Самая горячая малышка в Хогвартсе

— Малфой, — поджав губы, констатировал Гарри. Его зеленые глаза буквально метали молнии. — Ты тоже немного не вовремя. Зайди позже. — До свидания, — хмыкнула Джинни, а после резко закрыла дверь, едва не прищемив Малфою нос. Тот вовремя отстранился, но, зло фыркнув, остановил дверь, вновь ее открывая. — Белла Лейстрейндж! — прорычал Драко, покрываясь красными пятнами. — Да я и сама знаю, — хихикнула Белла, но, поймав разъяренный взгляд Драко, осеклась и опустила взгляд. — Немедленно. Иди. Сюда. — Драко не на шутку разозлился. Казалось, еще секунду, и он взорвется не хуже Мимбулуса мимблетонии. — Никуда она не пойдет, — глядя на замешательство Беллы, ответила Джинни. Но Драко, проигнорировав ее, дернул Беллу за руку и вытащил из купе, с силой захлопнув дверь перед лицами встревоженных ребят. — Какого черта ты вытворяешь? — воскликнула Белла, с удивлением глянув на Драко. Вся ее решимость дать Драко отпор куда-то делась. Он бросил заглушающее заклятье в сторону вагона, отрезав вагон от них пологом тишины. Никто не должен был видеть и слышать ссору. — Какого черта ТЫ вытворяешь? — почти прокричал Драко, нависнув над испуганной Беллой. — Что непонятного было в простой фразе «не вляпайся в какое-нибудь дерьмо»? Что я тебе говорил? А? — Отстань, — немного неуверенно ответила Белла, не смотря разъяренному Драко в глаза. — Я сама могу решить, что мне делать и с кем общаться. Я уже совсем взрослая девочка. — Взрослая? — воскликнул Драко, ударяя в стенку вагона с такой силой, что на ней осталась вмятина. — Тебе уже столько лет, а ведешь себя как малолетняя сучка! Стоило мне только отлучиться, а ты уже флиртуешь с Поттером! С Поттером, да ты в своем уме? — он зло замахнулся на нее, снова вцепившись железной хваткой ей в плечо. — Что скажет Рудольфус? — Не лезь в мою жизнь, — запуганно пискнула Белла, прикрывая лицо руками и закрывая глаза. Гормоны взяли свое — перед Драко действительно была испуганная школьница, а не матерая Пожирательница. Белле стало по-настоящему страшно, что Драко сейчас ее ударит. Мозг лихорадочно пытался найти выход и как-то разбудить убийцу-Беллатрису, но та сейчас полностью отдала контроль юной Аннабелле, и вот та в ужасе зажалась в углу вагона. — Немедленно отпусти ее! — с облегчением услышала Белла голос Гарри за спиной Драко. И тут же Гарри со всех сил дернул Драко за шкирку, опрокидывая того на пол вагона. Испуганная Белла открыла глаза и увидела, как ее от Драко заслонил собой Гарри, а Драко смешно барахтается по полу, отбиваясь от каких-то маленьких злых существ, что на полной скорости врезались ему в голову. Ими управляла зло ухмыляющаяся Джинни. Волна облегчения затопила Беллу с головой, и она осела на пол вагона, размазывая слезы. — Что, без своей свиты не так самоуверен, да, Малфой? — бросила Джинни, продолжая атаковать Драко. Гарри помог все еще дрожавшей всем телом Белле подняться и зайти обратно в купе.

