Долгий путь домой

Дом милый дом

— Здравствуйте, я агент Сандерс, — Лив достала бейдж и показала его шерифу. — Слушаю вас, агент Сандерс. Пройдемте в мой кабинет, — Лив кивнула и последовала за шерифом. — Правда, я не понимаю, чем могу помочь вам. Это было давно. — Знаю, но должны были же остаться какие-то записи. — А зачем ФБР интересует пропажа каких-то девочек? — Нашлись новые факты, и дело возобновили, — соврала Лив. Она переживала, как никогда и очень боялась, что шериф заметит это. — Хм, ну что ж, попрошу принести все нужные документы. — Благодарю, — Лив искренне улыбнулась шерифу. Она разместилась в одном из свободных кабинетов, который предоставил ей шериф. Он сел напротив и часто поглядывал на Лив. Шериф был мужчиной лет сорока, высокого роста, с тёмными прилизанными к голове волосами. Он был худощав. Казалось, что форма была ему велика. Через пару минут зашёл незнакомый Лив офицер полиции, неся в руках пару папок. — И это все? — спросила Лив, когда он положил их на стол. Офицер вышел и закрыл за собой дверь. — Да, агент, дело так и не раскрыли, — сказал шериф. — Поговаривают, что мать ужасно с ними обращалась. Может, это она их убила? — Лив посмотрела на документы и закусила губу, надеясь, что это не так. — Благодарю вас за помощь, дальше я сама, — ответила Лив и уставилась на шерифа, надеясь, что ему станет неловко и он покинет комнату. Шериф отвёл взгляд, кивнул и поднялся на ноги. Лив все ещё смотрела на него. Он направился к двери и вышел. Лив вздохнула с облегчением и посмотрела на папки. Это было слишком личным, и Лив желала остаться одна в данный момент. Но на самом деле Лив хотелось, чтоб хотя бы один из Винчестеров был сейчас рядом с ней. Лив стала читать документы и первым делом увидела адрес дома, в котором жили Кэрролл и Эмили Ланкастер, а также их мать Оливия Ланкастер. — Боже, мама, ты назвала меня в честь неё. Что же тут случилось? Почему ты убежала? — сердце Лив стало биться быстрее. Одно она теперь знала точно. Если Оливия Ланкастер была плохой матерью, Эмили никогда не назвала бы свою дочь в её честь. Вдруг зазвонил телефон. Лив сразу схватила его и приложила к уху, надеясь, что это кто-то из братьев. — Лив? — раздался мужской голос. — Привет, Бобби, — Лив облокотилась на руку и закрыла глаза. — Что-то ты не рада меня слышать. — Нет, что ты, просто я устала и занята. — А где Дин и Сэм? Они рядом? — Нет, Бобби. Мы разделились. — Новое дело? Есть предположения? — Нет, Бобби. Мы на разных делах. — Как это понять? — Мы поругались, — Лив закрыла глаза и вспомнила события прошлой ночи. — Что, все трое? — удивленно спросил Бобби. — Ыхм… — Да что с вами происходит?! Собачитесь, как черт знает кто, обижаетесь, как девчонки! — Спасибо, Бобби. — Что произошло на этот раз? — Джон звонил. Сказал, что он близко к поимке, и приказал нам не лезть. Он даже нашёл нам дело, — рассказала Лив. — И? — требовал продолжения Бобби. Лив издала тяжёлый вздох. — Сэм узнал, откуда шёл звонок, и захотел поехать за Джоном, чтобы отомстить за Джессику и Мэри. Дин же хотел быть хорошим сыном и выполнить его приказ. — А ты почему не с одним из них? — Потому что не согласна ни с одним. И у меня своё дело. — Что значит свое дело? Лив, где ты? И не смей мне врать! — Милуоки, Висконсин, — ответила Лив. — На кого охотишься? — Ни на кого, Бобби. Я просто ищу свою семью. — Что? — Мама жила здесь. Её сестра пропала, а потом мама сбежала. Я хочу понять, что здесь произошло и жив ли кто-то из моей семьи. — Лив, — Бобби тяжело вздохнул, — только будь осторожна. — Обещаю, — Лив дала отбой и положила телефон на стол. Она уткнулась в бумаги и стала читать дальше. Через несколько часов в комнату зашёл шериф. Лив резко подняла голову. — Агент Сандерс, вы ещё здесь. — Да, и я хотела спросить насчёт свидетеля, хозяина магазина, который видел Эмили и Кэррол около него. Где я могу найти его? — На городском кладбище. Бедняга скончался от сердечного приступа, — ответил шериф. Лив разочарованно вздохнула. — Вы присутствовали на даче показаний? — Да. — И что он сказал? — То же самое, что и в деле. Эмили зашла в магазин купить что-то и, выходя, увидела сестру. Они повздорили. Больше Кэррол никто не видел. А потом пропала и Эмили. В её комнате были найдены следы борьбы, и окно было выбито, — Лив покачала головой. — Как видите, Агент Сандерс, я вам ничего нового не сказал. Это гиблое дело. Улик нет. Свидетелей тоже. — А как же Оливия Ланкастер? Их мать? В деле лишь написано, что она сказала, что Эмили пришла домой в десять. — Она больше ничего и не знала, лишь твердила, что её дочерей убил какой-то парень. Мы пробили его имя по базе данных. И такого человека никогда не существовало, да и его никто в городе не видел, — Лив нахмурилась. — Спасибо, шериф, — тот кивнул и начал было уходить, но вдруг Лив его окликнула. — Шериф, а Оливия Ланкастер жива? — Да. Живёт по тому же адресу, насколько я знаю. Лив не смогла сдержать улыбки. Она снова поблагодарила шерифа и встала. Она вышла из комнаты, а потом и из участка. В голове крутилось много мыслей. Было много вопросов и мало ответов, но она знала, откуда может их получить. *** Лив стояла перед старым домом. Он был маленьким, немного покосившимся, но при этом было видно, что за ним все ещё стараются следить. Перед домом был невысокий деревянный заборчик. Калитка была открыта, и Лив смогла увидеть глиняные горшки разного размера, в которых находились цветы. От калитки шла каменная дорожка к самому дому. По обе стороны был постриженный газон, на котором также росли различные растения.   