Часть 4
15 апреля 2020 г., 11:47
Пак определённо сегодня никуда не пойдёт. Впервые. Очередная неделя и гонки. А у Сонхва очередные сомнения, которые жрали его всю ебучую неделю. И он чертовски устал об этом думать. Разговор с Минки откладывался до победного. Тот писал ему пару ласковых, просил прощения, что не может с ним пока по-нормальному связаться. А Пак бесился от этого всё больше.
Звонок по видеосвязи, Сонхва невероятно сейчас счастлив хотя бы просто увидеть его. Его, на минуточку, самого сексуального парня. Пак от этой мысли ни на секунду не отлучался.
– Эй! Привет, моя прелесть, – Минки шутливо звал так Сонхва в последнее время. Тот фыркал, но в целом, был доволен. Сон иногда бывал странноватым.
– Привет, Мин, ты опять? – в голосе, однако, ни капли раздражения.
– Чего?
– Того.
– Ты за неделю не изменился.
– А что, должен был? – и натянутая пауза. Минки прищуривает свои глаза, за которыми теперь ничего не видно.
– Видимо, что да... Я, кажется, что-то упускаю из виду. Что случилось, малыш?
– Да блять... Не называй так...
– Тебе нравится.
– Нет.
Паку нравится. Он этого просто не признаёт.
– Мин?
– М-м?
– Посади меня в чёртов самолёт, до твоей злоебучей Америки, и просто встреть в аэропорту по прибытию!
Выпаливает и прячется за воротом своей водолазки. У Минки сейчас только за полночь, а у Пака уже наступило утро. И он весь растрёпан. Но Сону плевать, если дело касается Сонхва. Для него он каждый раз идеальный.
Минки напрягается, высматривая глаза своего парня по ту сторону экрана. А затем расправляет свои широкие плечи в обтянутой майке.
– Кажется, время этого разговора подошло. Как-то даже поздновато...
– Ты о чём, Мин?
– О том самом, Хва. Уже чуть больше года прошло. Я ждал, что это может произойти. Всё-таки...
– Да чёрт бы тебя..!
– Он или она?
Так просто и так сразу по цели. Сон не сердится. Он ведёт беседу с его маленьким мальчиком, который не удосужился вновь сдержать свой гнев.
– Он...
– Хм... Почему-то думал, что это окажется девушка.
– Ты серьёзно? А ничего, что я вроде гей.
– Я – твой первый мужчина. Это не тот показатель. Тебе не с чем было сравнивать.
Пак опускает глаза. Его легко сейчас прочесть. Он такой открытый рядом с Соном. Колючки лезут, выебоны рикошетят, а Минки всё ни по чём, потому что он его любит. Пак тоже.
– Что-то успело произойти между вами? – легко и непринуждённо. Но Сон весь собирается, ожидая ответа.
– Нет! Я тебе, блять, кто? Шлюха?
– Я тебе этого никогда не говорил, моя прелесть.
– Он – психически двинутый урод.
– Звучит слишком притягательно.
– Я серьёзно, Мин. Настойчивый кабель, что не понимает слов, начинающихся с "нет". Абсолютно ни одного.
– Кажется, он начинает мне нравиться заочно. Это странно?
Минки смеётся. А Пак тормозит.
– Мы, блять, серьёзно сейчас это обсуждаем?
– Твою измену?
– Я тебе не изменял.
– Хорошо. Твою теоретическую измену.
– Я не собрался, блять, тебе изменять!
– Сонхва...
Приближение к экрану и долгий нечитаемый взгляд.
– Я уже думал об этом сам. Признаюсь. Не именно с кем-то, а именно в теории.
– Ну ты и скотина...
– ...недалеко ушедшая от тебя. Послушай, Хва, я... Я здесь остаюсь надольше, чем запланировал. Понимаешь?
Сонхва приподнимается на своей постели. Во взгляде бушуют такие молнии, что вырубай ими полгорода.
