Прокажённые

Бьёрн лежал в постели с закрытыми глазами и не шевелился. Он почти не разговаривал с Марией, что девушке было лишь на руку. Он был слишком занят болью и был вымотан. Мария закончила обмывать рану, даже плеснув спиртовой настойки на неё, от чего Бьёрн зарычал, словно дикий зверь, а изо рта его полились непристойности в сторону девушки. Та, скрипя сердцем, не стала возмущаться, лишь пригрозила, что если такое продолжится, то обезболивающих настоек Бьёрн так и не получит. - Тебе повезло, что я в таком состоянии. Как думаешь, что демоны делают с теми, кто им грубит? Мария опять почувствовала животный страх. Снова в комнате будто сгустилась тьма, заставляя панику подкатить к горлу. - И знать не хочу. Я помогу тебе, и ты уйдёшь, у меня и так полно проблем. Ещё не хватало, чтобы ты впутался в мою жизнь. - Думаешь мне нравится лежать в какой-то старой избе и страдать от физической боли, как обыкновенный смертный? Работай быстрее, мне тут делать нечего. Мария готовила иглу, обрабатывая её элем, так как больше в доме алкоголя не нашлось. Она внимательно смотрела на леску перед собой. Хватит ли ей? Или всё-таки придётся использовать нити? Она уже хотела открыть рот чтобы задать несколько вопросов. Почему, собственно, Бьёрн не уходит, раз он такой всемогущий, не приравнивающий себя к людям? Почему ему не удаётся заживлять раны, если, судя по всему, у него это раньше выходило? И как он это делает? Вопросов было много, а Мария попросту не знала, с которого начать. Вдруг она повернула голову в сторону входной двери, словно лиса, учуявшая охотника. Она чувствовала панику в воздухе, будто тот вибрировал. Волнение, и… шум людских голосов. - Ты тоже слышишь? - спросила она. - Кажется у тебя гости. Мария отложила иглу, взяла в руки чепец. Она наспех спрятала под него волосы, подходя к окну. Сквозь мутные стёкла была видна дорожка у её дома и небольшой двор. Девушка вздрогнула, а сердце забилось чаще. Калитка была открыта. Люди с каждой секундой всё больше и больше заполоняли её двор. Лица многих она узнавала, то были люди из деревни, которых она видела каждый божий день. Торговцы, пекари, мясники, их жёны, любопытные дети, которые глазели на происходящие с крыш соседних домов. А ещё в их руках были вилы для уборки сена и факелы. Мария задрожала. Она уже видела такую картину много лет назад ещё девочкой. Она до сих пор помнила тот едкий запах дыма, окутывающий её и маму, когда они спасались бегством из горящего дома, прочь от разъярённой толпы. Господи, только не дай этому повториться. - Останься здесь. Я… я поговорю с ними. - пролепетала Мария. Она лишь мельком посмотрела на Бьёрна. Тот уже вновь лежал с закрытыми глазами, а его лицо исказила гримаса боли. Мария дёрнула ручку двери, выходя на крыльцо, а волна людских голосов накрыла её с головой. - Ведьма! - доносилось отовсюду. - Подстилка дьявола! Кого ты прячешь в своей избе? Люди все пребывали и пребывали. Казалось, скоро они снесут ветхий заборчик, или же в ярости кинутся на дом. Мария смотрела в такие знакомые лица и не понимала, откуда в них столько злобы. Тут толпа расступилась, и к ней вышел священник. Он весь трясся от гнева, когда кинулся к крыльцу. Мария стояла перед толпой всего на пару ступенек выше, но чувствовала себя, как на эшафоте. Святой отец не решился подняться вверх по крыльцу, лишь остановился перед девушкой и воздел руки к небу. - Посмотрите на неё, люди! С виду она невинна, словно полевой цветок. У неё, будто усмешка перед всем святым, имя Божьей матери. Мы все закрывали глаза на то, что она колдует с травами в своей избе, на её ведьмовские волосы, на странности, что случались в деревне. И я готов был дать этой грешной душе покаяться. Но сегодня утром я видел, как она затаскивала в дом самого Дьявола! Толпа загудела, а Мария невольно прикрыла уши руками. Они её убьют, вдруг пронеслось в голове, убьют. - Послушайте, люди! - крикнула девушка, пытаясь вразумить народ, - Вы же не… Она вскрикнула от боли, когда камень, прилетевший из толпы, ударил её по плечу. Толпа рассвирепела ещё больше. - Где моя девочка, мразь? Это ты её украла, признавайся! Это её кости нашли в миле от этого проклятого дома? - Мой скот вымер, лишь только ты прошла мимо моих коров! Нам не на что жить, мои дети умирают с голоду! - Сжечь ведьму! Мария отскочила в сторону, спасаясь от очередного камня. Вдруг в толпе кто-то вскрикнул, когда послышался топот лошадиных копыт и люди расступились. Отряд городской стражи оказался перед домом. Может они разгонят толпу? - Барт, - сказала Мария, увидев