Райский сад

      Симон проснулся ровно в шесть утра. Пошел в душ, побрился, умылся, подстриг ногти, почистил зубы. В половину седьмого сделал смузи из сельдерея и киви. Дальше по плану шла сорокаминутная пробежка по парку. Альфа привычными движениями выполнял упражнения для разогрева, пока ждал лифт, а потом ехал в нем. Поздоровался с консьержем, помог молодому папе вынести коляску, поднял с земли мишку маленького мальчика, сидящего в коляске. Пробежка проходила без происшествий. Симон вернулся домой ровно в восемь сорок. Второй душ, завтрак.       Альфа читал утреннюю сводку новостей на своем планшете и отвечал на почту, пока пил кофе. Потом парень мыл посуду, делал ежедневную уборку, включал робот пылесос и выходил на учебу.       Симон жил в часе езды от университета. Он припарковался на своем привычном месте, под раскидистой липой. Дерево охраняло машину, пока альфа учился. Это не шутка. Дерево не подпускало никого. Симон давно начал догадываться, что не только сад обладает волей. Просто у него ее намного больше. Нужно только уметь это заметить и найти общий язык с растением.       У парковки привычно ждал Альберт — полезный друг. Он не лез не в свое дело, не задавал вопросы, не навязывался, а еще имел массу знакомых. Симон поражался, как можно так быстро находить друзей. У самого альфы никогда это не выходило. — Опоздал на три минуты, — информировал Альберт. — У перекрестка была пробка.       Альфы направились в учебный корпус, обсуждая новости. Это была еще одна традиция. Путь от парковки до лекционного зала составлял пять минут. За это время парни успевали сказать друг другу все, что хотели.       Первой парой стояла мировая история. Не очень важный предмет, половина одногруппников в это время либо спали, либо сидели в кафетерии. Но Симон, как человек любящий порядок и ненавидящий, когда что-то идет не по плану, посещал и это занятие. Пускай оно было ужасно скучным, все было уже рассказано, и сам профессор частенько прогуливал. В это, можно сказать, свободное время, Симон мог заняться обдумыванием дальнейших планов на день. А они были грандиозные.       Альберт начал здороваться с сокурсниками, обсуждать какую-то лабуду. Симон лишь кивал, если к нему обращались, и доставал нужные принадлежности из рюкзака. В это время друг уже всем передал привет и сказал: — Какой букет ты ему подаришь?       Симон нахмурился. Букет? Он не подумал об этом. — А букет обязателен? — альфа принялся записывать в ежедневник новую пометку. — Ну конечно! — Альберт иногда поражался, как Симон вообще живет на этой земле. — Ты идешь знакомится с родителями своего парня. О-папе дарят цветы, а а-отцу — дорогой коньяк.       Симон разглядывал свое расписание. У него есть всего одно окно после часа, чтобы найти достойные цветы. Конечно, с цветами из сада ничто не может сравнится, но ехать туда долго, да и атмосфера в последнее время какая-то напряженная. Сад больше не радуется приездам альфы, а дом перестал выполнять приказы.       Альфа давно понял, что сад и дом объявили ему бойкот. Когда Симон приехал туда с клеткой, наполненной павлинами, начался снег. В середине июля! Птицы как будто с ума сошли и наотрез отказывались выходить на улицу. Симон, как дурак, возвращал их на ферму под подозрительные взгляды хозяина.       Жизнь пошла в гору после того случая. Симон и не вспоминал почти, за исключением каждого раза, когда приезжал навестить сад, когда Энджел дотрагивался до него, когда случайно наткнулся на мюзикл "Снежный король". Кай иногда даже мерещился, и это пугало до чертиков. Симон серьезно подумывал записаться к врачу. — А какие цветы? Розы, пионы, орхидеи, ирисы, жасмин?       Альберт посмотрел на друга, почесал макушку. Он сам пока ни разу ни с чьими отцами не знакомился, так что был не сильно осведомлен. — Бери розы — это классика, — заключил альфа и перевел все свое внимание на телефон.       Симон начал встречаться с Энджелом полтора месяца назад. Это был самый правильный и подходящий парень, которого только можно найти. Он учился на менеджменте, возглавлял студсовет, не имел вредных привычек. Омега обладал приятной внешностью, покладистым характером и также, как и Симон, любил все держать в порядке. Когда альфа предложил ему завести отношения, он не раздумывая согласился, и пара вместе составила расписание встреч и свиданий. Сегодня должна была состояться встреча с родителями. А в розовых местах, где-то через годика три, можно сделать предложение.       