Lifehack: Help, Tips and Guidance how to improve all aspects of your life

Выбираться в город Брок откровенно не любит: меньше светишься – меньше проблем на свою жопу. Конечно, перебравшись сюда, он не избежал визита местного шефа полиции. Тот явился, сверкая значком, словно универсальным пропуском. Рамлоу, конечно, сделал вид, что впечатлен его шляпой, острыми носами ковбойских сапог и кожаной кобурой, из которой выглядывала рукоять банального Зауэра. А потом продемонстрировал свой арсенал (по крайней мере то, на что у него было официальное разрешение) и ясно дал понять, что в пределах забора, огораживающего участок, непрошеных гостей он не потерпит. Шеф выпил предложенную бутылочку холодного пива и ретировался, а с тех пор и носа на Брокову собственность не казал. В городе, никуда не денешься, пересекались волей-неволей, при встрече руки жали и разбегались в разные стороны. В едва освещенном и насквозь прокуренном помещении бара Лэнга он едва замечает. Тот сидит за самым дальним столиком в углу у сортира и имеет вид весьма подозрительный в этой своей толстовке с капюшоном, натянутым до самого носа. - Скотти, ты прихуел? – орет Брок, падая на шаткий табурет и тут же вляпывась локтем в липкую лужу подсыхающего пива. – Какого хера в ебаных мстителей играешь? Он тянет капюшон с головы сидящего напротив мужчины и начинает ржать. Физиономию Лэнга украшает весьма себе созревший до сине-фиолетового цвета фингал под глазом. - Кто ж тебя так уделал, детка? - Пошел в жопу, Рамлоу! – вместо ответа огрызается Скотт и отправляет в себя которую по счету порцию дешманского вискаря. - Узнаю руку Хэнка. Что на этот раз? - Не твое собачье дело. Мне этой красотой еще пару недель светить, по твоим, между прочим, делам в Техас мотаться в непрезентабельном виде. – Лэнг машет официантке повторить, но Брок тут же перехватывает его руку. - Слыш, завязывай, я тут вроде не на свиданку с тобой приехал. Товар у тебя? - Все как договорились, Брок, обижаешь! Разве я когда-нибудь… - Ладно-ладно, Скотти, я помню, что мне с тобой несказанно повезло. Комиссионные, как обычно, скину на твой счет. Теперь по Техасу… В какой момент начинается заварушка, Рамлоу не успевает уловить. Он только слышит пьяный рев со стороны исчирканного киями бильярдного стола, а потом ему прилетает бутылкой в спину. Не по голове приласкали, и то хорошо! Инстинкты срабатывают раньше мыслей, и вот Брок уже уворачивается от чьего-то пудового кулачищи, летящего прямо в морду. Такой бы челюсть точно свернул. Краем глаза Рамлоу видит метнувшегося к двери черного хода Лэнга – воистину, спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Кажется, как обычно, выгребать придется самому. Тем временем вечеринка в баре набирает обороты. Заткнуть чертов музыкальный аппарат, наигрывающий веселую мелодию в кантри стиле, никто не догадался, и вся ситуация в этом музыкальном сопровождении начинает выглядеть как дурацкое кино. Такие мысли мелькают в голове Брока, пока он, вырубив особо драчливого громилу, пробирается на выход. Не слишком успешно, надо сказать, потому что тут как в детской настольной игре: вы попали в ловушку тролля под мостом (читай, жирного мудилы с кастетом, возомнившим себя кунг-фу пандой, не иначе), сделайте три шага назад. С азартом мутузящая друг друга толпа теснит Рамлоу и еще пару адекватных мужиков к барной стойке. - Да какого ж хера? – взрывается Брок, зло скалясь. Все его планы идут по пизде. За товаром придется гнать неизвестно куда, где эта крыса Лэнг рискнет его, Рамлоу, дождаться. А если нагрянут