капитана стражи. Он мрачно смотрел на неё с лошади. Барт не сказал людям ни слова. В спускающийся тьме и в мистическом свете сотен факелов девушка увидела темноволосого мужчину, длинного, как жердь, подъехавшего к крыльцу на своём коне. - Граф Дерби, - крикнула она в отчаянии, - Остановите это безумие! Я ничего плохого не сделала. Он не слез с коня, не крикнул страже, чтобы народ убрался наконец из её двора. Он смерил её долгим, тяжелым, ядовитым взглядом. Голос, которым он обратился к девушке, Мария помнила слишком хорошо. - Вот и настал час расплаты, Мария. - прошипел он. - Что? О чём вы…- крикнула девушка, стараясь заглушить голосом шум толпы. - Не прикидывайся, ведьма! Крапива успела умереть, значит за смерть жены я не отомщу. Но ещё успею расплатиться за смерть сына. Мария не нашлась, что ответить. В голове шумела кровь, и она видела, что народ уже не сдержать. - Стража, схватите её! - приказал граф Дерби. Внезапна какой-то человек с факелом в руке выскочил вперёд. Он подбежал к курятнику у дома, и языки пламени лизнули его низенькую крышу, покрытую соломой. Толпа загудела, а Мария вскрикнула от ужаса и отчаяния. Огонь пожирал курятник, и она слышала, как птицы рвутся наружу, не переставая безуспешно биться о деревянные стенки. Девушка вдруг отчётливо поняла: сейчас огонь перекинется на её дом. - Остановите это! - крикнула она, готовая уже сбежать вниз с крыльца, как вдруг дверь за ней с грохотом отварилась. Взгляды всех людей устремились на высокого темноволосого мужчину, опирающегося о дверной косяк. Он был без рубашки, держался за рану, которая вновь кровоточила. Лицо его исказила боль. И злоба. Мария вдруг снова почувствовала всепоглощающую тьму вокруг. Животный страх сковал её всю, и она поняла вдруг, что многие люди в толпе бросаются на колени, хватаясь за головы. - Господи, помоги…- пролепетал святой отец, цепляясь за чётки в собственных пальцах. - Повтори ещё раз, священник. - послышался голос Бьёрна. Вдруг всё его тело будто пронзила какая-то неведомая волна энергии. Этого не было видно, но Мария это чувствовала. Все это чувствовали. Даже лошади под сёдлами стражи взбесились. Лицо Бьёрна вдруг стало меняться. Оно почернело, вытянулось, и Мария вновь увидела хвост. Вдруг Бьёрн схватился за бок. Хвост исчез, а он зарычал от боли, снова превращаясь в обыкновенного раненного мужчину. - Дьявол! - Сатана! Толпа ринулась ко входу в дом, а Мария, затолкнув Бьёрна в избу, заперла дверь. Она чувствовала запах гари. Бегом бросившись в сторону хлева она в ужасе поняла, что тот горит. Корова сходила с ума, а овца забилась в угол, спасаясь от огня. - Они хотят сжечь нас тут заживо! - крикнула Мария. Каким-то чудом девушка открыла заднюю дверь коровника, а животные ринулись в рассыпную. Из огня её выдернула чья-то сильная рука. - Идиотка, куда ты лезешь? - Бьёрн прижимал руку к ране, пытаясь хоть как-то остановить кровь. В дверь сначала барабанили, пытались снести её с петель, но звуки прекратились. Видимо народ понял, что дьявольское создание отправить в преисподнюю может лишь огонь. - Мы можем попытаться уйти через дверь коровника, это с другой стороны дома, они не увидят…- начал Бьёрн. Но Мария бросилась в собственную спальню. Она задыхалась от дыма, а глаза слезились, когда она наспех начала кидать в дорожную сумку свои снадобья, то, над чем она работала долгие месяцы. Она споткнулась обо что-то, упала. Послышался треск стеклянных банок и подожженных деревянных половиц. Кто-то схватил её за талию, поднимая с пола, и буквально волоком таща прочь из комнаты. Она не сразу поняла, что в нос ударил свежий воздух, холодный, как и все английские ночи. Она была на ногах, спотыкаясь и идя за Бьёрном. Их спасло то, что дом её был у кромки леса. Они шли так далеко, как могли, но даже взобравшись на небольшой холмик и укрывшись под ветвями столетних сосен, Мария всё ещё могла слышать крики людей. Бьёрн прислонился к стволу дерева. Он смертельно устал. Девушка упала на колени. Она впилась пальцами в сырую лесную землю, а слёзы полились из глаз. Она будто опять оказалась в детстве. Снова дом, который она любила, в котором росла, сжигали дотла под крики людей, которых она видела каждый день, которые знали её, и которые ненавидели. - Найти их! Найти! - донеслось до неё. Значит, они увидели, как они покидали горящий дом? Нужно бежать, нельзя останавливаться. Но далеко ли они успеют уйти? - И что же теперь с нами будет? - пролепетала Мария. Чепец давно слетел с неё, а ночные порывы ветра разметали в пропитанном смогом воздухе её рыжие волосы.