Утратив всё

Сегодня учителя были благосклонны, отменив проведение пары уроков, чтобы ученики смогли обсудить тактику. Грядущий поединок несёт в себе не просто удар по врагу. Это спасательная операция для Исогая. На кону его образование, а значит, как и заведено почти в каждой стране — его судьба. Терасака пытался доказать парням, что заморышей А класса достаточно победить грубой силой. Но Асано быстро припомнил множество спортивных побед его прошлого класса. Рëме оставалось только нервно цыкнуть. Возразить сложно. Класс А ломал стереотипы о хилых ботаниках. Теперь, с новой пропагандой директора об их избранности, эти с присвистом в голове ребята костями лягут, но победу просто так не отдадут. Однако, львиная доля всех побед — личная заслуга Гакушу. Именно он сделал класс А лучшим во всëм. Сейчас у них нет такого лидера с лишним десятком рук. — Мы должны скинуть их столб. Теперь эта задача настолько лёгкая, что, кажется, больше похожа на ловушку, — задумался Карма, подразумевая, да не произнося вслух: без Асано класс А вряд ли несёт в себе прежнюю угрозу. Тогда почему администрация дала добро на проведение этого соревнования? Никаких вариантов, кроме как ловушки с их стороны, разглядеть нельзя. — Асано-кун, в главном корпусе остался кто-то, кто смог бы подглядеть за классом А? Ты был их кумиром на протяжении лет, вряд ли это прошло бесследно, — обратился к нему Маэхара. Никому не давало спокойствия то, что битва состоится. Одобрение сего мероприятия для главного корпуса всë равно что кидаться камнями в танк. — Не запудри им мозги председатель, я бы знал каждый их шаг. Но, увы, сейчас я для них смиренный пленник в логове хамов и вандалов. Разбить класс, в котором я упрятан — лучший способ меня вернуть. «Ради моего блага», никто не пойдёт мне навстречу, — отозвался Асано. — По личным причинам, я не стану говорить, как мне удалось убедить Рена дать классу Е шанс. Но на этом мои возможности иссякли. — Немного осталось от президента студсовета Асано Гакушу, — улыбнувшись от принятия врагом собственной слабости, сказал Карма. — Вашими стараниями. Правда, учитывая твои результаты, ты к моему разгрому непричастен, — моментально парировал Асано. Сам вид Кармы на такое едкое замечание не изменился, но в глазах мелькнула угроза. — Подскажите, мои юные убийцы, как вы собираетесь победить класс А? — вмешался в разгорающийся спор Коро. — Разве это возможно, если два ваших одноклассника сами готовы перегрызть друг-друга? Коро покрылся полосами, высмеивая их. — Предлагаю поставить их в первые ряды. Там всегда придётся попотеть. Может, наконец, из вас двоих выбьют дурь? — заявил Терасака. Его банда одобрительно закивала. Давно руки чесались поколотить этих любителей привлекать лишнее внимание. Но увы, один был Карма, а другой Гакушу. Легче сброситься со школьного обрыва, чем попытаться надрать кому-то из них зад. — Может быть, не будь это класс А, — беспечно отозвался Карма. — Первые ряды, последние, разница не особо велика. — Не стоит расслабляться. Может, мои бывшие одноклассники не несут особой угрозы, но вот тот, кто стоит позади них — проблема уже посерьёзнее, — не согласился с ним Гакушу. — Верно, ребята. Класс А точно заручится определённым козырем. А значит, вы тоже должны найти свой, — помогал Коро. — Но какой будет козырь? Асано-кун, председатель может, скажем, внести какие-то корректировки в правила, чтобы они работали в ущерб нам? — обратился к нему Исогай. У кого нужно спросить совет о противнике, как не у того, кто с ним живёт? — Если он введёт ограничения лишь для одной команды, это ударит по его имиджу. Для председателя важна репутация. Кто знает, может, эти соревнования будут обсуждать и в других школах? Мало кто оценит такое явное угнетение, — ответил вместо рыжего Карма с сучьей ухмылочкой. Впрочем, Гакушу и не против снятых с его языка слов. Это сократит время общения с этими неандертальцами. — Это так. Хм… Тут больше подошёл бы вариант обмена студентами. Может, он пригласит каких-то опытных ребят из олимпийского резерва? Это единственное, что возможно было бы предпринять, — после недолгих размышлений, сказал Асано. — Звучит не очень хорошо, — удручающее сказал Маэхара. — Если вдруг он так и поступит, разве это серьёзное испытание для моих учеников? — сказал Коро, защищая их командный дух от лап уныния. — Эти юные спортсмены