День проходил в штатном режиме. Симон ни о чем не волновался, кроме как о выборе подходящего магазина и флориста, который составит букет. К четырем часам был заказан столик в ресторане "Далате". Симон должен был заехать к Энджелу в три часа, чтобы дождаться возвращения родителей с работы.       Симон хотел убедиться, что сделал верный выбор. Энджел кажется адекватным человеком, милым, заботливым. Он каждое второе воскресенье месяца помогает в приюте для собак. Такой человек обязан понравится саду и дому. Таким человеком был папа, и растения его обожали. Симон помнил, как плакал сад, когда его не стало.       Симон попрощался с Альбертом на той же парковке. Сев в машину, альфа вбил в поисковик ближайший цветочный магазин и тронулся. В голове крутилась сцена знакомства. Симон видел фотографии родителей Энджела. Папа был таким же, как и сын: тонким и изящным — он работал в букинистическом магазине и цитировал Платона. Отец парня был владельцем галереи, и именно у него выставлялись самые знаменитые художники страны. Симон уже подготовился к возможным вопросам и разговорам. Он по вечерам читал груду информации про современные тенденции в искусстве. Все должно быть идеально.       Припарковавшись и выйдя из машины, Симон оглядел магазин. Выглядел он прилично, никакой лишней рекламы, мусора, людей. Зайдя вовнутрь, альфу тоже все устроило. Он, конечно, не очень любил срезанные цветы. Намного красивее, когда они растут в земле и отвечают на приветствие. Эти же, томящиеся в больших белых вазах, ничем не отличались от искусственных.       Появившийся продавец вывел Симона из размышлений и привел в ужас. Перед ним стоял Кай. Парень, который бессовестно залез в его сад и съел половину запасов холодильника за три дня. Альфа замер у вазы с ромашками. Может, это мираж? Он попытался смахнуть лицо, но ничего не вышло. — Симон? — Кай тоже был удивлен. — Не может быть, — Симон в расстроенных чувствах хотел было пнуть что-нибудь, но сдержался. — Ты меня преследуешь?       Оскорбился уже Кай. Парень встал в позу и всем видом своим показывал, что тоже не сильно рад видеть гостя. — Я подменяю. А ты что тут забыл? Своих цветов не хватает?       Симон напоминал себе, что он взрослый состоятельный человек, который должен знакомиться с родителями своего возможного жениха. — Не твое дело. Букет роз, да покрасивее.       Кай фыркнул и пошел к специальному холодильнику, в котором хранились цветы. Вытащив огромную вазу с темно-красными розами, парень стал осторожно вытаскивать одну за одной. Симон все это время терпеливо стоял у кассы и следил, чтобы омега ничего не испортил. — Ты вообще умеешь это делать? — не сдержался альфа. — Не говори под руку, — огрызнулся Кай и моментально порезался одним из шипов.       Кровь заструилась из раны, пачкая рукав белой рубашки и капая на пол. Омега скуля положил розы на стол. Симон оказался тут как тут. Схватил Кая за пораненную руку и стал осматривать. Вид у него был очень озабоченный. — Глубокая, — констатировал альфа. — Мои розы никогда бы так не сделали. — Так они и не твои, — неуверенно сказал Кай, заглядывая Симону в глаза. — Почему с тобой вечно что-то случается? Ты вообще... — альфа замер, установив контакт с глазами Кая.       Снова эта странная непонятная атмосфера, как тогда, в саду. Симон опять почувствовал обручи, сжимающие ребра, и приток слюны. Это пугало. Альфа отдернул руки и спрятал их в карманы пальто. Кай тоже неловко опустил голову и направился в подсобку, где хранилась аптечка. Заматывая руку бинтом, омега не произнес ни слова. Потом также молча собрал букет и вручил его Симону. — Спасибо за покупку. — Спасибо, — как дурак повторил Симон и вышел из магазина с огромным букетом роз.       Подарок еле поместился на заднее сидение машины. Симон старался не оборачиваться и не думать о том, что произошло. Все это было неправильно. Нельзя вспоминать Кая чаще, чем собственного парня. Эта мысль вколачивалась в голову огромными гвоздями.       Уже стоя у двери дома Энджела, с бутылкой коньяка подмышкой и огромным букетом роз, Симон более-менее привел мысли в порядок. Сегодня у него встреча с родителями парня. Сегодня идеальный день и сам он идеальный.       