Dura lex sed lex

Джастин, несколько небрежно развалившись на своем стуле, делал вид, что изучает и заполняет документы, на самом же деле за ними скрывался очередной скетчбук. И попытка запечатлеть Брайана с валиком в руках. Показать, как напряжены его руки, и в то же время как отстраненно, грациозно и нехотя он размазывает краску, будто сам здесь и не присутствует. Сколько у него уже рисунков Брайана? Впору, наверное, выставку открывать. Джастин улыбнулся своим мыслям — он уже второй день ловил себя на том, что иногда улыбается совсем невпопад. С того самого мгновения, как услышал сексуальную хрипотцу в голосе Брайана и сам упомянул слово «свидание». Еле сдержал улыбку до ушей, когда кивал в ответ на распоряжения миссис Дженкинс, и потом, дома — в крошечной студии, где кроме кухонного закутка с холодильником и плиткой места хватало только для дивана, шкафа, тумбочки с телевизором и столика, на котором располагался ноутбук — самая ценная его вещь. Когда нужно было поесть, его приходилось переносить — для обеденного стола пространства уже не нашлось. Но Джастин был рад и этому — особенно в моменты, когда в голове, опережая друг друга, мелькали мысли о Брайане Кинни. Он что, флиртовал с ним? Или это была своеобразная благодарность за спасение от крыс? Тоже мне, герой-Крысолов из Гаммельна — чем не повод еще разок улыбнуться. Только как потом себя с Брайаном вести? Забыть их шутливую пикировку, сделать вид, что ничего не было? Да и вообще, разве что-то было? Всего пара слов, остановивших его дыхание… Джастин совсем запутался в своих мыслях, настроение вчера весь день кидало его туда-сюда, он так ни на чем и не остановился. И при виде Брайана сегодня утром его хватило только на то, чтобы буркнуть «доброе утро», надеясь, что его смущение незаметно. И теперь вот сидеть, спрятавшись за скетчбуком, исподтишка поглядывать на уверенного в себе спокойного Кинни. Наверное, по причине глубоких раздумий Джастин и не сразу услышал, как кто-то зовет Брайана, а после ему хватило одного лишь взгляда на выражение его лица, чтобы понять, что нужно срочно что-то делать. — Майкл? — Брайан запнулся, произнося имя своего друга, который смотрел на него так, точно он свалился с Луны и приземлился прямо посреди Либерти-авеню. Но больше ничего Брайан сказать не успел, потому что прямо перед ним оказался стажер Тейлор, который уверенным движением отодвинул его: — Добрый день, мистер… — Новотны. Майкл Новотны… — Мистер Новотны, я стажер мэрии Питтсбурга Джастин Тейлор, у нас проводится благотворительный проект, и мистер Кинни любезно согласился принять в нем участие. Брайан от неожиданности закашлялся, пытаясь подавить не то истерический смешок, не то удивленный возглас. Тейлор же, продолжая широко улыбаться Майклу, завел руку назад и резко дернул пальцами, что Брайан перевел как «просто заткнись». Ну что ж, посмотрим — он уже взял себя в руки и на всякий случай сделал еще несколько шагов в сторону. — Проект? — Казалось, Майкл был удивлен еще больше, хотя, видимо, больше уже некуда. — Брайан ничего мне не говорил… — Он и не мог. Работа проводится в атмосфере строгой секретности, и мистер Кинни подписал специальное соглашение, запрещающее ему обсуждать свою деятельность с кем бы то ни было. — А что за проект? — Майкл поставил на землю два объемных пакета, что могло свидетельствовать только об одном — он настроен продолжать разговор. Брайан знал, что Новотны мог иногда быть неожиданно упрямым. И, если он во что-то вцепится, отвязаться будет непросто, лучше удовлетворить его любопытство. Похоже, Тейлор тоже это каким-то непостижимым образом понял, потому что с ходу начал отвечать: — Оно заключается в том, что известные бизнесмены на две недели меняют свой образ жизни, и живут как те, кому не столь повезло. Выполняют тяжелую малооплачиваемую работу, меняют круг общения, кто-то даже переехал. Мистер Кинни! — Тейлор посмотрел на него строгим взглядом, но Брайан был готов поклясться, что внутри ярких голубых глаз притаились пляшущие чертики. — Разве сейчас у вас перерыв? Продолжайте красить! Брайан, посмотрев на Майкла, развел руками, улыбнулся и нарочито вздохнул. И лишь отвернувшись, позволил себе усмешку — мелкий пизденыш бросился спасать его репутацию, и, судя по всему, у него неплохо получалось. Он точно собирается стать художником, а не актером? Потому что его речь, реплики и мимика были невероятно убедительны, не знай он правды, сам бы, пожалуй, поверил, что занимается здесь благотворительностью! Брайан, выполняя распоряжение, прекрасно