Чудес не бывает... А вдруг?

Ветер не стих и мир за окном не изменился. Никакие письма из сказочных миров не способны изменить это. Даже если это письмо принесла свирепого вида сова с манерами ворчливого добродушного пса. Даже когда это письмо оформлено, как в фильме. И даже написано явно от руки. И суть его – приглашение в сказочный мир. Мол, магия есть, и в тебе и рядом, надо только сделать шаг, найти дверь в лето или портал в Страну Чудес и всё будет. Там замечательно, так что-то особенное будет в тебе. Приключения, творения, бурная фантазийная жизнь. Так что давай, подрывайся, бери плащ и вперёд по квесту. Вот тебе первое задание: отыскать магию прямо вот в своей повседневности, аки Белого Кролика и мчаться за ним, и рухнуть в колодец, и выпасть уже в ином совсем мире, в котором ты пригодишься. Потому что этому ты такой красивый мрачный волшебный не сдался вовсе. И ты это понимаешь, и мир это понимает, и все взаимно друг без друга чудесным образом обойдётесь. Тебе не нужен мир, в котором всё достало, миру не нужен ты, который уже слишком усталый, чтобы как-то подпитывать мир. А в кредит повседневность ресурсы не отпускает. Да и говорит, мол, да не нужен ты со своим потенциалом и магией тут такой. Это несъедобно. Иди уже отсюда. И ты готов идти, понять бы, куда. Волшебные письма не приходят просто так. Пусть даже это рассылка сродни приглашениям на концерты, семинары или забег. Разница есть. Волшебные письма с приглашением, а ну давай-ка сюда подразумевают нечто большее. Приняв это приглашение, ты знаешь, что совсем не обязательно возвращаться назад. Это не разновидность туризма. Это иммиграция с перерождением в комплекте, этаким фениксом со старой памятью и новыми силами. Ты в любом случае не вернёшься назад, даже если по каким-то законам другого мира и будешь в этот, который покинул, заглядывать. Это будешь уже не ты. Ты изменишься. О тебе прошлом останется какая-то смутная память о тебе прежнем. И к ней ты будешь возвращаться, как возвращаются к могилам родных людей. С каждым годом всё реже. И вся тоска, боль, привязанности, послушные закону сохранения энергии, станут памятью о них. Уже не больно, не обидно и не грустно. Ты просто помнишь, что тому, о ком ты вспоминаешь, было невыносимо больно, обидно и грустно, и он не смог с этим жить. И миру, где он был, он такой стал потрясающе не нужен. Иначе фиг бы он помер. И ты единственный, кто об этом покойнике сожалеет. Вздохнул и дальше пошёл. На поиски магии вот прямо всерьёз не выходят просто так. Даже если сперва это кажется безумием, сном, игрой. Способом отвлечься. На сознательный поиск отправляются тогда, когда осознают, что уже ничего не теряют, даже себя. Всё уже того, утрачено. Этакая ментальная кома, валяется нечто-то под аппаратом, что-то вроде овоща, который даже есть никто не хочет. Поиск магии начинается с себя. Это и есть тот самый ключ. Письмо из сказки приходит тогда, когда магия – это последнее, что в тебе осталось. Последний свет. Свет, до которого дела нет твоему текущему миру. И который не заинтересован тебя, оставшегося только вот с этим сберечь. Ты бесполезен ему. Безвкусен. А сказочному – вполне подойдёшь. Да, вот на таких основах. И ты делаешь шаг. Ещё один. Мир повседневный отвешивает тебе пинком ускорение в новую жизнь, мол, вали уже быстрее. И ты сваливаешь. Там ты нужен. Здесь – нет. Волшебное приглашение с совой и завитушками приходит тогда, когда от тебя только волшебство твоё и осталось. Это не привилегия, в сущности, а простой такой закон сохранения энергии. И, собрав свою волшебность в узелок, ты выходишь и следуешь за Белым Кроликом. Который уже пару сотен кругов навернул вокруг тебя, терпеливо ожидая, когда наконец ты пошлёшь свою повседневность и просто поверишь… Просто заметишь. Просто поймёшь, что пора. И сделаешь шаг. И ещё. И побежишь за своим Белым Кроликом.