Самая горячая малышка в Хогвартсе

Аннабелла Гермиона и Джинни так сильно заобнимали Беллу, что едва не задушили её в своих объятьях. — Я так соскучилась! — воскликнула Гермиона, усаживаясь за стол. — Тут столько всего произошло! — Рассказывайте, — великодушно кивнула Белла, видя, что Гермиону прямо так и распирает от желания поделиться новостями. Настораживало лишь хмурое выражения на лице Джинни. — Мы нашли отличное место для собраний! — Гермиона огляделась — но все вокруг были заняты завтраком и даже и не думали прислушиваться к их разговору. Белла взяла со стола стакан с соком и устроилась рядом с Гермионой, привлекая к себе Джинни в объятья. — Только не говори, что это — очередные заброшенные классы в подземельях, — нахмурилась Белла, принимаясь заплетать Джинни волосы. — Терпеть не могу подземелья. — Нет, — хмыкнула Гермиона, отпивая апельсиновый сок и облизывая пухлые губы. Память услужливо подсунула Аннабелле воспоминание о том, что именно Беллатриса хотела сделать с Гермионой в библиотеке, и щёки тут же покрылись румянцем. — Мне один знакомый домовик подсказал, где её искать. — Искать что? — переспросила Белла. — Комнату, — ответила Гермиона. — Какую? — Ой, прости, я… не выспалась, — Гермиона забавно помотала головой, и только тут Белла обратила внимание на глубокие тени, что залегли под глазами её подруги. Она сама была слишком уставшей, чтобы заметить это сразу. — Я теряю мысль сегодня, чуть устала. — Сколько ты не спала? — спросила Белла. Гермиона чуть покраснела и отвернулась. — Ты слишком много отдаёшь Рыцарям. — Пару дней, не больше… Но это мой долг! — вяло попыталась возразить Гермиона, но тут же была прервана суровым взглядом Беллы. — Ты не должна посвящать столько времени этому всему, — сказала Джинни негромко. — Послушай, Герми… Я говорю тебе, что это всё — плохая идея… — Ничего не хочу слышать, — резко возразила Гермиона, неожиданно зло глянув на Джинни. — Ты можешь нормально объяснить, что, Мерлин задери, происходит? — Я не могу… — пробормотала Джинни, опуская голову. — Белла, скажи ей! Расскажи всё! — Что именно? — не поняла Белла. — Вот! — Гермиона вскинулась и уставилась на Беллу. — Что у вас там за секреты от нас? Что происходит вообще? Джинни не пришла на собрание, а после и вовсе поссорилась с Гарри! — Гермиона… — Белла, наконец, поняла, что именно она должна объяснить Гермионе. Но вот нужные слова не находились. — Я всё смогу объяснить, но не сейчас, хорошо? Мне нужно будет обдумать, что и как тебе сказать, чтобы меня не убило… — Белла осторожно приподняла рукав форменной блузки и показала Гермионе накалившуюся нить Обета. Джинни сделала то же самое, закатав рукав. — Всё слишком серьёзно. — Ты… вы… вы в своём уме? — Гермиона буквально потеряла дар речи. — Это же… — Гермиона, послушай, — Белла взяла подругу за руку и вложила её ладонь в ладонь Джинни, а после соединила их своей. — Я не хочу, чтобы мы все сейчас поругались из-за такой мелочи. Вы — мои подруги, и я… ох, я не знаю, как объяснить… — Белла живо представила выражение лица Гермионы, когда та узнает, что Белла — на самом деле Беллатриса, которая больше не Беллатриса, так как Беллатриса возродилась из мёртвых и омолодилась, а Гарри — не Гарри, а омолодившийся Долохов. — Давай, встретимся после обеда в библиотеке, захвати с собой Дафну, и, я тебя умоляю, ни слова Гарри, Драко и Рону, — Белла устало прикрыла глаза. Тёплая рука Гермионы накрыла её ладони сверху. — Белла… — пробормотала Гермиона. — Я понятия не имею, что случилось, но, я тебя уверяю, мы из всего этого выберемся, вместе. Всё будет хорошо, — Гермиона ободряюще улыбнулась, и Белла