– И когда ты об этом, сука, решил?!
– С месяц назад. Примерно.
– Просто невъебически ахуенно!
– Прости...
– А заслужил?
– Ни разу.
– Тогда хуй тебе.
– Вернёмся пока к твоей теме?
Сонхва резко теряется. Он только отошёл от этого опасного, как его снова головой и в ту же воронку.
– Ты ещё слишком молод, Хва. Я же понимаю. Организм требует. К тому же ты – парень. И я знаю, о чём говорю, – Сон смолкает ненадолго. – Я был твоим единичным опытом. А тебе всё же интересно, как это возможно по-другому...
– Да нихуя!
– Хва.
– Что, блять?
– Просто прекрати отпираться. Мы здесь обсуждаем твоё будущее.
– Мы обсуждаем, блять, мой недотрах.
– Хочешь, обсудим и мой? – Сон теряет долю самообладания на секунду. А Пак вперивает в него свои глаза, абсолютно точно понимая, что только что сейчас сказал ему Минки. – Правая рука в течении года. Я тебе не изменял, чтобы ты там не надумал.
– Остался бы точно без яиц.
– И было бы куда проще.
– Тебе, блять, организовать кастрацию прямо сейчас?
– Пока, пожалуй, обойдусь.
Сонхва вздыхает. Разговор идёт совершенно не по той тропе. Но честность на честность даётся им обоюдно тяжеловато.
– Хва.
– Чего?
– Я не против.
Взгляд становится вопросительным. Пак видит, что Сон куда-то задумчиво отводит свои глаза. Обдумывает, а затем продолжает.
– Я не против твоих, каких бы там ни было, временных отношений с кем-то. Это будет вполне здраво...
– С какого хуя?
– С левого. Сонхва, да ты можешь не перебивать хотя бы пять минут? Моя прелесть, я уже не выдерживаю даже просто тебя затыкать. А что будет спустя ещё один год? Два?..
И всё внутри рвётся. Ебучий Сон Минки с его ебучей правдой. Пак старается укрыться глубже, слёзы просятся всё сильнее наружу.
– Я даю тебе этот выбор, Хва. Выбор решать, как тебе без меня жить ещё какое-то время. Мы не-рас-ста-ём-ся. Понимаешь? Мы пересматриваем табу на запрет случайных связей.
– Я понял. Не идиот.
– Вот и хорошо, – улыбка идёт успокаивающим посылом, Пак прожигает её взглядом. Впитывает всего его, наслаждается им и запоминает.
– Ты готов на это пойти, потому что и самому уже хотелось?
– Я не буду тебе лгать. Но да...
– Хотя бы честно.
– Согласен.
– Всё равно ты сука.
– Ты в меня поэтому и влюбился.
– Слишком быстро. Стоило подумать десять раз.
– То же самое было бы и на одиннадцатый...
Молчание. Снова ебучая правда. Минки всё видит напрямую. У Сонхва не выходит о чём-то ему лгать.
– Так мы обсудим всё-таки того "урода"?
– Там нечего обсуждать. Он фееричный засранец.
– Я, кажется, ему уже в этом проигрываю...
– Хуя с два. Ты засранец покрупнее. И я это уже заебался разглядывать! Надевай, блять, что-то закрытое.
Минки специально начинает демонстрировать свои подкаченные руки. Тренировки помогают снимать избыток напряжения. Сон старается посещать в последнее время спортзал чаще.
– Ты тоже изменился...
– Не думаю.
– Стал ещё красивее. И мне тоже нелегко на тебя смотреть.
– Мы сейчас устроим секс по видеозвонку или как?
Минки смеётся. Пак подхватывает эту волну. Обоим совершенно комфортно говорить абсолютно всё, что приходит им в голову.
– Это было бы здорово, моя прелесть, если бы мне не пришлось завтра рано вставать.
– Что ж... – наигранный вздох, – секс-марафон откладывается на неопределённый срок.
