are you okay?

       …Пустота. Бездонная кромешная пустота. Ей нет конца… Кажется, будто она окутала собой всю вселенную, каждую душу, существующую в этом мире. Больше ничего не осталось. И только лишь один блондин стоит, растерянный, оглядываясь по сторонам и стараясь хоть что-то разглядеть средь плотной пустоты, однако, безуспешно. — Эй? Здесь есть кто-нибудь? — его голос эхом разносится по всей округе, уходя куда-то вдаль и умолкая там, — Что это вообще за место… — шепотом спрашивает себя Псих, закусывая от недопонимания губу. Что он здесь делает?        Вдруг, где-то вдалеке раздался смех. Ядовитый смешок, пробивающий тело до самой дрожи. По коже волной пробегают колючие мурашки, и Гоша резко в испуге оборачивается на источник звука, однако, никого там не увидел. — Что за чертовщина? — шипит злобно Георгий, пялясь в темноту. С ним кто-то хочет сыграть злую шутку?        Однако потом, поворачиваясь обратно, он неожиданно вскрикивает, быстро в испуге отпрыгивая назад на пару метров. На него уставился силуэт человека. Сам по себе силуэт было плохо видно: он сливался с общей пустотой вокруг, однако… Его лицо. Дьявольская улыбка до ушей и нахмуренные брови создавали какую-то тревогу и чувство угрозы в голове Психа. Сознание кричит: «Беги, беги!», однако, он и моргнуть не успел, как его окружило множество таких же презренных высокомерных улыбок. Сотни взглядов смотрят на него, заливаясь зловещим смехом. — Насколько же он жалок! — Только посмотрите на него! — Только ныть и умеет… — Он действительно думает, что с ним хоть какая-то девушка захочет встречаться? — Насколько же он бесполезен…        Множество голосов смешались в голове Психа, превращаясь в какую-то неразборчивую кашу. Кто-то яростно кричал на него, кто-то указывал пальцем, громко хохоча, а кто-то перешептывался с другими силуэтами, кидая недоверчивые отвращенные взгляды на того. Такие трюки его переставали доводить до истерики ещё со времен школы: пришлось привыкнуть. Однако тот все равно весь съёживается от ужаса, отчаянно прикрывая уши, лишь бы не слышать всего этого. Правда, это никак не сработало. — Хватит! — давление толпы только нарастает, а он только кричит от безысходности, желая, чтобы это всё быстрее закончилось.        Однако все тело пробивает дрожь, и тот дергается так, будто его кипятком обожгли, когда ледяная рука касается его спины. Тот, не по-своему взвизгивая, быстро оборачивается и ошарашенно глядит на силуэт, обнимая свое тело, будто стараясь этим защитить его. — Да какого черта ты смеешь трогать меня?! На! — тот, резко меняясь на более дерзкий и агрессивный настрой, собирается ударить незнакомца по руке за подобные выходки, однако Гоша ужасается, когда его рука, что должна была нанести удар, просто проходит насквозь тела…        На секунду все вокруг замолкают, наступает мертвая тишина, но потом вся толпа неожиданно разразилась истерическим смехом. Всё внутри Психа сжалось, и он медленно начинает отходить, испуганно оглядывая каждого. Но потом та же тень резко хватает его за запястье, и порезы, что задела полупрозрачная рука, словно вспыхивают огнем, причиняя адскую боль их носителю, и Георгий взвывает, резко дергаясь и стараясь отодрать руку, однако тот сжал её слишком крепко… — Отвали от меня, проклятый чёрт! — чуть не в истерике кричит Гоша, второй рукой пытаясь оттолкнуть тень, но рука всё равно также проходит насквозь. Остальные силуэты начинают медленно подходить, направляя свои хитрые злорадные улыбки на парня и наблюдая, как того медленно охватывает паника. Сначала те немного решили поиздеваться над жертвой: своими ледяными руками касались блондина в разных местах, наблюдая, как тот дергается и дрожит от каждого прикосновения и только сильнее безнадежно бьется в конвульсиях, стараясь выбраться из хватки.        