почувствовала, что всё так и будет. — Сейчас нам пора на занятия, а не то я усну прямо тут. — Да, да, ты права, — Белла вымученно улыбнулась, и, прибодрив невесёлую Джинни, поднялась с места, на ходу допивая сок. — У Биннса поспим. — Белла! — тоненьким голосом возмутилась Гермиона, смешно уперев руки в бока. Девочки беззлобно рассмеялись. Джинни поднялась, бросив взгляд куда-то в сторону слизеринского стола — не то Дафне, не то Драко, улыбнулась и, махнув рукой в приветствии, отправилась куда-то в сторону своих одногруппников. Белла украдкой глянула туда, но, внезапно, зацепилась взглядом за преподавательский стол. За ней наблюдали две пары глаз — профессор Макгонагалл весело отсалютовала большой кружкой кофе из «Трёх метёл», которую она всё ещё не допила, а вот второй взгляд… Белла уже и забыла про Перси Уизли, который внимательно следил за каждым её движением. Белла вспомнила свои ощущения. Когда она ночью целовалась с Гарри, плотно прижимаясь к нему обнажённым телом, она буквально чувствовала, как испепеляющий жар плавит её тело, куча электрических импульсов бьют через их переплетённые тела, каждой клеточкой тела она ощущала удовольствие… А тот поцелуй с Перси в Лютном? Ничего такого. Просто приятно, и не более. Да и губы у него были совсем иные — если у Гарри они были горячие и мягкие, требовательные и ласкающие, то у Перси — прохладные и совсем не те, которые были так отчаянно нужны. Зачем она вообще поцеловала его? Просто, чтобы вознаградить? Быть может. Но, это можно сделать иначе. Зато, теперь, судя по его испытывающему взгляду, он явно что-то понял не так. Стоило ли вообще давать ему хоть какой-то намёк? Стоило ли поднимать вуаль? Возможно, он вообще уже всё растрепал Амбридж, и теперь у Беллы были проблемы? Белла поставила себе в голове ещё одну маленькую галочку и добавила это в список проблем — список, который разросся уже на десятка два пунктов. Она бросила ему быструю улыбку и тут же укорила себя за это — Перси так и просиял и улыбнулся настолько широко, что, если бы в школе был Гилдерой Локхарт, то тот бы удавился от зависти. Жаль, что Гарри уже свёл беднягу с ума пару лет назад. Белла быстрым шагом догнала Гермиону, которая пошла вылавливать из потока Дафну. Они договорились сесть вместе, и всю пару у Биннса занимались максимально полезными делами — Гермиона записывала историю, Дафна помогала Белле с домашкой по чарам, а Белла дремала на её плече. Странный сон посетил Аннабеллу. Она внезапно очутилась в мрачном зале, как две капли воды похожем на тот, в котором она впервые встретилась в глубинах подсознания с Беллатрисой. К слову, она тоже была тут, и занималась… уборкой. Беллатриса неспешно убирала разбросанные книги на полки, изредка читая корешки и улыбаясь. Она бросила быстрый взгляд на Аннабеллу, но ничего не сказала, а, лишь пожав плечами, продолжила своё медитативное дело. Разумно решив, что даже во сне Аннабелла не очень хочет разговаривать с самой собой снова, она присоединилась к ней, чувствуя откуда-то, что так будет правильно. С каждой убранной на место книжкой её уверенность в том, что точно стоит рассказать всё девочкам, крепла, а радость и удовлетворение вытесняли грусть и неуверенность. Но, наконец, урок кончился, и Белла вынырнула из сна. После странного отдыха Белла почувствовала себя чуть лучше, но с трудом дотянула до обеда. На паре она была рассеяна, и, если бы не Гермиона, схватила бы пару штрафных баллов, но обошлось. Наконец, пара кончилась, и они все отправились в большой зал. Отделившись от подруг, Белла быстро прошагала к преподавательскому столу, взглядом нашарив Северуса Снейпа. Тот бросил быстрый