Райский сад

      Осень приходила медленно и как бы нехотя, хоть и перевалило за октябрь. Деревья еле окрасились в золотые цвета, а температура понизилась всего на пару градусов. Все отчаянно готовились к Хэллоуину. В супермаркетах полки были забиты пластиковыми черепами, зубами вампиров и бутафорскими топорами. Одну только тыкву можно было выбирать час на специальных рынках. Ответственные домохозяины скупали мешки конфет и подходили к украшению своего дома почти также серьезно, как к собственной свадьбе. Вся молодежь была занята поиском идеального клуба и костюма. Все, кроме Кая.       Хэллоуин приходился на субботу. Суббота — поиск сада. Сколько он уже мотался по этому лесу? Кажется, омега запомнил каждый пень и камень, а заветная изгородь не показывалась. Сад не хотел открываться, а Кай не хотел сдаваться. Он уже с ума сходил. Иногда казалось, что слышен знакомый шелест ветвей и запах сладких яблок, но впереди были одни сосны. — Не на того напали, — прошипел Кай.       А ведь мог бы сейчас мазать шею бутафорской кровью и пойти на вечеринку к Стиву Оилзу. Омегу впервые пригласили на тусовку такого уровня, где каждый третий звезда и лечится у венеролога. Кай сначала даже подумал, что ошиблись адресом, когда нашел в почтовом ящике приглашение. Высшая свита приняла его к себе. Но как-то не вовремя. У Кая куча работы, дел, еще и сад не хочет открываться.       Самым сложным в этом всем деле оказалось отсутствие поддержки. Нельзя было ни с кем поделиться переживаниями и получить совет. Если Кай расскажет про таинственный сад посреди леса, его тут же положат в психушку. Папа и так начал подозревать неладное и пришлось уезжать в лес раз в две недели.       Шатаясь среди деревьев уже полдня, Кай много думал. О жизни, о людях, о странном и загадочном. Вот сад. Он есть и этого уже нельзя отрицать. Но один ли он в этом мире? Вдруг на каждом континенте есть такой кусочек рая, спрятанный среди гор, в пустыне или глубокой озерной пещере. И у всех ли есть хозяин? Одиноко стоять просто так столетиями, имея в собеседниках молчаливых косуль да кроликов.       Достав из рюкзака бутылку воды и уже остывший пирожок, Кай загляделся на пролетающих мимо птиц и не заметил коряги под ногой. Падать было больно и обидно. Пирожок расплющился и испачкал толстовку джемом. Джинсы на левом колене порвались и стала видна кровавая ссадина. Кай раздраженно поднялся и заковылял обратно к дороге. Он не взял ничего, чтобы обработать рану, так что придется терпеть и ждать, пока кровь остановится и перестанет заливать ногу липкими струйками.       Кованые ворота показались неожиданно. Кай уставился на них, не веря своим глазам. Вход был открыт, и виднелись чуть пожелтевшие, но все такие же знакомые деревья. Будто Кай был тут совсем недавно, а не несколько месяцев назад.       Омега осторожно, чуть прихрамывая, вошел в сад и тут же ему в лицо дунул ветер, неся с собой сладкие запахи фруктов и еще не увядших цветов. — Привет, — у Кая перехватило дыхание. — Впустил только когда я поранился? А раньше почему не хотел?       Сад зашелестел в извинениях, а ветерок обдул ссадину.       Будто встреча со старым другом. Сердце приятно закололо, боль ушла. Омега медленно брел по саду, трогая ветки и поглаживая листья. Дорожка извивалась и вела сама, а гость доверчиво следовал, не задавая вопросов и не оглядываясь. Показался дом, приветливо раскрывая тяжелую входную дверь. Тут уже Кай остановился. — Я не могу войти. Это и так преступление, что я здесь. Если Симон узнает — мне крышка.       С помощью движения веток, ветра и шума, саду удалось сказать Каю, что Симона тут нет и будет он не скоро. Дом приветливо захлопал ставнями на высоких окнах и только омега зашел, тут же оказался в теплой гостиной, где его ждали аптечка и горячая чашка чая со сладостями. Дом запомнил все предпочтения Кая.       Промыв рану и нанеся мазь, Кай залепил все пластырем и довольно улыбнулся. Он в саду, и даже в дом смог зайти. Это все незаконно, но пока его не поймали с поличным, все хорошо. Вообще, о Симоне думать Кай начал довольно часто в последнее время. Особенно после того, как альфа снова зашел в цветочный магазин и купил букет роз еще больше, чем в прошлый раз. Кай полчаса только собирал все это красивое безобразие и обвязывал лентой. Симон же в это время нервно что-то печатал, а после ему позвонил Энджел (это Кай понял из разговора), к которому он и собирался поехать. Каю было все равно, кому портит жизнь своими скучными разговорами Симон, но от таких подарков каждый месяц он бы не отказался.       