Те начинают действовать смелее, хватая того за ноги, руки, шею, стараются утянуть парня вместе с собой глубоко на дно… Гошей овладевает отчаяние и истерика. Он плачет, словно маленький ребенок, кричит, вырывается, когда в ответ он лишь слышит издевательские смешки. Парень абсолютно бессилен против них. Паршиво. Страшно. Тьма начала постепенно поглощать его, и он ничего не может сделать, чтобы хоть как-то сдержать её.        Однако, тот неожиданно для себя сквозь пелену слез замечает что-то. Или кого-то. В глазах все размыто, не понять… Что-то выделяющееся среди этих бесчисленных силуэтов и улыбок… Человек. Незнакомец стоял к нему спиной, смотря куда-то вперёд. В глазах начала проясняться картинка, Гоша смог различить знакомую фигуру… Док? Там стоял Док! — Док! — в Психе сразу загорелся какой-то свет надежды, что вот, его единственный верный друг ему поможет! Но почему-то Дима всё продолжал просто стоять спиной к Георгию, словно игнорируя и вообще не замечая его… — Док, прошу, помоги! — отчаянно зовёт на помощь блондин, однако, тот вновь не откликается. — Док, умоляю! — в Гоше вновь проснулась паника, когда тот заметил, что тьма всё больше заглатывает его в густое мрачное болото, из которого он, возможно, никогда не больше выберется, — Спаси! — умоляющим плачущим голосом зовёт Псих, когда тот полностью игнорирует его. — Док! Док! Док, пожалуйста! Ну умоляю! Помоги! — прикосновения приносили ему адскую боль, особенно в руках, словно пациент действительно находился в аду. Горло сжалось от слез, отчего трудно дышать и кричать, но Псих все равно тратит свои последние силы на то, чтобы докричаться до своего друга… Он отчаянно тянется к нему рукой, надеясь, что Дмитрий сейчас подойдёт к нему и подаст руку помощи, поможет выбраться… Но тот никак не слышит, — Молю, Док! Спаси меня! — всё повторяет он, захлебываясь в слезах. — Док, прошу! Док! ДОК! СПАСИ-        Однако крик резко прерывается, и тот стремительно уходит куда-то вниз, когда тьма поглощает последнюю частичку его души.

***

       Псих резко просыпается. Весь в холодном поту, тяжело дышит, будто его действительно только что душили. Он садится на кровати, стараясь успокоиться. Сердце бьется в бешеном темпе, а в глазах всё мерцает в такт сердцу. Гоша быстро пробегается глазами по комнате, стараясь понять, реальность ли это. Кошмар. Это был всего лишь чертов кошмар. Тот переводит дыхание, стараясь успокоиться, однако сердце продолжает быстро биться, а все внутри Психа предательски дрожит. Тот хватается за голову, ставя локти на колени, прокручивает весь сон снова. — Гоша, это кошмар. Это всего лишь кошмар. Ты уже не первый раз подобное видишь, — успокаивает сам себя парень, а потом внезапно почувствовал влагу на лице. Он опять плакал…? — Черт, — Псих мгновенно сметает рукавом весь пот и слезы, — Позор. Плачешь из-за каких-то детских кошмариков… — шепчет он, нервно кусая губы.        Тот чуть затягивает рукав синей кофты, уставившись на собственные раны. Рука до сих пор больно зудела, словно сон в какой-то степени и был реальным. Устало выдохнув, Псих переводит взгляд на часы, где уже было 10:49. На удивление, проснулся он в нормальное время, а не в четыре часов утра, как это обычно бывает. Пора вставать и начинать новый день.        Все же находя в себе какие-то силы, Гоша лениво поднимается с кровати, и, словно как овощ, ещё раз оглядывает комнату, стоя и тупя на одном месте, думая, что дальше делать. Правда, дела быстро самих себя находят, и тот уже идет в туалет умываться и чистить зубы. Собственно, так и начинается утро почти каждого человека.        Псих быстро делает свои утренние дела, и в итоге уже оказывается на кухне. К сожалению, в холодильнике ничего больше не лежало кроме хлеба, масла и яблока. Псих лишь недовольно цокает, вспоминая, что у него осталась лишь одна чёртова тысяча. Блондину лишь становится хуже, когда в памяти всплывает ещё и общая сумма денег, что Гоша задолжал банку. А задолжал он за свою жизнь немало. Придется экономить. В принципе, он есть особо и не хотел, поэтому решил ограничиться лишь одним зелёным яблоком.        