пытались убить своего учителя? Участвовали в спасательных операциях и боях с мутировавшим мальчиком? Вы пережили много трудностей, и, соответственно, получили больше опыта. Но это не значит, что можно расслабляться. Обязательно уважайте своих соперников и сражайтесь в полную силу! — Вы правы, Коро-сенсей! Ещё не было трудностей, с которыми бы не справился наш класс Е! — поддержал волну позитива Маэхара и похлопал своего друга по плечу. — Не волнуйся, Исогай. Мы защитим тебя и научим соперников уму-разуму. — Раз ожидается трепка главного корпуса, то, пожалуй, прогуливать это мероприятие не буду, — сладко потягиваясь, сказал Карма. Гакушу закатил глаза. Он помнит, как, будучи президентом студсовета, отчитывал старосту D класса за неявку Акабанэ в прошлом году. Староста только лепетал, что не мог на него повлиять, и признаться, даже побаивался эту красноволосую занозу. «Ха… Даже после его попыток меня придушить, всё равно не понимаю, кого там бояться,» — облокотив лицо на подставленную руку, задумался Асано. Его скептический взгляд не укрылся от Кармы. Предчувствуя небольшое веселье, хулиган ловко уселся своей пятой точкой на парту Асано, скрепив руки в замок. — Мы немного отвлеклись. Из-за наших разговоров о командном духе, Асано-кун, который знать не знает, что это, заскучал. — Мне очень приятно, что ты следишь за моим психологическим комфортом. Раз так, стало быть, у тебя есть идея, как создать классу собственный козырь? — приторно сказал Асано, испытывая острое желание столкнуть незаконного квартиранта со своей парты. — У меня есть одна идея. И для неё нужны сильные противники. Чем крупнее парней найдёт председатель, тем лучше. Нам нужно, чтобы двух наших ребят вышвырнули с поля. Они спрячутся среди трибун и оценят обстановку. Либо внезапно нападут на копьё противника, либо неожиданно придут нам на помощь. Смотря, как пойдёт ситуация, — просто ответил Карма. — Чем крупнее противники, тем меньше будет сомнений в том, что наших ребят действительно удалось вышвырнуть, — задумался Асано. — Оказывается, от тебя иногда есть польза. — Как и от тебя. Удивлён, что ты смог договориться с нашей милой параллелью. А ведь, будь ты в классе А, сам же, наверное, и донёс бы на Исогая, — продолжил диалог с ним Карма, когда класс стал обсуждать несущественные мелочи плана. Асано поднял голову, глядя прямо в медового цвета глаза. — Ты ошибаешься во мне, Акабанэ-кун, — сказал Гакушу с тёплой улыбкой, вызывающей только озноб. Карме стоило бы зацепиться за эту очевидную ложь. Асано умел таить в ней свои секреты, а Карма любил их находить. Но не сейчас. Не сейчас, когда сердце хулигана исполнило кульбит, стоило Гакушу обманчиво-дружелюбно встретиться с ним глазами. Равнодушно пожав плечами, Карма соизволил вернуть чужую парту, чтобы прогуляться в лесу и освежить голову. Ему не до загадок Асано. Ему бы себя для начала разгадать.

***

Какой бы не была бушующей его натура, лес всегда дарил Карме каплю спокойствия. Только так можно порассуждать о том, о сëм, в одиночестве. Тем более, ему было, что обдумать. «Асано Гакушу. Ты не планируешь покидать мою голову? Но так даже интереснее,» — с улыбкой подумал Карма, прислонившись к одному из деревьев. Солнце было беспощадным, но кроны могучих дубов защищали флору от засухи. Идеальное тёмное, почти прохладное местечко. Самое то, чтобы утонуть на часок в своих мыслях. Карма уже перестал вести счёт всему, что происходило с их задницами. Но то, как спокойно относится к этому Асано, выводило на интерес. Было предположение, что он устанет после схватки с Итоной. Как бы рыжий не играл сильного и недо-харизматичного злодея, он никогда не был рождён для подобного. Однако, его не сломало поражение директору, пустившее коту под хвост все годы стараний. Он не растерялся в классе Е, где, по сути, у него были только враги. Он не боялся Кармы, в отличии от доброй половины главного корпуса, которой Акабанэ не раз обещал страшно-весëлую расправу. Он не испугался Такаоки и не струсил перед Итоной. Всякий раз эта рыжая змея огибала смертельные капканы, ни разу не запутавшись в собственном хвосте. Более того, гадюка по-прежнему видела настоящего соперника лишь в председателе. Карма за многое ненавидел Гакушу, но за это в особенности. Так почему же все органы свернулись в мучительную петлю, стоило узнать в тот вечер о подосланном убийце?