удивлённый взгляд, но тут же снова натянул на лицо беспристрастную маску. — Мисс Лестрейндж, — скривился он под внимательным взглядом профессора Амбридж. — От вас никак не спастись даже на обеде. Может, вы дадите мне пообедать в спокойствии? — Я не отниму у вас больше минуты, профессор, — потупилась Белла, старательно изображая примерную ученицу. — Я по поводу того… проекта, над которым мы работаем. Я нашла себе помощниц. Позволите мне рассказать об этом проекте? Северус изумлённо изогнул бровь, но тут же превратил это в издевательскую гримасу: — И кто эти несчастные, что вызвались вам помочь? — Мисс Грейнджер и мисс Гринграсс, сэр. — Но это опасно! — вырвалось у Снейпа на секунду, но тут же, прокашлявшись, он снова натянул маску злого зельевара. — Впрочем, как и все наши внеурочные занятия. Валяйте, только пусть… — он замялся, а после посмотрел Белле в глаза. — Вы уверены в них? Я бы не советовал вам болтать… лишнего, во избежание того, чтобы они… — он стрельнул взглядом в сторону Трелони и Дамблдора. — Не раскрыли секрет наших с вами исследований до тех пор, пока у нас не будут достойные результаты? — Уверена, как в самой себе, — кивнула Белла, и Снейп кивнул в ответ. Он словно случайно опустил руку в карман, и тут же Белла ощутила, как нить заклятья на её руке начинает остывать. Это значило, что Северус ослабил обет, ровно настолько, чтобы можно было его расширить и заключить с другими. — А теперь, позвольте мне всё-таки поесть, мисс Лестрейндж, — Северус скривился и принялся вновь скрежетать по тарелке ножом и вилкой с таким звуком, от которого у и без того трясущей Трелони начался почти припадок. Быстро смолотив пару тостов и банан с соком, Белла поманила с собой Гермиону, Джинни и Дафну в библиотеку. Она всё обдумала. Она устала лгать. — Что ты хотела от декана Снейпа? — спросила Дафна, стискивая руку Беллы в своей тёплой ладошке. — О, об этом вы узнаете, когда мы уединимся в библиотеке, — ответила Белла напряжённо. — Не сейчас. — Ты чего? — удивлённо спросила Гермиона. — Ты же сама хотела всё рассказать? — Там просто этот рыжий недоумок за нами пошёл, — тихо ответила Белла, осторожно оглядываясь. Перси Уизли стремительно вышел из зала, и, старательно делая вид, что просто идёт в свой кабинет, отправился следом за девушками. — Блин, Персик всё как обычно портит, — закатила глаза Джинни. — Ну ничего, есть на него управа. — Что ты задумала? — хмыкнула Белла, заметив, что Перси упорно прёт к ним напролом. — Лучше бы было, если бы он просто упал с Астрономической башни на Жабридж, — добавила она негромко. — Жабридж? — прыснула Дафна, а за ней и Джинни. — Белла, она же всё-таки наша преподавательница, — заметила Гермиона озабоченно. — Я её не очень-то уважаю, — пожала плечами Джинни. — Я сейчас. Она быстро скользнула к группке одногруппниц и что-то им шепнула. Белла заинтересованно наблюдала за ними. Стоило только Джинни снова отойти, девчонки рванули к растерявшемуся Перси и наперебой принялись у него что-то спрашивать. — Простите… — сказал он неуверенно. — Я, с позволения сказать, спешу, в некотором роде… Да, мисс… эм-м-м… да, — он старался отвертеться от наседающих на него детей, но у него ничего не выходило. — Пропустите же!.. Но шум вокруг него лишь усиливался, девочки не давали ему пройти. — Потом Лисса нам расскажет, — хихикнула Джинни. — Но только теперь в библиотеку нельзя, он туда первым делом пойдёт. — Куда же нам пойти? — недоуменно спросила Белла. — Ну, конечно! — хлопнула себя по лбу Гермиона. — За мной! Она быстрым шагом направилась куда-то к лестницам. — Куда тебя понесло? — Белла почти бегом поравнялась с Гермионой, пока