Достав его из холодильника, тот быстро промыл фрукт в раковине, и когда собирается откусить, внезапно слышит звоночек, доносящийся из телефона. Пришло уведомление. Тот, уже не глядя, открывает сообщение, ожидая, что это снова пишет его вредный начальник, а-ля: «Появилась срочная работа». Хотя, Псих давно знал, как правильно переводится это предложение. Оно переводится как: «Я хочу сегодня бухнуть с друзьями, поэтому сваливаю всю работу на тебя, и мне срать, что у тебя выходной». Было бы намного проще, если бы он писал именно так.        Однако, на удивление, это был не он. Гоша смотрит на имя отправителя и сразу искривляется в отвращении — это был Док. В сознании мгновенно проносятся отрывки из пятничного вечера. Как он входит в комнату, видя, что Дима читает блокнот, как доктор в ужасе смотрит на него, на его руки… Как Гоша прогоняет его. Псих был невероятно зол на него. Док был для него единственным надежным другом, а он…! Хотя… Хоть и не хотелось признавать, здесь тоже проскакивает вина блондина. Вместо того, чтобы высказаться своему другу о накопившемся, он умалчивает правду. Правда, это все равно не отменяет того факта, что Дима поступил мерзко. По крайней мере, так считал Георгий.        Док. 11:01. Доброе утро. Спишь?        Бесит. Этот так подло поступил, и теперь он думает, что Гоша просто начнет с ним общение, будто ничего и не было?! Этот блокнот был чертовски важен для Психа, был чертовски личным. Даже без спроса… Предатель.        Пациент откладывает телефон, с недовольным выражением откусывая яблоко и быстро прожевывая кусок. Он даже не собирается отвечать на сообщение Димы. Обойдется.        Однако, доктор не заставил долго себя ждать, и на телефон приходит новая СМСка:        Док. 11:03. Гоша, пожалуйста, не игнорируй меня. Я понимаю, что неправильно поступил, прости меня пожалуйста, мне правда очень жаль. Мы можем встретиться и поговорить?        Вы. 11:03. Ты издеваешься надо мной, да?! Я не наивный щенок, Док! Я больше не ведусь на подобное.        Док. 11:04. Гош, я знаю, что тебе сейчас трудно кому-либо доверять, но прошу, позволь мне объясниться.        Вы. 11:04. Ты сам ведь говоришь, что мне сейчас трудно кому-либо доверять, но при этом сам берешь личные вещи без моего же разрешения! Ты сам делаешь так, чтоб я совсем перестал всем вокруг доверять, знаешь?!        Док. 11:05. Знаю, знаю, я совершил ошибку, поэтому я и хочу извиниться и объясниться перед тобой лично. Мы можем встретиться, скажи?        Псих уже от нервов сжал телефон в руках. Конечно, не до такой степени, чтоб согнуть или сломать его, но сразу было видно, что тот был чертовски напряжен и раздражен. Сначала он быстро напечатал в сообщении «Пошёл нахер», но потом сразу же убрал. Черт... — Он тебя предал, Гоша. Ему нельзя доверять. Нельзя давать людям второго шанса, иначе они лишь вновь воспользуются тобой. Ты этого хочешь? — рассуждает сам с собой Псих, медленно неуверенно печатая слово «Нет». Палец находится в сантиметре от кнопки «Отправить», но нажать на неё все никак не решается. Как же бесят все эти мешканья… Однако в итоге он вновь стирает написанное.        Вы. 11:06. Черт возьми, ладно.        На что ему почти сразу же отвечает психолог:        Док. 11:06. Большое спасибо тебе, что согласился. Если тебе удобно, то мы могли бы встретиться в 14:00 у входа в парк, что находится рядом с твоим домом.        Вы. 11:07. Хорошо.        Псих выключает и кладет телефон на стол, почти мгновенно ставя себе на лице фэйспалм. — Какой же ты идиот, Гоша… На одни и те же грабли всё время наступаешь! Ничему тебя жизнь не учит, — раздраженно произносит блондин, заедая свой гнев яблоком. Ещё теперь и встретиться надо… Он думал, что хотя бы один выходной проведет нормально, но судьба, как всегда, стоит к нему спиной.