Омега решил пройтись по дому. Он не собирался заглядывать в личные комнаты, только в столовую, где скорее всего его ждало очередное угощение. Так и оказалось. Снова набив живот вкусностями, Кай вышел в сад и увидел то, чего совершенно не ожидал. Симон направлялся к дому и был так зол, что из ушей вот-вот должен был повалить пар. Омега схватил свой рюкзак и кинулся в кусты, пока его еще не успели заметить. Сад, как настоящий друг, спрятал его, укутав ветвями и припорошив голову пожелтевшими листьями. Симон пролетел мимо, даже не глянув, и направился в дом, крича что-то нечленораздельное. Кай смог разобрать только: "Упрямый кусок земли" и "Я же готовился, черт возьми". — Ты же сказал, его сегодня не будет, — возмутился Кай, когда вылезал из шиповника. Колючки пристали к одежде, а еще вырвали клочок волос. — Если такое повториться, я больше не приду, понял меня?       Акация кивнула ветками. Кай направился к выходу, радуясь, что остался незамеченным. Перед тем, как окончательно потерять дом из виду, омега обернулся. Совесть снова нашептывала, что это все неправильно и ему больше не стоит тут появляться. Попрощавшись с садом, Кай направился к дороге. Какого же было его удивление, когда возле остановки, посреди трассы, он увидел еще одного человека. Это был омега чуть старше его самого, высокий и элегантный, словно сошедший с обложки модного журнала. Но вот его хорошенькое личико, было искажено гневом. Незнакомец кому-то звонил, а когда попал на автоответчик, то яростно зашипел в трубку: - Я не потерплю такого отношения к себе, Симон Грин! Еще никогда меня так не унижали. Оставил меня посреди леса в машине, а сам ушел. Если ты не принесешь мне извинения к концу этого дня — между нами все кончено!       А вот, как догадался Кай, и сам Энджел. Понятно теперь, почему Симон был таким злым — сад не пустил его избранника. По лицу омеги растекалась довольная ухмылка. Этого красавчика не пустили, а его там холят и лелеют. Саду он нравится намного больше, что нельзя сказать о его хозяине. Каждый раз, когда Симон видит Кая, его лицо становится нечитаемым, голос ледяным, а дышит он через раз, будто омега воняет.       Кай решил проявить любезность и спросил: — С вами все хорошо? Вы кажетесь таким смятенным.       Энджел посмотрел на Кая сначала раздраженно, а потом резко успокоился и улыбнулся. — Один человек поступил со мной крайне некрасиво. И вот я стою не пойми где и жду автобуса, на который у меня нет денег.       Кай предложил расплатиться за него и вот они уже сидели в автобусе и разговаривали. Энджел оказался очень интересным, умным и веселым парнем. Это Кая огорчило. Уж пусть он был бы злым и капризным. Ведь тогда у самого омеги появилось бы еще больше преимуществ. Эта мысль заставила Кая вздрогнуть. Какие преимущества? Будто он соревнуется с Энджелом за внимание Симона. Альфа того не стоит. Никто такого не стоит!       Уже на вокзале, Энджел попросил номер телефона Кая. — Ты спас этот день, — улыбнулся омега. — Не хочешь выпить кофе как-нибудь вечером?       Кай и сам не понял, как согласился. Энджел ему так понравился. Он был таким милым и главное, не лез не в свое дело. Он сказал, рассказал, что его парень должен был отвезти его в одно "чудесное место", но, видимо, заблудился. Потом Симон вышел из машины и пропал на пару минут, потом вернулся, извинился и снова пропал. Энджел прождал его там около часа, а потом решил поехать домой сам. Рассказывая все это, омега снова стал раздраженным и тряс телефоном, грозясь выбить им глаз Каю.       Возвращаясь домой, Кай размышлял, какой странный день ему удалось пережить. Он наконец-то побывал в саду, где его чуть не нашел Симон. А еще знакомство с парнем человека, к которому он залез в дом. Если раньше Кай был счастлив думать, что заносчивый Симон выбрал себе такого же как и он сам, скучного и, желательно, не высокого парня с кривыми зубами, то теперь врать себе было бесполезно.       Ехать в сад на следующей неделе не хотелось, но Кай уже пообещал, что вернется. В этот раз он не ступит и шагу ближе к дому и будет держаться поодаль от главных ворот. Если что, перепрыгнет через живую изгородь, но еще одну встречу с Симоном не переживет. Даже короткую, даже если его не увидят.       Невидимые ремни снова стянули Каю грудь. Он ворочался в кровати, не зная, как уснуть.

