Без слов для чувств

      «Серьезно, что творится в голове этой девушки? Да и я не лучше! — размышлял мужчина, усевшись на кресле возле окна кухни. — Это же та самая Сакура, которую я помню еще с тех времен, когда она была ростом мне по пояс. Та же, что стала частью команды номер семь и моей ученицей. Что всем сердцем волновалась за своих товарищей и делала всё, чтобы стать им надежной поддержкой. Та же, что рыдала после ухода Саске из деревни и больше всех желала его возвращения. Та Сакура, которую всегда оставляли позади, но которая никогда не сдавалась, идя вперед… Так почему же сейчас всё обернулось подобным образом? И почему она всё еще никак ни пришла в себя, в ту, которую я знаю и в добром сердце которой я уверен, почему же она остается такой непонятной и необъяснимой? Я же думал, что знаю её, а оказалось — ровно ни на йоту… Одно я понял точно, ночевать с ней вместе — это очень плохая идея! Как бы там ни было, мне нужно сохранять с ней дистанцию, ведь, когда она станет собой, то однозначно очень пожалеет о происшедшем».       Дверь спальни открылась, и оттуда вышла Харуно. Посмотрев на сенсея, она, не проронив ни слова, зашла к себе в комнату, а вскоре, одетая, вышла обратно.       — Ты куда в такую рань? — удивился Какаши, всё так же раскинувшись за кухонным столом.       — Пойду прогуляюсь, мне нужно подышать свежим воздухом, — ответила она и закрыла за собой дверь.       — Хах, — выдохнул мужчина. — Почему с ней так сложно?       Раннее утро, вокруг ни души, довольно зябко и темно. Небо затянули тучи, не давая пробиться даже блеклому свету. Выйдя из дома, Сакура повернула налево. От росы песок лип к сандалиям, придавая весу стопам. Ветер, несильный, но прохладный, вызывал мурашки по коже. Кругом воцарилась почти мертвенная тишина, только время от времени слышался лай собак где-то вдалеке. Она следовала по дороге, даже не думая о том, куда несут ноги. Просто шла, как под чьим-то неведомым гипнозом. Прошагав около полутора километров словно в забвении, она свернула несколько раз, наконец оказавшись снова в этом месте. Здесь, где когда-то теплилась вся её жизнь. Подняла голову, и перед глазами предстал всё еще обугленный её собственный дом. Харуно застыла, будто в глубоком сне, смотря на ранее знакомые очертания, теперь уже с совсем чужими впечатлениями. Ничего, абсолютно ничего не приходило в голову от взгляда на это полуразрушенное здание. Черные балки, обгоревшие стены… А раньше? Раньше же наверняка столько всего здесь было… Детские воспоминания, приятные и не очень, слезы и радостный смех, первая влюбленность, счастье и разочарования, победы и проигрыши — всё это когда-то было в этом доме, в её воспоминаниях, в её сердце. А сейчас? Что осталось там сейчас? Пепел — вот, что теперь живет в этом доме. Ведь в нём не осталось больше ничего, кроме неясного опустошения внутри стоящей перед ним девушки.       — Сакура-чан? — позвал её негромко хрипловатый голос.       Она обернулась на звук и увидела перед собой ясные глаза блондина.       — Наруто… — тихо ответила она.       Растрепанные светлые волосы, свободная черная футболка и темно-синие штаны по щиколотку, сандалии и руки, заложенные за затылок.       «Слишком холодно одет… И слишком открыт».       — Что ты здесь делаешь, да еще и в такой час? — осведомился он, подойдя ближе.       — То же самое можно спросить и у тебя. Хотя всё же мне немного логичнее находиться здесь, нежели тебе, — произнесла девушка немного колко.       — Ха-ха, наверное, — с чувством неловкости в голосе ответил парень. — Я уже несколько недель тебя не видел, вероятно, еще с того времени, как тебя выписали из больницы. Ты в порядке вообще? — спросил он, посмотрев на её бледное лицо.       — Да, можно и так сказать… — произнесла она, продолжая разглядывать здание.       — Ты сейчас живешь у Какаши-сенсея? — спросил он, уже зная ответ.       — Да, — коротко ответила девушка.       — И как тебе? Наверное, не очень удобно? — неловко улыбнулся он, продолжая задавать вопросы.       — Всё в порядке. Сенсей очень заботится обо мне… — она сделала небольшую паузу, — словно родитель.       — Вот как, — он опустил взгляд в землю, пытаясь разглядеть камушки под ногами. — Хорошо, я рад, что у тебя всё в порядке, — вновь подняв и повернув к ней голову, Наруто улыбнулся. Сакура тоже посмотрела на его лицо, слушая парня. — Я же волновался о тебе, как твой товарищ и друг, конечно, — продолжал он ослепительно улыбаться.       — Спасибо, но не стоит, со мной ведь всё в порядке, — сказала она и после небольшой паузы немного тише добавила: — Ты мне очень помог тогда…       — Было бы за что благодарить, я же фактически ничего не сделал, — ответил он уже более серьезно, продолжив тоном ниже: — Я ведь всего лишь схватил его, но, к сожалению, не успел прийти вовремя…       — Всё в порядке, не волнуйся, в этом нет твоей вины, совершенно, — посмотрела на него Харуно.       — Даже если ты так говоришь, какой я после всего этого «шиноби» и «товарищ», Сакура-чан, если не смог защитить дорогих тебе людей? — с обидой и болью в голосе произнес блондин.       — Наруто, — девушка положила руку ему на плечо, — ты не в силах спасти всех… Ты же тоже человек, правда? Не кори себя.       «Единственная виновная в том, что произошло — это я сама».       — Твоя улыбка поддерживает меня намного больше, нежели беспочвенные обвинения из-за случившегося, — продолжила она. — Без тебя я даже не смогла бы наказать сотворившего такое.       «Ведь сама в тот момент, наверное, даже пальцем не способна была пошевелить от увиденного».       Он ярко улыбнулся:       — Если так Сакуре-чан станет лучше, то я буду поддерживать тебя всеми возможными способами, — уверенно сказал парень.       «Ярко…. Слишком ярко. Сияние от него разгоняет все тени и при этом порождает внутри неясное ощущение, похожее на то, когда проглатываешь что-то теплое».       — Ведь я хочу, — продолжал он, — чтобы Сакура-чан тоже улыбалась так, как и прежде, — взволнованно произнес Узумаки. — А то порой мне кажется, что даже твоих убийственных тумаков в моей повседневности немного не хватает, — засмеялся он, почесав затылок.       — Эх, Наруто, ты такой простак, — произнесла спокойно девушка, отвернувшись от него.       — В смысле? Ты о чем? — удивился парень.       — Да ладно, не бери в голову, Наруто-кун, — говорила она.       — То есть? Сакура-чан, да что ты имела в виду? — ныл блондин.       — Ничего, забудь. Всё, я иду спать, и ты тоже иди, — быстро произнесла она и отправилась обратно.       — Я уже не хочу. Что это значит? — продолжал он.       — Да, ничего. Забудь…       — Вот так всегда! И совсем ты не изменилась, Сакура-чан! — возмущался парень, следуя за ней по пути к дому Хатаке.       — Это ты не изменился, Наруто, всё такой же бестолковый.       — Ничего подобного! — отрицал он, но тут его внимание отвлекли. — О, Какаши-сенсей! — воскликнул парень, увидев перед собой только что возникшего учителя. — Тоже вышли немного прогуляться ранним утром? — спросил он простодушно.       — Да, что-то такое, — ответил тот, взглянув на лицо девушки. «Похоже ей действительно весело», — подумал он.       — Вы в последнее время очень измученный, сенсей, вам бы лучше спать подольше, — добродушно сказал Узумаки, — а не просыпаться в такую рань.       — Да всё в порядке, не волнуйся, Наруто, — Какаши подошел и потрепал парня по волосам.       — Какаши-сенсей, я ведь уже не ваш ученик, хватит, — возмущался блондин.       — Да-да, прости, я постоянно об этом забываю, — улыбнулся Хатаке. — Ладно, мне пора идти, время миссии немного поджимает.       — У вас миссия сейчас? — удивился Наруто.       — Да, но ничего особенного, — ответил Хатаке.       — Бр-р-р. Вставать в такую рань просто убийство… — потерев свои плечи от воображаемого холодка, звонко произнес парень. — Хорошо, тогда удачи, сенсей, — добавил он после.       — Да, — ответил мужчина и исчез так же резко, как и появился.       — Сенсей всегда такой занятой, — прокомментировал Узумаки. — Хотя это понятно, он же элитный шиноби, так что у него должна быть просто уйма заказов! — возвышенно произнес парень. — Ну, у меня, вроде, тоже не всё так плохо с этим. Жаль только, что Сакура-чан сейчас не ходит на миссии со мной. Из-за этого меня бросают из одной команды в другую, — немного уныло договорил он.       — Ага, — только и протянула девушка.       — Но я надеюсь, — весело продолжал блондин, — что вскоре мы будем ходить на миссии все вместе, как и раньше — ты, я и Саске, — он уверенно шел вперед, делая большие шаги.       — Да, наверное.       «Очень похоже на то, что вряд ли такое когда-нибудь ещё будет…»       — Даже как-то тоскливо по тем временам. Было весело, — продолжал Наруто.       — Наверное…       — Что-то случилось, Сакура-чан? — он остановился прямо перед девушкой и заглянул ей в глаза.       — Нет, всё в порядке. Я пойду спать, — ответила она и повернула во двор к дому Хатаке.       — А? — Наруто осмотрелся по сторонам. — Да, точно! — вдруг воскликнул, будто вспомнив что-то, блондин. — Увидимся! — громко сказал он, махая ей рукой на прощание, и исчез.       Харуно кивнула и молча зашла внутрь. Пройдя в свою комнату, она рухнула на постель и моментально уснула.       — Сакура, Сакура, — звал мужской голос, и девушка открыла глаза.       — Сенсей? Что с вами случилось? — спросила она, удивившись от увиденного.       Хатаке навис над ней, сантиметрах в десяти от её лица, весь перепачканный кровью. Волосы, лицо, руки, одежда — всё было покрыто красным, будто кто-то неудачно решил его раскрасить.       — Я убил его, — коротко ответил он.       — Кого?       — Убийцу твоих родителей, — уточнил он и улыбнулся сквозь маску.       «Жутко…»       — Но ведь… — невнятно начала она от непонимания происходящего.       — Тебе не нравится? — искренне удивился мужчина.       После небольшой паузы, она отодвинулась и поднялась с кровати. Мужчина выпрямился, и Сакура встала перед ним.       — Мне уже это не нужно, — уверенно сказала она.       Хатаке наклонился к её лицу и произнес:       — Да кого ты обманываешь? Я ведь знаю, что именно это тебе нужнее всего на свете, — прошептал он. — Наконец избавить себя и этот мир от его существования — вот твоя заветная мечта.       Она смотрела на него широко открытыми глазами.       — Нет, это неправда…       — Откуда же тогда эта неуверенность в твоем голосе? — спросил он дальше.       — Я не нуждаюсь в этом. Зачем сенсей замарал свои руки об этого грязного человека? — она взяла его багряную ладонь в свои руки.       — Грязного? — возмутился Какаши. — Так просто навешиваешь сейчас на всех ярлыки? Кто здесь и грязный, так это мы с тобой! Сакура, моя драгоценная ученица, чего же ты желаешь на самом деле, лгунья? — прошептал он прямо перед её лицом, подойдя вплотную.       — Я? О чем вы? — удивилась девушка, подняв на него глаза.       — Вот о чем — ты врешь мне и себе. Чего же ты желаешь на самом деле? — его рука легла сбоку на её шею, он повел вдоль груди, спускаясь ниже, ведя за собой багровый след, и остановился на животе. — Молчишь? Не знаешь, что ответить или ждешь дальнейших действий? — холодный взгляд острых черных глаз испепелял всё внутри.       — Жду, ведь сенсей прав, как никогда, — ответила она серьезно.       — Боюсь тебя разочаровать, — он сделал шаг назад, — но безобразные пустышки вроде тебя меня совсем не интересуют. Мне просто жаль тебя. Видишь ли, я хороший человек и лишь поэтому терплю твое надоедливое присутствие. И только из-за моей искренней жалости к тебе, — сменил он выражение лица, — ты возомнила себя особенной? Ты — ничтожество, не способное даже позаботится о себе! — ухмыльнулся он.       — Нет, нет. Я не хочу этого слышать, — закрыла она руками уши.       — Из-за жалости к такому неполноценному существу, что когда-то звалось человеком… — говорил он дальше.       — Нет, нет! — закричала она.       — Сакура, Сакура, проснись, — тряс её за плечо Какаши.       Она открыла глаза:       — Сенсей? Снова? — спросила она.       — Ты, о чем? Приди в себя. Кошмар приснился? — взволновался Хатаке.       — А? Нет, всё в порядке. Извините за беспокойство, — она поднялась и вышла из комнаты в ванную.       Какаши выпрямился.       — Что с ней? Всё еще волнуется о произошедшем? Или, скорее, и правда кошмар?       Он вышел следом. Сакура умывалась.       — Какаши-сенсей, вы так быстро вернулись с миссии? — спросила она, зайдя обратно к нему в общую комнату.       — Я думал, что справлюсь раньше, но дело немного затянулось, — ответил мужчина.       — Вот как, — присев на стул, она заложила ногу на ногу.       — Ты спала всё время, пока меня не было?       Она кивнула, а после, посмотрев на него, спросила:       — Может, сенсей просто не особо хотел возвращаться домой? — наклонившись, Харуно оперлась локтем о колено и положила подбородок себе на руку.       — Ты права, — коротко признался он.       «Уже и не припомню, когда у меня было такое желание, наверное, лет десять или и того больше назад… Кто вообще захочет возвращаться в пустой дом?»       — Тогда, может, мне лучше съехать? — спросила спокойно Сакура.       — Что? — удивился мужчина. — С чего вдруг? — задал он вопрос, прямо глядя в её лицо.       «Я, конечно, понимаю, что это нужно было сделать давно, и вообще подобная ситуация изначально не должна была возникнуть… Только вот она совсем еще не пришла в норму. Наверное, это была бы не очень хорошая идея оставить её в таком состоянии сейчас?»       — Вероятно, нужно так сделать, ведь из-за меня сенсей не может нормально возвращаться домой, хорошо отдыхать и делать всё, что ему захочется? — произнесла спокойно девушка, пытливо всматриваясь в его темно-серые глаза.       «Так-то оно так, но всё же…»       — Ты здесь ни при чем.       «Просто трудно, находясь здесь, не вспоминать, хоть мельком, о том, что в соседней комнате повесился твой собственный отец».       — Тогда… — начала говорить она, но остановилась. — Хорошо, если так.       «Как же трудно понять сенсея…»       Он поднял голову к потолку, блуждая по нему взглядом.       — Лучше нам вместе не ночевать, — он снова взглянул на неё.       Сакура посмотрела в сторону.       «Как будто я позволю этому случиться… Сенсей слишком уж осторожничает».       — Нет.       Какаши опешил:       — В смысле?       — Я отказываюсь ночевать отдельно, — еще раз повторила девушка.       «Кто здесь вообще хозяин?» — подумал мужчина про себя.       — И почему же, позволь узнать? — он положил ногу на ногу, раскинувшись на диванчике.       — Потому что тогда сенсей снова не будет высыпаться, ведь ему каждый раз нужно будет идти ко мне в комнату и успокаивать меня. Я… не помню того, из-за чего так мучаюсь, но я хорошо помню то тепло, что возникает, когда сенсей обнимает меня. Я не могу позволить себе так утомлять сенсея, когда он делает всё возможное, чтобы помочь мне.       «Таковы ведь правила взаимодействия?»       — Это не столь важно. Меня больше беспокоит то, что так не должно быть. Всё-таки учитель не должен спать в одной кровати со своей ученицей, — произнес он серьезно.       «Черт, как же паршиво это звучит. Еще хуже, чем я думал».       — Сенсей, меня не интересует, что вы считаете правильным, а что — нет, надеюсь, вы вполне понимаете это? — уравновешенно спросила она.       «Еще бы не понимать. Да это видно, как ясный день. Потому и странно то, что, когда тебе плевать на всех и вся, ты всё же питаешь такой интерес ко мне».       — Тебя должно это волновать, я для того и присутствую в твоей жизни, чтобы научить тебя подобным моральным вещам, кроме всего прочего.       Она пронзительно посмотрела на него:       — Неужели, Какаши-сенсей, вы вспомнили о том, что вы — мой учитель? — она сделала небольшую паузу и снова отвела взгляд в сторону. — Волновать меня? Думаете я знаю, что такое волнение? — девушка, посмотрев на него, добавила: — И те моральные вещи… Вы ведь, скорее, хотите не научить им меня, а просто успокоить собственные угрызения совести, правда же?       Хатаке молчал, обдумывая свой ответ. Сакура поднялась с кресла и подошла к нему, тем временем продолжая разговор:       — Я прекрасно понимаю, что, когда мне хорошо, сенсею ведь тоже. Именно поэтому вы так отчаянно не хотите оставаться со мной наедине, особенно ночью. А всё потому, что если бы сенсей совсем ничего не ощущал, то, собственно, и не предпринимал бы никаких действий чтобы избежать этого, ведь ему было бы всё равно, правда? Так что же, вам всё равно, сенсей? Вы ничего не чувствуете, когда я прикасаюсь к вам вот так, да? — она, положив ладонь ему на щеку, медленно провела пальцем по губам.       — Именно, — ответил он, когда её рука спустилась вниз по его водолазке на грудь.       «Такая маленькая ладонь…»       — Что же, тогда вас не должно волновать, сплю я у вас в кровати или где-то еще, так? — она скользнула рукой по плечу ему за спину, и, подойдя еще ближе, уложила её сзади на шею.       — Я против подобного, — ответил он, подняв к ней взгляд.       — Тогда давайте заключим сделку: я не прикоснусь к вам больше до тех пор, пока вы сами не захотите этого, пока вы не проявите ко мне интереса, — она, немного наклонившись, прикоснулась своим лбом к его, и её волосы рассыпались вдоль его лица.       — Так что, вас это устроит, Какаши-сенсей? — спросила Харуно.       «Конечно устроит, ведь так в выигрыше остаюсь только я».       — Вполне, — коротко ответил мужчина.       «Неужто она наконец успокоилась и сдалась? Но, как бы там ни было — это неплохой выход из этой ситуации».       — Что же, уверена, теперь сенсей будет доволен, — она отошла от него. — Будете ужинать? — спросила Харуно, как ни в чем не бывало.       — Нет, я уже… — протянул Какаши.       — Сакура-чан! — воскликнул блондин, увидев девушку на горизонте.       Харуно повернула на зов голову и увидела Узумаки, что активно махал ей рукой в знак приветствия. Немного позади него шел и Саске, заложив руки в карманы.       — Что ты здесь делаешь так поздно? — спросил Наруто.       — Выходила купить некоторое снаряжение, — ответила она.       — Для себя?       — Нет, для сенсея. Я сейчас временно работаю в лаборатории, так что мне такое пока вряд ли понадобится.       — С каких это пор Какаши доверяет тебе покупку своего оружия? — прокомментировал Учиха.       — Наверное, с тех самых, как я стала жить с ним, — ответила Харуно, взглянув на его самодовольное лицо.       Наруто на секунду погрустнел от услышанного. Брюнет поравнялся с Узумаки, подойдя ближе.       — Видимо, делает всё, чтобы ты не чувствовала себя такой, как бы это сказать… — он сделал вдумчивый вид, — точно, неполноценной.       Наруто зыркнул в его сторону, мол: «Что ты только что сказал?!»       — Да, вполне может быть, — согласилась девушка, от чего оба её собеседника сделали большие глаза.       — Ха-ха, не может такого быть, Сакура-чан, — засмеялся Наруто, — Саске просто сегодня не с той ноги встал.       — Ага, всю жизнь только с неё и встаю, — саркастически поддакнул Учиха. — Только ведь это не делает её более адекватной, — съязвил он.       — Саске! — блондин уже становился зол.       — Наруто, тебе не стоит обращать внимание на подобные вещи. Саске просто немного обижен из-за того, что теперь не он один такой особенный, правда же, Саске-кун? — она обернулась к нему и изобразила милую улыбку, а после подошла ближе и добавила шепотом: — Ну как, Саске-кун, у меня хорошо получается? Я тренировалась, — и отодвинулась обратно.       — Просто отстойно, — ответил он, будто выплюнув слова ей в лицо.       — Хорошо, что тебе нравится, — прокомментировала девушка.       — Хах, как будто в тебе может что-то нравится… — процедил Учиха, отвернув от неё лицо в сторону.       Наруто, резко повернувшись, схватил его за шиворот и замахнулся на него кулаком.       — Хватит уже, а то я-       — А то что? Что ты мне можешь сделать, усоратонкачи?! — выпалил брюнет.       — Ну же, мальчики, давайте не будем переходить на личности, да, Саске? — Сакура подошла и опустила замершую у самого лица брюнета правую руку Наруто. Силой разжала и его кулак, что крепко сжимал рубашку Учихи.       — Сакура-чан? — уставился блондин на неё вопросительно.       — Наруто, если меня что-то будет не устраивать, я вполне могу себя защитить, поверь мне на слово. Тем более от Саске… Он последний человек, которого я могу бояться.       — Но ведь он… — начал снова Узумаки.       — Саске, если у тебя есть большое желание что-то у меня узнать или уточнить, высказать любое свое мнение, по поводу и без, пожалуйста, приходи отдельно, — произнесла Харуно перед его лицом.       — Да вообще плевать, — ответил Учиха, смотря на неё.       — Вот и хорошо, — Сакура отошла от него. — Ну, что же, мне уже пора, ведь сенсей будет волноваться, — сказала она на прощание и ушла, оставив одного в полном непонимании, а другого — в раздражении.       «И почему каждый раз, когда я её вижу, она начинает так меня бесить? — Учиха зашел в дом, разулся, стянул с себя рубашку, бросив её на спинку дивана, и отправился в душ. – Глаза бы мои её больше не видели…»       — Что-то ты сегодня дольше обычного, — сказал Какаши, увидев вошедшую девушку.       — Немного разговорилась с ребятами, — ответила она.       — Было всё, что мне нужно?       — Да, я купила и сделала нужный заказ.       — Хорошо, — он поднес было руку, чтобы погладить Сакуру по голове, но остановился и спрятал её в карман.       Девушка подняла к нему глаза:       — Что такое?       — Ничего, — он взял пакет и отправился в свою комнату, а оттуда послышалось: — Спасибо.       — Да не за что, — ответила она, всё еще стоя у двери.       