Пустой гроб

- Как же все-таки замечательно вернуться домой! Сколько раз я им повторяла: «Я здорова и не хочу зря тратить деньги наших налогоплательщиков», но меня не желали слушать. А ведь я встала на ноги уже на третий день, не было никакой нужды занимать там койку! Ох, врачи – такие паникеры… Можно подумать, они лучше меня знают, могу я ходить или нет. Такая чушь, верно? Ну, ничего, надеюсь, я вернусь туда нескоро. Если только бедро снова не подведет. Звонкое щебетание миссис Хадсон тонуло в звоне тарелок и кастрюль. Едва переступив порог 221Б, она начала бурную деятельность на кухне. Джон поначалу порывался задать вопрос о ее самочувствии, но понял, что это совершенно излишне, так что просто застыл на пороге, наблюдая за этой уютной возней. - Надеюсь, у вас тут без меня все было хорошо? Ничего не стряслось? - Ну, как сказать… - Ватсон замялся. - Не пугай меня, Джон, - миссис Хадсон обернулась и бросила на него тревожный взгляд. - Мое сердце все еще не железное. - Я… думаю, я расскажу вам все чуть позже, миссис Хадсон. - Ни дня без интриг, помилуй Господи. Все живы и здоровы? - Относительно. - А где Шерлок? Джон тяжко вздохнул. - Отлучился по очередному неотложному делу. Не волнуйтесь, он в порядке. - Вернулся и снова исчез. Совсем не меняется, - миссис Хадсон неодобрительно поцокала языком. – Вы случайно не поссорились? - Мы… нет. Давайте я вам лучше помогу, миссис Хадсон. Вам не справиться в одиночку с этой стопкой тарелок. *** «Мэри Элизабет Морстен. Прошла муки ада и обрела покой. Твое сердце горело огнем справедливости, и пусть теперь оно осветит твой вечный путь» - Ребята, которые пишут надгробные эпитафии – мои фавориты, - сказала Ясмин. – Наверное, они и про Гитлера могут так написать, чтоб люди в соплях захлебнулись. - И это будет тоже правдой, но однобокой, - Шерлок опустил на могилу букет цветов. – Сочинителям эпитафий платят за то, чтобы они описывали лишь одну сторону медали. - А кому платят за противоположную сторону? - Журналистам. И несмотря на то, что они правы ровно в той же степени, их ненавидят куда больше. Они неспешно двинулись вдоль кладбища. Было морозно и свежо, газон побелел от инея, а воздух ощущался чуть колким и грубым. Ясмин обычно терпеть не могла такую погоду, но сегодня все было по-особенному. Она впервые за долгие месяцы чувствовала внутри небывалую легкость, и даже дышать словно стало легче. Конечно, жизнь не стала на 100% идеальной, как по мановению волшебной палочки, насущные проблемы никуда не делись и вокруг по-прежнему хватало всяческой дряни, но теперь Ясмин вдруг подумалось, что она в состоянии справиться с этим. В конце концов, мир – не такая уж безнадежная штука, как выяснилось. Есть в нем место и довольно неплохим вещам. - Рука не болит? – спросил Холмс. - Да нет, - Ясмин поскребла ногтем телесный пластырь на левой руке. – Я вообще не думала, что убирать шрамы лазером настолько безболезненно. - Я про другую руку. Она усмехнулась. - Нет. Та тоже не болит. Ты ведь сам видел – там просто царапина. - Тебе повезло, что пуля прошла по касательной. - Мне повезло? Ну, это ведь не меня спасли от выстрела в сердце. - Спасибо, Ясмин. - Теперь мы типа квиты, ага? - Определенно. Они остановились, глядя на горизонт, где собирались белые густые облака. - До сих пор не пойму, почему она меня не убила, - тихо озвучила Ясмин мучавшую ее мысль. - Эмпатия? Жалость? Мы никогда не узнаем. - Киллеры способны на эмпатию? - Не бывает идеальных убийц, Ясмин. - Я тут подумала… у вас с ней такие похожие ситуевины. Это ж просто офигеть, какое совпадение. - Ну, не считая моей собственной, это не первая поддельная смерть, с которой я сталкиваюсь. Уверен, что и не последняя. - Она ведь ни разу не оступилась. Столько лет - и ни одного следа. А тут... - Ее погубило то, что губит очень многих - собственные чувства. Страх потерять Джона сделал ее уязвимей, импульсивней. Она начала совершать ошибки. Некоторые из них стали критическими. - Вот почему ты ее переиграл. У тебя-то все под замком. Они переглянулись, и Шерлок