«Смерть тебе не к лицу»

«Почему я подумал именно так? Хах, меня заботит, как он выглядит? Тогда моё отношение к нему — восхищение. И, к счастью, это ничуть не мешает вражде…» Больше, чем Асано, Карма ненавидел скуку. Иронично, что именно Гакушу еë стер. У Акабанэ много врагов, да и он сам не всесилен. Были люди умнее его, с ними помогала справиться сила. Другие, напротив, владели большей физической силой. Их легко Карма брал хитростью. И лишь Асано сочетал в себе и силу, и ум. У него не было брешей, все отрицательные и положительные качества дополняли друг-друга, словно звенья цепи, куда даже капля воды не просочится. С ним он сражается в полную силу, будь это мозги или кулаки. Битва затянула его в свой водоворот. И сейчас Карма чувствовал себя наркоманом. От адреналина, который выбрасывается в кровь, можно зависеть ничуть не хуже, чем от какой-то незаконной гадости. «Сияй, Асано. Мне, оказывается, очень нравится за тобой наблюдать. Каждый раз я чувствую, как серость растворяется в красном огне ненависти к тебе. Признаюсь, тобой тяжело не заинтересоваться. Но разве это значит, что я собираюсь тебя жалеть? Ты не станешь жалеть никого. Даже себя. Для тебя все, в том числе и ты сам — пешки. А пешки не ходят назад. Твой соперник председатель, это единственное, в чем ты никогда не усомнишься. Зря. Жизнь не игра в шахматы. Не существует только чёрных и белых команд. Опасность ждёт отовсюду. Что бы ты не задумал, я всегда буду рядом с тобой. Но вряд ли это хорошие новости для тебя…»

***

Вот он, день спортивных соревнований. День, который бывал у каждого: носишься по глупым эстафетам, боясь подвести команду слишком медленным бегом, или же, запутаться в собственных ногах, под рёв ахов, и даже смеха, падая на воняющее резиной спортивное покрытие. Нагретое на открытом солнце, и оттого смердящее как отделы с палёной обувью в сомнительных магазинах. Гакушу всегда участвовал в таких школьных мероприятиях, выбор был не велик. Роль, которую он выбрал себе, подразумевает делать то, что тебе не нравится и тогда, когда не нравится. Но смотря, как девочки из Е и А классов искренне отдаются и даже немного веселятся, соревнуясь — вызывает противоречивые чувства. «Кто-то искренне рад участвовать в этом муравейнике,» — отметил Асано, смотря, как неподдельно улыбаются девчонки класса Е, обошедшие класс А в большей половине эстафет. — Наши девушки лучшие, — довольно отметил Маэхара, когда прекрасная половина их класса вернулась с состязаний. — Мы свой вклад внесли, а ты только попробуй засмотреться на какую-то юбку из главного корпуса. Отвлечëшься и подведешь команду — отпинаю, — дала грозное наставление Окано. — Эй, хватит строить из меня бабника! Тем более, на кону стоит судьба моего друга! Естественно, я отдамся делу со всей искренностью, — возмутился Маэхара. — Главное — подкрепи слова делом, — подал за весь день голос Гакушу. — Именно, — моментально согласилась гимнастка. Остальные ребята смущённо отвернулись от этой сцены, пахнущей непонятной ревностью. Боковым зрением Карма заметил колонку класса А, которые шагали в направлении стадиона. Гордецы важно ступали, даже и взглядом не удостоив соперников из класса Е. — Ведут себя так, будто бы пришли побеждать само зло, — скрестив руки, скептично бросила Рио. — Может, до них когда-нибудь дойдёт, что истинное зло стоит прямо за их спинами? Или, возможно, прячется в собственном зеркале? — Логика и аргументы тут бессильны. Сами знаете, каких размеров блендер засунули в их мозги, — не желая более тратить время на разговоры, сказал Гакушу. — Класс А подтягивается к полю. Значит, и нам пора. Все готовы? Терасака, главное в штаны не обмочись, — кинул злую шутку Карма, припомнив, как Рëма разнервничался от злого Коро. — Ах ты!.. — вспыхнул Терасака, и банда стала его удерживать. — Тебе обязательно подрывать его психику перед соревнованием? — покосился на Карму Асано. — Чем меньше он ведёт себя как сгусток тестостерона, тем больше от него толку, — ответил ему Карма, но неожиданно замер. На поле, помимо знакомых лиц А класса, стояли новые ученики… Вернее, огромные