игнорируя просьбы учителя о посещении занятий. Рита в своем репертуаре тихо прошмыгнула мимо него, оставив после себя легкий ветерок, миновала коридор и скрылась за лестницей. Она не обратила ни малейшего внимания на находящегося здесь Вадима. Абсолютно. Словно его здесь и нет. Что-то неизвестное щелкнуло в голове красавчика, и он тут же подорвался вслед за упорхнувшей особой. «Как это так? Не заметила? Так еще и кто?!» — яркими вспышками проносилось в голове парня, пока он догонял строптивицу.       Поравнявшись с беглянкой, Вадим схватил ее за плечо и грубо развернул к себе. Неровное от внезапной физической активности и нахлынувших эмоций дыхание вперемешку с пристальным взглядом придали этому юноше еще более зловещий вид, чем Рите виделось ранее. Тогда она в прямом смысле почувствовала себя загнанной в угол дичью, которой вот-вот перегрызут глотку.       — Самой умной себя считаешь? — словно дикий зверь, рыкнул Вадим, нависая над девушкой. — Ты кто такая вообще? Кем себя возомнила?       — В-в... В смысле? — оцепенев от страха, пискнула Рита.       — Вся школа моя, все сучки длинными хвостами за мной носятся, но не ты... — казалось, он задумался. Каким бы злодеем его ни считала школьница, он все равно оказался куда хуже. Карикатурный тупоголовый качок из американских фильмов про подростков. Хотя назвать его качком язык не поворачивается: высокий, среднего телосложения. На фоне девушки он, может, и выглядел огромным, однако вовсе таким не был. — Может, и не все... Но суть в другом. То ли ты совсем отбитая, как говорят, то ли... — едва не коснувшись губами уха Риты, парень замер. Воспользовавшись моментом, девушка попыталась проскользнуть под его руками, чтобы снова обрести свободу, но школьный злодей лишь сильнее вжимал ее в стену. На его губах нарисовалась довольная ухмылка, от чего юной пленнице стало совсем не по себе. В голове тут же возникли образы сродне Чикатило, по телу будто дали разряд тока, а в горле развернулась Сахара. Такое поведение весьма забавляло юношу, удерживая на его лице наглую усмешку. — Нарываешься? — он произнес это с какой-то интимно-жуткой интонацией, а легкая хрипотца голоса добавила новую волну холодного пота по спине оторопевшей школьницы. Темно-карие, словно топленый шоколад, глаза вовсе ее не радовали. От взгляда хотелось убежать, скрыться и больше никогда не видеть. Он пугает ее, совсем не вызывая желания поддаться. Негодяй. Подлец. Он сводит с ума. — Ты понимаешь, что ведешь себя тупо? — едва ли не облизнулся Вадим, продемонстрировав белые зубы. Оскалившись, он схватился за тонкую ногу. Пальцы практически соприкоснулись, обхватывая бедро Риты, и ладонь грубо двинулась вверх, приподнимая расклешенную школьную юбку. Полуденную тишину школьного коридора нарушил мел, выскользнувший из руки девушки и с грохотом ударившийся о пол. Тихо всхлипнув, что для нее самой стало неожиданностью, девушка посмела поднять взгляд на мучителя. Но ничего, кроме издевки, в его глазах не было. Только сверкнувший интерес. Он схватил ее запястья и поднял над головой, сильно прижав к стене. Хищно улыбнувшись, он протиснул колено между ее ног и продолжил с силой вдавливать худое тело в стенку. Он король ситуации, и она должна сдаться ему. И совершенно не важно, что она одержима не им, а животным ужасом. Сейчас она в его власти.       Он наклонился к нежной шее, и резко выдохнув, оставил языком влажную полосу. Слегка горьковатая, гладкая. Вновь улыбнувшись, парень со вкусом впился в нежную кожу зубами. Девушка вскрикнула, изо всех сил пытаясь вырваться, дергая руками, пытаясь шевелить ногами, извиваясь как змея, однако все ее усилия с треском разбились о его безразличие. Ему было совсем не трудно удержать ее, ведь она куда слабее и меньше по габаритам. Увлекшись своей новой игрушкой, Вадим не заметил охание в паре метров от развернувшегося возле школьной стены спектакля. Спустя пару секунд в тишине коридора раздался характерный щелчок фотокамеры. Если бы только Рита знала, что в ту секунду ее жизнь пойдет под откос... Хотя куда еще хуже?       Интригующие фотографии быстро разлетелись по школе. Казалось, что даже учителям было известно, за каким мелом Рита ходила во время урока. От неожиданности Вадим тогда ослабил хватку, что позволило школьнице бежать, только вот позор нагнал ее и перегородил все выходы.       Прямо на уроке ей в спину прилетела скомканная записка со зловещим посланием:

«За школой после урока, тварь»

      Она чувствовала, что все это точно не закончится хеппи эндом. Девушка прекрасно знала, что ей не сойдет с рук ее неповиновение Вадиму и те вещи, что он успел с ней вытворить. В будущем его действия еще успеют сказаться на мировоззрении юной особы, но сейчас ее ждал куда более очевидный исход событий. Зажав в кулаке несчастный клочок клетчатой бумаги, Рита собрала всю оставшуюся смелость и на первой же перемене вышла во двор школы. Девушка уверенно зашагала на стадион, воровато огладываясь по сторонам. На площадке ее ждали около десятка разновозрастных девушек и столько же ребят неподалеку в качестве зрителей. Неплохой замес, не так ли?       Рита прекрасно знала, на что шла. Как-то раз ей уже приходилось участвовать в подобном, только не в роли жертвы. Видимо, это расплата за уже успевший позабыться случай. Глубоко вдохнув, девушка не спешила сокращать дистанцию — инстинкт самосохранения еще не покинул ее, несмотря на «жертвенный» образ жизни.       — Что, зассала? — сквозь жвачку кинула одна из стоящих здесь барышень. Их группа выделялась на фоне остальных тем, что они прямо-таки источали враждебность по отношению к Рите. Остальные же были хаотично разбросаны по площадке: кто-то сидел на турнике, кто-то занял сидения качелей, а кто-то облокотился о гимнастические брусья. И только по одежде присутствующих можно было понять, что на улице давно не сентябрь.       — Это даже смешно, черт подери, — выругалась про себя школьница, сильнее сжимая в руке записку. — Что от меня надо? — бросила она, все-таки сохраняя безопасную дистанцию. Барышни мельком переглянулись, и на лицах поочередно стали вспыхивать хищнические ухмылки.       — К Вадиму не подходи, слышь? — послышался чей-то писклявый голос откуда-то издалека, что вызвало у Риты нервный смешок.       — Че ржешь? Совсем крыша поехала?! — беседа только началась, а у кого-то уже сдали нервы. А ведь виновница торжества вовсе не собиралась продолжать вакханалию. Пока девушка соображала, как бы грамотней ответить на столь беспричинный выпад в ее сторону, неопознанное нечто вдруг сорвало с нее шапку.       — Да что случилось, объясните вы уже! — наконец закричала школьница, даже не пытаясь выхватить головной убор — бесполезно. Вновь со спины к ней подлетела другая барышня, хватаясь за собранные в хвост волосы. От внезапной и резкой боли у девушки подкосились ноги, что сыграло на руку нападающей.       — Спрашивать и говорить здесь будем мы, а ты должна молча слушать и вникать, — грозный женский голос раздался точно над ухом, пока неаккуратным движением волнистые волосы были намотаны на кулак. — Тебе ясно? — эта фраза будто переключила какой-то тумблер в голове девушки, от чего по щекам сами собой побежали слезы. Таким тоном с ней разговаривал отец, кого она всю жизнь считала виновным в своей нелегкой участи. Мамины крики, ее страх, отцовские ругания яркими вспышками пронеслись в голове и вылились в тихие всхлипы. Переглянувшись с остальными, стоявшая напротив Риты девчонка вдруг закричала.       — Она на жалость давить пытается, вы посмотрите! Шлюха! Все знают, почему тебя из прошлой школы выперли и зачем ты приехала, — словно главарь банды, девчонка наклонилась к Рите, стараясь всем своим видом показать, что школьнице тут не рады. Несмотря на позицию, которую девушка приняла с первого дня переезда, несмотря на мамино «иногда лучше промолчать и потерпеть», несмотря на всю ситуацию в целом, нервы все-таки дали трещину.       — Пошла ты, — подняв на обидчицу опухшее от плача лицо, бросила школьница и тут же за это поплатилась. Чувство тошноты и резкой боли в животе разлились по худощавому телу, заставив Риту закричать. Она упала на промерзшую землю, свернувшись калачиком. Тело напряглось до максимума, будто стараясь предотвратить посыпавшиеся со всех сторон удары. Девушку стали пинать, называя последними словами лишь за то, что она оказалась не в том месте и не в то время. Лишь раз она подняла глаза на Вадима, стоявшего недалеко и наблюдавшего это месиво во всей красе. В его взгляде девушка вновь встретила то безразличие, что было днем, только сейчас оно передалось и его «братве».       Однако стоит отдать ему должное — в какой-то момент Вадим все же решил остановить происходящее, по-царски махнув рукой барышням. Они тут же разбежались, словно гиены шипя на лежавшую на земле Риту. Несколько минут она оставалась неподвижна. Нет, девушка не ждала, пока все разойдутся, это произошло бы в любом случае — она лишняя в этой тусовке. Школьницу не покидали воспоминания, что без конца транслировались в мыслях еще с самого начала разбирательств.

