like no one else

***

только посмотрите какие у меня продуманные названия частей получились, красота. а еще этот фик существует благодаря вашим отзывам. фик должен был закончится на этой части, кстати, но что-то пошло не так

 — Поделись секретом, — Рюджин пихает Хенджина под ребра. Она пристально смотрит в дальний угол, где Минхо в шикарной рубашке и плотно обтягивающих джинсах, очаровывает болтовней малолетних сплетниц и Чжинена. — Точнее двумя. Первый, ты снова ему заплатил за посещение этого не очень культурного сборища наших приятелей? И второе, какого хрена ты ныкаешься по закоулкам? Твоего Минхо уведут за пять секунд! Хныкать и сокрушаться у Хенджина выходит мастерски. И пускай кто-то скажет, что это драма на пустом месте. Как бы не так! Да, чтобы привести Минхо на вечеринку, где «никак нельзя появляться одному», пришлось расстаться с хорошей суммой и закупиться кошачьим кормом на месяц. Хенджин собирался еще пару когтеточек принести, но Минхо пригрозил, что «еще одна покупка, милый, и ты сам будешь этот корм есть!». В общем, чрезмерную заботу этот многодетный отец-одиночка не принимал. Хотя пробивающиеся ласковые словечки выдавали положительное отношение и благодарность. За два месяца их общения и, если можно было так сказать, «деловых отношений», даже удалось добиться невероятного — Минхо изменил подпись в телефоне с «длинноногий глист» на «глист-красавчик». Хенджин уже верил, что это любовь. — Ну так, что? — привычные кривляния приятеля Рюджин не впечатляли. Кажется, она действительно переживала за судьбу парочки. Ну и в некотором роде сама успела подружиться с Минхо. Странно, но почему-то они поладили буквально за пять минут и потом прожужжали все уши Хенджину о том «какие у тебя классные друзья, интересно, почему ты такой лошара». — Я здесь, потому что Минхо запретил подходить. Он в машине наорал на меня и сказал, что я не могу постоянно таскать его с собой и заставлять… Ну… Изображать человека его круга. Пожав плечами, Рюджин кивает: — Это логично. Хотя он достаточно образованный. Я не уверена, что ему прямо-таки приходится напрягаться, в общении, например, с Чжиненом. Блин. Друзья классные, соглашается Хенджин, вот это ж надо уметь в одном предложении намекнуть, что Минхо весь такой прекрасный и умный, и ему, Хенджину, теперь приходится давиться от ревности. — Ладно, я иду к нему! Всем разойтись, лев вышел на охоту… — Давно пора, — ржет Рюджин. — Смотри там, не распугай всех своим рыком. Лев. Приходится ускорить шаг, чтобы не растерять уверенность в себе и своем пафосном очаровании. Искусно лавируя между беседующих приятелей и подруг, Хенджин вклинивается в кружок, бесцеремонно закидывая лапу на талию Минхо. Гневный взгляд Минхо прямо говорит, как сильно его раздражают выходки такого рода. А Чжинен прикрывает усмешку аккуратной белой чашечкой. Какие все интеллигенты, аж хочется проматериться от души. Выпустить пар. Но Хенджин выбирает другую тактику. Она срабатывала уже несколько раз, поэтому и сейчас должно все получится. Возможно, его даже не покалечат за наглое обжимание на людях. Покрепче перехватив Минхо, Хенджин с нежностью заглядывает в его лицо, а после непререкаемым тоном сообщает собравшимся: — Я пришел, чтобы украсть у вас это чудо. Надеюсь, не прервал на каком-то особенно важном диалоге? Красные уши Минхо и его расплывшаяся в улыбке мордочка, говорят о том, что уловка сработала. Чжинен делает небольшой глоточек чая. — Разве ты еще раньше не украл его у всех-всех нас? Мне казалось, вас не разлучить. — Чжинен, перестань говорить эти книжные глупости, пожалуйста, мы не в романе, — тут же просит Минхо. Ему очень неловко, зато Хенджин красуется вовсю, быстро принимая правила «светской беседы». — Именно это я и хочу исправить. Что ж, было приятно пообщаться. Идем, Минхо? Это откровенно тупо, увозить Минхо прямо посреди вечеринки. К машине их провожает Рюджин, которая очень тепло прощается с Минхо и просит: — Давай как-то без шумной