***

       14:06.        Псих уже давно стоит у входа в парк, где они и собирались встретиться, однако, по какой-то особенной традиции, Дима как всегда опаздывал. У парня всегда было такое ощущение, что доктор таким образом лишь испытывает нервы психанутого, ибо он уж прекрасно знает, насколько Георгий пунктуальный и нетерпеливый одновременно. — Дико прошу прощения за опоздание, — резко раздается знакомый голос сзади, и когда Гоша поворачивается, то перед ним предстает Док, одетый в черную куртку, брюки и кроссовки. Однако, в ответ на его появление Псих лишь раздраженно скрещивает руки, очень недовольно уставившись на доктора. Сразу можно было заметить, как он рад видеть своего друга. — Сам же на встречу приглашаешь, сам же и опаздываешь! — нервно выпалил Георгий, разворачиваясь и быстро входя внутрь парка, Дима же поспешно идет за ним. — Гоша, — Док прекрасно замечает, как Георгий ускорил свой шаг, постоянно уводя свой взгляд в сторону, лишь бы не пересекаться взглядами с другом. Однако Дмитрий был настроен решительно, — Пожалуйста, выслушай меня. — Ну давай, давай! Расскажи мне обо всем, выскажи мне все свои тридцать и три оправдания на свой счет, чтоб я тебе сразу поверил, как слепой щенок, — злобно выкрикнул один на другого, в гневе размахивая руками. — Оправдания…? — выгнув одну бровь, переспрашивает доктор. На самом деле, Дима и вовсе не хотел оправдываться. По крайней мере то, о чем он собирался говорить, он никак не назвал бы оправданием. Однако… Почему его так ранят слова Психа? Как психотерапевт, Дмитрий понимает, что Гоша сейчас очень нервный, поэтому не может контролировать свои же слова. И он также прекрасно понимает, что заслуживает того, чтобы про него так говорил его друг… Но… Почему это все равно приносит какую-то нестихающую боль в груди? От чего именно?.. — Ну да! Сейчас начнешь оправдываться, а-ля: «Ой, как же я был глуп! Я не знал, что это нельзя трогать!» или- — Скажи. — «Ой, оно само упа- Что сказать? — в недоумении уставился блондин на психолога. Как же он ненавидел, когда его перебивают. — Ты действительно думаешь, что я бы так поступил?        Георгий застыл на месте, с недопониманием глядя на Диму. — Я имею ввиду, что… Мы же друзья, верно? Дружим уже почти три года. Разумеется, это не совсем та дружба, которую обычно люди привыкли так называть. Но мы ведь больше, чем просто знакомые, верно? В течение этих трех лет ты почти каждую пятницу приходил ко мне и высказывал всё, что тебя тревожит, беспокоит, раздражает, бесит. И ты тоже обо мне немного знаешь, несмотря на то, что я довольно мало говорю о себе. Скажи… — он на секунду замолкает, поднимая свой взгляд на собеседника, — Ты действительно думаешь, что я бы так просто это сделал без всякой на то весомой причины? Какая мне выгода с этого, Гош?        Псих замер, даже не зная, что сказать. Слова Димы казались убедительными, однако что-то все равно терзало блондина, не давая успокоиться. Однако… Если он не сделал бы этого просто так, то тогда какова причина? — Ты сказал, что не полез бы в блокнот без всякой на то весомой причины. Но если ты полез, значит причина есть? — Гоша серьезно глянул на доктора, когда оба продолжили свой путь, идя по каменной дорожке в глубину парка. Со вчерашнего ливня осталось множество небольших лужиц, которые приходилось обходить. — Именно, — утвердительно кивает в ответ Дмитрий, — Я об этом и хотел поговорить.        