Джинни и Дафна догоняли их. — Я же не сказала никому, где нашла место для проведения собраний! — сбивчиво ответила Гермиона, не снижая темпа. — Скорее, нам на седьмой этаж! Белла переглянулась с Дафной и Джинни, но те так же недоуменно пожали плечами. Никто не знал, куда понесло Гермиону. Спустя несколько минут мучений и пару передвижных лестниц, постоянно меняющих направление, Гермиона свернула куда-то в коридор и застыла перед картиной, на раме которой было подписано: «Варнава Вздрюченный и тролли». — Ну и? — скептически хмыкнула Дафна? Гермиона отмахнулась и принялась сосредоточенно копаться в сумке в поисках чего-то. Аннабелла нахмурилась. Её память не смогла ничего такого подкинуть про это место. Будь здесь Беллатриса, быть может, она бы и подсказала что-то толковое, но она была далеко-далеко… Прислушавшись к её эмоциям через их связь, Белла уловила лишь лёгкую печаль и… страх? Что такого могло произойти в поместье, чтобы Беллатриса испугалась? Белла нервно переступила с ноги на ногу. Что-то случилось с Нарси? — Вот! — воскликнула Гермиона наконец. Среди чего-то недовязанного, запутавшаяся в нитках, была не то записка, не то кусок пергамента, на котором было спешно что-то нацарапано, Белла не разглядела, что именно. Гермиона внимательно прочитала написанное и, глубоко вздохнув, сделала несколько шагов в сторону картины. Потом назад. И так снова и снова, несколько раз, до тех пор, пока из воздуха прямо в стене не появилась… дверь. — Уф-ф-ф… — выдохнула Гермиона. — Вот. Добби молодец, надо будет ему ещё шапку сшить. — Это же Выручай-комната! — восхищённо пискнула Джинни. Внезапно Аннабеллу захватил всеобъемлющий, чудовищный ужас, настолько сильный, что в глазах потемнело, а тело отказалось слушаться, и она как подкошенная рухнула прямо в руки Дафны, отключаясь.

***

Беллатриса Беллатриса, осторожно ступая босыми ногами по тёмно-зелёным коврам, спустилась к обеду. Глупые эльфы не удосужились подать ей хотя бы тапки, хотя вполне сносные чёрные джинсы почти её размера нашли, как и комплект нового нижнего белья и белую футболку. Всё было самую малость мало, — явно из одежды Аннабеллы — хотя и весьма удобно и практично. Завтрак она успешно проспала, снова отключившись после того, как Аннабелла перестала испытывать яркие эмоции. Это было непросто, но уставший организм вяло сопротивлялся, и Беллатриса снова нырнула в дрёму. О, она увидела сон, а это было чем-то забытым. Приснилась ей какая-то странная развороченная библиотека, смутно схожая с той, в которой Аннабелла её прикончила в своём — или их? — сознании. Беллатриса принялась расставлять книжки, и, почему-то, с каждой поставленной на место книгой было всё легче и легче. Безумие и хандра отступали, особенно после того, как Беллатриса решила вглядываться в корешки с названиями. Тут были и её любовь, и дружба, и ненависть — всё хорошее и плохое, всё по своим местам, по полочкам. Вскоре к ней присоединилась и молчаливая Аннабелла, что было ещё более странно и сюрреалистично. Быстро отметя идею разговора с самой собой как очередное проявление безумия, Беллатриса медитативно убирала книжку за книжкой, пока, наконец, не вынырнула из сна более-менее отдохнувшей. Полежав ещё часик, Беллатриса всё-таки ощутила голод и решилась пойти. Она много чего успела обдумать за утро. Всю свою длинную, но такую неправильную жизнь, все свои прегрешения, убийства и насилие. Есть ли место для неё, такой чудовищной, в этом новом мире? Белла не знала. Но одно она для себя решила чётко, чувствуя, как тёмное безумие от этой мысли отступает куда-то в глубины сознания — она не позволит своей новой жизни стать