***

Драко был унижен и оскорблен. Проводив злым взглядом зашедших Гарри и Беллу, он поднялся сначала на четвереньки, потом на ноги. Все это время за ним наблюдала с усмешкой на устах Джинни Уизли. — Ты какой-то слишком агрессивный, — хмыкнула она, глядя как в его глазах плескается ярость. — Отвали, Уизли, — сказал Драко, отряхивая с пиджака пыль и грязь. Девушка все еще наблюдала за ним. — И слишком грубый, — Джинни вновь направила палочку на Драко. Тот испуганно зажмурился. — Экскуро! — звонко сказала она, и вся грязь с пиджака исчезла. — Так-то лучше. — Тебе какое до меня дело? — огрызнулся Драко, щеки которого покрылись красными пятнами. Он вдруг поймал себя на мысли, что вид разъяренной рыжей ведьмы ему даже нравится — настолько живой и настоящей она выглядела. — Абсолютно никакого, — пожала худыми плечами Джинни, спокойно улыбнувшись. — Я лишь хотела сказать, что тебе стоит быть чуточку менее грубым и агрессивным по отношению к своим близким, да и не только к ним. Иначе, подобного рода выволочки будут преследовать тебя постоянно, не только от меня или Гарри. — Ты мне решила угрожать, Уизли? — насмешливо протянул Драко, поправляя значок старосты. Он невольно залюбовался гаммой эмоций на ее умильной мордашке. — Ты думаешь, что такая маленькая рыжая сопля сможет меня испугать? Ты и твой дурацкий шрамоголовый Поттер позорите звание волшебника! — Ничему-то ты не учишься, — вздохнула Джинни. Одним шагом сократив разделявшее их расстояние, она со всего размаху влепила Драко такую звонкую пощечину, что тот от неожиданности вновь чуть не отправился на пол. — Уизли?! — возмущенно прошипел Драко, со стоном хватаясь за горящую щеку. — Это тебе за рыжую соплю, — поджав губы, процедила Джинни. — А это — за то, что ты подтверждаешь статус тупого чистокровного выскочки. Джинни резко распрямилась и одним ударом коленом между ног снова свалила Драко на грязный пол вагона. Удовлетворенно хмыкнув, она перешагнула через корчащегося и поскуливающего слизеринца и захлопнула за собой дверь купе. Ребята удивленно посмотрели на нее. — Что? — забавно округлив глаза, спросила она. — Что-то не так? — Да нет… — выдавил Гарри. — Это был великолепный удар, просто… просто ты порой начинаешь меня пугать. — Я надеюсь, у моего непутевого братца останутся возможности продолжить род? — внезапно подала голос Белла. — Иначе мне придется предъявить тебе иск на крупную сумму из-за прервавшегося чистокровного рода. Все ребята разразились заразительным смехом.

***

Вскоре проехала тележка со сладостями. Белла, радуясь как в первый раз, потратила несколько сиклей из своего запаса на всякую вкусную мелочевку и теперь увлеченно обменивалась карточками от шоколадных лягушек с Невиллом и Джинни. Злой Драко больше не занимал ее мысли, как и то, что ей стоило бы быть несколько сдержаннее в эмоциях. Несколько раз, когда она пересекалась взглядом с Гарри, ее щеки предательски вспыхивали, что не укрылось от Джинни. Рыжая стала чуть менее разговорчивой и бросала странные взгляды на Беллу, когда думала, что та ее не видит. Ревнует? — усмехнулась Белла про себя. Сейчас она совсем не хотела думать ни о чем, кроме текущего момента. И на душе было так легко и спокойно, словно и не было позади стольких лет боли и страдания, словно ее тело не было испещрено шрамами проклятья, которое было древнее всего человечества… Она искренне радовалась. Дверь купе снова распахнулась. Белла испуганно вздрогнула — она снова боялась увидеть Драко или кого-то из ее свиты. Но вошли не они, а долговязый парень, настолько рыжий, что сразу стало понятно, чей он брат, а также кудрявая миловидная девушка с серьезным и собранным лицом. На их груди красовались значки старост. Парень с облегчением рухнул на сиденье и взял шоколадную лягушку. — Я голоден, как волк, — устало сообщил он, откусывая лягушке голову. Он откинул голову назад с таким видом, как будто тяжело проработал все утро. — Оказывается, на пятом курсе выбирается по два старосты от каждого курса, — девушка, будучи явно в дурном расположении духа, уселась между Джинни и Невиллом. — Мальчик и девочка. — Но так же было уже давно, — подала голос Белла. Девушка, наконец, заметила, что они в купе не одни и мило улыбнулась. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, а это — Рон Уизли, — дружелюбно протянула руку она. — Аннабелла Лейстрейндж, — невинно улыбнулась Белла, пожимая переменившейся в лице Гермионе руку. Рядом шумно подавился лягушкой Рон, и Гарри принялся стучать друга по спине. — Та самая Лейстрейндж? — Гермиона, наконец, справилась со своими эмоциями и снова заинтересованно взглянула на Беллу. — А почему я тебя никогда не видела в школе? — Та самая, — подтвердила Белла. — Сестра Драко Малфоя, я из Дурмстранга. — Драко Малфой, этот тупой хорек, кстати, стал старостой Слизерина! — воскликнул прокашлявшийся Рон. — И эта тупая корова, Панси Паркинсон, — с отвращением выплюнула Гермиона. — Как она могла попасть в старосты, если она тупее, чем треснутый по голове тролль! — Я и не сомневался, — Гарри потянулся за очередной лягушкой. — Кстати, Белла, ничего, что мы так не любим твоего брата? — хмыкнула Гермиона. — Ох, вы же не знаете! — воскликнула Джинни, кратенько пересказывая всю приключившуюся с ними историю. На моменте получения Драко по колокольчикам Рон засмеялся, как припадочный, из-за чего снова подавился, и Гарри опять пришлось стучать его по спине. — В общем, я тоже недолюбливаю этого надменного озабоченного хорька, — констатировала рассказ Белла. — Это прекрасно! — сказал Рон. — Значит, на одного адекватного человека в нашей компании стало больше! Джинни, я тобой горжусь! — Зато теперь понятно, почему на собрание старост он пришел с такой кислой мордой, — сказала Гермиона. — И это несмотря на то, что он, как и мы, теперь может наказывать нарушителей дисциплины, а также обязан патрулировать коридоры, — кивнул Рон, потирая руки. — Никак не могу дождаться, когда поймаю Крэбба или Гойла на чем-нибудь… — Ты же не станешь злоупотреблять своим статусом старосты! — резко одернула его Гермиона. — Ну разумеется, нет! Причем исключительно из-за того, что своим статусом старосты ни в коем случае не станет злоупотреблять Малфой! — парировал Рон язвительно. — Неужели ты готов опуститься на его уровень? — Нет, — пожал плечами Рон. — Но я хочу быть уверенным, что смогу добраться до его дружков быстрее, чем он до моих. — Ты серьезно? — выдохнула Гермиона неверяще. — Поверить не могу! — Я заставлю Гойла писать строчки, — воодушевленно улыбнулся Рон. — Это его прикончит. Он просто ненавидит писать, — скроив болезненно-сосредоточенную гримасу и понизив голос до хриплого шепота, он принялся выводить в воздухе воображаемые слова, приговаривая при этом: — Я… не… должен… выглядеть… как… задница… бабуина… Все заливисто засмеялись. Громче всех смеялась же Луна Лавгуд, которая от смеха аж выронила свой журнал. Белла скользнула по нему взглядом и вдруг зацепилась взглядом за знакомую фамилию. «СИРИУС БЛЭК: ЗЛОДЕЙ ИЛИ ЖЕРТВА?» — гласил один из заголовков. — Можно взглянуть? — спросила Белла, и, дождавшись утвердительного кивка Луны, подняла журнал и раскрыла на интересующей странице. Гарри тоже заинтересованно глянул, и, напрягшись, вперился глазами в текст. Его тоже заинтересовал текст про Блэка? Но почему? Белла подвинула журнал ближе к парню, и тот принял его, случайно коснувшись ее руки своей. Девушка почувствовала, что к щекам снова приливает кровь. К статье прилагалась карикатура, выполненная, в прочем, настолько плохо, что, если бы не подпись, Белла никогда бы не узнала своего братца в ней. Сириус был изображен на куче человеческих