мужики в школьной спортивной форме. — Хах, ничего себе… — присвистнул Карма. Гакушу перевёл взгляд на отца, сидящего в одиночестве на трибунах. На лице рыжего, как и у Кармы, сложилась коварная ухмылка. — Вы почему оба лыбитесь, психи? — отреагировал на своих «любимцев» Терасака. — Забыл план? Двух твоих друзей вышвырнут с поля, — бессердечно напомнил ему Карма. Йошида с Мурамацу нервно сглотнули, смирившись со столь незавидной ролью. — Председатель нам очень помог, пригласив на соревнования такие габариты, — с холодной улыбкой продолжил Гакушу, уже представляя полёт двух парнишек через трибуны. Жаль, не в папашу. Тогда точно всë пойдёт прахом. Громкоговоритель оповестил о начале состязания, и перед тем, как разойтись к своим столбам, класс Е и А выстроились в линию друг перед другом. Преподаватель физкультуры главного корпуса рассказывал правила и технику безопасности, которую все и без него знали. Гакушу кинул взгляд на Рена, стоявшего рядом с переведенными громилами. Несмотря на такую силу в своём подчинении, Сакакибара едва ли выглядел счастливым. Новенькие ученики класса А выглядели знакомо. И, спустя пару минут, Асано вспомнил их. Ещё в период учёбы в прошлом корпусе, парень стремился обрасти безграничным количеством связей. Пусть сам он не выступал на международных юношеских соревнованиях, но присутствовал, дабы поддержать капитана спортивного клуба. Завоевать симпатию иностранных спортсменов ему ничего не стоило. Поэтому и способности приглашённых гостей хорошо известны: американец восходящая звезда футбола; кореец звезда баскетбола; бразилец и француз — мастера по борьбе. — Какие знакомые лица, не ожидал тебя встретить, Кевин, — тихо обратился к иностранцу на английском Асано, но в ответ получил лишь стеклянный взгляд куклы. Хоть тело их присутствовало на этом дурацком поле, разум пребывал явно в других местах. «Вряд ли они оценили перспективу сражаться со мной. Но все мы знаем, насколько убедителен бывает мой отец… » — Ты их знаешь? — спросил его Исогай, и парням класса Е уже было не до демонстрации внимательного прослушивания правил. — Да, но их прополоскали. Вот дерьмо, — позабыв про образ воспитанного парня, ругнулся Гакушу. — Плевать, план действий у нас гибкий, так что любые обстоятельства не помеха, — отрезал Карма. Асано оставалось только согласиться. Пересказ техники безопасности окончен, и соперники разошлись по своим местам. Оглушительный звук пронёсся по полю, и вот команды уже готовы к обороне своих позиций. Первым в атаку выступил А класс, отправив американца, вместе с парочкой других учеников, к столбу класса Е. Е класс покрепче вжался в копьё, готовясь к первой стадии своего плана. — Нам повезло, — сказал, вопреки ситуации, Асано. Американец приближался, и ожидающие трëпку Йосида с Мурамацу старались морально приготовиться к запланированному полёту. — Ты издеваешься? Где это нам повезло? — огрызнулся Терасака. — Кевин единственный, кто говорит на английском. И с ним Сео может вести контакт. А вот остальные «гости» говорят только на своих родных языках, — пояснил Асано. — И японский они, разумеется, не знают, — с улыбкой сказал Акабанэ, боковым зрением следя за приближающейся фигурой американца. — Они лишены возможности общаться? Это как бросить разведчика в лесу, отняв рацию! — сказал с недоумением Маэхара. — Неужели нас настолько недооценивают?! — Вы, ублюдки, даже контачить в собственной команде не можете, но всё равно уверены в своей победе?! — вышел из себя Йошида, и, вместе с Мурамацу, бросился удерживать приблизившегося Кевина. На такую актёрскую игру Асано оставалось только аплодировать. Эти два оболтуса умудрились смешать истинное волнение от соревнований и наигранный выход из себя, так, что теперь это не отличить правду от притворства. Их даже принижать до уровня простейших после такого не хотелось. Схватив одного и второго ученика класса Е, Кевин со всей навязанной извне ненавистью вышвырнул их с поля, и два бедных подростка проделали красочную дугу, прежде чем упасть за зрительскими сиденьями. Волна ужаса прокатилась по трибунам. Комментатор