На Лив смотрели окна первого этажа в старых рамах и синяя дверь с красивой резной ручкой. У дома не было крыльца, всего одна ступенька, ведущая сразу внутрь. Лив поднялась на одну ступеньку и застыла. Ей хотелось узнать, что произошло, но при этом она не могла заставить себя сделать шаг вперёд. — С Богом, — сказала Лив и постучала в дверь. Через несколько секунд дверь открыла пожилая женщина. У неё были пепельные волосы, собранные в пучок, которые когда-то были черными, как смола. Она была очень миниатюрная, невысокая. Если бы не возрастная сутулость, со спины ей можно было дать намного меньше лет, чем ей было на самом деле. Лицо у нее было простое, открытое, сразу был заметен высокий лоб с глубокими морщинками и прямой нос. Из-под седых бровей на Лив смотрели карие, как у неё самой, глаза. Вот только глаза этой женщины показались Лив будто выцветшими. Одета она была скромно. На ней были прямая бежевая юбка ниже колена и рубашка на пару оттенков темнее. В руках она держала коричневую сумку и черную книжку с золотым крестом на ней. Лив поняла, что она, скорее всего, собиралась идти в церковь. — Здравствуйте, мэм. Вы Оливия Ланкастер? — женщина неуверенно кивнула, не отрывая глаз от Лив. — Я — агент Сандерс из ФБР, и мне нужно задать вам несколько вопросов, — Лив показала бейдж, но Оливия Ланкастер даже не посмотрела на него. Она смотрела на саму Лив и только на неё. Миссис Ланкастер шире открыла дверь и позволила Лив войти. Лив чувствовала себя безумно неловко и сильно переживала, от этого у неё потели руки, и бейдж чуть не выскользнул из них. — Прошу, агент Сандерс, — миссис Ланкастер направилась на кухню. Лив последовала за ней. — Будете чай или кофе? — Лив посмотрела на эту женщину, её бабушку, и просто не верила глазам. — Агент Сандерс? — Да, чай, спасибо, — быстро ответила Лив. Миссис Ланкастер кивнула и положила свою сумку и Библию на кухонный стол. Она поставила чайник кипятиться и достала две белые чашки с блюдцами. Лив села за стол и стала нервно мять пальцы. — О чем вы хотели поговорить? Что-то случилось? — Оливия Ланкастер стояла спиной к Лив и наливала им обеим чай. — Нет. Я просто хотела поговорить о ваших дочерях, — Оливия Ланкастер резко остановилась. Лив не видела её лица, но почувствовала, как она напрягалась. — Заранее прошу прощения. Я не хочу причинить вам боль. — С чего это вдруг вы решили спрашивать о моих дочерях? — Я знаю, прошло много лет… — начала Лив. — 28, — Лив замолчала. —  Прошло 28 лет, — Оливия Ланкастер повернулась к Лив и посмотрела на неё с болью в глазах. Лив стало не по себе от ее взгляда. — Я понимаю, миссис Ланкастер. Но все же прошу рассказать все, что вы знаете, — Оливия Ланкастер положила две чашки на стол и села напротив Лив. — Зачем? Скажите мне, зачем? — Лив опустила глаза. Она не знала, что сказать. Лив не могла сказать правду, пока не узнает все сама. — Были найдены новые факты… — еле слышно выговорила Лив. Она не хотела давать надежду, не хотела причинять боль этой бедной женщине. Лив успокаивала себя лишь тем, что она не врет целиком. Новые факты в этом деле есть. Она сама. — Что за факты? — Лив старалась не смотреть в глаза и уставилась на чашку чая. — Я не могу сказать вам, пока не узнаю всего, — ответила Лив. Миссис Ланкастер кивнула. — Что ж. Все говорят, что моих дочек убили. Некоторые даже подозревают меня. — Я слышала об этом. Что произошло 28 лет назад? — Мои девочки были очень близки. Всегда везде ходили вместе. Защищали друг друга. Но за неделю до произошедшего, Эмили стала странно себя вести. А потом мне сказали, что Эмили и Кэрролл сильно поругались. Я не поверила в это, но продавец магазина видел их. — Как понять странно вести себя? — Сложно объяснить. У вас есть дети, агент Сандерс? — Нет, — Лив покачала головой. Этот вопрос сильно удивил её. Лив никогда не думала, что выйдет замуж и сможет иметь детей. Но это не значит, что она этого не хотела. — Тогда вы не поймёте меня. Мать всегда чувствует, когда что-то не так с её ребёнком, но это невозможно объяснить, — Лив вспомнила последнюю ночь с её матерью и то, как Эмили давила на Лив, чтобы она сказала, что тревожит её. — Ну хоть что-то? — Изменились её привычки, она стала чаще проводить время одна, а не с Кэрролл. А потом ещё появился этот парень. — Что за парень? — спросила Лив. — Он представился как Дэвид Эндрюс, но в полиции сказали, что такого человека не существует. — Что он сделал? — Вы ведь видите, наш дом стоит чуть отдаленно от других, — Лив кивнула. — Мой покойный муж построил его так. Он любил тишину и покой. Этот парень сказал, что его машина сломалась и ему нужно кому-то позвонить, чтобы его забрали. Я предложила ему остаться на ужин. Это была большая ошибка! Возможно, мои девочки были бы ещё живы… — глаза миссис Ланкастер наполнились слезами. Лив же изо всех пыталась сохранять спокойствие. — Он не отрывал глаз от Эмили. Эта сволочь тогда ещё приметила её! Но полиция не нашла его. Он пропал вместе с моими девочками… — голос миссис Ланкастер дрогнул. — Они были так молоды. Кэррол обожала животных и хотела стать ветеринаром, а Эмили так красиво пела, она хотела стать певицей. — Я не знала, — ляпнула Лив и сразу пожалела об этом. Она никогда не могла подумать, что её мать любила петь. Они будто говорили о разных людях. — В деле не было ничего сказано о том парне, Дэвиде. — Потому что мне никто не поверил! — Что произошло дальше? В деле сказано, что Эмили вернулась домой. — Да, она вела себя ещё странней. Эмили была холодна всю неделю ко мне и к Кэрролл, но в ту ночь, придя домой, сразу обняла меня и сказала, как сильно любит, потом сказала, что очень устала. Я отпустила её наверх, не пошла за ней. Я хотела дать время Эмили, хотела, чтобы она сама рассказала о том, что её тревожит. Эмили включила громко музыку, она гремела на весь дом. Сначала я не хотела ничего говорить, но потом поднялась к ней. В комнате все было перевёрнуто, окно разбито. Кто-то пробрался к ней в комнату и забрал её! Забрал мою девочку! История набирала оборот, которого Лив даже не могла представить. — А что насчёт Кэррол? — Кэрролл подрабатывала