такой же дерьмовой, как предыдущая. Она не позволит себе вновь стать монстром. Беллатриса не была уверенна, ждут ли её тут, в малом зале, где раньше подавали обед. Всё-таки, судя по поведению Нарциссы, она явно больше симпатизировала Аннабелле, хотя и сочувствовала ей, особенно после того, что Беллатриса рассказала про свои приключения и свои переживания. Но, против её сомнений, было действительно накрыто и на неё. Нарцисса ободряюще улыбнулась и указала рукой на место подле себя. Беллатриса сделала неуверенный шажок. — Нарс, ты не сказала, что у нас гости, — раздался тихий вкрадчивый голос, от которого у Беллатрисы внутри всё перевернулось. Ну, конечно! Вчера она не придала значение тому, что Люциуса не было, но, он же никуда не делся! И вправду, сегодня он сидел во главе стола, изучающим взглядом рассматривая Беллатрису поверх «Ежедневного Пророка», на главной странице которого красовался убитый вчера Беллой жуткий толстяк. От этого взгляда Белле стало не по себе. — Прости, Люциус, я забыла тебе сказать, — Беллатрисе показалось, или в голосе Нарциссы скользнула ирония и непокорность? Она смело глянула на мужа и улыбнулась уголками губ. — У нас тут, так сказать, пополнение в семье. — Что ты имеешь в виду? — Люциус, наконец, отвёл пристальный взгляд от Беллатрисы на жену и нахмурился. Белла с облегчением выдохнула, едва только он перестал сверлить её своим жутким взглядом. — Кто эта юная леди и какого Мерлина она делает в моём доме? — Это — Беллатриса, — тихо ответила Нарцисса, стушевавшись. Снова ни намёка на то, что эта женщина способна противостоять мужу. — Мне стоило сказать ранее. — Нарцисса! — воскликнул Люциус, сминая ни в чём не повинную газету. — Ты хотя бы понимаешь, чем это нам грозит? Как ты вообще смеешь мне что-то не рассказывать? Ты что, забыла, чему тебя учили родители? Забыла, кто в семье главный и кому ты принадлежишь? — он побагровел как раскалённый уголь из камина и стукнул кулаком с зажатой в нем газетой по столу, а Нарцисса сгорбилась ещё сильнее. На стол перед ней упала слезинка, а потом ещё и ещё. — Почему она не в школе? Почему она обратно повзрослела? Снейп что-то опять намудрил с зельем? Я вас обоих закопаю заживо! — Как бы тебе сказать, Люциус, — справившись со своей робостью по отношению к нему, Беллатриса сделала шаг вперёд и подошла к своему месту близ сестры. — Потому, что эта глупая малолетняя куколка уже в школе, вылизывает задницы Дамблдору и прочим его прихвостням, — она уже не считала Аннабеллу своей помехой, но Люциусу об этом знать явно не стоило. — Я — настоящая, истинная Беллатриса, и я вернулась, чтобы продолжить наше с Тёмным Лордом дело. Где мне его искать? — Но… — только и вымолвил Люциус, чуть бледнея. — Как? И где Аннабелла? — Она в школе, я же сказала тебе, — Беллатриса сделала шажок и положила руки на плечи вздрогнувшей Нарциссе, а после подняла взгляд на Люциуса. Как он смеет так разговаривать с Нарциссой? Вновь ярость, та самая, которая помогла ей не сдохнуть в Азкабане, вырвалась наружу. Уставившись Люциусу в переносицу, Белла максимально грозно заявила: — И, если ты, павлинья задница, продолжишь так разговаривать с моей сестрой, я засуну тебе в толстую кишку через задний проход всю твою домашнюю библиотеку тёмных проклятий и вызову министерских ищеек, чтобы они распотрошили тебя на миллиард маленьких вонючих Люциусиков. Я доступно объяснила? Люциус и вовсе схлынул с лица. Его рука нервно дёрнулась в сторону его трости, в которой была запрятана палочка, но Беллатриса молниеносным движением руки беспалочковой магией притянула трость к себе и, размахнувшись, со всей силы оглушительно