чуть ли не слюной плевался, повествуя события. «Двое учеников класса Е незапланированно покидают поле!» — вещал Араки Теппей. «Вообще-то запланированно», — мысленно поправил диктора Гакушу и приготовился завершить первую фазу их замысла. Сейчас Кевин должен попытаться отбросить ребят от столба. И у него есть на это все шансы. «Только вот… Есть мозги — и сила не нужна,» — усмехнулся Гакушу. Получив команду Исогая, парни тут же прыгнули вверх, зависнув над не ожидавшим такого расклада Кевином. Вместо щуплых ребят, плечо иностранца неприятно врезалось в бревно. Глыба завалилось набок. Но это отнюдь не было победой. Потому что прыгнувшие вверх убийцы, по славным законам физики, сейчас полетят обратно вниз. Мало кто ожидал подобный исход. Особенно придавленные копьём и чужими телами Кевин, с кучкой ребят класса А. «Класс Е использовал свой столб как ловушку! Удивительно! На какие ещё уловки готов пойти класс Е?!» — вещал громкоговоритель. — Без обид, Кевин-кун, но в следующий раз постарайся не открывать свой разум кому попало, — сказал Гакушу, удобно устроившись на громиле. Закинув ногу на ногу, он с улыбкой посмотрел на трибуны. «Ну что, папаша, не ожидал такое?» — взглядом сказал Гакушу своему отцу. Но выражение председателя совершенно не менялось. Ни привычной холодной улыбки, ни еле заметной хитринки в глазах — ничего из этого. Его лицо было максимально сосредоточенным. Словно он пришёл сюда не для того, чтобы увидеть поражение класса Е. Он ждал чего-то иного. — Что-то не так, — нахмурился Гакушу и мельком глянул на пойманного Кевина. Иностранец смотрел на него странным взглядом. Словно не существовало столь унизительной для спортивной звезды ловушки. Будто бы его не придавливает деревянное копьё и вес Гакушу. Он не моргал и смотрел в самую душу. — Ты какого чëрта так уставился? — В наступление! — крикнул Исогай, и ребята с победным кличем бросились на другую сторону поля. У Асано не было времени разобрать ситуацию, и он последовал за классом. Кевина и парочку учеников класса А оставили Такэбаяси и Терасаке. Благодаря принципу рычага, в остальных ребятах не было необходимости. Враги ещё надолго останутся в плену класса убийц. Ребята пересекли половину поля, чтобы схлестнуться с самыми сильными единицами класса А. Здоровяки из Бразилии и Франции готовились к атаке ребят. — Не пускайте класс Е к нашему копью! — скомандовал Рен, но был ли толк? Приглашённые спортсмены не понимали и слова на их языке. — Он сказал тебе бросить защиту вашего копья и успеть повалить наше! Но неужели ты думаешь, что мы позволим вам это?! — путая врага, крикнул Асано на чистом французском. «Я не понимаю. Почему он не мог пригласить ребят, которые хотя бы знают японский? В мире не так мало спортсменов и чемпионов. Эти парни не единственные мастера спорта,» — одолевали сомнения Гакушу. Разве можно рассчитывать на победу, когда команда элементарно не понимает указаний? Но время не давало возможности разобрать этот абсурд. Мастер борьбы пошëл в атаку, попытавшись одним плечом сбить Гакушу. Асано этого ждал. Для такого приёма врагу придётся немного пригнуться, и тогда Асано хватит роста, чтобы перепрыгнуть его как козла на физкультуре. Напоследок он не забыл немного поддать по иностранцу ногой, чтобы здоровяка по инерции сместило вперёд. Это дарило несколько секунд, чтобы отдалиться от француза и кинуться к копью. — Загнать их в кольцо! — скомандовал Рен, надеясь, что иностранцы хотя бы по примеру остальных ребят класса А поймут, что от них хотят. Картина складывалась нелепая. Хоть Сакакибара и не сомневался в решении председателя, но он до сих пор не понимал, зачем пригласили эти горы мускул. Да, у них был один-единственный план, но класс Е пошëл по другому сценарию, использовав собственный столб как клетку. Как теперь быть? Неужели председатель промахнулся? Или он заранее пригласил этих ребят для других целей? Стоило мозгам Сакакибары работать в правильном направлении, как их тут же пронзала резкая боль. Почему-то у него не получалось сомневаться в главном покровителе школы. Он смог вспомнить, что буквально