в магазине, а после должна была остаться у своей подруги со школы, Амелии Паркерс, из-за какого-то дурацкого проекта. Как только я увидела, что произошло в комнате Эмили, я позвонила подруге Кэрролл домой. Та сказала, что Кэрролл никогда не приходила к ней. И тогда я все поняла. Дэвид Эндрюс убил их! — Лив почесала затылок. Он не мог убить их, ведь тогда бы Лив не родилась на свет. — Как выглядел этот Дэвид Эндрюс? Я не нашла его фоторобота в деле. — Потому что меня сочли сумасшедшей. Никто его не видел. Сказали, что я выдумала его! — Хорошо, а вы можете мне описать его? Были ли какие-то особенности? — Лив знала, что это бесполезно, но все равно спросила. Миссис Ланкастер закрыла глаза. — Высокий, он был в хорошей форме, у него были темные волосы и голубые глаза и этот взгляд, который внушал доверие. Ещё у него был такой же кулон шее, как брелок на браслете у вас на руке, — Лив посмотрела на свой браслет. Миссис Ланкастер указала пальцем на брелок с пентаграммой. Лив стало тяжело дышать, перед глазами все стало мутно. Она не могла поверить в услышанное. Этот браслет сделал её отец для её матери. Он сам сделал каждый брелок, чтобы защитить ее. Это не могло быть совпадением. В голове появилась мысль, что Дэвид Эндрюс и Дэвид Эванс могли быть одним человеком. Все стало ещё запутанней, но Лив взяла себя в руки и спросила: — Этот? — Лив стараясь звучать как можно убедительней. Она показала брелок Миссис Ланкастер. — Что ж, он был фанатом группы «Ice&Rockets». Это их фирменный знак, как смайлик у «Нирваны», — придумала Лив, умоляя небеса, чтобы миссис Ланкастер поверила. Она лишь кивнула и сделала глоток чая. — Так что за новые факты, агент Сандерс? Вы не могли бы сказать хоть что-то? — Лив посмотрела на старую женщину и не знала, что сказать. Миссис Ланкастер и так настрадалась, потеряв двух дочек, и Лив не хотела причинять ей ещё больше боли. — Дэвид не убивал ваших дочерей. В этом я вас уверяю. Ваша дочь, Эмили, она не… — Оливия Ланкастер широко раскрыла глаза и смотрела на Лив. Лив резко стало душно и тяжело дышать. Это было странно.— Он… она… боже… — Лив опустила голову и закрыла лицо руками. — Простите… я просто… у меня бывают припадки… — соврала Лив. Она не могла говорить. Слезы душили ее. — Принести вам воды? — взволнованно спросила миссис Ланкастер. Лив покачала головой. — Нет, нет. Я могу воспользоваться ванной? Хочу… хочу умыться. — Да, конечно. Прямо и налево, — Лив выбежала из кухни и метнулась в ванную, заперев за собой дверь. Она сползла вниз по двери и зажмурила глаза. Слезы полились из её глаз, и она не могла их остановить. Лив достала телефон и стала копаться в контактах. Там было не так много номеров. Из всех них всего четыре по-настоящему много для нее значили.  Первый номер принадлежал Бобби, следующий Дину, последующий Джону, и последний номер Сэму. Лив не могла решить, кому позвонить. Один из них не ответит на вызов, один снова ушёл, оставив её, третий позволил уйти. Остался Бобби. Лив стала набирать, но в ответ были слышны лишь гудки. Лив положила телефон в карман и заставила себя встать. Она посмотрела на себя. — Давай, Лив, будь сильной. Ты можешь, — сказала она самой себе. Лив открыла кран, умылась, вытерла лицо, вышла из ванной и пошла к кухне. — Агент Сандерс, с вами все хорошо? — Лив посмотрела в глаза миссис Ланкастер и с серьёзным выражением лица сказала: — Меня срочно вызывают. Я должна идти. — Но вы обещали! Что за новые факты? Что случилось с моими девочками? — Миссис Ланкастер, ведётся расследование. Я пока не могу вам ничего сказать. Прошу прощения. Но я вернусь, обещаю. Я вам все расскажу. Просто доверьтесь мне, — Лив посмотрела на миссис Ланкастер с болью в глазах, искренне улыбнулась и последовала к двери. Она открыла её и вышла на улицу. От свежего воздуха ей стало лучше, но сердце билось так, будто вот-вот вырвется наружу. *** — Здравствуете, Вы Амелия Паркерс? — спросила Лив. — А кто спрашивает? — Агент Сандерс, ФБР, — Лив показала липовый бейдж. — У меня какие-то проблемы, агент Сандерс? — спросила Амелия. — Нет, мне лишь нужно задать вам пару вопросов. — Я смотрю за ребёнком, он играет здесь в парке. Мы можем поговорить здесь? — Да, конечно, — Амелия пошла к скамейке и села на неё. Лив последовала ее примеру. — Скажите, что вы можете сказать о сёстрах Ланкастер? — Амелия смотрела на игровую площадку, но внимательно слушала Лив. — Что вы конкретно хотите знать? Про ту ночь? — Лив кивнула. — Я сказала все полиции, Кэрролл не пришла ко мне. Я не знаю, что случилось. — Я хочу знать все. Все, что вы помните о них, — потребовала Лив. — Ну что ж, они были очень дружные, много времени проводили вместе. Со школы уходили вместе. Часто сидели в городском кафе и пили там фруктовый смузи, неважно, было лето или зима, также любили сидеть в лесу около самого большого дуба в городе. Они кормили белок там. Кэрролл работала в городском магазине, Эмили в магазине музыкальных инструментов и кассет. Она обожала музыку и красиво пела. Кэрролл была очень доброй и милой. Даже когда её обижали, она никогда не давала сдачи, поэтому за неё это делала Эмили. Она однажды сломала поднос о голову одного задиры за то, что он обидел Эмили, — Лив не смогла сдержать улыбки. Она вспомнила Дина и Сэма, которые так же всегда защищали её. — Кэрол и Эмили любили маму. Правда, многие считали, что это она убила своих дочерей или они сбежали из-за неё, но это не так. Миссис Ланкастер любила своих детей, но немного слетела с катушек, когда её дочки пропали. Не знаю, что сказать ещё. Да и прошло столько лет. — 28. 