– Мне больно с этим соглашаться, моя прелесть, но да...
– Ты упустишь всё самое интересное.
– Мне больнее уже в два раза.
– Я хочу сделать тебе больнее в десять.
– Ты ж моя прелесть...
– Не подлизывайся, Мин.
– Держи меня в курсе того парня.
Резкая смена диалога. И Сонхва снова теряется. Сон меняет шуточную форму на серьёзную за доли оборотов. Пак не успевает перестраиваться.
– Сонхва?
– Понял я, понял...
– Вот и договорились. Люблю тебя.
– И я тебя, засранец.
– И я всё-таки буду покрупнее?
– Определённо.
– Значит, волноваться будет не о чем, – Минки шуточно выдыхает, стирая несуществующий пот со лба.
Связь обрывается. Какая подмена выражений. И какая именно из них, Паку ещё стоит пересмотреть. Он прекрасно понимает, что Минки прав.
«Ким Хонджун, кажется, попал не только я...»
***
Ким не ждал прихода Пака. Он был уверен в этом. Однако, его железная уверенность полетела с того самого 27-го этажа. И обратно не вспорхнула. Заезд был лёгким, противник слишком нагловатым, но в итоге оказался проигравшим. Хонджун не видит здесь соперников. Ни одного. Юнхо в начале мог с ним потягаться. Но тому не хватало пока опыта езды. Ким видел в том потенциал, и ждал теперь, когда же он наберёт свои обороты. К слову, об оборотах. Киму пора их тоже набрать в отношении теперь не гонок. Сложности не пугают, они дают подпитку на должное ускорение. А Ким даже готов не спешить, а именно ждать. Его давно так не торкало. Возможность быть с кем-то вроде Сонхва вовсе не пугает, не отталкивает, не приводит в замешательство. Хонджун знает все свои недостатки, слишком много недостатков, чтобы начинать что-то требовать от своего потенциального партнёра. Он ни разу и не требовал. Но один раз влюблялся. Не фатально, но гложило. Пак Сонхва появился с полгода назад в их общей компании. Его привёл, к удивлению самого Кима, Ёсан. Привёл, один раз представил, на том и завершили. Хонджун запомнил. Запомнил и усвоил. Наблюдал со стороны за этим новеньким, за его манерами и речью, за его невероятными губами. Они у Пака невероятно блядские. Ким сразу отчего-то решил, что будет видеть их в тандеме с чужими с быстро меняющейся периодичностью у них в баре раз в неделю. Но этого не произошло. Пак держался лишь с Каном, отшивал всех. Интересный юноша. Хонджуну понравился. И вот уже так въелся со своими роскошными губами, что не выжечь и концентрированной кислотой. Шрам останется, а симпатия никуда не денется. Ёсан заметил. В один из заездов. После гонки спросил и получил утвердительный кивок Кима. Добавил: – Бросай-ка ты это. Тебе ничего не светит. Ёсан не распространялся первопричиной. Пак это не афишировал особо, но Кан мало верил тому, что Пак настолько долго будет верен. И причина бы крылась не в охлаждении его чувств, а в тупой и самой банальной физиологии. А Ким, подвернувшись тому под руку, мог стать очередным поводом ненависти. Кану бегать между двух огней вовсе не хотелось. Хонджун промолчал тогда. Кан напрягся от этого ещё больше. Но не стал более переубеждать своего друга в обратном.***