***

— Так куда ты меня везешь? — Энджел разглядывал лес из окна машины. — Сказал же, в одно тайное место, — Симон улыбнулся.       Он готовил сад почти месяц. Показывал фотографии своего парня, привозил его свитер, чтобы ветер запомнил запах, рассказывал дому, что омега любит есть и каким кондиционером для волос пользуется. Знакомство должно пройти хорошо и без происшествий. Симон накануне посмотрел с Энджелом фильм "Таинственный сад" и омега сказал, что хотел бы там побывать.       Воображение уже строила фантазии. Вот они с омегой гуляют по саду. Вот пьют чай в семейной гостиной, смотрят фильмы, обедают. Симон представлял, как все будет идеально и легко. Он разделит этот секрет с близким человеком и выполнит обещание, данное папе, не оставаться одному и жить счастливо. Все эти фантазии портило только одно "но" — Кай. Он был везде: и в столовой, и в гостиной, и в самых укромных уголках сада. Везде! И теперь Симону казалось, что все его "первые разы" были именно с этим глупым и взбалмошным омегой.       Поведение симона стало необдуманным и дерганным. Он умудрился еще один раз побывать в магазине, где работает Кай. Он не знал, зачем это сделал. Просто приехал и купил непомерно большой букет роз, который еле-еле уместился в машину. Но альфе казалось в тот момент, что если он не увидит Кая, то обязательно умрет. И это пугало.       Машина съехала с асфальтированной дороги на тропу, ведущую к лесу. Сад должен был вот-вот показаться, Симон затаил дыхание. Но через пятьдесят метров был все тот же лес. Альфа затормозил, уставившись на дорогу. Энджел, ничего не понимающий и напрягшийся, спросил: — Мы заблудились? — Нет. Это не возможно, — быстро ответил Симон, снова заводя мотор.       Машина снова тронулась вперед, но сколько бы не ехала, картинка не менялась. Те же сосны, кусты и камни. Сад водил по кругу, не желая впускать. — Ну что за детский сад! — возмутился Симон.       Он извинился перед Энджелом и попросил немного подождать. Выбравшись наружу, альфа пошел вперед, скрываясь из виду за елями. Не прошло и минуты, как показались большие кованые ворота и живая изгородь. Ветер приветливо дунул в лицо запахом хвои и спелых яблок, но Симон рад не был. — Что такое? Почему ты не пускаешь?       Сад умолк. Желтоватые листья еле трепыхались. Симон развернулся и направился к машине. Энджел должен увидеть это место. Обязан! Если этого не случится, то все будущие планы потеряют смысл.       Энджел в машине выглядел немного озадаченным и напряженным. На глупые извинения Симона он почти никак не отреагировал. Сейчас омеге больше всего хотелось оказаться в родной квартире, а не в непонятном лесу. — Понимаешь, место, куда я тебя привез, очень особенное, — Симон обеспокоенно подбирал нужные слова, пока Энджел пытался словить связь на своем телефоне. — Я сейчас, одну минутку.       Симон сорвался к саду. Ну не может быть в его жизни все так плохо. Он только-только начал спокойно спать по ночам, не пуская в свою голову странные и непотребные ему мысли. Только привык к родителям Энджела и их намекам на будущую свадьбу. Симон даже отцу позвонил, обрадовать, что скоро у сада появится новый хозяин. Тому было все равно, он посоветовал забросить этот клочок земли и заняться чем-то полезным. Как и ожидалось.       Симон не понимал, почему папа полюбил именно этого человека. Он не любил сад, не хотел тут жить, думал только о том, как можно заработать на этом. Но деньги свои он никуда не тратил, просто клал на свой счет и ставил цель получить еще больше. Папа же всего себя отдавал саду и единственному сыну, которому пытался привить традиции своего древнего рода. Но Симон видел, как он страдает. Как ждет, когда нерадивый муж вернется из очередной командировки и уделит ему хотя бы минуту внимания. Так и не дождался.       