вчера приходил в кабинет господина Гакухо, выражая сомнение в необходимости такого пополнения команды. Но после тонул в сером тумане чужих слов. Следующая часть плана класса Е заключалась в отвлечении сил противника от копья. Убийцы будут пытаться пройти защиту класса А, в то время как двое выбывших недавно парней выскочат из укрытия, и, пользуясь моментом неожиданности, повалят копьë. Главное создать красивое шоу с яростной, но не выходящей за рамки правил, борьбой. Сакакибара гарантированно отправит на встречу Е классу самых сильных ребят. В то время как у их столба останутся жалкие задохлики. И пока всë шло хорошо: парни класса А пытались заламывать, хватать, обездвиживать своих врагов, на деле попросту теряя время. Их подготовку тяжело сравнить с классом убийц. Карма, в пылу этих догонялок, даже успел заскучать, от чего в голове его тут же проснулось ощущение обмана. «Минутку, разве должно быть так легко? А как же подарок председателя?.. » — нахмурился Карма, и быстро кинул взгляд на другую часть поля. Тревога была небезосновательна. Приглашённые иностранцы оказались заинтересованы лишь в одном ученике класса Е. Здоровяки постепенно собирались вокруг Гакушу, который тоже порядком расслабился из-за слабости оппонентов и перестал в полной мере следить за окружением. — Черт! Асано! — гаркнул Карма, и Гакушу удивлëнно на него покосился. Ему хватило секунды, чтобы понять своеобразное предупреждение Кармы об опасности. Сердце совершило неприятный, колкий, вышибающий воздух удар. Чтобы затем, словно работающий на износ мотор, качать кровь с бешеной скоростью, выплёвывая куски адреналина в тело. Асано с застывшим лицом уклонился от… Удара?.. Настоящего удара, как в драке?.. Его только что пытался побить мастер спорта из Франции?.. «Профессиональный спортсмен, да перепутал приëм с уличной дракой? В жизни не поверю в такую случайность!» — с остервенением заключил Асано, минуя новые и новые атаки. Это было даже тяжелее, чем в драках с Кармой. Перед ним международный чемпион, решивший побить его как кусок мяса перед стейком. — Что? Минутку, разве можно нападать так на других?! — возмутились девочки класса Е. Карасума нахмурился и посмотрел на председателя, сидящего на трибунах. Правила нарушены. Но почему он не отдаёт распоряжение закончить соревнование и дисквалифицировать класс А? Лишь внимательно наблюдает, будто бы анализирует каждое действие Гакушу. — Там сейчас от его сына мокрое место оставят! Достаточно. Я сам это остановлю! — разозлился Карасума и приготовился перепрыгнуть ограждение. — Асано-кун не хотел бы этого, — остановил его Коро. — Да мало ли, что он хочет! — отпихнув от себя плохо замаскированное в руку щупальце, сказал Карасума. — Потом эту историю расскажут как «класс Е настолько никчёмный, что за него вступился классный руководитель». Асано важно, что подумают о Е классе. — Пока я с тобой время теряю, его… — Он справится. Поверь моему чутью. Карасума не согласился с точкой зрения Коро. Но учитывая, как часто осьминог оказывался прав, мужчине приходилось лишь напряжëнно наблюдать за развитием всего абсурда. Одно оставалось ясно, как день: если Асано не получит то, что хочет, он будет действовать теми методами, с которыми уже все успели познакомиться. Очередная кувалда-рука метит в лицо Асано. Стоило ему увернуться, как к их драке подлетает бразильский спортсмен. Гакушу очень тяжело. Блокируя удары, от натуги он прикусил себе щеку, и рот наполнился металлическим привкусом. Но даже в таких ситуациях он никогда не бросал попыток разобраться в ситуации. «Судя по всему, к плану класса А ты, папаша, не сильно прикасался. Иначе бы они не проигрывали так быстро. Ты приложил руку лишь к появлению этих спортсменов. Было бы выгоднее с их помощью победить класс Е и унизить нас. Но с самого начала ты преследовал другую цель. Ты изучал меня. Значит, понял мой истинный мотив — взаправду уничтожить тебя. В моменте с Такаокой я имел неосторожность показать свою настоящую натуру. В тот день ты тоже присутствовал в старом корпусе. Ты всë видел, и поэтому решил зацепиться за эту непривычную