Дима с Гошей останавливаются. Пациент озадаченно смотрит на своего психолога, желая спросить, почему тот остановился, а потом глядит вперед и видит, что идти то вперед уже некуда. Блондин удивленно уставился на вид, что открылся перед ними: огромный овраг с довольно крутым склоном из-за которого, собственно, каменная дорожка, что всё вела их вперед, и прервалась, разделившись на две более узкие тропинки, что вели в разные стороны. Хотя, назвать это просто оврагом давалось с трудом. Скорее, огромная яма со своим лесом внизу. Сразу же подул холодный свежий ветер, что заиграл с волосами обоих. Правда, это не особо нравилось Психу, ибо волосы начали лезть на лицо, поэтому тот быстрым движением убирает их обратно. — Я хочу обсудить с тобой не сам инцидент, а то, что было написано в том блокноте, — Дима сразу замечает, как его друг дергается всем телом, услышав сказанное им. Глаза сразу опускаются вниз, поджимает губы. Видно, что Психу не особо хочется об этом говорить. — Я недавно начал замечать, что с тобой что-то не так. Ты… Стал более сдержанным. Разумеется, я сначала обрадовался, подумал, что мои сеансы идут тебе на пользу. Правда… Потом я начал догадываться, что ты фальшивишь. Причины для бешенства будто придумывал на ходу. Ну и я начал подозревать, что ты что-то скрываешь. Да и… Последний месяц ты выглядел каким-то… Слишком уставшим, изнеможенным. При этом, по твоим словам, в жизни ничего не менялось. Я посчитал это странным, — тот на секунду замолк, вдыхая новую порцию кислорода, — Ну и когда увидел блокнот… Я конечно удивился, ведь по твоему характеру не скажешь, что ты что-то любишь записывать. Конечно, можно было подумать, что это блокнот для заметок, но я помню, что ты упоминал, что какие-либо события или дела отмечаешь в телефоне. Помню, ещё ругался, что потом теряются все эти бумажки, — тот останавливается, наблюдая за реакцией Георгия на сказанное. Тот же сразу замешкался, руки попрятались в карманы, глаза всё бегали в разные стороны. В принципе, этого можно было ожидать. — Собственно, поэтому я и подсмотрел, ибо думал, что ты скрываешь что-то важное от меня. И я не ошибся, — он заметил, как блондин совсем погрустнел, кидая досадные взгляды куда-то вниз. Для полноты картины не хватает тучки с ливнем над макушкой Психа, и тогда получится самый печальный в мире человек. — Гоша, — Дима подходит ближе, кладя свою теплую руку на плечо пациента, — Я хочу помочь. То, что с тобой сейчас происходит — не есть хорошо, и я не хочу, чтобы ты довел себя… До с-самоубийства, — запинается на последнем слове доктор, лишь боясь мысли, что его друг может лишить себя жизни. Ему просто никак нельзя этого допустить. — Почему я могу тебе доверять? — раздается звонкий голос в ответ, и его носитель поднимает голову, глядя прямо в глаза Доку. — Ну, хотя бы потому, что я твой психотерапевт, Гош. Это моя работа. Да и к тому же… Ты ведь тоже не хочешь умереть, верно? Этого не хочешь ни ты, ни я. Ты просто боишься. Боишься, что твои мысли сами тебя доведут до этого. И что ты не сможешь перечить им, — Внутри Георгия все мгновенно сжимается, и он поджимает плечи, снова уводя взгляд куда-то вниз. Сразу видно: Док попал в точку абсолютно по всем параметрам. — Я тебе уже говорил, что меня очень бесит, когда ты прав? — тяжело выдыхает в ответ блондин, снова наводя свой взгляд на того. — Да, говорил, — нежно улыбаясь, отвечает Дима.        