28 лет, — медленно сказала Лив. — А Кэрролл не вела себя странно? — Амелия покачала головой. — Нет, но переживала из-за сестры. Эмили была сама не своя. Грубо разговаривала с Кэрролл, пропускала работу. Это было не похоже на неё. — Что-то ещё? — Вроде нет. У них все было хорошо. Они были счастливой семьёй, — на последнем слове Лив почувствовала ком в горле. Сколько же ещё было счастливых семей, которые разрушились из-за охоты? — Может, было что-то странное? — Что вы имеете в виду? — Все, что привлекло ваше внимание, — Амелия смотрела на Лив, не понимая, что она говорит. Лив вздохнула. — Перепады температуры, мигающий свет, странные звуки, нахождение одного человека в двух местах. — Что? — Лив закатила глаза. — Ясно, спасибо за ваше время. — Лив встала со скамьи, сделала несколько шагов вперёд, как вдруг Амелия окликнула её. — Агент Сандерс, — Лив повернулась и посмотрела на Амелию. — Возможно, я видела кое-что, но это бред. Уверена, мне просто показалось, так ведь бывает. — Я вас слушаю. — Незадолго до произошедшего я видела Эмили в городе. Я позвала её. Хотела поговорить с ней насчет Кэрролл. Но она прошла мимо меня, будто не узнала меня. А когда я подбежала к ней и схватила её за куртку, на секунду… — Амелия закрыла глаза руками. — Боже, это бред! — Что произошло? Скажите! — потребовала Лив. — Ее глаза… они сверкнули чёрным. — Вы уверены? — спросила Лив. Внутри все сжималось и становилось тяжело дышать. — Я не знаю, но я увидела это. Все было чёрное. Это была секунда. Я не знаю, может, свет так отразился в глазах. Я не знаю, Агент Сандерс, — Лив лишь кивнула, отвернулась и ушла. В кармане зазвонил телефон. Лив уже не ждала звонка ни от кого и не хотела говорить с кем-то особенно в данный момент. — Да? — Лив? Все в порядке? Ты звонила, я был на охоте. — Да, Бобби, все в порядке. — Узнала что-то? — Похоже, здесь был демон, — сообщила Лив. — Что? — И он вселился в маму. — О Боже, Лив. — Бобби, я ничего не понимаю! Мой отец тоже был здесь! Что, черт возьми, здесь произошло? — Что? Дэвид? — спросил Бобби. — Лив, прошу, будь осторожна, этот демон может быть все ещё в этом городе. — Через 28 лет? Не думаю. Бобби, я выясню все. Я должна. — Знаю, только будь осторожна и позвони Дину и Сэму, — Лив фыркнула. — Я знаю, ты злишься, но, Лив, это дело может быть опасным. — Я подумаю. Бобби, я позвоню тебе позже и спасибо за заботу, — Лив дала отбой и пошла к украденной ею машине. Сев в неё, она закрыла лицо руками. Потом подняла голову, посмотрела на рядом стоящие дома, людей. Этот город был домом её матери. Место, которое могло стать и домом для Лив. Но судьба решила все совсем по-другому. *** — О, агент Сандерс. Снова вы, — голос шерифа звучал менее дружелюбно, чем в первый раз. — Здравствуйте, шериф. Мне нужны данные обо всем, что произошло в 1977-м. Все, что у вас есть. — Боже, вы что, серьезно? — Лив посмотрела на шерифа. Он не выдержал взгляда и лишь кивнул. — Хорошо, хорошо, как скажете. Шериф позвал одного из работников, а повернувшись, увидел, что Лив направилась в комнату, в которой сидела до. Он принёс все документы Лив и поспешил выйти из комнаты. Лив читала бумаги и оставляла заметки для себя. Она начинала видеть связь и была рада, что её теория подтвердилась. Телефон снова зазвонил. Лив подняла трубку, даже не посмотрев, кто звонит. — Да, Бобби. Я ещё жива. Мне не угрожает ничего, кроме большого количества макулатуры. — Привет, Лив. — Дин? — удивлённо спросила Лив. — Да, это я. Хотел узнать, как ты. — Все в порядке, — тихо ответила Лив. — Ты в Висконсине? — Ыхм. А ты в Индиане? — Да. Как идут поиски? Нашла кого-то? — Лив вздохнула и покачала головой. — Да, бабушку. — О, это отлично! Думаю, она сильно обрадовалась внучке. — Я представилась агентом ФБР. — Зачем? — Здесь произошло что-то ужасное, Дин. Здесь был демон, и он вселился в маму много лет назад. — Что? Лив, уходи оттуда! — голос Дина стал громче. Лив не нужно было даже представлять его лицо, она прекрасно знала, как оно выглядело, потому что видела его сотню раз. — Дин, его здесь больше нет. Все спокойно. Я проверила. Я просто хочу понять, что произошло. — Что ты узнала? — потребовал Дин. — Мама и её сестра пропали в конце октября 1977 года. За этот месяц было восемь преступлений, и в каждом обвиняемые говорили одно и то же. Что они не делали этого. Они даже не помнили произошедшего. Это был демон. Он вселялся в людей и заставлял их делать ужасные вещи. Но я пока не знаю, что произошло с мамой. — Держи меня в курсе. — Хорошо, как твоё дело? — Ну, здесь пугало, которое гуляет само по себе. — Что? Это оно убивало пары? — Нет. Что-то вдыхает в него жизнь. Это божество. Языческое. — С чего ты это взял? — Ежегодный цикл убийств, и то, что жертвами всегда были мужчина и женщина. Ты бы видела местных жителей. Как они обращались с одной парой. Откармливали их, как рождественскую индюшку. Это был их последний ужин. Думаю, что это ритуальное жертвоприношение, чтобы умаслить какое-то языческое божество. — Значит, божество входит в тело пугала и принимает своё жертвоприношение. И ещё на год от них отступают неурожай и болезни. Ты знаешь, с каким божеством мы имеем дело? — независимо от себя Лив сказала «мы», будто находилась не в тысячах миль от Дина, а рядом с ним. — Нет ещё. — Если узнаешь, что это, то узнаешь, как его убить. — Знаю. Вообще-то, я сейчас еду в местный колледж. У меня встреча с профессором. Приходится самому. У меня ведь больше нет на подхвате умников, — это заставило Лив улыбнуться. — Ты хочешь сказать, что скучаешь? — Я хочу сказать, что мне жаль, — признался Дин. — За все. Я должен быть рядом с тобой. — Дин… — Нет, Лив. Ты была рядом, когда мы вернулись в Канзас. Ты поддерживала нас. Я должен был отплатить тебе тем же. Я вёл себя, как козел, я не хотел выгонять тебя. Я просто был зол. Прости, Ливи. — Лив закрыла глаза, и по её телу пробежали мурашки. Она искренне улыбнулась и закусила губу. — Все в порядке. Я в порядке. Дин, не делай глупостей. И звони, если что. — Хорошо, — Дин повесил трубку. Лив осталась сидеть за столом. Она пялилась в одну