Ким ушёл после гонок почти сразу, не заглянув даже в свой бар. Он принадлежал косвенно ему, но всеми внутренностями заправлял отец. Просто Хонджун пока не тянул даже такой небольшой бизнес. А старший Ким для подстраховки нанял лучших, чтобы поднять это место с нуля. Джун был благодарен. В первую очередь, за то, что его отец не был против этой идеи. О гонках он не знал. И вот именно второе ему бы не пришлось по вкусу от слова совсем. Мотоцикл тормозит около знакомой многоэтажки. Ким зависает. Приехать – приехал. А зачем – вопрос куда интереснее. Пак не пришёл, потому что ему тупо не захотелось? Или он не пришёл, потому что хотелось чуть больше, чем обычно? Второй вопрос был для Кима куда интереснее. Он его обязательно задаст Сонхва. Прямо сейчас. 27-ой, налево. Шаги уверенно несут Хонджуна до той роковой двери. Одно нажатие и ожидание. Руки сжимаются. Не стоит показывать своё волнение. Оно совершенно не к месту. Да и Пак не оценит. Дверь открывается, и на пороге стоит необъяснимо новая версия Сонхва. Домашняя, неуложенная, мягкая. Ким не знает, что он промолчал ровно две минуты, прежде чем Пак, изрядно нахмурившись, не прервал его нирвану: – Чего припёрся? – И тебе доброй ночи, Сонхва, – тот же уверенный голос, та же безупречная манера поведения. Пак хмурится. – Хотел спросить тебя кое о чём. – Валяй, блять. – Может прокатишься со мной для начала? – Нет. – Это не займёт много времени, – пауза, взгляд твёрдый, а улыбка натянутая. Пак смотрит на Кима, что стоит перед ним такой весь из себя самоуверенный, но внутренняя жрущая тварь, под названием выёбистость, не даёт определённых сподвигов к шагу навстречу. – Да и байк стоит внизу, если что. – Если что, я могу тебе, блять, повторить ещё раз популярно: НЕТ. – А моё имя повторить сможешь? – вот оно. Спуском. Пак смотрит в ответ непонимающе. У Кима глаза пронизывающие. В них не хочется смотреть, потому что не получается потом отводить свой взгляд спокойно. И Сонхва это старается делать, как можно реже. – А не пойдёшь-ка ты нахуй, Ким, со своими запросами? – Я по другую сторону, – улыбка, смешок, прищуренный взгляд. Пак не понимает фразы. Хонджун решает внести больше ясности. – По другую сторону позиций. Я не принимающий. – Ох, ебанный ты ж... – Ну так что? – Ким смотрит выжидающе, складывая руки на груди. Пак не смотрит. Совершенно не смотрит в этот момент, как кожанка натянута, как брутально Хонджун в ней выглядит, да и в принципе выглядит так почти всегда. Рост здесь даже не является помехой. Сонхва, наоборот, чувствует себя рядом с Кимом словно на два размера меньше. При его-то личной высоте. Подумать только... – Ты не съебёшься ведь? – Определённо нет. – Прям, блять, твоё "любимое" слово, которого ты не понимаешь. Ким молчит. Ждёт, смотря на Сонхва испытующе, и молчит. – Нечего больше сказать? – Почему же? Напротив. И даже без употребления матов. – Дохуя умный, смотрю. – Нет предела совершенству. – Да ты шутить умеешь? – сарказм вырывается из Пака дробью. – Не особо. Пак закипает. Словесная перепалка, что должна была прекратиться ещё с пять минут назад резким хлопком двери перед носом Кима, затянулась. И Сонхва не понимает, чего он сам ещё тянет. Пойти тому навстречу всё также не даёт простая и объяснимая причина – выёбистость. У Пака её хоть отбавляй. Сон в своё время не жаловался. Но сейчас... – Соберусь через 15 минут. Иди погуляй, – Пак не мог не добавить эту нотку. Ким усмехнулся, оторвался от края двери и напоследок взглянул снова нечитаемо. – Буду с нетерпением ждать тебя, Пак Сонхва. – Не помри. Дверь захлопнулась. Ким выдохнул. Лёгкая дрожь в пальцах в любой момент могла его выдать. Но Хонджун стойкий. Стойкий и непрошибаемый. Показать свою слабость Паку он всегда успеет. Это их свидание. Первое свидание. Ким постарается отпечатать свой след в его саркастическом идеале с волосами цвета блонд...
