Редактировать контакт?

Музыка громко бьет по ушам, заставляя все тело пульсировать с нею в такт. Кругом так темно, но яркие разноцветные лучи, мечась туда-сюда, освещают темную комнату, наполненную людьми. Здесь так тесно. Тебя всегда кто-то задевает, сзади кто-то пристроится, начиная тереться о твое тело своим, сбоку кто-то случайно заденет локтем, но окажется слишком пьяным, чтобы извиниться или даже обратить на это внимание. Мне тоже не мешало бы выпить. Кое-как протиснувшись к бару, я соблазнительно улыбнулась одному парню, так что уже через минуту передо мной появляется бокал, а бармен с улыбкой кивает в сторону красавчика, который его оплатил. Вот именно поэтому я всегда ношу с собой кошелек, чтобы не чувствовать себя так неловко, чтобы не было нужды ни от кого зависеть. А сегодня я так спешила, не думала вообще ни о чем, так что совсем не странно, что забыла сумку, но печально очень. Это просто ужасно. Поблагодарив красавчика с идеальным телом и изумительной улыбкой за проявленную в мою сторону щедрость, я быстро расправилась с коктейлем, чувствуя, что снова к глазам подбираются слезы, а моим телом почти что овладела истерика. Снова. — Все хорошо, я не стану плакать из-за такого пустяка. — вынужденно улыбнувшись, я закрыла глаза, делая глубокий вдох, чтобы прийти в себя. — Он не стоит того, чтобы я думала о нем и убивалась. — Кто не стоит твоих мыслей? — спрашивает голос, который оказался слишком близко, от чего тело дергается от неожиданности, а взгляд мчится к парню, купившему мне выпить. — Твой парень? Вы поссорились? — Расстались. — вздыхаю я, поднося стакан к губам. — Что он сделал? — Ничего. — качаю головой, не желая говорить об этом, тем более с незнакомцем. — Он ничего не сделал. Не хочу вспоминать, думать не хочу ни о нем, ни о ссоре, что случилась меньше двух часов назад, ни о парне, который сегодня вел себя очень странно, еще страннее чем вчера или неделю назад. Он в последнее время такой холодный… теперь-то понятно, почему он вел себя так, его чувства ко мне… они… Рука тянется в карман, дрожащие пальцы с осторожностью снимают блок с экрана, а сердце замирает в надежде, что телефон покажет множество пропущенных звонков или тысячу сообщений. Но ничего нет. Совсем ничего. Невесело хмыкнув, я шмыгнула носом, снова глядя на телефон. — Не верю, что ты даже не написал ни разу… Пальцы быстро печатают что-то контакту «Любимый». В тексте, складывающемся из множества букв, есть что-то о том, как я разочарована, что ненавижу его и как сильно рада, что мы расстались. Что-то о том, как сильно я рада, что он свалил из моей жизни, и как счастлива я буду, если никогда больше его не увижу. Пока печатала сообщение, гневно скрипя зубами по началу, не заметила, как расплакалась. Слезы одна за другой падали с ресниц, увлажняя кожу щек, и вот, игнорируя кнопку «отправить», я стираю сообщение, начиная сначала. В этот раз все не так, нет ни гнева, ни раздражения, а слезы все льются ручьями из глаз, пока пальцы печатают жалкое сообщение, полное любви и раскаяния, лишенное гордости и самоуважения. Что-то о том, как я разбита, что чувствую себя отвратительно, что хочу повернуть время вспять и сказать совершенно другие слова, что вообще не хочу говорить, что хочу обнимать и чувствовать только тепло, слышать, как бьется его сердце прямо у меня под ухом. Сообщение полно розовых соплей, которые он так не любит, искренности и моей боли, заканчивается кратким «Скучаю…». Уже? — с ухмылкой произносит парень, дочитывающий мое письмо-исповедь, прежде чем заблокировать телефон и, самодовольно ухмыляясь, отбросить его в сторону, оставив сообщение без ответа. — именно так все выглядело в моей голове, так что, снова шмыгнув носом и вытерев дорожки слез, я опять стираю текст сообщения. Мне не стоит ему писать. Редактировать контакт? — интересуется программа в телефоне, а палец все не решается коснуться экрана. Мне правда нужно это сделать? Всего несколько быстрых нажатий, и на экране светится иконка с теперь совершенно другим контактом. Теперь, если писать, то только ему, другому, подписанному «Бывший». Снова вытерев слезы, блокирую телефон, кладя экраном вниз. Пустой, расплывающийся из-за слез, взгляд устремлен на столешницу, когда