треснула ей по столу. Трость жалобно крякнула и сломилась вместе с палочкой, и Белла метким броском загнала их прямо в тлеющий зелёным камин. — Я доступно объяснила? — любезным тоном повторила Беллатриса, чувствуя, как внутри неё постепенно успокаивается бушующий океан ярости и злости. — Вполне, — выдавил из себя Люциус, нервно сжимая и разжимая кулаки. Сделав несколько удушающих движений, он шумно выдохнул и с независимым видом вновь взял газету, оправив её после удара об стол. — То-то, — удовлетворённо хмыкнула Беллатриса, усаживаясь на приготовленное для неё место. Ноги неприятно холодило дерево стола, и Белла поёжилась. Она нащупала под столом руку Нарциссы и крепко её сжала. С наслаждением Белла насадила на вилку кусочек мяса и отправила его в рот. — Браво, браво, — новый голос заставил Беллу вздрогнуть. Звонко выронив вилку, она резко обернулась и увидела высокого статного мужчину примерно её — нынешних — лет, черноволосого с ярко-красными вертикальными зрачками. Он стряхнул с чёрного пиджака следы пепла, убрал тёмные очки в нагрудный карман и лучезарно улыбнулся. — Мой господин, — осипшим голосом проговорил Люциус, поднимаясь. — Люциус, мой верный друг, — мужчина неуловимым движением подошёл к Малфою и усадил его на место, встав за его спиной. — Не стоит, я теперь не более чем молодой политик, а вот эта юная особа… — он перевёл взгляд на застывшую Беллу. — Ну здравствуй, Беллатриса. С возвращением. Ужас. Всепоглощающий и всеобъемлющий ужас захватил её сознание, стоило ей только встретиться с ним взглядом. Зажатая в руке палочка со стуком рухнула на пол. Тёмный Лорд резким ударом прорвался в её мысли, причиняя физическую боль. Его глаза стали гигантскими, заполняя собой почти всю комнату, красными точками зависая на всех планах сознания. Дыханье перехватило от боли, и Беллатриса рванулась к груди руками, тщетно скребя пальцами по рёбрам в попытке вытянуть оттуда эту чудовищную чёрно-красную клешню, что схватила сердце в ледяные тиски. Мысли метались во все стороны, отказываясь собираться в сколько-то осмысленные слова и сочетания. Беллатриса чувствовала лишь то, что должна будет, наконец, собраться и присоединиться к Равену Нотту в очистке Министерства от неугодных Рудольфу Шварцу, молодому политику и восхитительному человеку, лучшему на земле мужчине, которого Белла хотела всем телом и душой, особенно телом. Что и кто может быть прекраснее, честнее, добрее, красивее, чем молодой Рудольф, политик, лидер и борец?! Она должна стать великолепной и опасной спутницей Рудольфа, верной женщиной и прекрасной игрушкой для его сексуальных утех… Или нет? Крамольная мыслишка проскочила в разрывающейся от боли голове Беллатрисы странной вспышкой. Напряжение потихоньку начало спадать, словно пропадая куда-то, растворяясь где-то вдали. Это… Аннабелла! Она приняла на себя удар тоже, помогая Беллатрисе… Но зачем? Что тут такого? Это же прекрасная мысль… Никакой помощи не требовалось, и Беллатриса собралась вытолкать нахальную девицу из своей головы. — Нет! — воскликнул в голове чей-то ещё голос. На самой грани сознания возникло размытое лицо Аннабеллы, и Беллатриса вперилась в него невидящим взглядом. Оно каким-то образом придавало ментальных сил. — Белла! Ты… ты сильная! — Я… я сильная, — повторила Беллатриса ничего не значащую фразу. Зачем она это сказала? — Борись! — отчаянно воскликнула Аннабелла, закусив губу от напряжения. — Я тебе помогу! — Борись? — переспросила Беллатриса, не понимая смысла этого странного слова. Оно распадалось на ничего не значащие буквы и звуки быстрее, чем Белла концентрировалась на нём. — Помогу? — Белла! — лицо