слышал разговор Тейлора и Новотны, гадая, наступит ли его очередь выходить «на сцену», или предприимчивый стажер сделает все за него? — А в чем смысл? — Брайан хмыкнул — и мыслить логически Майкл вполне может, особенно, когда не надо! — При чем здесь вообще благотворительность? — Видите ли, мистер Новотны, мистер Кинни уже убирал мусор, сортировал книги в библиотеке, ему предстоят еще несколько заданий подобного рода. И в конце проекта он выберет, кому пожертвует крупную сумму — может быть, он поддержит волонтеров, которые заботятся о чистоте нашего города, или библиотечную программу обучения пенсионеров, или молодых художников. Ему решать. А вы, мистер Новотны, чем занимаетесь? — У меня магазинчик комиксов, небольшой. — В голосе Майкла слышалась гордость. — Открылся совсем недавно, и я только пытаюсь развить свое дело. — Это замечательно! В следующем году у нас в планах проект помощи малому бизнесу, творческое направление как раз вам подойдет. Вы сможете познакомиться с интересными людьми, возможно, даже удастся получить налоговые льготы и ссуды. Товары для хобби — это невероятно важно, наш мэр выступает за то, чтобы горожане имели интересные и законные увлечения. Согласитесь, комиксы лучше наркотиков? — Брайан видел, как Джастин заговорщически подмигнул Майклу, а тот улыбнулся и закатил глаза, демонстрируя полное понимание и согласие. — Но все будет зависеть от успешности нынешней программы. Она широко не афишируется, может быть, потом, после завершения… Сейчас мы настаиваем на том, чтобы участники сохраняли абсолютную секретность и объективность, никто не должен влиять на их работу и решения. Мистер Кинни! — Брайан, внимательно прислушивающийся к разговору, едва не подпрыгнул от резкой смены интонации голоса стажера. — Что-то я не вижу энтузиазма и рвения. А представьте, что многие ваши земляки занимаются этим всю жизнь, зарабатывая на хлеб, и даже без масла! Может быть, стоит проявлять уважение к чужой трудовой деятельности? Или вы собрались красить эту стену до конца следующей недели? Брайан, скрипя зубами, окунул валик до самого дна ведерка и со всего размаху шарахнул им об стену, забрызгав джинсы и майку. Он понимал, что Тейлор откровенно забавляется этой игрой, и не в его интересах ему мешать. Но все равно… бесило то, что у него сейчас совершенно не было контроля над ситуацией, он находился в руках этого мелкого засранца, который обстреливал Майкла улыбками и взглядами, то наклоняясь и шепча ему что-то почти в самое ухо, то снова продолжая разглагольствовать на тему несуществующего проекта. — Мистер Новотны, я прошу вас сохранять строгую конфиденциальность, помните, для всех мистера Кинни нет в городе до конца следующей недели. А сейчас вы можете с ним поговорить, но только недолго. — Тейлор вернулся к своему стулу, а Майкл направился к другу. Наскоро вытерев руки о тряпку, Брайан сгреб друга в охапку и задал единственный волнующий его вопрос: — Ты-то как здесь оказался? — Мама просила забрать у ее подруги какие-то коробки, тут рядом. Брайан, зачем ты в это ввязался? Тебе что, нравится? — Я могу получить новые контракты для «Киннетика» при поддержке мэрии. — Брайан с ходу не мог придумать другой подходящей причины. Как выяснилось, мастер импровизации здесь совсем даже не он! — Да и нагрузки на свежем воздухе полезны, — Брайан усмехнулся. — Как там Деб и все? — Нормально, как всегда. В «Вавилоне» тебя не хватает. На следующей неделе конкурс мокрых футболок. — Боюсь, в этот раз вам придется обойтись без меня. Попытаешь счастья? — Брайан щелкнул Майкла по носу, не давая тому увернуться. — Куда мне… — Тогда, может, Шмидта уговоришь? Или он уже нашел себе бойфренда? Они рассмеялись синхронно, и Брайан поймал себя на том, что ему все-таки не хватает привычной жизни и друзей. Даже, как ни странно, нытья Теда. И философских притчей Эммета — рука, кстати, не поднялась на его тетушку Лулу, он сослался на срочный вызов в дом престарелых к заболевшему деду. — Тебе пора… Не говори никому, что мы виделись. Я вроде бы где-то на пляже отдыхаю. И скучай там без меня. Брайан, бросив взгляд в сторону Тейлора, заметил мелькнувший хмурый, брошенный исподлобья взгляд на него и совсем близко стоявшего к нему Майкла. О да, Тейлору это не нравится! Значит, продолжим игру! Брайан снова притянул Майкла к себе, провел рукой по его волосам и шепнул «всегда буду», заметив, как резко отвернулся в другую сторону стажер службы пробации. Определенно, этот день займет достойное место в списке интересных мгновений жизни Брайана