копы, то всех заметут под одну гребенку и разбираться не станут. Тогда раньше завтрашнего вечера к кукующему наедине с Джеки Роджерсу он не вернется. - Валим отсюда! – рявкает он подвернувшемуся под руку товарищу по несчастью. – Нехуй тут ловить! Тот, увернувшись от очередного шального удара, коротко кивает, со всей дури бьет нарисовавшегося перед ним молодчика прямо по коленной чашечке и ныряет в образовавшуюся брешь. Противный хруст кости, который Брок то ли расслышал, то ли додумал, все еще звучит у него в ушах, когда ошалелые, разгоряченные дракой люди неожиданно заканчиваются и начинается свобода. Они стоят на заплеванном пятачке в желтом световом круге лампочки, сияющей над дверью черного хода как фонарик у самой пасти глубоководной рыбы-монстра. Парень, которого Рамлоу толком и не разглядел в суматохе драки, стягивает растрепанные волосы в хвост, сверкая рассеченными костяшками рук. На его лице стынет странное выражение равнодушия и абсолютного спокойствия, только глаза, серо-голубые ледышки будто светятся холодным призрачным светом. Брок мотает головой, отгоняя наваждение. - Порядок? – тем временем хрипло спрашивает парень и словно оживает. - Порядок! – отвечает Рамлоу, наблюдая как ледяная маска сползает, обнажая вполне себе приличную физиономию с темными кругами под глазами (а у кого сейчас их нет?), небритыми щеками и упрямым подбородком. – Сейчас здесь будут копы, надо уходить, если ты не планируешь отоспаться в обезьяннике. И словно в подтверждение его слов по тихой улице прокатывается пронзительная сирена. В узком проулке она отдается звонким эхом, бьет по ушам, и Брок невольно морщится. - Я не планирую, есть другие дела! – усмехается недавний знакомец. - У меня, блядь, тоже. По крайней мере, были! Су-уки! – Рамлоу от души сплевывает на каменную ступеньку. – Ну, чего стоим? Кого ждем? Они позволяют себе отдышаться через пару улиц от злополучного бара в небольшом сквере, затененном раскидистыми ивами. - Охуеть вечерок! – выдает Брок и хлопает себя по карманам в поисках телефона, который, естественно, остался на зарядке в машине. У бара. У гребаного мудацкого бара. - И часто здесь так народ развлекается? – парень садится рядом и принимается сосредоточенно перематывать разбитые руки носовым платком. - Хер знает, я в городе раз в пятилетку бываю. - Джеймс. - Брок. Вот и познакомились. Спасибо, кстати. Ты тому ублюдку поди ногу сломал? Джеймс пожимает плечами, мол, сам виноват. - Не видел тебя раньше. - А я только приехал. Сослуживца своего ищу. Стивен Роджерс, не знаешь такого? Вроде тоже недавно перебрался в эти края. Брок хмурится для вида, покусывает нижнюю губу и выдает: - Не-а, не слышал. Тут по окраине частные дома разбросаны, со всеми не перезнакомишься. – Хер знает, кто такой, явился - не запылился. Ни про какого Джеймса Роджерс ему ни разу не говорил. - Жаль, - произносит парень, помолчав. Бросив быстрый взгляд на его лицо, Рамлоу понимает, что Джеймсу действительно, по-настоящему жаль. - Сам откуда? – уходить Брок не торопится, решив разузнать о «сослуживце» побольше. На всякий случай, мало ли что. Парень молчит, потому что рот у него оказывается занят узелком платка, и Рамлоу не выдерживает, бурчит: «Давай помогу!» и тянет руку на себя. Костяшки ссажены довольно сильно, левая кисть вообще припухла. - Тебе бы врачу показаться, вдруг перелом! – Брок наскоро ощупывает обе руки, но ничего критичного не обнаруживает и туго заматывает все еще кровоточащие раны. Джеймс едва заметно морщится, но не издает ни звука. - Сам-то случаем не