Маленькая правда в океане лжи

— Вы верите в ангелов, док? — Шерлок согнул руку, придерживая ватку, которую ему положили на место прокола вены. Медсестра, которая брала у него кровь на анализ, только хмыкнула. Да, они тут наверняка наслушались от пациентов и про ангелов, и про чертей, и про фей с единорогами. — Верю, — сказал врач, на миг отрывая глаза от медицинской карты Шерлока, которую внимательно изучал. — Я верю, что в этом мире куда больше непознанного, чем изученного. И если твоё решение порвать с наркотиками появилось после встречи с ангелом, я благодарен ему. — Не порвать, — Холмс откинулся на спинку стула, — рвать там уже нечего. Не выйдет. Я обречён. Но он сказал, что если я не предприму попытки исправить свою жизнь, его казнят. Врач не усмехнулся, никак не выразил сарказм или недоверие, в отличие от медсестры, что демонстративно закатила глаза. Она и пальцем у виска наверняка покрутила бы, не будь её руки заняты пробирками. — Мэри, попроси лабораторию побыстрее. Результаты сразу неси сюда, хорошо? Когда Мэри, всем видом демонстрируя, что она думает и об этой просьбе, и о пациенте, выплыла из кабинета, Шерлок всем телом повернулся к врачу и даже наклонился к нему. — Это ведь был ты?! — Простите? — доктор посмотрел на Шерлока. — Ты приходил ко мне! Тебя я снял в том клубе! Или ты меня. Вычислил, что я нарик и решил провести шоковую терапию? Наговорил, что ангел! — Хм… мистер Холмс… — У тебя на бейдже написано «Джон Ватсон»! Он представился также! И выглядел в точности как ты! Глаза, волосы, фигура. Только халата не было! Джон! — Шерлок поднялся со стула и шагнул к доктору. Он бы его за плечи схватил, не будь между ними стола. — Ты минет хотел, но у нас не получилось. Но я не против сделать всё, что захочешь! Когда у тебя смена заканчивается? — Холмс! — врачу пришлось пристукнуть по столу пресс-папье в виде курительной трубки. — Послушайте… Я не знаю, кого и в каком клубе вы сняли, и с кем там у вас обломился… минет. Или что ещё. Но уверяю вас, — доктор вытащил из нагрудного кармана очки, протёр линзы платком и посмотрел на пациента уже сквозь стёкла. Хотя, наверное, это был какой-то другой материал. Более тонкий и лёгкий, вроде пластика. — Я вижу вас впервые в жизни! Шерлок несколько минут смотрел на врача, потом сник, отошёл и снова плюхнулся на стул. — Да… у вас глаза другие. Простите… Вы очень похожи. Как близнецы. Но я ошибся. Вы не он. Не мой ангел. — Цвет другой? Или очки? — врач выдохнул с облегчением и убрал палец от тревожной кнопки внизу столешницы. — Взгляд другой. Тот… ангел… правда смотрел с любовью. И будто всю жизнь меня знает. А вы… будто совершенно не помните. Джон перевёл дыхание. — Думаю, если вы соберётесь с силами и направите их на лечение, ваш ангел ещё вернётся к вам. Холмс хмыкнул и отрицательно покрутил лохматой головой. — Шерлок, ничего нельзя изменить только после смерти. Но до неё, всегда есть возможность. Нужно только делать что-то. Какие-то шаги к цели. Ваш приход сюда — уже большой шаг. Вас проводят в палату. — Там зеркало есть? Зеркало нашлось в туалете. В тусклом свете лампочки, Холмс не мог разглядеть, есть ли ещё та полоска вокруг радужки, что символизирует жизнь его ангела. Вздохнув, парень отправился в палату. Палаты были хорошие, светлые, двухместные. Его соседа ещё не было, видимо, ушёл на процедуры, но по аккуратно заправленной кровати и просто образцово-показательному порядку на тумбочке, Шерлок сделал некоторые выводы о нём. Которые блестяще подтвердились, когда этот самый сосед вернулся. Бодрый, свежий, с полотенцем на плече и влажными волосами. — Привет! — он белозубо улыбнулся и протянул довольно широкую и сильную на вид ладонь. — Будем знакомы. Меня зовут Джон. Джон Ватсон. Шерлок, по-турецки сидящий на постели, аж отшатнулся к стене. — Вы что, сговорились тут все?! Или ты родственник того врача?! — Что? А, нет! Я тоже посмеялся этому совпадению! Но имя, как и фамилия, не такие уж редкие в Великобритании. — Не в имени дело… ты выглядишь, как его сын! Или младший брат! Лицо, глаза, волосы… Только халата не хватает и очков… Холмс всё смотрел на протянутую руку и не мог решиться пожать её. — Или у меня до сих пор бред? И вообще — всё это бред? Ни в какую клинику я не пришёл, а валяюсь у себя дома… или всё ещё в том клубе… — Уверяю тебя, что я настоящий. Как и эта больница. Ты почему тут, кстати? — А ты? — Шерлок всё же рискнул и положил свою руку на протянутую ладонь. — Не похоже, что ты употребляешь… — Нет. Вернее, не совсем. Я спортсмен. Довольно неплохой. Был, — Джон потряс их ладонями в рукопожатии, выпустил Шерлока и двинулся к своей кровати. — Но достиг своего предела. Как ни старался, результаты не улучшались. А каждый день приходят новички. Молодые, сильные, ловкие, талантливые. Что я имел через год упорнейших тренировок, они добивались за месяц. Ну и… — Ты решил попробовать допинг. — В точку, — Ватсон-спортсмен плюхнулся на свою кровать и задрал лицо к потолку. — Сначала лёгкие стимуляторы, почти безвредные, витаминные добавки, потом… ну ты понял. Дело кончилось тяжёлой артиллерией, отравлением, реанимацией… и вот я здесь. А моя спортивная карьера загублена навсегда… Дома не простят. Тренер проклянёт. Его ведь обвинили, не знаю, отбился ли… А мне теперь мне дорога только в интернат какой-нибудь, с железным режимом. — Мне жаль, — Холмс прилёг. Подушка оказалась приятно-прохладной. То ли от стресса, то ли от общего истощения, его немилосердно клонило в сон. — Мне тут говорят, что всё образуется, хотя тоже всё выглядит безнадёжно… Может и у тебя нормализуется? Шерлок услышал, как Джон усмехнулся. Потом его шаги. Потом слова, которые уже не мог разобрать. А потом из-под него вытащили одеяло, укрыли, и стало так хорошо и спокойно, что Холмс на миг правда поверил, что ещё сможет выздороветь. Стать нормальным. С помощью этих двоих людей. Не зря же его ангел-хранитель тоже выбрал это имя. Надёжное и красивое. Сильное и чистое. Джон Ватсон. Холмс заснул.