Lifehack: Help, Tips and Guidance how to improve all aspects of your life

В то, что это ночной кошмар Брок верит сразу и безоговорочно, потому что в этом мире мертвые не возвращаются, не стоят у кровати немым укором, не глядят сверху вниз слепыми глазами, между которыми темнеет аккуратная дырочка, окаймленная запекшейся кровью. - Джек? – хрипит Рамлоу, не узнавая собственный голос. Нет, он не ждет, что разомкнутся слепленные сухие губы. А может, ждет и боится. – Джеки, дружище, ну что же ты? - Командир! – шепот окатывает ледяной волной, от него у Брока вся кожа покрывается мурашками. Потому что скучал, давно не слышал, но помнит, мать его, помнит! - Я теперь ничей командир, Джеки-бой, сам по себе. - Командир… - Пошел ты, Роллинз. Иди нахуй со своим «командир», слышишь? – Рамлоу просыпается от собственного всхлипа, вытирает краем простыни мокрое лицо и идет в ванную. В беспощадном холодном свете из зеркала на него смотрит незнакомец с больными глазами. Впалые щеки покрыты темной щетиной, губы кривятся в привычной ухмылке, словно приклеенной к лицу, насквозь фальшивой. Он умывается ледяной водой, не глядя больше на собственное отражение, выходит в коридор и спускается по лестнице вниз. Добротные ступени не смеют даже скрипнуть под его весом. Ротвейлер поднимает лобастую голову от подстилки, ворчит, выговаривая за потревоженный сон. Брок устало цыкает в его сторону, подхватывает с вешалки толстовку и аккуратно прикрывает за собой входную дверь. На улице еще темно и свежо в предвкушении скорой осени. Подушка кресла оказывается неприятно влажной, но сейчас Рамлоу плевать на комфорт собственной задницы. Зажигалка в дрожащих руках ходит ходуном, и прикурить получается не сразу, но с первой же затяжкой немного отпускает. Брок откидывается на спинку, оказываясь лицом к лицу с мерцающими на черном небосводе звездами. Их хищный блеск завораживает и тревожит, но оторваться невозможно. Рамлоу катает сладкий дым во рту и тонкой струйкой выпускает вверх. В голове не единой мысли, только перекати-полем, глухим непрошеным эхом звучит треклятое «командир». Джек не снился ему с тех пор, как… Да никогда он ему не снился! Пока служили вместе, с утра до ночи друг другу глаза мозолили, порой друг от друга блевать хотелось: вместе жрать, вместе ссать, на тренировки и в бой, как гребаные сиамские близнецы. А после… Первое время звал ведь, выл в подушку, а свиделись только этой ночью. К добру ли, к худу – Брок в душе не ебал. Вспомнился накануне, вот и пришел. Дверь за его спиной приглушенно хлопает и на голые ноги ложится теплый колючий плед. - Чего выперся, Роджерс? – рявкает Рамлоу чуть грубее, чем надо бы. Стив ничего не говорит, жмет своими умопомрачительными плечами, спрятанными под свитер, садится по-турецки на покрытые лаком доски и устраивает ледяные ступни Брока на своем бедре. - Ладно, я в норме. Пошли в дом, принцесса! – спустя полчаса выдает Рамлоу. - Я не замерз, Брок. Можем посидеть еще, если тебе так нужно. - Хватит на сегодня пиздостраданий, детка. Я… не люблю я этого соплежуйства, с маленького таким не был и к старости не собираюсь расклеиваться. – Ежась от холода, он на цыпочках прыгает до двери и ныряет в дом. Стив следует за ним, на ходу складывая плед. - Чай? - Виски на два пальца без льда, и я в раю. Стив по-хозяйски достает с полки бара увесистую бутылку, уверенно плескает в тяжелый стакан янтарную жидкость и подает Рамлоу. - Составишь компанию? – Брок салютует бокалом и плюхается на диван. - Поставлю чайник, а ты пей. Терпкий напиток жжет язык, скользит в горло как надо, разливается по внутренностям жидким огнем. Когда Стив возвращается из кухни с дымящейся чашкой, Рамлоу уже спит, откинувшись на спинку и вытянув жилистые ноги под журнальный столик. Роджерс забирает стакан из безвольных пальцев, не преминув ласково погладить их, и устраивается