Неудивительно, что тебя все послали. Не нужна ты никому, понимаешь? Прекращай наматывать сопли на кулак и стань наконец нормальной!

      Прижав к себе замерзшие руки, она едва сдержала вой. Не зря говорят, что душевная боль куда сильнее физической, ибо даже последняя, несмотря на изобилие ощущений, не могла подавить ее чувства. Часто дыша, судорожно вытирая лицо от бесконечно струящихся слез, она вскочила и со всех ног понеслась в единственное безопасное место — школьную библиотеку, к коей ученики давно забыли путь. Ей не составило труда пробраться мимо библиотекаря и забиться в самый дальний угол, где точно никто не найдет и не услышит.

Что с тобой, Рита? Почему ты плачешь? Разве такого не случалось раньше?

      Случалось. Далеко не редко. Иногда девушку цепляли местные гопники по причине внешнего вида, мол, слабая и хилая, молчит постоянно — идеальная мишень. Эти же девчонки, особенно из ее класса, частенько задирали школьницу, чтобы та «не высовывалась» и «не лезла не в свое дело». Какое дело и куда не высовываться, естественно, никто не объяснял. Это могло быть от ответа на уроке до междусобойчиков на перемене. Иногда ее просто не хотели видеть рядом, а дни школьных фотосессий Рита пропускала нарочно, чтобы в очередной раз не попасть под горячую руку одноклассниц. И несмотря на выбранную ей роль, девушка не теряет характера, видимо, доставшегося от отца. Первое время она даже ввязывалась в конфликты с одноклассницами из-за своего острого чувства справедливости. Одно время девушка вовсе не была изгоем — она старалась вытащить из этого болота других, более слабых жертв. А в итоге сама осталась в этом. Ей никто не помог.

Ты всегда должна рассчитывать только на себя. В этом мире никто не будет помогать тебе просто так.