костей и с воздетой в небо волшебной палочкой. Озаглавлена статья была следующим образом: «СИРИУС БЛЭК — ЧЕРНЫЙ ПОД СТАТЬ ФАМИЛИИ? Кровожадный убийца или невинная звезда эстрады?» Не удержавшись, Белла прыснула. Гарри неверящим взглядом несколько раз перечитал заголовок. Это с каких таких пор Сириус — звезда эстрады? Она снова углубилась в чтение. «Вот уже четырнадцать лет Сириуса Блэка считают виновным в убийстве двенадцати ни в чем не повинных маглов и одного волшебника. Следствием дерзкого побега Блэка из Азкабана два года назад стал самый широкомасштабный розыск из всех, что когда-либо предпринимало Министерство магии. Все мы были на сто процентов уверены, что он заслуживает нового ареста и передачи дементорам. НО ТАК ЛИ ЭТО? Ошеломляющее обстоятельство, о котором мы узнали совсем недавно: Сириус Блэк, возможно, не совершал тех преступлений, за которые его отправили в Азкабан. Как утверждает Дорис Перкисс, проживающая по адресу: Литтл-Нортон, Акантовая улица, 18, Блэк в то время, когда произошло убийство, находился совсем в другом месте. — Общественность не знает, что Сириус Блэк — вымышленное имя, — говорит миссис Перкисс. — Тот, кого считают Сириусом Блэком, — на самом деле не кто иной, как Коротышка Бордман, бывший эстрадный певец, в прошлом — солист популярной группы «Хип-Хоп-Гоблины», переставший выступать почти пятнадцать лет назад после того, как на концерте в Литтл-Нортоне репа, брошенная одним из зрителей, попала ему в ухо. Я узнала его в ту самую секунду, как увидела фотографию в газете. Коротышка никак не мог совершить эти преступления, потому что в тот день у нас с ним был романтический ужин наедине при свечах. Я уже написала министру магии и ожидаю, что со дня на день Коротышка, он же Сириус, будет полностью оправдан». — Вот же бред! — воскликнула Белла, со злостью вырывая у растерянного Гарри журнал. — «Придира»? Кто придумывает эту чушь? У меня чуть мозг не поплыл! — Разумеется, там же один бред, — язвительно сказала Гермиона, прежде чем Гарри что-то сказал. — Всем известно, что этот журнал — макулатура. — Прошу прощения, — вмешалась Луна, чей голос вдруг перестал быть потусторонним. — Его редактор — мой отец. — Я… э… — смущенно пробормотала Гермиона. — Там, конечно… есть кое-что… любопытное… в смысле… — Можно, я его возьму? — холодно осведомилась Полумна и, наклонившись, вырвала «Придиру» у Беллы из рук. В купе снова установилось напряженное молчание. Погода, пока они ехали все дальше на север, оставалась неустойчивой. То по вагонным стеклам вяло брызгал дождь, то показывалось бледное солнце, которое вскоре поглощали тучи. Когда стемнело и в вагоне зажглись лампы, Луна скатала «Придиру» в трубку, аккуратно положила журнал в сумку и принялась разглядывать соседей по купе. Гарри, сидевший у окна, прижал лоб к стеклу и пытался разглядеть вдалеке очертания Хогвартса, но вечер был безлунный, а стекло с дождевыми потеками — мутное от копоти. — Пора, наверно, одеться, — сказала наконец Гермиона. Они с Роном аккуратно прикололи к груди значки старост. Белла увидела, как Рон смотрит на свое отражение в черном стекле. Поезд начал замедлять ход, и отовсюду стали долетать обычные звуки: ученики брали свои вещи и живность, готовились к выходу. — Ты когда-нибудь была в Хогвартсе? — спросил Гарри, помогая Белле спустить чемодан. Белла покачала головой. — Действительно, о чем это я, — хмыкнул он, поправляя очки. — Хотя, ты могла быть с делегацией на Турнире в прошлом году… — Нет, я не ездила, — отмахнулась Белла. После долгой поездки вместе он уже почти не вызывал у нее смущение. — Покажешь дорогу? Я понятия не имею, что делать и куда идти. — Конечно, без проблем! — улыбнулся он, заставив Джинни вновь бросить странный взгляд на Беллу. — Пойдем, — Гарри взял Беллу за руку и повел в коридор. Мелкими шажками они