Этот вечер казался особенно долгим, то ли из-за того, что шедший с самого утра дождь так и не прекратился, то ли из-за того, что девушка сидела в кресле, поджав ноги, и всё время ждала — как проснулась посреди прошлой ночи и с того момента больше не ложилась — когда вернется сенсей, ведь его не было уже целые сутки. Он ушел еще вчера вечером и до сих пор не возвратился. Свет был выключен. Она сидела в углу, время от времени покачиваясь, будто в такт какой-то неслышной музыке, играющей только в её воображении. Дождь был довольно тихим, и от него немного клонило в сон. Оставшись одна, она даже не представляла, что ей делать. Домашние дела совсем не помогли отвлечься, и ужин на двоих одиноко остывал на столе. Мысли клубились в голове, словно вороньё над чьим-то трупом.       «Где он? Что с ним? Всё ли в порядке? А вдруг он снова попал в какую-то передрягу, что я тогда буду делать? Он же не погиб? Он просто не мог! Вот-вот он войдет в дверь, как всегда бесшумно, принеся с собою запах ржавчины… Он хочет меня оставить?»       Без сенсея… мир моментально мрачнел, медленно обесцвечиваясь с каждым часом его отсутствия. Будто его всегда спокойный и, казалось, немного скучающий вид был ядром её вселенной. Кончики пальцев закоченели, хоть и не было холодно. Взгляд уперся в одну точку, будто избегая оконных стекол, а руки всё продолжали крепко обхватывать собственные ноги. «Всё. Больше не могу», — подумала она и встала с кресла, схватила с вешалки плащ и, накинув на себя, раздвинула двери.       — Куда-то собираешься? — спросил знакомый силуэт перед её лицом. — В такую-то погоду не советую…       Она обняла его, и плащ свалился с её плеч на пол.       — Что такое? Отпусти, а то промокнешь, — произнес он спокойно.       — Где вы были, сенсей? Я думала, что вы решили меня бросить, — её голос немного дрожал.       «Чего она так испугалась?»       — Может, для начала пустишь меня в дом? — спросил Хатаке. Девушка разжала руки, и он прошел вперед. — Чего стоишь? Входи и закрывай дверь. Или ты всё же куда-то идешь?       — Нет, — ответила она и закрыла дверь.       — Не меня ли ты собиралась идти искать? — задавая вопрос, он скидывал с себя мокрую верхнюю одежду — плащ и кофту — и аккуратно складывал на деревянном стуле возле стола, стараясь ничего не намочить капающей водой.       — Сенсей… — начала она, но мужчина её перебил.       — Я сначала в душ, а потом поговорим, хорошо?       — Да, конечно.       Он зашел в ванную и закрыл дверь.       — Разогреть еду? — спросила она, проходя на кухню.       — Можно, — послышалось из-за двери.       Сакура снова приготовила всё к трапезе. Сенсей вернулся, но её лицо отчего-то только помрачнело, хоть и должно было обрести свой обычный безмятежный вид.       Мужчина вышел из душа обмотанный полотенцем и в маске. Оделся в спальне и вернулся.       — Сегодня сенсей пришел с другим запахом, — произнесла Сакура на одном дыхании с довольно побледневшим лицом.       Какаши поднял на неё глаза.       — О чем ты? — спросил он, закончив жевать.       — Когда сенсей возвращается с миссии от него всегда пахнет кровью, а сегодня запах был другой… — размышляла она вслух.       — Я промок под дождем, может, из-за этого? — спросил он, откинувшись на спинку стула.       Сакура молчала, смотря на него.       — Я сегодня… — начала говорить она, но остановилась и продолжила с другой мысли: — Сенсея так долго не было, и я не знала, где вы, — она повернула взгляд в окно, — мне было нечего делать, и я не могла с вами поговорить…       — И что с того?       — Я… Мне было… — растерялась она окончательно.       — Что? — он наклонился и положил руки на стол. — Что ты чувствовала? Волновалась? Тебе было одиноко? Скучала? Что именно? — задавал он вопрос за вопросом.       — Я… Я не знаю. Я постоянно думала только о сенсее, но он всё не приходил. С кем вы были, Какаши-сенсей? — она смотрела на него, и пальцы по-прежнему дрожали.       — С другой женщиной, — ответил он всё так же спокойно.       Её глаза расширились от услышанного.       — Хах, — хмыкнула она и улыбнулась совсем неестественно. Немного помолчав, Сакура добавила: — Не знаю, что это за чувство, но я хотела бы оказаться на её месте.       — Это называется «ревность», — произнес он всё так же, не сменив выражения лица, только легкая ухмылка показалась на краях его губ.       — Вы спали с ней, из-за этого тот запах? — спросила она тихо.       — А как ты думаешь?       — Вот как… — она опустила взгляд куда-то в пол.       — Сакура, неужели ты думала, что твое влечение ко мне может стать достаточной причиной для того, чтобы я нарушил свои принципы и завел с тобой какие-либо иные отношения, кроме наставнических? Уже не говоря о том, чтобы сделать тебя своей женщиной. Это невозможно, надеюсь, теперь ты это понимаешь? — спросил он, глядя на её лицо.       ««Её щеки начали бы гореть, а глаза были на мокром месте, она вот-вот заплачет…» Наверное, это я хотел бы сейчас увидеть и что же? Почему она так спокойна? Её не разрывают изнутри различные чувства? Обида? Злость? Горечь? Где же хоть что-то? Покажи уже мне наконец! У меня нет никаких сил смотреть на твое пустое лицо…»       Сакура подошла ближе к нему.       — Вы мне нравитесь, очень нравитесь, сенсей, — сказала она, слегка улыбнувшись. — Вы просто бесподобны. Как же это называется? Я хочу отдать вам всю себя. Я хочу находиться только с вами всё время. Не важно сколько женщин у вас будет, пока я могу быть рядом с сенсеем. Не важно, что вы думаете по этому поводу. Я этого хочу и я это возьму. Рано или поздно сенсей всё равно станет только моим. И в какой-то момент сенсей тоже не сможет жить без меня, как и я без него. Я подожду. Мне не сложно, ведь ожидание тоже приятно, оно нагоняет необходимый аппетит, вам так не кажется, Какаши-сенсей? — произнесла она медленно и с расстановкой, как будто взвешивая каждое слово.       «Черт! Как же я зол! Я действительно зол на-»       Он взял её за подбородок.       — Хватит строить из себя актрису! Мне к чёртовой матери не сдалось это безвкусное признание в любви, которой ты не чувствуешь ни на миллиграмм! — сказал он пониженным голосом, немного сжимая её подбородок, и улыбка с лица девушки исчезла. — Думаешь, я не различаю, когда ты врешь?!       «Как только разговор заходит о чувствах, ты врешь чаще, чем дышишь!» — он отпустил её лицо.       — Что тогда сенсей хочет от меня услышать? — спросила Сакура с каменным выражением лица.       — Ничего. Я не имею никакого желания продолжать этот глупый разговор, — Какаши поднялся из-за стола и ушел в спальню.       Девушка, посмотрев на закрывающуюся дверь, снова села в то же кресло, возле окна, положив голову себе на колени, продолжила глядеть в темноту окна и слушать тихий ночной дождь.       Какаши сел на край кровати и посмотрел на другую её половину, что пустовала без девушки.       «Разве я просил врать? Мне не такой прогресс нужен. Нужен ли он после такого вообще? И почему я злюсь? Ведь совсем не на что. Она же просто не знает, как реагировать, а я продолжаю ожидать от неё человеческих реакций. Я перегнул палку. И вообще, почему рядом с ней любое мое эмоциональное движение является таким непомерным? Хотя я мог просто выдохнуть и оставить её с её же ложью, как делал это раньше… Сакура, мне кажется, или ты начинаешь сводить меня с ума?»       Хатаке поднялся с кровати и, открыв дверь, увидел, что девушка уснула в кресле в той же позе, что и сидела.       «Прошлой ночью, наверное, тоже не спала…»       Он аккуратно поднял её на руки и отнес к себе в комнату.