Аннабеллы начало растворяться в чёрно-красном мареве, но тут же снова обрело чёткость. — Ты — сильнейшая ведьма своего поколения, ты вернулась с того света, ты убила насильника, ты… — она на мгновение задохнулась. — Ты не монстр! Ты — свободная девушка, которая не должна подчиняться всяким там злобным красноглазым уродам! Ты не монстр! — Я… я не монстр? — вновь тупо переспросила Беллатриса. Мысли перескакивали в голове, как сумасшедшие, но вдруг принялись спотыкаться об эту странную фразу. Она, конечно, абсолютно не несла никакого значения, так как состояла из произвольного набора ничуть не связанных друг с другом букв и звуков, но, почему-то, вызывала в душе что-то… странное? Не монстр? А, действительно, почему это Беллатриса должна подчиняться какому-то самозванному красноглазому красавчику, если она этого не хочет? Хотя, тупая, несомненно, крамольная мысль тут же была утоплена мыслями о физической близости с Рудольфом. А у него большой член? Явно побольше, чем у Флетчера… Фу, какая гадость! Мысль о насильнике вновь всколыхнула в душе Беллатрисы ярость. Да этот чёртов Тёмный Лорд хочет сделать с ней то же самое, но на ментальном уровне! Уж если она не далась уроду-Флетчеру, то с чего это она должна уступать какому-то ублюдку! Ну уж нет! Ярость придала сил. Беллатриса, наконец, осмыслила, что в её голову проник никто иной, как Тёмный Лорд! Он снова хотел сделать её безумной и подчинить себе, сделать монстром, а становиться монстром Белла не собиралась! Беллатриса с усилием выставила перед своим сознанием Азкабан, наполнив его дементорами, а сама укрылась наверху, на самой верхней площадке, засунув чужеродное сознание в самые нижние камеры. Тут же дышать стало заметно легче. Сбоку материализовалась чья-то фигура, и Беллатриса мгновенно развернулась, готовясь к атаке, но была сгребена в объятья. — Сестричка, ты справилась! — со слезами на неё накинулась Аннабелла, утыкаясь ей в футболку. — Я так переживала, что ты не справишься, особенно, когда он хотел тебя себе в телесном плане тоже привязать… — Я… справилась, — Беллатриса обняла Аннабеллу, поглаживая её по голове. — Как ты меня назвала? — Сестричка, — ответила Аннабелла, не задумываясь. — Раз уж мы оказались разнесены по разным телам, будучи когда-то одним целым, так будь же мне сестрой! — она своими большими-большими карими глазами поглядела на Беллатрису, и та впервые точно знала, что ответить, ведь Аннабелла вернула ей кое-что очень важное, а, значит, Беллатриса тоже должна была вернуть ей кое-что. — Ты права, — улыбнулась Беллатриса, чувствуя, что по её щеке медленно катится слеза. Решиться на такое очень сложно, но она справилась и проговорила: — Сестричка. — Осталось только решить проблему с именем, — печально хмыкнула Аннабелла. — Хочешь, я сменю себе имя? Всё-таки, ты — настоящая, а я лишь… копия, так что… — Нет, нет, — остановила её Беллатриса, прикоснувшись пальчиком к губам сестры. — Я тебе наврала тогда. Это меня создал Тёмный Лорд из тебя, как раз в надежде на то, что ты проникнешь в школу, а я там сорвусь и поубиваю кого-нибудь. К слову, так и вышло… Ведь это мы с Гермионой прикончили Нотта и Забини. — Не может быть… — пробормотала Аннабелла, утирая слёзы. — Ты врёшь! Нарси сказала, что… — Я так сильно хотела жить, что, после того, как ты меня в себе убила, я едва-едва смогла вырваться, забрав у тебя последние крохи магии, — прервала её Беллатриса. — Северус сказал тебе правду, когда сказал, что тело без души просто умерло бы, или превратилось бы в овощ, как после поцелуя дементора. Если бы я тебя прикончила, то, скорее всего, умерла бы сама, потому, что и человеком-то