точку несколько минут, а потом покачала головой. Ей нужно сосредоточиться. Она знает уже многое. *** Лив вышла из полицейского участка и села в машину. Она не знала, что делать дальше и у кого спрашивать. Информации было немало, но не хватало нескольких кусочков пазла. Лив решила поехать в кафе, в котором часто сидели её мать и тетя, купила фруктовый смузи и отправилась к их любимому месту. Ей хотелось почувствовать себя ими. Хотелось быть ближе к своей матери, о которой Лив не знала ничего. Лив остановила машину недалеко от дороги и дальше пошла пешком. Вокруг все было тихо. Было слышно лишь пение птиц и шелест засохших листьев под ногами. Лив поняла, почему Эмили и Кэрролл так нравилось здесь. Это место находилось вдали от городской суеты и людей. Лив подошла к дубу и дотронулась до него, подумав, что когда-то и рука её матери касалась этого дерева. Лив увидела, как что-то блеснуло в дереве. Она подумала, что ей показалось, но потом увидела это снова. Лив ближе подошла к дереву и внимательно стала его разглядывать. Она увидела маленькое дупло в дереве. Лив сунула туда руку. Там было полно засохших листьев и чего-то липкого. — Боже, надеюсь это просто смола, — Лив продолжила исследовать дупло и вдруг наткнулась на какой-то мешочек. Она вытащила его. Это был маленький розовый платок. Лив развернула его и увидела внутри два браслета. Было видно, что они были сделаны вручную. Лив села на землю, облокотившись на дерево. Она положила платок на колени и взяла один из браслетов. На нем были разноцветные камешки и маленькая деревянная дощечка, на которой было написано имя. — Кэрролл, — прочитала Лив. Она схватила другой браслет, который был точной копией первого, не считая имени. — Эмили. Это были ваши браслеты. Зачем они здесь? — Лив поняла, что их оставил человек, который был близок Эмили и Кэрролл и который знал про это место. Лив повернулась лицом к дереву и посмотрела наверх. Солнце сильно било в глаза, и поэтому Лив опустила голову и потёрла глаза. Внизу на коре дерева Лив увидела две высеченные буквы. «К.Л.» — Кэрролл Ланкастер, — догадалась Лив. — Боже, прошу, пусть это не то, что я думаю. Лив встала и положила браслеты в карман, а следом достала телефон. *** Лив стояла чуть поодаль и наблюдала за работой полиции. — Это просто инициалы. Вы же сами сказали, что девочки проводили здесь много времени. Мы просто теряем время, — сказал шериф. — А почему же там только инициалы одной из Ланкастер? — Не знаю, другая не захотела царапать на дереве, — предположил шериф. Лив закатила глаза. — Вы так все дела расследуете? — не выдержала Лив. Шериф сморщил нос от злости и вплотную подошёл к ней. — Послушай сюда, девчонка, я работал в полиции, когда тебя ещё не было на свете. — Шериф, мы нашли кое-что, — раздался голос одного из полицейских. Лицо шерифа резко изменилось. Лив же оглядела его с ног до головы и прошла мимо. Она подошла к яме, которую раскопала полиция, и посмотрела вниз. Она закрыла глаза и покачала головой. — Иисус Христос, это человеческие останки, — раздался голос шерифа у неё за спиной. — Почему они чёрные? — спросил рядом стоящий полицейский. Лив посмотрела на него и ответила: — Потому что тело подожгли, — Лив села на корточки, чтобы разглядеть тело. На земле она увидела белые крупинки. Она взяла одну крупинку и приложила её к языку. Во рту появился солёный привкус. На груди тела Кэрролл Ланкастер были сгнившие цветы. Кто-то оставил их после того, как поджег тело. — Какой человек мог сотворить такое? — поинтересовался шериф. — Тот, кто любил её, — тихо сказала Лив. Она посмотрела на шерифа, поднялась на ноги и сказала: — Шериф, вы правы, вы потратили почти всю свою жизнь, служа этому городу. Вы заслуживаете признания. Вы можете сказать всем, что это вы нашли тело, — шериф открыл рот, чтобы возразить что-то, но Лив опередила его. — А у меня вся жизнь впереди, чтобы ещё проявить себя, — Лив улыбнулась шерифу. Он лишь неуверенно кивнул. — А у вас не будет проблем сверху? — Нет, что вы. Моё задание заключалось не в этом. Того, что мне нужно, здесь нет, — Лив отвернулась и пошла к машине. Сев в неё, она достала два браслета и снова посмотрела на них. Лив завела машину и одновременно набрала номер Бобби. — Привет, Бобби. — Лив, как ты? — Не знаю. Я только что нашла тело своей тети. — О боже, значит, девочка не пропала. Её убили. — Бобби, ей устроили похороны охотника. Я нашла соль, и тело подожгли. А ещё кто-то оставил цветы на теле. — Ты думаешь, это сделала твоя мать? — Не думаю, точнее, не одна. Мама не была охотницей, она не могла знать об этой традиции, но папа знал. Он приехал в этот город из-за демона. Эта тварь вселялась в людей и заставляла их делать ужасные вещи. Все жертвы твердили, что не делали ничего из сказанного, но улики говорили другое. Бобби, мама была одержима демоном, и отец понял это. — Но почему твоя мать и отец спрятали тело, а не сказали полиции? — Я тоже задала себе этот вопрос. Бобби, что, если демон в теле мамы убил Кэрролл Ланкастер? Папа успел спасти маму, изгнать демона… — Но не успел спасти младшую Ланкастер, — понял Бобби ход мыслей Лив. — И мама поняла, что её осудят за убийство сестры. Что, если она похоронила свою сестру, а потом подстроила свою пропажу и сбежала с папой, чтобы избежать тюрьмы? — Лив, это ужасно, но кажется единственным логичным раскладом ситуации. — Знаю, Боже, не за этим я приезжала сюда. Я всего лишь хотела найти семью, а не ужасную тайну. — Я понимаю тебя, Лив, и мне очень жаль. — Бобби, я всю жизнь винила свою маму из-за образа жизни, который она вела. Я не понимала, почему она не могла отказаться от охоты после смерти отца и жить нормальной жизнью. Так она жила, и у неё забрали эту жизнь, а потом забрали и папу. Она потеряла все и просто хотела защитить меня. — И у неё это вышло. Эмили может покоиться с