врач? - А что, блядь, похож? – скалится Рамлоу, вытаскивает из кармана сигареты, но не находит зажигалку, матерится вполголоса и запихивает пачку обратно. - Ну, разве что на пластического хирурга, - Джеймс улыбается в ответ, отчего его лицо словно оживает, скидывая разом годков десять не меньше. - Ага, и что по-твоему я тут забыл? Хорошие пластические хирурги в Майами бабам губы да сиськи силиконом накачивают. Так что, либо я - херовый хирург, либо, мальчик, ты ошибся. - Херовый или нет, а за перевязку спасибо! – Джеймс поднимается на ноги, но лишь затем, чтобы аккуратно двумя пальцами извлечь из кармана джинсов зажигалку. – Сигаретой не угостишь? Прикурив, оба с наслаждением выпускают в воздух ароматный крепкий дым. Полицейские сирены смолкают, и Брок прикидывает, сколько времени потребуется копам, чтобы развезти всех участников драки в местное отделение. Через час вполне можно будет вернуться к бару и забрать тачку. - Я из Нью-Йорка. Три месяца как на гражданке. Вот решил разыскать старых знакомых, с кем по службе пересекался. - Где служил? - Да везде понемногу, - Джеймс тушит скуренную до фильтра сигарету о край урны рядом со скамейкой и устало трет лоб. – Побросало по горячим точкам, наелся, больше не хочу. - А в эту глухомань, значит, сунулся с другом повидаться? - Я… - парень вскидывается, отчего растянутая резинка сползает с волос, и те рассыпаются по плечам. – Да, с другом. – Он опускает голову, скрываясь за темными прядями, словно за ширмой. - Что, такой хороший друг? – Рамлоу щелчком отправляет окурок дотлевать в высокую влажную от росы траву. Он чувствует себя странно, будто играет в какую-то игру, забив на правила. И от этого гадко и мерзко где-то внутри. Брок знает, что назови он пацана «Баки», так выбьет десять из десяти, но язык не поворачивается. - Был хороший, а сейчас не знаю. Три года не виделись. - Так может и искать не надо? – заткнуть бы рот, да нечем. - Не надо? – Джеймс запускает ладонь в волосы, проводит по всей длине, с силой тянет и улыбается. Так, как раньше улыбался Стив – одними губами, а в глазах… - Хуй знает, тебе решать – огрызается Брок и поднимается на ноги. - Давай-ка попробуем выцепить мою тачку, у меня сотовый в ней валяется. Тебя, кстати, подбросить куда? - До мотеля, хотя тут недалеко, могу и прогуляться. - Кончай, блядь, сказал же, что подвезу! У бара ожидаемо тихо: ни копов, ни драчунов. Рамлоу садится в машину и тут же проверяет сотовый, на котором пара пропущенных от Лэнга да и только. Джеймс «Баки» забирается на пассажирское. - Ну, погнали что ли! - десятью минутами спустя Брок высаживает его на стоянке и с ревом срывается с места, стоит Джеймсу захлопнуть дверь. К списку дел кроме вылавливания ебаного дезертира Лэнга он добавляет несколько очень важных звонков. К утру следующего дня у Брока есть имя и краткое досье на некоего Джеймса Бьюкенена Барнса. Снайпер-диверсант, цепной пес полковника Николаса «Мудилы» Фьюри. В отставке. Возраст, рост, вес, сведения о членах семьи, судимости (отсутствуют), сомнительные связи (отсутствуют), постоянная работа (отсутствует), данные медкарты. Исчерпывающе, ничего не скажешь, и придраться особо не к чему. «Вот дерьмо!» - зло цедит Рамлоу и выбирается из машины, в которой провел остаток ночи, на пыльную обочину. В пачке обнаруживается последняя сигарета, измятая, как и физиономия Брока, а в кармане куртки – чужая зажигалка. Он крутит ее в руках, и та тусклой медью отблескивает в лучах восходящего солнца. Во весь корпус выгравирована и залита алой эмалью пятиконечная звезда.