      Единственная истина, что она запомнила на всю жизнь. Каждый сам за себя. Отец прививал это едва ли не с младенчества. Ну, в те моменты, когда ему было интересно общаться с дочерью. Или когда что-то нужно было от мамы. Последнее случалось гораздо чаще.       Мама... Единственный светлый человек в ее жизни. Единственный друг, товарищ и родной человек. Она никогда не отвернется, никогда не бросит в беде и никогда не обидит. Если бы мама только знала... Рита была бы рада делиться с мамой всем: переживаниями, радостями, грустью и шутками. Увы, маме и без того тяжело. Мама много работает, она слишком устала, чтобы внимательно следить за дочерью. Девушка бережет ее больше себя, гораздо больше. Она способна терпеть оскорбления, скрывать побои и лучезарно улыбаться, провожая маму на очередную смену вне графика. Маму нельзя беспокоить. Маму следует оберегать от всего того негатива, что терпит на себе Рита.

Ты сильная... Какая же ты у меня сильная...

      Ее слова как колыбель, как бархатное одеяло, спешащее согреть и огородить от любой напасти. Только слова мамы, что она говорила дочери перед сном, способны успокоить.       Но не сегодня.       Сегодня все перешли границы дозволенного. Сегодня все ополчились против Риты и кажется, что вот-вот ее сломают. Рассматривая разбитые бровь и губу, девушка отмечает для себя, что придется какое-то время не попадаться матери на глаза. Ей не нужны переживания, а Рите лишние — вопросы. Идти в полицию бесполезно, поскольку все ребята и даже учителя встанут на сторону обидчиков, и никто ничего не докажет. Школьница давно свыклась со своей судьбой. Ничего, еще пару лет, и она забудет эту школу и отправится вслед за мечтой. Если не умрет раньше.       При тусклом свете небольшого светильника, девушка обрабатывает йодом синяки, смывает перекисью кровь на лице и снова возвращается в кресло, укрывшись теплым пледом. Нет настроения браться за домашнее задание, ужинать тоже не хочется. Сейчас бы забыть этот день, все-таки такой истерики с ней ранее не случалось. Теплый чай расслабляет, а мягкий плед дает легкое ощущение безопасности. В полутьме комнаты Рита включает настольную лампу, а взгляд снова падает на загадочную книгу. «Почему бы и нет?» — проносится в голове девушки, и слегка трясущейся рукой она поднимает увесистое печатное издание. Она не похожа на учебники, страницы плотные, но не режут пальцы, как у новых книг. При этом выглядит она весьма и весьма презентабельно, будто ей года полтора от силы. Чуть пожелтели страницы, но это свойственно большинству книг. Обложка чем-то напоминает кожу, но, скорее всего, это имитация. Во всяком случае, это неплохой способ отвлечься от произошедшего за сегодня.       Открыв книгу, девушка ожидала увидеть текст на латыни, местами подчеркнутый кровавыми заметками, однако... Она все же больше похожа на учебник, нежели на выдержку из художественной литературы. И, что самое странное, на русском языке! Но какого черта, как она оказалась в библиотеке, так еще и замаскированная под то, что редко пользуется популярностью среди школьников? Странностей становится все больше, но девушку это только забавляет. Увлекшись, она не замечает, как начинает читать вслух. Эта привычка сформировалась еще с детства, когда мама читала сказки на ночь после очередной ссоры с отцом. Чтение вслух действует лучше любого успокоительного, Рита едва ли не кожей ощущает мамино присутствие.       В книге подробно рассказывается о загробном мире, только больше на манер католицизма. Увы, девушка не относит себя ни к какой из конфессий, а религиоведение никогда ее не интересовало. В свое время родители не смогли прийти к решению, крестить ли девочку, поэтому она так и осталась «без ангела-хранителя». Быть может, он бы уберег ее от всего. Хотя кто знает. Если ее судьба такова, то любая защита бессильна.       В одной из глав говорится о вызове демона перекрестка, по мнению неизвестного автора книги, он способен исполнить любое желание взамен на душу. Забавное совпадение, не так ли? Ведомая то ли интересом, то ли затуманенным от пережитого разумом, девушка вдруг находит в тумбочке свечу, которую мама зажигает при отсутствии электричества. Зачем-то Рита всегда носит с собой простенькую зажигалку. Когда-то она пробовала курить, но спустя время поняла, что ей это не нравится. С тех пор осталась зажигалка, ставшая чем-то вроде талисмана — напоминание о ее истинном лице, о той бунтарке, что который год спит в ее хрупком теле. Щелчок, и голубой огонек хватается за обугленный фитиль, становясь ярко-оранжевым. Веревочка постепенно поддается огню, утопая в плавящемся воске. Уставшую голову вдруг посещает мысль, что огонь способен согреть вечно холодные руки. Среди русских букв девушка замечает новые, неизвестные ей ранее. Неужели латынь? Знание химии все же имеет толк, хотя бы в такие моменты. Усмехнувшись, она вдруг начинает читать, пока огонь свечи ласкает замерзшие пальцы. Странная улыбка растягивается по лицу, а голос эхом разбивается о стены. Мир вокруг будто исчезает, поглощаемый темнотой. И без того тихие звуки улицы, редкие разговоры соседей вовсе замолкают, а девушку с книгой окутывает тишина.       Согласно книге, вызывающий должен выйти на перекресток, держа руки над свечой, и прочесть те самые слова, что представлены в тексте. Огонь зажженной свечи и сильное желание человека способны приоткрыть лазейку в потусторонний мир и пропустить через его границу нечистую силу, что обычно приходит в виде одного из демонов Ада. Сегодня день совпадений и случайных стечений обстоятельств, поскольку расположения дома девушки, ее эмоций и несчастной свечки вполне достаточно для совершения того, о чем она может только догадываться. Граница стерта, дверь приоткрыта, цель найдена.