никогда не была, а так у меня появился шанс… Или ты думаешь, что я реально просто позволила тебе себя убить? Да я бы миллион раз прикончила тебя, пока ты там пыталась не умереть со страха! — Беллатриса беззлобно рассмеялась, чувствуя, как долго терзавшее её напряжение покидает её. Она вновь была свободна. Или, не совсем? Кое-что ещё нужно было сделать. — И да, я возвращаю тебе память. Я решила, что знание о твоём прошлом помешает тебе быть счастливой, но… — Беллатриса печально улыбнулась. — Я была не права. Ты без воспоминаний натворила много глупостей, и теперь тебе же их и разгребать. — Но… — Аннабелла задохнулась в слезах, не зная, что и сказать. — Постой, а как же… ты? — А что я? — Беллатриса ухмыльнулась, поправив волосы. — Это я сменю себе имя и буду жить, благодаря тебе. Жаль, что ты не сможешь меня финансировать, ведь ты — банкрот. Да-да, твоя ментальная защита никакая, я вижу все твои мысли как на ладони, — Беллатриса хихикнула. — Да, Поттер неплох, но вам нужно многому научиться, если успею, передам ему привет, — Аннабелла отчаянно покраснела, сдерживая слёзы. — Кстати, какое тебе ещё нужно подтверждение, что ты — настоящая, если тебе открылся дом, а мне нет? — Дом? — Ну, Блэк-менор, — Беллатриса щёлкнула пальцем и хмыкнула. — Поделишься адресом? Мне нужно будет где-то переждать немного перед тем, как дёрнуть на континент, подальше от ваших интриг. — Гриммо, 12. — Ох! — Беллатриса широко распахнула глаза. — И как я могла это забыть! — она лучезарно улыбнулась. — Ну что ж, тебе пора в школу, а мне — в менор, — она обняла сестру. — Спасибо тебе за всё, правда. Я многого не поняла, но сейчас, когда наши разумы на минутку объединились, я… как бы сказать? — она вновь пощёлкала пальцами. — Я расставила приоритеты. Надеюсь, верно, — Беллатриса вновь улыбнулась. — Ещё увидимся. Стены Азкабана рухнули, и зло на секунду вновь попыталось завладеть сознанием, но Беллатриса уже была готова. Она сильным ударом выкинула чужое сознание из своих мыслей и, установив ментальные щиты, выскользнула из подсознания. Судя по тому, что никто не сдвинулся с места, в реальном мире прошла секунда или две. Нарцисса только вздрогнула и попыталась защитить сестру, брови Люциуса вскинулись вверх, а Тёмный Лорд чуть отшатнулся и лучезарно улыбнулся. — Браво, Беллатриса, ты по-прежнему в форме! — он радостно хлопнул в ладоши и отодвинул свой стул как ни в чём не бывало. Он уселся рядом с Люциусом и нетерпеливо взял вилку. — Что на обед, Нарцисса? — А… Что? — Нарцисса выглядела растерянной. Беллатриса уловила отголоски её мыслей, — она думала, что Тёмный Лорд попытался причинить Белле физическую боль, и это так и выглядело — Белле было больно, и она схватилась за кольнувшее сердце. Никто и не понял ничего, что произошло, и только лукавый взгляд красных глаз говорил о том, что у кое-кого к Белле появились новые вопросы. — Не хочу быть невежливой, — Беллатриса осторожно поднялась и, отложив приборы, почтенно склонила голову. — Но у меня пропал аппетит. Откланяюсь. — Стоять! — воскликнул Тёмный Лорд, вскакивая. — Нагайна! — из тёмного угла появилась удивлённая треугольная морда с жёлтыми глазами. — Нагайна, убить! — Мне, кажется, пора, — Беллатриса в два шага преодолела расстояние до камина и, опрокинув в пламя коробочку с дымолётным порохом, воскликнула: — Косой Переулок! Зелёное пламя закружило её и унесло в дымоход. — Люциус! — переменившись в лице, выкрикнул Тёмный Лорд. — Догони её и убей, она чрезвычайно опасна. Возьми с собой Нагайну и Пожирателей, так будет быстрее. Тем более, — он взмахнул рукой и поднял с пола Беллатрисину палочку. — Она кое-что забыла.