Кинни. Стоит посмотреть, как теперь поведет себя Джастин Тейлор. И, наверное, сказать ему «спасибо», вот только какой способ для этого выбрать? В любом случае, ему еще нужно продолжать красить эти чертовы стены! За все время, что осталось до конца рабочего дня, Брайан не перемолвился со своим куратором ни словом — когда настало время обеда, направился в кафе, которое заметил, когда они ехали сюда. А после у него как будто второе дыхание открылось, или просто уже понабрался достаточно опыта, чтобы справляться быстрее. Окунуть-размазать, окунуть-размазать. И не думать, почему Тейлор уже второй раз подряд спасает его — сначала от крыс, потом от Майкла и последствий того, что могло бы случиться, узнай он об истинном его «проекте». Стажер службы пробации Джастин Тейлор — настоящая непредсказуемая загадка, орешек, который не так просто расколоть. И его солнечная улыбка и наивные голубые глаза далеко не так просты, как может показаться на первый взгляд. — Мистер Кинни, нам пора возвращаться. — И голос у него приятный. Даже когда интонации приобретают официальные нотки. Взять, к примеру, момент, когда он заставлял его проявлять рвение в работе, а сам сверкал глазами, как редкими голубыми бриллиантами. Фу, черт, он что, уже думает, как лесбиянка перед Рождеством? Да нет, это же запланированная рекламная кампания! Недотепы из художественного отдела решили сравнить новую туалетную воду с запахом, напоминающим средство для чистки унитаза, по его мнению, с бриллиантами. Ну и что, что флакон голубого цвета, более адекватного примера, что ли, не нашлось?! Вспомнив о том, что вечер, вероятнее всего, придется провести на телефоне и у компьютера, Брайан помрачнел. Но хорошо, что впереди выходные. Джастин вел машину сосредоточенно — Дафна всегда говорила, что он очень аккуратный водитель, а он не разочаровывал ее информацией, что таковым является только если едет не один — и молча. Как-то так всегда само собой получалось, что ему было не до разговоров за рулем. Поэтому голос Брайана он воспринял как нечто неуместное и не сразу «включился». — Майкл мой друг. Лучший, еще со школы. Но видеть его сегодня я не был рад. — Почему ты мне это говоришь? — А почему ты спасаешь меня уже во второй раз? — Не знаю! — Джастин снова почувствовал, что происходит что-то неправильное. Да черт побери, он почувствовал это, едва увидев впервые Брайана Кинни! И интуиция его не подвела… — Вот и я не знаю. — Только голос Брайана звучал спокойно, как будто он на светском приеме погоду обсуждал. Они уже подъехали и выходили из машины, чтобы обогнуть здание службы пробации — стоянка для сотрудников и исправляемых располагалась сзади — когда Брайан снова заговорил, заставив Джастина остановиться. — Знаешь, я мог бы помочь. На самом деле что-нибудь пожертвовать… кому скажешь. Джастин, помолчав несколько секунд и глядя куда угодно, только не на Брайана, ответил равнодушнее, чем мог бы от себя ожидать: — Скоро выставка молодых художников в Центре геев и лесбиянок. Ты мог бы купить несколько картин, если они тебе понравятся. И поддержать их и Центр. Отработки уже закончатся к тому времени. Брайан еле удержался, чтобы не фыркнуть — об этой выставке и Центре его давняя подруга Линдси ему уже сто раз рассказала, убеждая «стать частью сообщества». Несмотря на это и мегеру Мелани, которую она выбрала в качестве любви всей своей жизни, мнению Линдси в области искусства все-таки можно было доверять. А она говорила, что картины ожидаются на самом деле неплохие. — Твои работы там будут? — Брайан вдруг почувствовал, что ему на самом деле важно услышать ответ на вопрос. И совсем не важно, поймет ли это Джастин. — Не знаю, успею ли нарисовать что-то достойное того, чтобы показать. Разве что тебя! — Джастин вдруг резко открыл папку со своими бумагами и выдернул оттуда несколько листов, протянув их Брайану. — Ты можешь взять их прямо сейчас. Брайан медлил, протягивая руку и не отрывая своего взгляда от полыхнувших синим огнем глаз Джастина, но не забрал листы, а сжал ладонь Джастина, одновременно заводя руку ему за спину, обнимая. И сделал то, чего тот уж никак не мог от него ожидать — впился поцелуем в его губы, почувствовав через секунду, что тот отвечает ему не менее агрессивно, и прижимается к нему, кажется, даже не отдавая себе в этом отчета. Сладко… Брайан нехотя отстранился, ловя прерывистое дыхание Джастина и пытаясь поймать его взгляд: — Ты же понимаешь, что это всего лишь вопрос времени. И спасибо… за помощь. А после резко развернулся и пошел в другую сторону.