Она все шепчет, шепчет, шепчет...

      Голос крепнет, тихий шепот превращается в твердые высказывания, но, движимая потоком эмоций и чувств, она не в силах остановиться. Текст кажется бесконечным, проговариваемые слова становятся четче и громче, ладонь почти полностью накрывает пламя свечи. Приятное тепло обжигает, а тело поддается тряске. Голова вновь идет кругом, книга в руках начинает подпрыгивать от сильной дрожи, а она все читает, читает, читает...       Последнее слово дается с особым усилием, но ее наконец отпускает. Дрожь понемногу успокаивается, несмотря на заложенность в ушах. Тряхнув головой, будто сбрасывая странное наваждение, Рита резко захлопывает книгу и отбрасывает в сторону.       — Чертовщина! — ругается девушка, бросая хмурый взгляд в сторону книги. Над губой вдруг становится тепло, а во рту возникает привкус железа. Рита подскакивает и бежит в коридор. Она не узнает себя. Ее перепачканное в крови лицо выражает страх и смятение, но отражение улыбается ей. В желто-зеленых глазах вспыхивает неизвестная искра, а потрескавшиеся губы расплываются в довольной ухмылке. В ушах звенит, руки сами собой хватаются за голову, а отражение даже не смеет шевелиться. В области висков сильно пульсирует, а тело будто пронзает разряд тока. От боли девушка кричит, не слыша собственного голоса. Слезы вновь катятся по щекам, перемешиваясь с ярко-алой кровью. Глаза отражения вдруг мигают черным, а губы едва-едва шевелятся, произнося что-то, чего Рита не может разобрать. Гул в голове медленно обретает форму чего-то более связного, похожего на голос. Нечеловеческий, ненормальный, но в какой-то степени нежный голос. Он обволакивает, заставляет заглянуть своему отражению в пугающие глаза и наконец услышать его. В ужасающем взгляде проскальзывает тревога и искреннее беспокойство. Без насмешки, с каким-то даже человеческим сочувствием произносит нечто, завладевшее отражением юной девушки.       — Отвратительно выглядите, барышня.