рядом со мной опускается граненый стакан. Глаза непонимающе смотрят на бармена, который, наполняя стакан чем-то высокоградусным, с сочувствием улыбается. — За счет заведения. — Спасибо. — благодарно улыбнувшись незнакомому парню, я приняла стакан, в очередной раз шмыгая носом. — Хочешь поговорить? — протирая и без того чистую столешницу рядом со мной, ненавязчиво интересуется он. — Нет, не хочу. — качаю головой, считая, что лучше мне не говорить ни с кем об этом, тем более с незнакомыми людьми. Лучше просто пить… как я могла не взять деньги, если так хочется напиться? — Все же стоит поговорить с кем-нибудь. — вздыхает бармен со смешной прической. Волосы падают на глаза, когда он качает головой в стороны, поджимая в размышлениях губы. — Не обязательно со мной. У тебя ведь есть с кем поговорить? — Нет. Совсем не с кем. Я грустно улыбаюсь, глядя на симпатичного парня за барной стойкой, которому стоило бы немного подстричься, чтобы волосы не мешали ему видеть. Он ничем, кажется, не отличался от барменов, ведь все они такие красивые, чтобы на них приятно смотреть было, когда сидишь вот так, как я. Они должны выглядеть так и располагать к себе, в этом ведь нет ничего особенного, да? Все бармены такие, но этот почему-то кажется странным, глядя слишком внимательно на меня и слишком тепло. — Тогда… — тянет он, примеряя смешное выражение лица, задумываясь о чем-то. Морщит нос с маленькой родинкой на самом кончике, и прикусывает губу, прищуривая глаза, направленные на меня. — Нам не обязательно говорить о том, почему ты сейчас плачешь. — выдает он, снова качая мохнатой головой. — Можем поговорить о… балете? Последнее слово сказано с вопросом и странной такой интонацией, полной сомнения. Так смешно прозвучало, да и сочеталось забавно с забавным выражением лица, так что я не смогла сдержать смешок и улыбку. — О балете? — правда? Нам стоит поговорить о балете? — Я ничего не знаю о балете. — Так и я тоже. — пожимает плечами парень, не видя в этом никакой проблемы. Почему это так смешно? Слабо улыбнувшись, я взглянула на него после того, как опустошила стакан с горькой жидкостью. — Тебе, что, платят за то, чтобы заставлять людей чувствовать себя лучше? — Нет. Мне платят, чтобы я продавал как можно больше напитков, а для того, чтобы люди пили больше, они должны чувствовать себя разбито. Но мне не нравится вид печальных людей, так что, да, я на мели, и скорее всего, меня скоро уволят. Менеджер сказал мне зайти к нему после смены, так что… - парень замолкает на секунду, а потом кивает моей догадке, отразившейся в грустных глазах. — Существует большая вероятность, что я здесь в последний раз. Именно поэтому ты должна чувствовать себя хорошо, чтобы мой последний день на работе прошел, как нужно. Несмотря на то, что я только что очень грустила из-за того, что этого милого парня могут уволить, прямо сейчас мне снова хочется смеяться. — Ты смешной. — Правда? — он поднимает брови и смотрит на меня вопросительно, вынуждая согласно кивнуть, от чего он улыбается шире, а глаза наполняются радостью. — Это же отлично! Ты так не считаешь? — Думаю, это делает тебя особенным. — Если меня сегодня уволят, я непременно буду вспоминать этот день, как что-то хорошее. — подмигивает мне бармен, принимаясь вытирать стаканы. — Глупый, если тебя сегодня уволят, как можно думать об этом дне, как о хорошем? — Сегодня у меня был удивительный клиент. — объясняет он, рассматривая стакан, который старается сделать еще чище, чем он уже есть. — Она назвала меня особенным и очень тепло улыбнулась, но затем она сказала, что я глупый. — после этого он осуждающе смотрит на меня из-под длинной челки, заставляя почувствовать небольшой укол вины за то, что назвала его глупым. — Несмотря на это, я все равно чувствую себя хорошо из-за ее улыбки, так что непременно запомню этот день как хороший. За барную стойку подсел еще один человек, так что кудрявый парень был вынужден оставить меня одну, уделяя внимание другому клиенту. Он отошел, а я все равно наблюдала за ним, думая о том, что он очень странный. Все в нем странно, начиная от прямоугольной улыбки и заканчивая предложением поговорить о балете, в котором никто из нас ничего не понимает. Это намного лучше, чем говорить