миром, — Лив расплакалась, и ей уже было плевать, слышит её Бобби или нет. — Приезжай ко мне, Лив. Тебе нужно прийти в себя. — Спасибо, Бобби, но у меня ещё осталось незаконченное дело. *** Через несколько часов Лив вернулась в лес к тому самому дубу. Место было оцеплено полицией как возможное место преступления. Лив подошла к дереву и заглянула в яму, в которой уже не было тела, но стоило Лив просто закрыть глаза, и она видела его. Лив тяжело вздохнула и посмотрела на небо. — Я нашла тетю Кэрролл, мам. Мне жаль, что тебе пришлось пережить такое, — Лив закусила губу. — Мне так тебя не хватает. Так не хватает, — слеза потекла по щеке, но Лив сразу вытерла её рукой. — Я винила тебя так долго за ту жизнь, которой ты жила. Мам, почему ты мне всего не рассказала? — Лив зажмурила глаза и закрыла лицо руками. — Я не хочу такой жизни. Я хочу, чтобы этого всего не было! Я хочу тебя обратно! — С кем вы говорите? — Лив резко обернулась и увидела миссис Ланкастер. — Вы следили за мной? — спросила Лив. — Это место, где была похоронена моя дочь на протяжении двадцати восьми лет. Я хотела увидеть все своими глазами, — Лив кивнула и вытерла слезы. — А зачем вы сюда пришли? — Я… — начала Лив. — Прошу без лжи. Я прекрасно понимаю, что это не шериф нашёл мою дочь, а вы. Он слишком глуп, чтобы проделать подобное, — Лив смотрела на яму в земле и не могла поднять глаз. — А ещё нет никакой группы под названием «Ice&Rockets», точно так же, как и не существует никакого агента Сандерс. Так кто вы? — Лив подняла голову и посмотрела в глаза миссис Ланкастер. — Меня зовут Оливия. Оливия Эванс. Я… — Лив сглотнула и закусила губу. — Я дочь Эмили Ланкастер и Дэвида Эванса, ранее известного вам как Дэвид Эндрюс, — глаза Лив были мокрые от слез, а в горле был большой ком, который не давал ей дышать. — А вы моя бабушка, — миссис Ланкастер смотрела на Лив и не говорила ни слова. После двухминутного молчания вдруг раздался ее голос: — Ты очень похожа на неё. Глаза, нос, то, как ты хмуришься, кусаешь губы, когда нервничаешь, и заправляешь волосы за ухо. Но твоя улыбка принадлежит тому наглецу Дэвиду, — Лив улыбнулась. — Так вы сразу поняли? — Я думала, что схожу с ума, когда увидела тебя у себя на пороге. Но, услышав твой монолог, я во всем удостоверилась, — Лив шмыгнула носом, подошла ближе к своей бабушке и сказала: — Я вам все расскажу. Но нам понадобится что-то покрепче чая. *** Лив снова вошла в дом, в котором выросла ее мать, но только уже в другом статусе. Миссис Ланкастер молчала всю дорогу, пока Лив вела машину. Она лишь без остановки смотрела на Лив. Она изучала ее. Искала своих дочерей во взглядах, повадках Лив. Самой Лив было немного неловко, да и она понятия не имела, что собирается рассказать своей бабушке. Ей не хотелось пугать. Но миссис Ланкастер заслуживала правды. Лив бы хотела знать правду на ее месте, какой бы болезненной она ни была. — Этот виски ещё покупал мой муж. Я не пью, поэтому бутылка так и осталась лежать и пылиться, — миссис Ланкастер налила Лив. Лив залпом выпила все содержимое стакана. Она не любила пить, но сейчас ей хотелось хоть как-то себя успокоить. Миссис Ланкастер удивленно посмотрела на Лив и налила ей снова, и Лив снова выпила весь стакан залпом. Виски обжигал горло, но придавал ей смелости. — Я прошу вас внимательно меня слушать и не перебивать, каким бы абсурдным вам ни казалось сказанное, — миссис Ланкастер села и просто кивнула. — И лучше выпейте, — миссис Ланкастер нахмурила брови и покачала головой. — Ну, как хотите, — Лив закрыла глаза, тяжело вздохнула и начала: — Мир — это место намного опасней, чем вы можете себе представить. Здесь существуют всевозможные твари, про которых нам рассказывали страшные истории в детстве. Призраки, вампиры, оборотни, перевертыши, языческие боги, ведьмы, демоны и, возможно, ещё много чего другого. Лишь немногие знают об их существовании. И эти немногие борются с этими тварями, чтобы позволить ничего не подозревающим людям жить спокойной и долгой жизнью, — Лив сделала паузу, но не поднимала глаз со своего стакана. Она боялась посмотреть на свою бабушку, боялась, что она посчитает её сумасшедшей. Лив покачала головой. — Боже, всю жизнь мама и Джон твердили, что нельзя никому говорить об этом, — Лив говорила больше с самой собой, чем с миссис Ланкастер. Лив посмотрела на неё и закусила губу. — И вот я сижу здесь и рассказываю вам о том, о чем вам знать не стоит, — Лив не могла прочитать ничего по выражению своей бабушки. Оливия Ланкастер была слишком шокирована, чтобы её лицо выражало хоть какую-то эмоцию. — Так вот, эти немногие, кто знают об этих тварях и охотятся на них, их называют очень просто — охотниками. Как я сказала ранее, Дэвид не убивал ваших дочерей. Он был хорошим человеком и всегда помогал людям, не ожидая ничего взамен. Он был охотником. И в этот город его привела одна из тех тварей, о которых я говорила. Вы, может, помните о событиях, произошедших в 1977-м году. Много краж, разных махинаций, и все жертвы твердили одно, что не делали этого. Так вот, демоны имеют способность овладевать человеком. Они получают полный контроль над телом и разумом человека и могут делать с ним, что захотят. Так вот, мама, она была одержима. Я поняла это, когда встретилась с Амелией Паркерс. Она сказала, что увидела, как глаза мамы сверкнули чёрным. Это главный признак одержимости. Вы сами сказали, что она вела себя странно. Это потому что это была не ваша дочь. Скажите, у вас дома пахло серой? Часто ли мигал свет? У вас в гостиной стоит пустая птичья клетка. Дайте-ка угадаю, птица умерла как раз тогда, когда Эмили стала странно себя вести? — миссис Ланкастер удивленно посмотрела на Лив. — Откуда ты все это знаешь? — Потому что так происходит, когда рядом находится демон. Это настолько гнусные твари, что несут за собой большой