для моего поведения черту. Еë легко изучить, если повторить опасную ситуацию и вывести меня из себя… » — сглотнув кровавую слюну, рассудил Асано. Не очень приятно осознавать, что попал в чëртов эксперимент над своей психикой. Даже кандидаты, которых председатель пригласил для битья, должны были неплохо расшатать Асано нервы. Гакушу меньше бы вышел из себя, если бы на него напали незнакомые ребята, а не потенциальные союзники, доверие которых он зарабатывал в прошлом. Вот почему он выбрал для программы обмена именно их. Председателю было плевать на эти соревнования с самого начала. Кулаки громил направились на Гакушу, но тот, полностью оголив рефлексы, продолжил уворачиваться от ударов. По трибуне прошла волна вскриков. — Мы вам чëртов Колизей?! — накричал на зрителей Терасака. — Сколько ещё должно произойти дерьма, чтобы вы осознали, какой пиздец творится в этой школе?! Гакушу отскакивал, перекатывался по земле, перегруппировывался, быстро вскакивал, тут же уклоняясь от следующей летящей на него махины. «Недавно ты снял мою маску, а значит, тебе больше ничего не мешает разглядеть истинное лицо твоего сына. Сегодня ты по-новому знакомишься со мной.» Время замедлилось. Здоровяки летели к Асано, сидевшему на земле. Но смотрел он только в глаза отца.

При новых знакомствах принято улыбаться.

Несмотря на опасность, Гакушу впервые показал своё настоящее лицо. Весь спектр запрятанных внутри эмоций. Под опустевшим взглядом залегли тени, лицо осунулось, но губы сложились в тёплую улыбку. «Ты также улыбался, вороша мои мозги. В тот день я познал тебя настоящего, но тут же забыл на годы. Нужна ли кукле память? Сегодня я верну тебе эту улыбку. Оцени же результат собственных поступков. Именно они сделали меня таким, какой я есть. Я благодарен тебе за всë. Но это не значит, что тебя не ждëт позорная кончина.» Гакушу увернулся от очередной бездумной атаки, и борец случайно ударил по другому. «Смотри, как легко управлять твоими куклами. Подражаю лучшим. Первых двух я провёл. Но последнему позволю себя покалечить. Главный корпус любит меня. Действия твоих гостей вряд ли были согласованы с классом А. Всё поймут, что это твоё указание. Я стану для них героем, который победил двух сильных противников, но третий, к сожалению, застал меня врасплох. Тебя возненавидят…» Удар в слепую зону Асано почувствовал лишь интуитивно. Даже успей он отклонить голову, массивный кулак всё равно его заденет. Гакушу не против такого сценария. Но этого не произошло. Чья-то тень прыгнула на европейца, сменив центр тяжести и изменив траекторию удара в пустоту. — Что ты творишь? — зашипел Асано, недовольный внезапным появлением Акабанэ. — Я понял, что ты захотел и почему. Лучше молчи, а то побью тебя вместе с этими туристами, — холодно ответил Карма, даже не желавший смотреть на Асано. Они без особого желания встали спина к спине, продолжая сражаться с превосходящими по силе врагами. Всë, что требовалось, это тянуть время и довериться Исогаю. Староста класса Е вовремя подгадал момент и отдал команду выбывшим парням скинуть чужое копьë. Увлечённые битвой, Карма и Гакушу опомнились лишь тогда, когда диктор объявил о победе класса Е. Лежащее копьё противника, на котором сидели довольные Йосида и Мурамацу, послужило лучшим доказательством конца соревнования. На поле выбежали девочки класса Е, поздравляя Исогая и остальных ребят с победой. Раскиданный по полю класс Е, собрался между Гакушу и поехавшими с катушек борцами. — Может, вам хочется ещë кого-то поколотить? — злобно спросил у них Терасака, хрустя кулаками. — Плевать, что тот старик насрал в ваши мозги. Ещё раз я увижу такое дерьмо — пеняйте на себя. И нет, Рëма вовсе не проникся симпатией к Гакушу. Но нападать такой толпой на рыжего было явно лишним. В глазах чемпионов будто бы стало проясняться. Но Асано прекрасно знал по себе: до полного осознания ситуации им очень далеко. Уничтоженный класс А постепенно покидал поле. Лишь их лидер остановился рядом с Асано. — Асано-кун, прости. Я понять не могу, что сегодня вообще произошло. Такого не было ни в одной