Дверь открылась и на пороге возник омега. Энджел был одет в горчичный костюм, короткие платиновые волосы были причесаны на один бок. Парень улыбнулся Симону и впустил в дом, разглядывая розы. — Красивые. Это папе? — Да, ему же понравятся? — Симон целомудренно поцеловал парня в лоб.       У полезного друга Альберта было куча романов, за которыми приходилось наблюдать Симону. Все они начинались с дикой страсти и потухали через месяц. Альфа также не хотел. Он решил не торопиться с Энджелом и поцеловал его только спустя три недели начала отношений. Да и не хотелось никакого физического контакта. Симон встречался не первый раз, но так и не понял прелести объятий, поцелуев, хотя секс всегда был хорош. У его родителей был неудачный брак. Они не любили друг друга, пусть папа и пытался налаживать отношения. Отец большую часть времени проводил в Англии или на работе, а сад он не любил и видел в нем экономическую выгоду. Сколько было скандалов на эту тему! Симон не хотел этого повторения и выбрал партнера, противоположного отцу.       Энджел поставил букет в вазу и предложил чай. Симон начал волноваться. Вроде он репетировал, готовился, а все равно не уверен. Да и встреча с Каем испортила настроение. — Что это у тебя? — Энджел обратил внимание на рукав светлого свитера Симона.       Альфа тоже посмотрел на свои руки. Два пятна размером с виноградину. Кровь. Видимо, когда альфа осматривал Кая, незаметно испачкался. Симон закусил губу, чтобы не материться. Все испорчено!       Симон вскочил и стал стягивать с себя свитер. Оставшись полуголым, он кинулся в ванную замачивать пятна. Это проклятье. Кай его проклял. Ведь сразу же после встречи с этим омегой Симон стал попадать в нелепые ситуации и странно себя чувствовать. — Все в порядке? — Энджел вошел в ванную и застал, как Симон то краснея, то бледнея, намыливает свитер дорогим лавандовым мылом, привезенным из Парижа. — Нет! Не в порядке, — взорвался альфа. — Я испачкался. Твои родители подумают, что я неряха, не серьезный или бандит. И все это из-за этого Кая! Лучше бы он никогда не находил мой дом!       Энджел ничего не понял и решил, что это не его дела. Это было одно из его лучших качеств — притворяться, что он ничего не слышит и не видит. Так можно избежать массу неловких ситуаций.       Симон же не унимался. Пятно стало светлее, почти незаметное, но теперь весь свитер был забрызган водой. Сушить феном его нельзя — шерсть сядет. Натянув одежду, весь мокрый и дерганный, альфа вернулся в зал, где Энджел уже разливал чай. — Прости за этот перфоманс, — усмехнулся Симон. — Я волнуюсь. Хочу, чтобы все прошло идеально. — Все нормально, я тоже как на иголках. Впервые знакомлю родителей со своим парнем.       Энджел придвинулся ближе к альфе и положил голову ему на плечо. Симону сразу стало как-то неловко. Захотелось встать или хотя бы пересесть. В придачу, подсознание тут же выдало, что когда пришлось ночевать вместе с Каем на одной кровати, никакого дискомфорта не было. А его альфа знал на тот момент считанные часы.       Родители появились, как и договаривались, в четыре. О-папа раскраснелся, принимая розы, а а-отец ободряюще кивнул на коньяк и предложил его распить при удобном случае. Семейство и Симон отправились к ресторану, где провели два часа за непринужденной беседой. Альфа уклончиво отвечал на вопросы о своем детстве и семье. Для всех он рос и жил в маленьком городке, а сюда переехал по учебе.       В конце дня, когда Энджел и его родители уже стояли у порога своего дома, Симон вежливо сказал: "Приятно было провести время. До свидания", — быстро клюнул омегу в губы и уехал.       Опять было странное ощущение в груди. Будто он делает что-то неправильно. Но это не так. Симон никогда не ошибается. Никогда. Резко захотелось попасть в сад. Просто посидеть в беседке, вдыхая чистый воздух и слушая шелест деревьев. Когда альфа подъезжал к своему дому, было принято спонтанное решение навестить сад завтра утром.       Решив все бытовые проблемы и зарастания по учебе, альфа принялся собираться ко сну. Симон не ужинал, просто выполнил обязательные водные процедуры, выпил стакан сока и лег спать ровно в одиннадцать часов. Идеальный день подошел к концу.