вышли в коридор и, уже ощущая свежесть вечернего воздуха, медленно двинулись вместе с толпой к двери вагона. Белла была счастлива: она почувствовала почти забытый запах сосен, росших вдоль дорожки, которая вела к озеру, осеннюю прохладу и, главное — она снова вернулась в Хогвартс! И даже то, что ее ладошку сжимает не Руди, наоборот, скорее воодушевляло, чем расстраивало. Широко улыбнувшись, Белла прошла через здание вокзала, не выпуская руку слегка зардевшегося Гарри, и подошла к каретам. Гарри странно дернулся. Белла с улыбкой коснулась крупа ближайшего фестрала и потрепала его по холке. Она обернулась и увидела недоумевающий взгляд Гарри. — Кто это? — выдавил он, рассматривая фестралов. — Ты не знаешь? — Не понимаю, зачем они тут стоят, — пожал плечами Гарри. — Кареты до этого прекрасно ездили и без них, в прошлые годы, по крайней мере. — Ты недавно видел смерть? — спросила Белла. Поттер молча кивнул. — Ну вот и ответ. Знакомься — это фестралы. Плоти — ровно никакой, только черная шкура, облегающая скелет, видимый до мельчайшей косточки. Головы как у драконов. Глаза белые, без зрачков, широко открытые. И вдобавок большие, растущие из холки черные кожистые крылья — ни дать ни взять крылья гигантских летучих мышей. Странно, зловеще выглядели во мраке эти существа, которые стояли совершенно неподвижно и беззвучно. — О, ребята, — рядом возник Рон. — Ну что, пошли сядем? — И что это за чудо-лошади? — спросил Гарри, двинувшись с Роном и Беллой к экипажу, в котором уже сидели Гермиона и Джинни. — Какие еще лошади? — удивился Рон. — Тут никого нет. — Которые повезут кареты! — ответил Гарри с раздражением: ведь они проходили в каком-нибудь шаге от ближайшего из существ, которое разглядывало их пустыми белыми глазами. Рон, однако, был явно озадачен. — Да о чем ты, никак не пойму? — Гарри, он их не видит, — вздохнула Белла, вновь беря парня за руку. — Ты же не видел ничью смерть? — Рон покачал головой. — Ну вот. Фестралов видят только те, кто осознал чью-то смерть на своих глазах. — Я не хочу думать об этом сейчас, Белла, — тяжело вздохнул Гарри. — Я хочу просто прийти на праздник и плотно подкрепиться. — Умираю с голоду! — с энтузиазмом поддержал Гарри Рон. — Это по-нашему, а не эти ваши невидимые лошади! Громыхая и покачиваясь, кареты цепочкой двигались по дороге. Когда их экипаж между двумя высокими колоннами, увенчанными фигурами крылатых вепрей, въезжал на территорию школы, Гарри прильнул к окну, силясь рассмотреть что-то. Замок Хогвартс между тем нависал все ближе — могучая громада башен, угольно-черная на фоне темного неба. Яркими прямоугольниками в ней там и сям светились окна. У каменных ступеней, ведущих к дубовым входным дверям замка, кареты с лязгом остановились. Белла вышла из экипажа первой. Следом вышел Гарри. Боясь расстаться с призрачной надеждой на то, что лошади ему померещились, Гарри неохотно перевел взгляд на кареты и, конечно, снова увидел эти странные скелетоподобные существа. Они тихо стояли, овеваемые прохладным вечерним воздухом, и таращили пустые белые глаза. — Ну, вот мы и дома, — улыбнулся Гарри. — Понятия не имею, что мне делать дальше, — призналась Белла, глядя прямо в изумрудные глаза парня. — Меня кто-то должен встретить. — И я не знаю, — он неловко пожал плечами. — Мисс Лестрейндж, — из-за угла выскочил Снейп и направился прямиком к замершей девушке. — Меня зовут профессор Снейп, и я должен сопроводить вас до кабинета директора. — Очень приятно, — одними губами улыбнулась она. Сложно было отыгрывать полностью незнакомого человека, но он с этим справился. — Но мои вещи… — Поттер! — громогласно воскликнул Снейп, заставив парня вздрогнуть. — Помогите мисс Лестрейндж донести вещи, — Гарри насуплено кивнул. — Позднее, по результатам распределения, ваши вещи доставят в вашу спальню. Идемте.