толпы и его напыщенных коллег поболтаем, обещаешь? А ты, великий завоеватель, найди в своем суперзанятом расписании вечерок для нас? После всех оскорблений вечера, Хенджин уже и не спорит. Но справедливости ради напоминает: — Да я для вас двоих всегда свободен. В машине Минхо устраивается на переднем сидении. Он позволяет пристегнуть себя, почему-то спокойно принимая чужое внимание. А на вопрос нужно ли ему возвращаться домой, тихо отвечает, что никуда не спешит. Романтического плана на предстоящую ночь Хенджин не строил. Ему главное было вытащить Минхо и остаться с ним вдвоем. Что делать и о чем говорить неясно. Атмосфера как-то не располагает к бессмысленным диалогам. Минхо находит на радио сопливые песни и подпевает некоторые строчки. Через пару светофоров нужно будет свернуть, заехать в мрачную, менее освещенную улицу. Отдаленную от центра и модных новостроев часть города. Нужно отвезти Минхо домой. Безумно не хочется расставаться с ним, ведь, кажется, он не согласится на очередной выход в качестве сопровождающего. Разве что по просьбе Рюджин, но и то слабая надежда. Вдавливая педали, Хенджин сворачивает влево. Это совсем не та сторона, что надо, но так он удлинит их путь еще минут на десять. Просто, чтобы побыть вместе. — Ты не собираешься везти меня домой? — сразу же замечает Минхо. — Я… случайно. Не туда руль крутанул. — Хмм. Хмыкает Минхо все также презрительно. А вместе с тем кладет ладошку на хенджиново колено. И медленно, осторожно ведет выше, заставляя мысли в голове лихорадочно скакать от одной к другой. Это что еще происходит? Хенджин бы быстрее поверил в возрождение динозавров, чем в то, что Минхо сейчас сжимает его бедро и наклоняется, щекоча дыханием шею: — Хочешь побыть со мной дольше? Или хочешь отвезти куда-то, чтобы никто не мешал? Так. Хенджин скидывает скорость. Благо дороги пустые, но от такого на ровном месте легко потерять управление. А Минхо еще никак не способствует концентрации на вождении. — Что ты делаешь? Вопрос, наверно, слишком уж строгий. Но как-то неожиданно наблюдать перемены в настроении Минхо. Скорее всего, этот хитрый кошара вывернет все в насмешку. Мстит изощренным способом за все безобидные домогательства. Но ведь Хенджин из лучших побуждений! — А на что похоже, Хенджин-ни? Голосок у Минхо томный, елейный. Такой сладкий. И тонкий пальчик упирается в такое место, что на какие-то шутки не похоже. Это еще больше настораживает. А Минхо продолжает: — Я не могу позвать к себе, у меня там все-таки еще дети. Но ты. Мы ведь можем поехать к тебе? — язык проходится по шее, оставляя влажный след. Минхо накрывает хенджинов член через ткань штанов, после чего приходится прилагать кучу усилий и пялиться в дорожные знаки. Кажется, есть неплохое место, чтобы припарковаться. И пока Хенджин выруливает туда, на него сыпется жаркая волна откровенного соблазнения. Минхо трется щекой о плечо, и продолжает недвусмысленные манипуляции, которые возбуждают за пять секунд. — Котенок, что ты делаешь? «Боже, дай мне сил», — уже про себя твердит Хенджин. — То, что ты давно хотел. Разве нет? Разве мы не для этого ушли с вечеринки? Хенджин бросает в сторону Минхо недоуменный взгляд. Отлично. Когда все пошло не так? Он быстро паркуется и разворачивается, перехватывая худую руку в свою. Действия Минхо, конечно, приятные, но что-то подсказывает, что сейчас нужно остановиться. — Чего? — Минхо тут же ворчит. Пытается вырваться. Безуспешно. И заводится, как чайник на грани кипения. — Блин, Хенджин, ты издеваешься? Я тут для тебя стараюсь! Тебе неприятно? Не понравилось, что я в штаны тебе лезу? Разве не для этого ты таскаешь меня с собой по своим друзьям два месяца. Даришь подарки, кормишь и одеваешь. Хочешь, чтобы я вел себя иначе? Надел каблуки и станцевал, такой я тебе нравлюсь больше? — Да что ты такое говоришь! Минхо, у меня и в мыслях не было просить тебя о таком! — А о чем ты хочешь меня попросить? Что тебе нужно? Пытаясь вырваться, Минхо дергается