рядом. В десять утра их обоих будит Джеки, громогласно заявляющий, что пора бы и пожрать. - Ебаный в рот, принцесса, чего до кровати-то меня не допинал? – Брок морщится, разминая затекшую спину. - Не хотел будить! – Стиву тоже не легче, ведь диван на его рост и вес не рассчитан. Шея неприятно похрустывает, он вертит головой из стороны в сторону, наклоняет то к одному плечу, то к другому. - И теперь мы оба расплачиваемся за твою сердобольность! – Рамлоу ворчит скорее по привычке, не зло. - У всего есть цена, ага! – соглашается Роджерс. – Кстати, насчет цены. Я бы хотел взглянуть на содержимое твоего сарая сегодня. От одной только мысли о том, что он получит взамен, у Брока моментально проходит поясница. И шея. И саднящее горло, о котором Стиву знать совершенно необязательно. - Воот, значит, как, златовласка? – тянет он с такой интонацией, что щеки соседа покрываются румянцем. – Да я, блядь, хоть сейчас! Прямо вот и пошли! - Уймись и, для начала, сходи хотя бы в душ. На сарай я взгляну вечером, мне сегодня еще снимать. - Душ-фигуш! Зануда ты, Стиви! – бурчит Рамлоу по пути к лестнице и, поднявшись на пару ступенек, оборачивается с хитрой ухмылкой во все лицо, только что щеки не трещат. – Вечером сарай, а ночью твоя сладкая задница будет моей! Роджерс закатывает глаза и несет на кухню грязную чашку и бокал. «Всем моим зрителям добрый день. С вами снова Стивен, и сегодня я планирую всерьез заняться обшивкой стен в кухне и гостиной. Для внутренней отделки я выбрал евровагонку «Штиль». Как вы видите, этот сорт лишен фаски, и швы между планками будут совсем незаметны. Думаю, что в покрашенном виде стены будут смотреться идеально, какой бы цвет я не выбрал. Работы сегодня предстоит много, так что я приступаю. А вы оставайтесь со мной!». Воздух в гостиной напоен терпким ароматом дерева. Мелкая древесная пыль золотится в солнечных лучах, пронизывающих комнату, нимбом дрожит вокруг головы Роджерса. Что за мудацкое сравнение? Ох, блядь, какой еще, нахер, нимб? Привалившись к дверному косяку, Брок облизывает взглядом напряженные бицепсы, влажную от пота шею, крепкую задницу в рабочем комбинезоне, пока Стив, почувствовав чужое присутствие, не оборачивается. Да уж, улыбка у солдатика что надо, не сравнить с той дежурной, которую Рамлоу заработал в их первую встречу. Брок скалится в ответ и трясет бумажным пакетом. - Еду принес! - Пообедаешь со мной? – Стив тут же откладывает в сторону рулетку и машинально пихает карандаш за ухо, отчего вмиг становится похож на героя горячей порнушки. От неуместных фантазий в паху заинтересованно дергается, Брок закусывает губу и с сожалением хмурит брови: - Прости, детка, сегодня не получится. - Уезжаешь? – тут Роджерс, наконец, окидывает его взглядом, отмечая рыжую кожанку, приличные на вид джинсы и мягкие мокасины. - Догадливый. Дела зовут, вечером у меня встреча в городе, на сколько затянется – хуй знает. Переночую в мотеле, а завтра домой. Наверное, разочарование и какая-то детская обида слишком ярко проступают на лице Стива, потому что Рамлоу тут же оказывается близко, ловит за подбородок, не давая смущенно увернуться. - Эй, принцесса, да ты и не заметишь, что меня нет. Будешь ведь ебашить до ночи, а потом вырубишься и хорошо если не здесь прямо на полу. – Он трется носом о нос соседа, жадно кусает пухлую нижнюю губу, отчетливо ощущая во рту вкус дерева. - Можно подумать, я и пары минут без тебя прожить не смогу! – ворчит Роджерс. – Как-то ведь раньше справлялся! Он старательно не пускает в голос панику, которая вдруг совершенно иррационально захлестывает его с головой. - Справлялся он! Видел я, как ты справлялся. Ну да ладно, Джеки за тобой присмотрит. Пожрать ему дать не забудь, лады? – Брок нехотя отстраняется. – Если что, я всегда на связи. - Принято! Езжай уже, дай поработать. – Стив отворачивается и включает электрорубанок.