договорённости, — сказал Сакакибара, с неким опасением смотря на уходящих спортсменов. — Испытываешь вину, а? — закинув руку на его плечо, с задором спросил Карма. Но в глазах не было и намëка на веселье. — Не влезай в чужие разговоры, это дурной тон, — аккуратно освободившись, ответил Рен. — Будь на его месте другой ученик класса Е, ты бы волновался? Довольно этого лицемерия. Скоро ты сам привыкнешь, к какому классу он относится, и будешь как и всем остальным, желать ему только плохого, — встав между Гакушу и Реном, сказал Карма. — Ты видел, что председатель даже команду закончить не отдал, когда те парни пытались побить нашего ворчуна. Да, мы помним свой статус в этой прекрасной школе. Но, по-твоему, такие вещи в порядке вещей? — поддержала Карму Рио. — Строишь из себя хорошего друга? Но что ты конкретно сделал для того, чтобы нашего милого выскочку не размазали сегодня по полю? — с холодом спросил Акабанэ. Сакакибара замялся. Он ничего не мог ответить. Да и возможно ли вообще дать на такое ответ? Гакушу помог не Рен, который позиционирует себя его другом. Гакушу спас его враг. Разве не должно быть иначе?.. — Мы потом это обсудим, — намекая на телефон, сказал Рену Асано. — И всë же… Обдумай то, что сегодня произошло. И ответь сам себе: нормальные ли вещи происходят в этой школе. Без разговоров с председателем. Просто… Просто обдумай это сам. Сакакибара грустно кивнул и направился к выходу. «Сегодня мы посеяли сомнение в системе директора лидеру А класса. Вдобавок, повесили ему ярлык вины. В будущем это определённо даст плоды,» — безмятежно заключил Гакушу, смотря в спину уходящего Рена. Худшее позади, и Карма довольно потянулся. Но расслабиться он так и не смог. Одна единственная несостыковка раскалённым железом прошлась по его разуму. Карма встал как вкопанный, пустым взглядом смотря в одну точку. Все моменты, начиная отсчёт со вчерашнего дня, скоростью в двадцать два маха проносились перед глазами. — Карма-кун?.. — обеспокоенно позвал его Нагиса. Остальные не замечали странность парня, поглощённые радостью победы. «До сегодняшнего момента я считал, что класс А наткнулся на Исогая с подачки председателя. Но сегодня, смотря на него, я понял, что ошибся,» — янтарные глаза метнулись к спине уходящего Гакухо. Если бы председатель был заинтересован в этом соревновании, разве он стал бы позволять классу А принимать саморазрушительные действия? Да, глава школы подсуетился с обменом учеников. Но, отталкиваясь от его позиции обычного наблюдателя, он решил лишь вынести выгоду из сложившейся ситуации и по-новому изучить своего сынишку. «Но если это был не председатель, то кто тогда дал классу А наводку на кафе?.. » — продолжали терзать мысли Карму. Нагиса поймал дежавю. Много месяцев прошло с тех пор, как Карма сидел на краю обрыва, сумасшедшим взглядом смотря в бездну под ногами. Сейчас он совершенно не отличается от себя прошлого. «Кто. Мог. Сдать. Исогая,» — раскапывал истину Карма. И он раскопал еë. По душе прошлась волна осознания. И укрепилась она лишь благодаря одной брошенной фразе недавнего разговора. — Удивлён, что ты смог договориться с нашей милой параллелью. Будь ты в классе А, сам, наверное, и донёс бы на Исогая, — продолжил диалог с Гакушу Карма, когда класс стал обсуждать несущественные мелочи плана. Асано неожиданно поднял голову, глядя прямо в медового цвета глаза. — Ты ошибаешься во мне, Акабанэ-кун, — сказал Гакушу с теплой улыбкой, вызывающей только озноб.

Ты ошибаешься во мне, Акабанэ-кун. Я бы сдал Исогая вне зависимости от того, в каком классе учусь.

— Это. Был. Ты, — повернувшись к Асано, сказал Карма. Нагисе стало жутко. Он не понимал, что имеет ввиду Карма. Но видел по понимающей улыбке Асано, что прямо под их носом произошло что-то серьёзное. Ребята в очередной раз отмечали смелость Гакушу, который, не смотря на серьёзный риск, продолжал держать оборону и позволил классу уничтожить копьё врага. Но никто не догадывался, что вся эта история и началась с него.

В тени укрылась коварная улыбка лжеца. Правда... Разумно ли считать предателем того, кто никогда не был другом?