во все стороны, так что приходится его легонько встряхнуть. — Тише, пожалуйста. Да что с тобой сегодня? Что я такого сделал, что тебя, как подменили? Хенджин, правда, не понимает. Он пытается достучаться до сознания взбешенного кота, и хоть как-то наладить между ними понимание. — Я не повезу тебя к себе домой… — А куда ты меня повезешь? Хочешь здесь, в машине? Хорошо. Давай только побыстрее. Ну же, — внезапно прекратив вырываться, Минхо подается вперед и впивается в хенджиновы губы. Он целует с таким напором и страстью, что отказаться или оттолкнуть нет никакого морального права. Целовать Минхо мечта, сказка, которой хотелось все эти месяцы. Почему же все должно быть так? Отчего это больно и горько? Чтобы хоть как-то исправить ситуацию, Хенджин напирает сам, заставляя Минхо утихнуть, признать его ведущую роль. И вместо того чтобы выгрызать касанием губ остатки раненой души, он целует его, как должен: ласково, медленно, отдавая всю свою любовь. И Минхо признает победу, раскрывая рот и впуская хенджинов язык. Горькое сменяется медом. Вкусным, приторным, насыщенным, затягивающим. Беспечное начало становится острым, глубоким, искренним. Они целуются пока не начинают болеть губы, а дыхания не хватает. Минхо откидывается на сидении, а Хенджин мягко прижимается губами к его лбу. К виску. Гладит щеку. — Не будь таким. — Каким? — Нежным. Как будто ты и правда пришел, чтобы… Черт, Хенджин, ты забыл кем я работаю? Забыл, что у меня нет денег. Наверняка, нет. Феликс и Джисон мне все рассказали. Ты дал им денег прошлый раз, когда был у нас. И сегодня тоже. Зачем? Вот оно что. Вздохнув, Хенджин садится ровно, сжимает руль до противного скрипа. Забавно, что все считают его истеричкой, хотя вот Минхо сам накрутил такого. Раздул из ситуации невесть что. Или если подумать, очередной «благородный» поступок и желание порадовать мелких довели до того, что страхи Минхо вырвались наружу. — И ты согласен поехать ко мне, провести эту ночь, чтобы отблагодарить за деньги, которые я оставил твоим воспитанникам? Хочется просто уточнить, а не задеть осиное гнездо. Правда нападок не следует. Такое чувство, что нечто сломалось окончательно. Впрочем, и не удивительно, Минхо не могло легко даться сегодняшнее решение, ведь прежде он даже от поцелуя отказывался. — Поехали. Давай поедем к тебе. Какой же упрямый! Хенджин бьет кулаком, попадая по сигналу и приборам, бьет по спинке сиденья. — Да черта с два! Минхо! Мне не нужно, чтобы ты спал со мной из-за денег. Чтобы… Я могу просто дать тебе это все. Не ходи со мной никуда, к моим друзьям, к Рюджин. Никуда. Почему ты не понимаешь, что нравишься мне по-настоящему? И, кстати, Рюджин и Чжинену ты тоже нравишься за то, что ты хороший человек и с тобой интересно. Поэтому, — Хенджин шумно выдыхает, приходя в себя после вспышки негодования. Боже, он наверно совсем напугал и запутал несчастного Минхо. Смягчив тон, Хенджин осторожно приближается к лицу Минхо. — Поэтому, мы поедем только если ты сам захочешь быть со мной, а не почему-то еще. Они долго сидят в тишине. Минхо рассматривает свои ногти. Хенджин борется с желанием откопать в недрах машины завалявшуюся флягу с виски. Пара глотков не помешали бы прояснить разум. Мимо проносятся ночные такси. Время раскатывается по трассе желтоватыми отблесками фар и фонарей. Западает в трещинах асфальта, и колеса автомобилей будто крошат слабую надежду на будущее. Взглянув на собравшегося в комок Минхо, Хенджина накрывает нежностью. Больше всего на свете он не хочет поступать с ним плохо. Заводя машину, Хенджин ставит перед фактом: — Я отвезу тебя домой. А когда они доезжают до поворота, Минхо накрывает его ладонь. Он звучит тихо, но уверенно: — Нет. Поехали к тебе? Если ты хочешь. — Минхо… — Я не из-за денег. Или не из чувства долга. Хотя, конечно, я должен, но сейчас… Сегодня мне просто не хочется уходить от тебя. Не хочется расставаться. Ты вызываешь во мне столько всего! И хочу поделиться этим с тобой.