***

      Кай проснулся от трели будильника. Вставать не хотелось адски. Омега всю ночь просидел перед компьютером, верстая плакаты. В пятницу была всего одна лекция и физкультура, так что можно было со спокойной душой прогуливать, но в планы вмешался проклятый Билли Рей. Он сблизился с Каем за последние несколько недель. Их даже можно было назвать друзьями. Альфа попросил Кая подменить его в цветочном магазине. Уговаривать пришлось очень долго, но это сработало. Сам Билли должен был помогать переписывать отчеты в деканате. Кай не понимал, зачем все взваливать на себя, если свободного времени остается только на сон и еду.       Первое, что увидел омега, когда все же открыл глаза — карта. Кай стащил ее у Билли Рея и повесил у себя в комнате рядом с постелью. На листе бумаги формата А3 был изображен лес, в котором он потерялся. Красным крестиком отмечен лагерь, а дальше разными цветами шли пунктирные линии. Кай искал сад.       Кай не мог объяснить, что его так тянет в это загадочное место. Но каждую ночь снились сны с прекрасными розами, кроликами и стряпней из дома. Хотелось снова там очутиться. Здравый смысл напоминал, что это незаконно и Симон, если узнает, легко может подать в суд. Но на что? Ведь сад ни на одной карте не отмечен и вообще его фактически не существует.       Занимался поисками Кай каждую субботу. Для родителей он ходил в студклуб и участвовал в благотворительном спектакле. До нужного леса приходилось ездить на рейсовом автобусе и еще идти пешком. Дальше, вооружившись картой, компасом, фонариком и телефоном, омега бродил по чаще и время от времени звал сад. Но либо его не слышали, либо игнорировали.       Кай поднялся в девять. Закончилась зубная паста, пришлось брать папину. Кофе тоже закончилось, как и молоко. Кай заныл и вынужден был завтракать тостами без ничего. Сразу же вспомнилась еда из сада. Чертыхнувшись, омега стал собираться в магазин. Он устроился на эту работу, чтобы не просить вечно деньги у родителей, и пока не пожалел. Находиться рядом с цветами было приятно, пусть эти и не говорили с ним.       Трястись в метро было сущим мучением. Рядом надрывно орал ребенок, а его папаша все никак не мог найти пустышку в своей сумке. Напротив кашлял дед, не прерывая рта, так что вся слюна летела в беззащитное лицо Кая. Вытереться было нечем. Одной рукой приходилось держаться за поручень, а второй за лямку порвавшегося рюкзака.       В магазине уже поджидал Билли. Они вместе нашли эту подработку и разделили график напополам. Главным требованием Кая были свободные суббота и понедельник. Альфа принял новую партию цветов, как раз когда Кай устало свалился на стул в подсобке. — Ты опоздал на три часа! — возмутился Билли. - В метро были пробки.       Билли лишь проворчал, что все пропустит, и испарился, оставив Кая один на один с огромными вазами, наполненными розами, гвоздиками, пионами и декоративными подсолнухами. Кое-как растащив все по местам, омега стал за кассу и приуныл. День сегодня паршивый, люди вокруг паршивые, и он сам какой-то паршивый.       За первые два месяца учебы ничего интересного не произошло. Хотя Кай и пытался влиться в компанию для тусовок и заводить новые знакомства. Дико хотелось внимания, не связанного с его блужданием в лесу. Особенно когда все знакомые нашли себе парней. Уже не было омежьих посиделок, обсуждения красавчиков и перемывания косточек. Кай остался чуть ли не последним свободным парнем в своей группе. Как так получилось? Он и сам не знал. А подходящего альфы для новой влюбленности все не находилось.       Клиентов пока было не много. Заходил типичный "не такой, как все" омега и купил кактус. Потом забежал взвинченный альфа и купил букет ромашек. Каю было дико скучно. Он протирал полки, переставлял горшки и временами копался в телефоне. В какой-то момент парень заметил, что увяли ирисы и пошел в подсобку, чтобы набрать новой воды, а когда вернулся, увидел на пороге Симона.       Дальше была странная сцена обвинений, потом Кай порезался и стало неловко от взгляда альфы. Кай и забыл, какой Симон высокий и как сильно пахнет медом. Когда альфа ушел, парень опустился на стул и глубоко задумался. Симон купил дорогой букет роз явно не для домашней вазочки на кухне. Видимо, у него есть парень. Даже у такого придурка есть вторая половинка, а у Кая никого! Паршивость этого дня превысила норму.       Дальше Кай просто существовал. Он не заметил, как тянулось время, как приходили и уходили люди. Мысли занимал только сад и Симон. Что-то между ними не так. Кай это нутром чувствовал, а оно никогда не обманывало. —Я его найду, — пообещал пустоте омега.       Сад должен впустить его. Они ведь не чужие друг другу. Кай не хотел что-то брать или собирать доказательства существования этого места. Ему просто хотелось вновь вдохнуть тот воздух и пройтись по той траве. Воспоминания не портил даже Симон. Альфа пусть и противный, со своими тараканами, но он создавал еще больше загадочности и интриги. Кай к нему даже привязаться немного успел.       Домой возвращался в том же место. В этот раз сбоку орал мигрант, видимо, на турецком, а напротив строил глазки пьяный бета. Кай одной рукой держался за поручень, а второй волок по полу порванный рюкзак. Кай, не ужиная, завалился спать, но не сомкнул глаз до половины второго ночи. Грудь сжимали обручи, которых раньше не было.