поток негативной энергии, который может даже уничтожить все поголовье скота, просто проходя мимо. И я думаю, что папа, Дэвид, он пришёл к вам в ту ночь, потому что понял, что Эмили одержима. Он хотел изгнать демона из неё. — Как он понял, что в ней… демон? — Кристо, — выдала Лив. — Слыша это слово, их глаза так же чернеют, и так они проявляют себя. Также от взаимодействия со святой водой их кожа начинает дымиться, — миссис Ланкастер покачала головой и сказала: — Это полный бред. — Это реальность. — Реальность — это мертвое тело моей дочери под тем деревом, — миссис Ланкастер посмотрела на Лив. В её глазах Лив увидела боль и злость. Лив очень надеялась, что она злится не на неё. — Реальность — это правда о том, что с ней случилось на самом деле, — спокойно ответила Лив. — Я тоже не это ожидала найти, докопавшись до правды, и мне так же больно, как и вам, — миссис Ланкастер кивнула, и Лив продолжила: — Свидетель сказал, что видел Эмили и Кэрролл около городского магазина, и они ругались. Вы сказали, это было не похоже на них. И после этого разговора Кэрролл пропала. — Что ты хочешь сказать? — миссис Ланкастер в недоумении посмотрела на Лив. — Вы знаете, — с болью в голосе произнесла Лив. Миссис Ланкастер покачала головой. — Нет, Эмили бы никогда… она… — Это была не Эмили. Она не контролировала себя и, возможно, даже не помнила о том, что произошло, — глаза миссис Ланкастер наполнились слезами. Лив закусила губу до крови, потом взяла бутылку, налила себе в стакан виски и снова выпила залпом. На стакане остались следы крови. Лив, увидев это, лишь вытерла губу рукой. — Миссис Ланкастер, вы должны поверить, ведь если вы не поверите, то в моих последующих словах не будет никакого смысла, — миссис Ланкастер вытерла слезы рукой и внимательно посмотрела на Лив. — Продолжай. Я слушаю тебя. — Я не знаю, как точно все произошло, но демон убил Кэрролл раньше, чем мой отец успел изгнать его из мамы. Когда папа изгнал демона и мама пришла в себя, она поняла, что её осудят за убийство сестры, и она не хотела разбивать вам сердце и ломать свою жизнь. Поэтому Эмили и Дэвид сами похоронили её. Думаю, мама сама выбрала место под тем дубом. В дупле я нашла это, — Лив достала из кармана скомканный платок и положила его на стол. Лив развернула платок, и миссис Ланкастер увидела браслеты. Из глаз полились слёзы. Лив крепко сжала челюсть, чтобы ответить своей бабушке таким же потоком слез. — Эмили и Кэрролл сделали их, когда были совсем детьми, и не снимали их тех пор, — хриплым голосом сказала миссис Ланкастер. — Эмили и Дэвид старались похоронить её со всей заботой. Я знаю, это прозвучит странно, но у охотников принято сжигать тела. Это делается, чтобы охотник не превратился ни в одно существо после смерти, преимущественно в призрака. Кэрролл умерла насильственной смертью, и папа подумал, что её душа может быть неспокойна, и поэтому они посыпали тело солью и подожгли, — миссис Ланкастер закрыла глаза. — У охотников это считается честью, если тебя так хоронят. — Миссис Ланкастер облокотила голову об свою руку, пытаясь переварить всю сказанную информацию. — Но Эмили вернулась домой. Ты хочешь сказать, что она вернулась, похоронив Кэрролл? — Да, поэтому она так обняла вас и сказала, что любит. Мама знала, что больше не вернётся сюда. Она специально включила громко музыку, чтобы вы не слышали, как она переворачивает все в своей комнате и разбивает окно, чтобы подстроить своё похищение. Ей было нужно, чтобы все поверили в то, что она тоже пропала. А потом она сбежала с папой, и через несколько лет родилась я, — Лив посмотрела на свою бабушку. — Я не знала, почему мама назвала меня так, как назвала, да и не задумывалась, но вот оказывается зачем, — миссис Ланкастер улыбнулась, но Лив видела, что её все ещё что-то тревожит. — Что случилось с Эмили и Дэвидом? Как я понимаю, они тоже мертвы, — после двадцати восьми лет ожидания Оливии Ланкастер было несложно выговорить это предложение. Она все ещё ждала хоть какой-то информации о своих детях, но она не была глупа или наивна. Она не ждала чуда. Лив опустила голову и кивнула. Она старалась сдерживать слезы, но все было тщетно. Вдруг Лив почувствовала, как её бабушка положила свою руку поверх её. Лив резко подняла глаза и посмотрела на неё. — Успокойся, девочка моя, и расскажи мне, как все случилось. Я хочу знать. Я должна, — Лив кивнула. — Когда я родилась, мама хотела бросить охоту и жить нормальной жизнью, но охоту очень сложно бросить. Вот и папа не смог, обещал, что каждая следующая охота будет последней, и одна охота и стала последней. Для него. Его убили, когда мне было несколько месяцев от роду. Мама отправилась искать его, но нашла лишь его часть. — О боже! — вскрикнула миссис Ланкастер. Лив вспомнила Блэкуотер Ридж. Вспомнила, как узнала о том, что случилось с ее отцом, как вендиго забрал Дина, как она наконец-то убила эту тварь. — Мама же… — Лив замолчала, а перед глазами стали появляться картинки из прошлого: тот самый мотель, её мать, вампир, телефонная будка и слова Джона о смерти ее матери. — Простите, я никогда не рассказывала никому об этом. Я… — Лив покачала головой, вздохнула и начала: — Мама погибла через пятнадцать лет после того, как сбежала отсюда. Она вырастила меня. У нас не было дома из-за того, что мы часто переезжали из-за охоты. Мы оставались в мотелях и не задерживались нигде дольше месяца. Когда мне было десять лет, мама отправилась на охоту и как всегда оставила меня в мотеле одну. Она охотилась на гнездо вампиров. Она сказала мне, что убила всех. Мы поругались в этот вечер. Я хотела, чтобы мы бросили охоту и стали жить нормальной жизнью, но мама была непреклонна. Она отправила меня спать, а сама снова ушла. Обычно после охоты она часто шла в бар, — миссис Ланкастер посмотрела шокированным взглядом. — Не стоит осуждать