***

Дома у Хенджина прохладно, но Минхо все равно принимает сок со льдом. На стенах старые фотографии, гирлянда, дорогая люстра. Поцарапанный пол. — У меня собака была. Но я так мало бываю дома, что пришлось отвезти ее к родителям. Я не слишком хорош в том, чтобы заботиться о ком-то, — почесывая макушку, стыдит себя Хенджин. Минхо прижимается щекой к его плечу. — Ты хорош. У тебя на самом деле это отлично получается. Феликс и Джисон… они сказали и за деньги. И как ты им помог полку прикрутить, пока меня дома не было. И как пообещал Феликсу показать ему пару упражнений, чтобы быстрее сдать физкультуру. — Ах это, Минхо. — Ты весь такой хороший. Так нелепо и абсурдно, что мы встретились в стрип-баре. — Но ты классно танцуешь. Я думаю, даже в одежде. Хочешь, включу музыку? Пока Хенджин ищет подходящий плейлист, Минхо хмыкает. — Все-таки собираешься раздеть меня под музыку. На это возразить нечего. Хенджин протягивает руку, и притянув Минхо начинает неловко вальсировать. Ему чудится, что он обнимает не то принцессу, не то чудесную деву, которую спас из лап дракона. Дева правда и сама готова откусить голову и отрубить хвост любому хищнику, но когда Минхо молчит и позволяет вести, об этом и не догадаешься. — Когда мать отдавала меня на танцы, вряд ли она представляла где именно я использую эти навыки. — Почему не пошел учиться дальше или танцевать где-то еще? Впрочем, очевидно. Стриптизер хотя бы получает приличную сумму, чтобы обеспечить себя и двух несовершеннолетних необходимым минимумом. О родителях разговор не складывается. Минхо отнекивается коротким: — Отца мы с Феликсом не видели. Мать умерла и нас отправили в приют. Но, слава богу, я стал взрослым через год. Поэтому оформили на меня опеку над братом и кинули в ту квартиру. — Мне жаль, что ты проходишь через все это. Минхо первый подбирается ближе и начинает горячо целовать. — Утешь меня? Грустные разговоры сменятся на романтические. Хенджин запускает руки под мягкую кофту, а Минхо открывает шею, позволяя вести языком вдоль линии подбородка, и даже слегка потянул губами сережку в ухе. Они медленно узнают друг друга, отдавая тепло, наслаждаясь прикосновениями. Неторопливая, распаляющая ласка. Хенджин видит, как Минхо тает в его руках именно от невесомого волнительного ожидания. Мутные от желания глаза подсвечиваются ночником, становясь по истине желтыми, кошачьими. — Малыш. Детка, — шепчет Хенджин, — идем в спальню. Минхо почти не обращает внимания на слова, едва слышно хмыкнув ответ. Уже в комнате он перенимает инициативу, нетерпеливо расстегивает рубашку Хенджина и припадает губами к груди. Его ногти проходятся вдоль позвоночника, по ребрам, и Хенджин вытягивается, наслаждаясь болезненной лаской. Скинув с Минхо все вещи полностью, удается полюбоваться красотой его тела. Конечно, тут не обходится без издевательского тона: — Хочешь, чтобы я тебе станцевал? По-моему, тебе очень понравилось видеть меня на каблуках, милый. Подхватив ногу Минхо, Хенджин осторожно прикасается к выступающей косточке. Лижет и массирует стопу. — Следующий раз захватишь туфли. Он продолжает сладкую мучительную пытку еще какое-то время. А после поднимается, и придавливает собой к кровати, ощущая жар чужого тела, гладкость кожи. — Но ты нравишься мне и без них. Боже, как же сильно ты мне нравишься. Я все для тебя сделаю! Это заставляет Минхо смутиться на короткое время. Он обнимает за шею, и трется всем телом, подставляется. Шепчет: — Тогда, в клубе, ты так смотрел на меня. Я, думал, чокнусь и отдамся тебе сразу, если ты только попросишь. Я хотел тебя с того дня, как увидел. И вспоминал каждый раз, когда дети засыпали, почти каждую ночь думал о тебе, Хенджин. Это нарочно, все эти признания. Грязные, но откровенные. Ведь Минхо прекрасно осознает, что своим взглядом, и этим как будто случайно проскользнувшим по губам язычком, заводит. Тот еще ангелок, а ведь далеко не невинный по характеру. — Покажи, что именно воображал в такие ночи? Минхо цепляется пальцами за короткие волосы Хенджина, тянет на себя. Он пытается обойтись без воздуха максимум, лишь бы не разрывать поцелуй. И отстраняется тоже первым: — Ложись. Я все покажу. Даже в самых безумных своих фантазиях не знал, как может быть приятно от мажущих по груди поцелуев, которыми щедро осыпает его Минхо. От щекочущих мягких волос внизу живота, когда он опускается, чтобы расстегнуть ремень, стянуть штаны и попробовать вкус, полностью