о том, в чем разбирается только один из двух собеседников. Прошло совсем немного времени, как бармен снова остановился напротив меня и принялся расставлять бутылки, которые только что использовал. Подняв на меня взгляд и заметив, что я снова о чем-то задумалась, он постучал по барной стойке костяшками пальцев и задорно подмигнул, когда мой взгляд поднялся к его глазам. Только увидев мою странную улыбку, он улыбнулся и вернулся к своей работе. — Я не знаю, как ты это сделал, но мне стало лучше. — через пару минут тишины между нами сказала я, привлекая к себе его внимание. Я совсем не думала ни о чем, что меня расстраивало, ни о чем, что случилось со мной сегодня и что заставляло меня плакать или чувствовать себя разбитой. Сейчас мне было спокойно… — Спасибо тебе за это. Брюнет смотрит на меня секунду, еще одну и еще, и вздыхает шумно, упираясь в барную стойку обеими руками. Он смотрит на меня внимательно, немного прищурив глаза, и в конце концов задумчиво протягивает. — Если ты правда благодарна, сделаешь для меня кое-что? — Что? Удивившись такому вопросу и тому, что именно он может попросить, я с интересом смотрела на то, как парень наклоняется ближе, смешно поглядывая в разные стороны, словно боится, что его кто-то подслушает. — Не думай ни о чем сегодня и просто расслабься. — говорит он, позволяя губам растянуться в теплой улыбке, когда он выпрямляется, пожимая плечами в ответ на удивление, проскочившее на моем лице. — Наслаждайся музыкой, потанцуй, представь, что никого вокруг нет, и просто получай от жизни удовольствие, ладно? — Обычно это срабатывает, да? — прищурившись, интересуюсь я через минуту раздумий о том, что он, все-таки, очень странный. Кто просит о таких вещах незнакомцев, которые хотят выразить свою благодарность за помощь? — Когда ты говоришь такие слова людям, они обычно думают, какой ты классный и заботливый, и полные благодарности к тебе, спешат забыть о своих проблемах на танцполе? — Нет, обычно я не говорю этого людям. — парень пожимает плечами, а затем улыбается одним уголком губ. — Но если ты последуешь моему совету, он обязательно сработает. — Получается, я должна проверить? Ничего не оставалось, кроме как сделать так, как он посоветовал. Что еще мне делать в таком месте в такой час? Напиться? Звучит отлично, только вот денег совсем нет, а добрый бармен не будет мне весь вечер наливать за счет заведения. Остается только попробовать раствориться в других людях, в музыке, в атмосфере свободы. Прежде чем я успела покинуть свое место, передо мной опустился еще один стакан. — За счет заведения. — подмигнул брюнет с белым полотенцем на плече, которым тут же принимается вытирать свое рабочее место. — Может, тебя увольняют, потому что ты всем направо и налево раздаешь напитки? — осмелилась предположить я, одновременно с этим давая милому парню совет о том, как сохранить свое рабочее место. Парень задумался, сморщив нос и надув губы, и пожал плечами, словно ему до этого совсем нет дела. — В таком случае, сегодня я должен раздать как можно больше, ведь это в последний раз. — Ты правда странный. Как я и обещала, я последовала совету парня, забывая о существовании моих проблем, причин грусти, других людей, о существовании целого мира. Просто отключилась от всего, чтобы чувствовать себя легче и свободнее. Через какое-то время я начала получать настоящее удовольствие от музыки, танцев, от прикосновений других людей. Так приятно было оказаться в руках такого же теплого человека, как и я. Парень, представившийся Хосоком, двигался очень классно, а его улыбка выгоняла из моей головы все мысли, что были в ней до. Несмотря на то, что мы танцевали очень близко друг к другу, парень не касался меня там, где не следует, не переходил границ и мне это очень нравилось. Рядом с ним мне было очень комфортно, а некоторое время спустя, я целиком и полностью отдалась симпатии в его сторону, позволяя себя поцеловать. Как же хорошо он целуется… до дрожи в коленках, до бабочек в животе. Интересно, это потому что я пьяна? Слаще этого поцелуя существуют только поцелуи одного единственного человека, человека, совсем недавно переименованного в моем телефоне. - Так вот чем ты занимаешься, пока я тебя по всему городу ищу?