Между обоими повисла тишина, что продлилась несколько секунд, пока Гоша не прервал её: — Мда уж… — он, закрывая лицо руками, всё-таки отходит от Дмитрия. Всё же, эта подозрительная близость довольно настораживала. Да и со стороны выглядит, скорее всего, странно, — Втирал тебе про доверие и предательства, а сам… Возможно, если бы я доверился тебе и рассказал раньше, то не опустился бы так низко, — Псих кидает виноватый взгляд на доктора. — Не думаю, что тебе стоит винить себя в этом. В любом случае, я же тоже поступил не совсем правильно, верно? Так что… — продолжает Дима, всё также улыбаясь, — Давай просто забудем про наши старые обиды, — и когда в ответ он получает утвердительный кивок, то начинает, — Почему бы нам не сходить в кафе? Кажись, неподалеку здесь есть одно неплохое заведение. Ты, наверно, замерз? — психолог замечает, как парень всё глубже прячет руки в карманы, видимо, отчаянно пытаясь согреть их. — Док, нашел куда приглашать! У меня нет денег, чтоб шляться по всяким кафешкам, или уже забыл?! И да, я не замерз! — Псих мгновенно поменялся в лице, состроив недовольную гримасу, а тон изменился на более раздражительный. — Я прекрасно помню о твоем материальном состоянии сейчас, поэтому я тебя и приглашаю. Соответственно, плачу я, — в ответ послышался тот же спокойный голос, — Ну так что? — Аргх, да черт с тобой, ладно, пошли уже! Просто посижу рядом с тобой, — тот, рявкнув и махнув рукой на собеседника, торопливо пошел вперед, а Док, довольно улыбнувшись, лишь пошел за ним.

***

       Им потребовалось где-то минут пятнадцать, чтобы дойти до кафе. Большую часть дороги те шли молча, иногда перекидываясь забавными фразочками, которые, по сути своей, не имели смысла. Оба входят в помещение, где их уже встречает официантка: — Добрый вечер! Вас ведь двое, так? — лукаво улыбаясь, приветствует молодая девушка, на чье высказывание Док говорит краткое «Да», и та поспешно отвечает, — Замечательно, проходите за мной, — та, хватая в руки два меню, идет вперед, проходя вглубь кафе и останавливаясь у одного из столиков у окна. Мужчины садятся напротив друг друга, и та кладет напротив каждого по меню, — Когда будете готовы, позовите официанта, пожалуйста, — и когда раздается звоночек в дверь, оповещающий о приходе новых посетителей, официантку будто и ветром сдуло.        Оба снимают с себя куртки, вешая их на спинки стульев, и когда Док открывает довольно-таки тонкое меню, начиная его читать, Гоша первым делом начинает тереть руки друг о друга, видимо, усердно пытаясь их согреть. Дима, видя это, лишь усмехается: — Всё-таки замерз? — он кидает ехидную улыбку в сторону Психа. — Ой, да иди ты! Бесишь! — огрызается парень, сразу же утыкаясь носом в меню.        Проходит где-то чуть меньше пяти минут, и к ним подходит уже другая официантка: — Здравствуйте, вы готовы сделать заказ? — вежливо обращается блондинка к обоим. — Да, мне, пожалуйста, капучино и кусочек клубничного торта, — проговаривает заказ Дмитрий, глядя в меню. — Мне… Ничего, — Гоша сразу отводит взгляд куда-то в сторону окна, смотря на серые пейзажи за окном, когда вдруг ловит на себе озадаченный взгляд Димы, — Что?! Док, я не хочу тратить твои деньги! Ещё подумаешь, что я по типу этих прошмандовок, как