обхватив губами его немаленький член. — Черт, котенок, не увлекайся, — просит Хенджин. Он целует шею, чувствительное место за ушком, кончиками пальцев пересчитывает позвонки на влажной спине. Еще не время спешить. Он невесомо ведет ладонью от затылка, по спине, и Минхо кошечкой выгибается навстречу. Именно сейчас Хенджин очередной раз уверяется, что хочет подарить Минхо целую Вселенную. Звезды перед глазами, томление во всем теле, прочую банальную чушь из песенок о любви. А еще хочет сделать счастливым. И быть особенным во всем. — Я чувствую себя нужным, — как нельзя вовремя признается Минхо. Он ничуть не смущается того, что говорит, а значит, и чувства Хенджина понимает и признает. Минхо не стыдится широко разведенных ног и того, как Хенджин разглядывает все его тело. Как позволяет протиснуться пальцами внутрь. Позволяет времени течь, распаляясь дальше. И как не сдерживает ни первый, ни второй, и третий стон. — Ты можешь делать со мной все, — томно произносит Минхо и сам же поднимается. Хорошо, понимает Хенджин этот жест. Он сажает Минхо на свои бедра, а сам откидывается на подушки. И Минхо не сдерживает крик удовольствия, когда, наконец, чувствует Хенджина целиком в себе. Им двоим не сдержаться, сразу сбиваются на быстрый темп: слишком долгим было ожидание. А еще и сбивчивые признания Минхо о том, что ни один мужчина с которым он был, не сможет заменить Хенджина. Почему-то эти слова приносят и радость, и боль одновременно. Один только взгляд Минхо — захватывающий, яркий — заставляет все тело, каждую клеточку, каждую мышцу, быть на пределе ощущений. Пускай он только смотрит на него. А потом Хенджин меняет позиции. Он прихватывает зубами его плечо, давит на поясницу заставляя прогибаться сильнее, чтобы сделать им двоим чудесно. И судя по тому, как Минхо только и может, что пальцами сжимать простыни и твердить имя Хенджина, как молитву, он потерял себя от волшебных ощущений, которые дарит ему Хенджин.

***

Дни становятся солнечными, теплыми. И Хенджин рисует себе картинки будущего, где он перевозит к себе своего парня, всех его кошек, воспитанников. Забирает собаку. Он хвастается Рюджин, что добился, что смог. — Теперь мы вместе, — говорит он в телефонную трубку. И слышит вздох. — Слушай, я должна тебе кое-что сказать. Я как-то говорила, что хочу еще раз вернуться в клуб. Ну и я вчера была там. — Так, погоди минуту, — Хенджин уходит к себе в кабинет. Запирает двери плотнее. Когда Рюджин говорит таким тоном, жди плохих новостей. Сначала он все-таки любопытствует, что же привело на стриптиз его драгоценную подругу. В целом не удивляется, когда Рюджин рассказывает: — У меня там кое-кто есть. Кое-кто, кто спалил тебе имя твоего драгоценного, — она делает выразительную паузу. — В общем, меня вчера провели в помещение для персонала. Я вроде как не на правах клиента. Ладно, тебе эти детали лучше не знать. А вот Минхо… Сжав трубку и чувствуя, как по спине течет пот, Хенджин подгоняет: — Что Минхо? Говори быстрее уже. Видно, что Рюджин на том конце телефона, тоже неуютно и возможно неловко. — Охранник. Чанбин. Возможно, ты видел его в клубе. Мне кажется, он чем-то угрожал Минхо. — Ясно, — Хенджин тут же подхватывается, что поехать и устроить «дипломатические» переговоры с мудаком, который обидел его парня. Хотя, этот момент они с Минхо не обсуждали. Тот сделался грустным и жутко занятым сразу после их ночи, так что увидеться за неделю не успели. — Сядь на место, лев, — осаждает догадливая Рюджин. — Притащишь свою жопу в клуб, создашь больше проблем Минхо. Тем более, что у этого Чанбина, какие-то претензии личного характера. Какие охренительные новости. Хенджин ломает карандаш, слушая объяснения Рюджин. — Они долго о чем-то спорили. И в итоге, Хенджин, только пообещай спокойно, в этом всем надо сначала разобраться. Минхо выглядел очень плохо весь вечер. Что за люди? Успокаивают, хотя на самом деле еще больше бесят. Да-да, он без царя в голове, может помчаться и натворить дел не подумав. Поэтому обещает Рюджин, что не будет поступать опрометчиво. — Супер, тогда… Чанбин поцеловал твоего расчудесного красавчика. Мне кажется, Минхо ему давно не безразличен. Но мне не удалось выяснить в каких они отношениях. Ни в каких, шипит Хенджин, ни в каких. Минхо просто не может с ним так поступать, только не после всего, что между ними было. Бросив трубку, Хенджин садится в машину. Ему немедленно надо встретиться и поговорить с Минхо.