коротко усмехнулся. Ясмин тоже. - Мне все равно ее жаль, - она опустила взгляд, как если бы стыдилась этой жалости. - Сначала под именем Амелии Бейтс похоронили другую, а теперь саму Амелию похоронили под чужим именем. Получается, она умерла во лжи. Как и жила. - Мы проводили обыск у нее на квартире после случившегося. На ее ноутбуке мы нашли неотправленное письмо обо всем, что случилось в Ираке, включая даты, имена и координаты. Мэри собиралась отправить это письмо сразу в несколько городских редакций после убийства Адера. Мог выйти прекрасный скандал с крахом национального героя. - И что вы сделали? - Ноутбук забрали люди Майкрофта. Больше простым смертным знать не положено. О случившемся в Тилбери Докс, само собой, тоже нигде не напишут. - Выходит, никакой правды? Миссис Моран не узнает, как погиб ее сын, а страна не узнает о всей той херне, которую творит британская армия? Шерлок вздохнул, выпуская изо рта густое облако пара. - Когда настанет пора раскрыть кому-то правду, обдумай два вопроса: что даст ему эта правда и что он при этом потеряет. Если второе перевешивает первое, выбор очевиден. - Это… дерьмово. - Мы предотвратили информационную войну, множество скандалов, протестов и общественных беспорядков. А дальше, поверь, мир разберется сам, как ему существовать. - А что насчет Джона? Холмс нахмурился и потупил взгляд. - Я… не знаю. - Знаешь, Мэри тогда среди всего прочего сказала одну правильную вещь: «Вы же оба с ним как две половинки целого». Понимаешь? Даже она это признала. Не бросайте друг друга сейчас. Держитесь вместе. Я должна быть уверена, что вы не пропадете без меня. - Ты можешь остаться. Не думаю, что миссис Хадсон будет против. Ясмин приблизилась к нему вплотную, чуть наклоняя голову, чтобы заглянуть в глаза. Сейчас те были тусклого голубого цвета, как пасмурное небо. - Ты очень крутой чувак, Шерлок Холмс. Спасибо тебе за все. Я ухожу, потому что… потому что боюсь, что если останусь еще хоть ненадолго, то влюблюсь в тебя окончательно. А это никому из нас не нужно. Ни сейчас, ни потом. Шерлок так серьезно и пристально смотрел ей в лицо, что она не выдержала и с усталым вздохом ткнулась лбом ему в грудь. - Господи, это все лютая херня, я просто слишком впечатлительная. - Я понимаю. - Ох, да ты ни черта не понимаешь, Мегамозг, в том-то и проблема. Иначе не торчал бы здесь со мной. Ясмин позволила себе потереться щекой о мягкий лацкан пальто и нехотя отступила на шаг, снова перехватывая его взгляд. - Не наломайте дров. Просто не наломайте дров, о'кей? И… я буду недалеко, если понадоблюсь. Она медленно попятилась к воротам, аккуратно ступая по мерзлой траве, и только спустя минуту нашла в себе силы повернуться и ускорить шаг. Главное – не оборачиваться. Не оборачиваться. Ясмин сорвалась на бег и скрылась в проулке. *** Шерлок прошел в гостиную, снял пальто и шарф и сел в кресло. Джон сидел в кресле напротив, невидяще уставившись в одну точку. Глаза его были пусты. - Хочешь поговорить? – спросил Холмс. - Нет. Я не хочу ничего обсуждать. - Ты хотел снять квартиру. Я видел брошюру риэлторского агентства на столе. - Хотел, - Ватсон посмотрел ему в глаза, недовольно нахмурив брови. – Но пока не нашел ничего подходящего. Мою старую квартиру уже сдали, в квартире Мэри я жить не могу, поэтому… я останусь тут. Но это ничего не значит. Это временно. Шерлок молча кивнул. - Я буду у себя. Но лучше не стучи. Джон вышел из комнаты и поднялся в спальню. Заперев дверь, он прислонился к ней лбом и прикрыл глаза. Последние несколько дней вылились в настоящую эмоциональную мясорубку. Счастье, обида, гнев, любовь, страх, горечь, отчаяние – все они чередовалось так быстро и с такой бешеной скоростью, что под конец, кажется, не оставили после себя ничего, кроме пустоты. Пустоты, которая душила и не давала спокойно дышать. Джон ужасно устал. Он не знал, правильно ли поступил. Не знал, как будет выбираться из силков, в которые сам себя загнал. Не знал, чего хочет. Не знал, куда идти. Но он определенно знал, что сможет все исправить.