Алёна, — тот сразу же скривился в отвращении, когда с языка слетает это имя. — Гоша, закажи что-нибудь, пожалуйста. Мне так будет спокойнее. И, я тебя ни в коем случае не приму за таких. Так что просто возьми что-нибудь, ладно? — тот обеспокоенно глянул на Георгия. — Твою же… — недовольно цокает Псих, закатывая глаза, — Ладно… Давайте мне, эм… То же самое, — ему не хотелось особо раздумывать над заказом, учитывая то, что он и без этого уже потянул время у официантки, поэтому решил просто заказать по второй порции того же самого. — Хорошо, большое спасибо за заказ, скоро официанты всё принесут, — всё также улыбаясь, кивает девушка и уходит. — Так, — начинает вновь Георгий, как только официантка пропадает с его глаз, — Только давай договоримся о следующем. Я тебе за это ничего не должен буду. — Угу. — И ты платишь за меня осознанно. — Угу. — И ты меня не будешь принимать за тот тип людей, о котором я тебе уже говорил ранее. — Разумеется. — Ну вот и прояснили, — спокойно выдыхает блондин, откинувшись и полностью расслабившись на месте в ожидании заказа.

***

       Поздний вечер. Везде кромешная темнота, и лишь тусклый слабый свет уличных фонарей хоть как-то освещает всё вокруг. В окнах зданий уже гаснет свет, многие отправляются спать. На улицах почти никого нет, и лишь Псих и Док спокойно неторопливо идут в сторону дома Гоши. — Слушай, а тебя жена ругать не будет? Всё-таки, тебя весь день не было дома, несмотря на то, что сегодня у тебя выходной, — вдруг начинает блондин, вспоминая о Лене и беспокоясь за то, что Диме из-за него может влететь. — Не стоит беспокоиться об этом, уж поверь, — в ответ лучезарно улыбается доктор, — Уж разберусь.        Не прошло и пяти минут, и оба уже стоят перед входом в полуразваленную трехэтажку. — Это, ну… — тот куда-то в сторону отводит взгляд, замявшись. Уж нечасто он говорит что-то подобное, — Спасибо тебе, правда… — Гоша переводит взгляд на доктора, чьи очки блестели на свету, — Честно, не помню, когда последний раз проводил так с кем-то время… Спасибо, Дима, — и уголки губ сами по себе стремятся вверх. — Тебе тоже спасибо. Кстати, знаешь, что забавно? — на лице Дока вдруг всплывает хитрая ухмылка. — Ну…? — изогнув одну бровь, вопросительно уточняет пациент. — Ты меня впервые по имени назвал, — тихо хихикает Дима, ожидая реакции. — Чего… — Псих даже не с первого раза понял, про что именно говорит психолог. Однако, переосмыслив предложение, тот сразу же покрывается густым румянцем, — Ой, да иди ты в пень, подумаешь! — недовольно и чуть обиженно высказывается юноша, хоть оба и понимают, что он и не обижается, и, разворачиваясь, торопливо шагает в сторону дома. Однако, он все же останавливается перед тем, как войти, и оглядывается назад, на Дмитрия, — Ладно, эм… Увидимся на следующей неделе что-ли… — неуверенно выговаривает Гоша. — Увидимся, — провожает Дима с счастливой улыбкой на лице, когда другой входит в подъезд и скрывается за железной дверью.        На удивление Дока, он себя чувствовал таким счастливым. Он и не подозревал, что общение с Психом может оказаться таким приятным. Что-то в груди дико трепетало от счастья, что не давало покоя Диме ни на секунду. У него уже было подобное чувство, очень давно, когда они с Леной только начали встречаться… Это чувство… Оно настолько знакомо, но при этом так давно забыто. Это…

Любовь?