Скверные мысли проникали в голову и портили и так ужасное настроение. Симон снова попал в сад и стал кричать, чтобы их впустили. Сад молчал. Казалось, его сознание, если так можно сказать, находилось в другом месте. Это Симона насторожило. Обычно сад поступал так, когда что-то прятал. Альфа направился к дому. можно было еще раз поговорить с самым старым деревом. Уж оно-то должно было осознавать, как важен для Симона этот день и этот омега.       Подходя к дому, Симон заметил, что входная дверь не заперта. Это его насторожило. Однажды, когда он и папа отлучались в город, они нашли дома целое семейство енотов, пожирающих запасы кладовой, тогда дверь тоже была открыта. Меньше всего альфе сейчас хотелось бороться со зверьем.       Дом оказался пуст. Симон проверил все комнаты, осмотрев гостиную, и не заметив ничего пушистого и с когтями, он уже хотел было выйти, как взгляд остановился на кофейном столике. Чашка с еще теплым черным чаем и тарелка бисквитов. Такие за обе щеки уплетал Кай, Симон это прекрасно запомнил, пусть и не понимал, почему. В альфе проснулась настоящая ищейка. Он оглядел ковер на наличие грязных следов — вчера в саду по расписанию шел дождь. Такие действительно были. Симон притронулся к чашке, оглядел ее края и увидел отпечатки. Дальше он кинулся в сад. Сомнений быть не могло. В саду и доме был посторонний. И скорее всего это Кай.       Симон втянул полной грудью воздух, надеясь уловить его запах, но ветер подул и все сбилось. Альфа пошел в сад, надеясь словить незваного гостя с поличным. Кроме перепуганных косуль никого увидеть не удалось. Симон стал отчитывать сад: — Почему ты пускаешь кого угодно, кроме Энджела? Что с тобой такое? Сам жалуешься на одиночество!       Гость успел убежать. Симон прочесал весь сад и остановился отдохнуть в беседке. Этот день можно официально записать как самый ужасный в его жизни. Энджел наверняка уже в городе, рассказывает родителям, какой Симон кусок дерьма. Альфа обреченно уронил голову на столик. Взгляд наткнулся на листья. Вернее, на то, как они лежали. Кто-то сложил их на манеру шалашика. Кто-то, кто тут был совсем недавно. Кто-то, кто знает про существование этой беседки. Сад никогда бы не показал это место незнакомцу, слишком уже он дорожил всем, кто сделали предки Симона. — Тут был Кай. Уже точно, — Симон разглядывал шалаш из листьев, не понимая, что с ним происходит.       Он должен быть зол. Должен найти Кая и высказать все, что он нем думает, а лучше всего сдать его в полицию за проникновение. Но Симон понимал, что сделать этого не может. Пока причины были неизвестны, но альфа был уверен, что скоро все поймет.       Как и ожидалось, Энджел ушел. Симон надеялся, что омега добрался до дома без происшествий. Телефон словил связь только по дороге к городу. Выслушав все гневные сообщения от Энджела, альфа тут же направился к нему домой.       Встреча родителей парня и Симона была как всегда зажатой и неловкой. На часах было за десять вечера. Альфа поздоровался и просил пустить его к Энджелу, на что получил скрипучее "конечно". Парень нашелся в своей комнате. Он только вышел из душа, волосы его были влажными и слегка вились, а пах омега лавандой. Заметив Симона, Энджел тут же скривил нос и отвернулся. — Прости, — тут же начал оправдываться Симон. — Я поступил как последний баран, я знаю. Я хотел, чтобы этот день был идеальным, но оплошал по всем пунктам.       Энджел молчал пару минут. Потом вздохнул и обернулся, вновь улыбаясь. У Симона отлегло от сердца. Он бы не простил себя, если бы им пришлось расстаться. — Ты хорошо добрался? — спросил альфа, подходя ближе и заключая Энджела в объятья. - К счастью, да. Мне помог паренек, которого я встретил у остановки. Он, кажется, художник и зарисовывал пейзаж.       Симон тут же напрягся. Паренек, рисующий глухой лес? Как бы не так. — Ты узнал его имя? — Кай.       Вот и все. Симону осталось только словить этого "художника" и...