***

— Сев, а я успею на пир? — жалобно протянула Белла, быстрым шагом едва поспевая за словно парящим по коридору Ужасом Подземелий. Тот молчал. — Сев? Я умираю с голоду. Снейп резко развернулся и впечатал тихо пискнувшую девушку в стену. — Я не Сев, — зло прорычал он, вцепившись своими крючковатыми пальцами ровно туда же, куда и Драко с утра. — Я — профессор Снейп, и попрошу это запомнить. Это, во-первых, — он немного успокоился. — Во-вторых, сейчас мы идем к Дамблдору. Ты, не глядя ему в глаза, тихонько распределяешься на Слизерин и так же тихонько, не отсвечивая, идешь на пир к Драко. Я понятно объяснил? — А если я не хочу на Слизерин? — нагло сказала Белла, выворачиваясь из захвата Снейпа. — То никакой помощи от меня не жди, — Снейп был обманчиво спокоен. — А жди неприятностей от дяди Тома. Много неприятностей. — Ладно, — насупилась она, оправив юбку. — Белли, перестань вести себя как ребенок! — воскликнул Снейп, снова пригвождая ледяной хваткой девушку к стене и нависая над ней. Его сальные волосы едва не коснулись ее лица. — Ты уже давно не дитя, и тут ты находишься не для того, чтобы крутить шашни с чертовым Поттером и его свитой, а для сбора информации! Не забывайся, Белла, это тебе все не игрушки. — Хорошо, — едва слышно пробормотала Белла, с трудом сдержав слезу. — Не слышу! — рявкнул Снейп, болезненно тряхнув девушку за плечо. — Хорошо, сэр! — ответила та, и он наконец разжал свои пальцы. Белла с шипением растерла ушиб. — Теперь точно будет синяк, мудак, — добавила она тихонько. — Белли, ты невыносима. — Я знаю, Сев. Снейп лишь холодно кивнул, и схватив своими ледяными пальцами Беллу за руку, стремительно потащил ее до кабинета директора.

***

Дамблдор радушно улыбнулся, принимая в своем кабинете профессора Снейпа и тихую юную девушку, которая сейчас со скромно потупленным взглядом тихонько стояла у двери. — Проходите, мисс Лестрейндж, — директор указал на стоящее перед ним кресло. — Чаю? — Благодарю, сэр, но я планировала поужинать на пиру со всеми, — ответила девушка, проходя к креслу. — Мне рассказали, что у вас восхитительный потолок, и я его хотела увидеть. — Да и еда у нас славная, — улыбнулся Дамблдор. Девушка не выглядела нисколечко опасной, несмотря на громкую фамилию. Да и на шпионку Темного Лорда она походила мало. — Давайте быстренько отправим вас на ваш новый факультет, и на ужин! Я и сам уже немножко проголодался. Снейп молча достал Распределяющую Шляпу с полки. — Уже пора? — хрипло спросила она, просыпаясь. — Дорогуша, чуть позже, — мягко сказал Дамблдор. — У нас сначала особое задание. — Ах, эта юная леди? — проскрипела Шляпа. — Давайте, я как раз придумаю последний куплет своей новой песни… Снейп все так же молча водрузил Шляпу на голову смущенно опустившей взгляд девушки. — Уф-ф-ф, однако, — услышала Белла в своей голове вкрадчивый голос. — Ну и задала ты мне задачку. Зачем же ты опять решила меня примерить, снова юная проказница? — Я… — задумалась Белла. — Не знаю. Возможно, что-то изменилось? — Возможно, — Шляпа осторожно прошлась по мыслям Беллы. — Ты точно хочешь изменить выбор? — А я могу на это повлиять? — Разумеется! Никакие черты и заслуги не определяют человека, а только его выбор. Так что выберешь ты? Белла улыбнулась. Снейп побледнел. — Да, это будет славная проказа. Передай юному Гарри, что я все еще не изменила свой выбор, и Слизерин сделал бы его великим. — Гриффиндор!