её, с такой работой сложно не запить, просто поверьте мне. — Миссис Ланкастер лишь кивнула. — Я всегда крепко спала, маме приходилось по полчаса меня будить по утрам. А в ту ночь я услышала голоса. Женский и мужской. Голоса становились громче, и я проснулась. Я включила ночник и увидела мужчину в комнате. Я не успела ничего сказать или сделать, как он оказался у меня за спиной. Он укусил меня и выпил немало крови. Отсюда у меня шрам от его клыков на шее, — Лив убрала свои волосы и показала шею. Её бабушка посмотрела на шею Лив и увидела не только это, но и не до конца заживший шрам в виде длинной полоски. — Это был вампир, единственный, кто выжил из гнезда. Он хотел убить меня и оставить маму в живых, чтобы она знала, что такое потерять семью. Но мама набросилась на него, и он на секунду выпустил меня. Мама крикнула мне, чтобы я бежала и не оборачивалась. Я так и сделала, — тихо сказала Лив. Ее взгляд был отдалённым. Она чувствовала себя не на кухне своей бабушки, а в том самом мотеле. — Не знаю, сколько я бежала, но остановилась у будки и позвонила человеку, чей номер видела последним. Джону Винчестеру. Он приехал со своим сыном Дином. Джон вернулся в наш номер, и мама была ещё жива. Она попросила Джона защитить меня. Она заставила его поклясться и, умирая, она дала ему это, — Лив показала браслет на своей руке. — Этот браслет, который вы видели уже, его папа сделал для мамы. Каждый брелок — это какой-то символ защиты от нечисти. Кстати, та самая пентаграмма — это знак защиты от демонов, — Лив положила руку на стол и продолжила: — Когда Джон вернулся, он сказал, что мама… — Лив не договорила и посмотрела на свою бабушку. — Она спасла мне жизнь. Благодаря ей я жива. Говорят, раны заживают, но это не то, что когда-то заживет. — Послушай меня, я бы сделала то же самое для своих дочек. Любая мать сделает все, чтобы защитить своё дитя. — А как же мне жить, зная, что она отдала свою жизнь, чтобы спасти меня? — Просто жить. Как можно дольше, — миссис Ланкастер искренне улыбнулась Лив. — Что стало потом? Ведь тебе было лишь десять лет! — Потом Джон устроил маме самые настоящие охотничьи похороны, забрал меня под своё крыло и воспитывал со своими сыновьями Дином и Сэмом. Я уже тринадцать лет живу с ними, и Джон стал мне как отец, а Дин и Сэм братьями. Я обрела семью, мало кому достаётся такой шанс во второй раз. Хотя мне, кажется, повезло и в третий раз, — Лив взяла руку своей бабушки и сжала ее. Миссис Ланкастер сжала её в ответ. Но что-то не давало ей покоя, и она посмотрела на Лив и спросила: — Лив, этот Джон, он тоже охотник? — Лив кивнула. Миссис Ланкастер сильно расстроилась, услышав это. После всего рассказанного Лив она хотела, чтобы жизнь её внучки была в безопасности. — Он учил нас охотиться, всех троих. В двенадцать я умела переплавлять серебро в пули, в пятнадцать уже могла стрелять в любые движущиеся предметы, в семнадцать — метать ножи, и лучше я остановлюсь перечислять, — сказала Лив, увидев взгляд своей бабушки. — Это ведь не жизнь! Тебя растили, как какого-то солдата! Ты ведь была ребёнком! — Охотники не бывают детьми, — Лив посмотрела на свою бабушку. Миссис Ланкастер покачала головой и спросила: — И ты хочешь такой жизни? — Я не знаю, — Лив сказала правду. Жить так до конца жизни она не могла, но и бросить все сейчас была не готова. — Ты можешь остаться здесь, со мной, — глаза Лив загорелись, она не могла поверить в услышанное. — Миссис Лан… — Бабушка, называй меня бабушка,  — Лив кивнула и продолжила: — Бабушка, я не могу… я не могу оставить Сэма и Дина, — Лив хотела бы остаться со своей бабушкой и жить спокойной жизнью, но не сможет, пока не будет знать, что Дин и Сэм будут в безопасности так же, как и она. — Дин сейчас на охоте, и он может быть в опасности, так же, как и Сэм. — Ты переживаешь за них, — Лив кивнула. — Они моя семья, и я люблю их. Я не могу их потерять. Я вообще больше никого не могу потерять. — Что ж, тогда езжай к Дину, помоги ему, — Лив улыбнулась. — Но знай, Оливия Эванс, что у тебя всегда есть дом, куда ты можешь вернуться, — Лив встала со стула обняла свою бабушку. — Спасибо. Для меня эти слова значат очень много, — Лив достала телефон и посмотрела на бабушку. — Мне нужно позвонить, — миссис Ланкастер кивнула и Лив вышла с кухни. Лив набрала номер Дина и стала слушать гудки. — Лив? — Дин, как ты? — Все хорошо, меня чуть не принесли в жертву, но мы убили этого бога. — Мы? — удивилась Лив. — Да, Сэм решил вернуться, — Лив улыбнулась. — Я безумно рада. — Я тоже, Лив. Как у тебя дела? Все в порядке? — Да, я все ещё в Висконсине. Сможете заехать за мной? — Ты хочешь вернуться к нам? — спросил Дин удивленно. — Если ты не против, — Лив вспомнила холодное отношение Дина к себе и подумала о том, что, может, Дин не хочет этого. — Я не хочу быть обузой, Дин, и если ты не хочешь, чтобы я вернулась, то просто скажи мне. Будь честен со мной. — Я буду через пять часов. Скинь адрес, — выдал Дин. — Хорошо, — Лив положила трубку и приложила телефон к губам. — Все хорошо? — миссис Ланкастер зашла в гостиную и подошла к Лив. Она не хотела подслушивать, но услышала последние слова Лив. — Да, да, конечно. Они приедут через  пять часов. Но, зная Дина, может, даже быстрее, — ответила Лив. Лив быстро убрала задумчивую гримасу с лица и улыбнулась бабушке. Миссис Ланкастер показалось, что перед ней снова стоит ее дочка, но теперь младшая. Кэрролл точно так же вела себя, когда что-то тревожило ее и она не хотела говорить об этом. Точно так же Кэрролл вела себя в последние дни её жизни. — Значит, у нас с тобой остались последние часов пять, — Лив кивнула. — Я сделаю нам поесть, а ты расскажи мне побольше про Дина и Сэма, — миссис Ланкастер тепло улыбнулась и коснулась щеки Лив. Она потеряла своих дочерей, но она видит их в Лив. Они живут в каждом её вздохе.