Минус на минус

Луна назойливо светила в окна, пробиваясь сквозь кое-как задернутые шторы. Какузу сидел на диване, уже который час, дочитал, наконец, «Тошноту», в очередной раз приходя к выводу, насколько Сартр сумасшедший и нудный. Перебрал бумаги, даже те, к которым, по сути, можно было вообще не прикасаться. Обошел дом, заглядывая в каждую комнату, понял, что даже и забыл, как выглядят некоторые из них, особенно те, которые принадлежали Хидану. В голове всплыл день, когда он купил этот дом – это было первое, что он купил, когда наладил дела, и, вроде как в благодарность, выделил своему помощнику половину. Его совершенно не волновало, во что тот ее превратил, но сейчас диву давался, как можно было покрасить в черный трехметровый потолок в одной из комнат и не спалиться в процессе. В конце своего обхода он уже выпил пол бутылки виски, который хранил до «особенного дня». Вот тебе и особенный день. Около трех ночи. А Хидана так и нет. Не вполне понятно, какие же эмоции Какузу по этому поводу испытывал. Забавная штука амбивалентность, странная, крайне забавно ее ощущать. Вроде бы и хорошо, что он не вернулся, а вроде бы и до скрежета зубного обидно. Тяжело пытаться убедить себя в чем-то одном: свой собственный внутренний голос перебивает, сыпет аргументами, и, казалось бы, просто согласись с ним, и придешь к какому-то одному состоянию, как тот тут же начинает нести противоположную пургу. Не убедить даже себя, как бы ни хотелось. И это все наводило только на один вопрос – а почему, собственно, Хидан не вернулся домой? Знал? Догадался? Или просто проебывается где-то? У него бывало - мог и на пару дней загулять, но - с трудом признавая, что это мило - Какузу всегда получал от него сообщения, где он и когда вернется. Весь вечер он провел, представляя, как он оторвет эту тупую седую голову, или, может, начать с рук? Или болтливого языка? Какузу лениво откинул голову на спинку дивана, волосы спадали, не стянутые в пучок на затылке, и мигрень понемногу отпускала. Он вытянул ноги вперед, полностью отдаваясь мягкости и уютности большого дивана, но вдруг рука нервно бесконтрольно дернулась, пальцы отпустили бокал. Тихий глухой звук, виски пятном расходилось по светлому небольшому коврику. Вставать и справляться с беспорядком было неимоверно лень, Какузу поморщился, прекрасно осознавая, что ему нужно встать и кинуть ковер в стирку, иначе пятно не вывести, но дальше мыслей дело так и не зашло. Он закрыл лицо рукой, вздохнул и задумался, какого черта этот седой придурок так сильно на него влияет. Ну подумаешь, домой не явился, что теперь, оскотиниться? Послышался короткий сигнал телефона, лежащего на столике рядом, и Какузу пьяно рванулся в сторону, пытаясь до него дотянутся. Не дотянулся, но бутылку задел, и теперь пятно на ковре стало еще больше, а рядом на полу добавились красивые мелкие осколки. Недовольно заворчав, он все же сделал еще одно усилие и дотянулся до, уже замолчавшего, аппарата, провел по экрану, обнаруживая одно красноречивое сообщение. «Спишь?» Какузу хмыкнул самому себе, на миг представляя, что Хидан пытается проверить обстановку, прежде чем зайти домой. «Нет» - так же красноречиво, ничего не скажешь. «Почему?» Пришлось на миг задуматься, Какузу почесал подбородок, размышляя, как же ответить. Хочется как-нибудь съязвить, или выдать долгую злобную тираду, описывая причину, но в то же время тянет написать что-то спокойное, чтобы бледная мышь перестала трястись за дверями. «Тебя жду» - наконец выбивают по буковкам пальцы. Хидан не отвечает, и не понятно – то ли испугался еще сильнее, то ли не верит своим глазам. Какузу откладывает телефон в сторону и снова откидывается на диван, чувствуя, что глаза уже начинают закрываться и утомленный разум утопает в дреме. _______________ Хидан стоит на крыльце, прислонившись спиной к двери, и смотрит на экран телефона. Ждет, значит. Так трепетно относящийся к своему сну Какузу – и ждет в три ночи. Уж не для того ли, чтобы снести ему голову с порога? С другой стороны, думает Хидан, хотел бы он это сделать сегодня – уже сделал бы, вряд ли начнет разводить такие сложности посреди ночи, но ответ все-таки настораживал. Необычно как-то. Одолевали глупые мысли, странные чувства, такие неоднозначные и противоположные, что голова шла кругом. Как бы ни было тревожно, Хидан, докуривая уже пятую сигарету подряд, все же решил, что, если уж у него сегодня судьба остаться без головы – пусть это произойдет дома, без посторонних и ненужных свидетелей, тем более, что без боя он сдаваться не собирается. А если Какузу все же уснул – что же, прекрасный шанс отправить его на тот свет самому. Золотой ножик удобно лежал в кармане, ожидая своего часа, а назойливый шепот внутреннего голоса очень мешал мыслить спокойно. Дверь едва скрипнула, коридор встретил мраком и тишиной. Хидан хотел тихо пробраться в свою часть дома, но только шагнув в зал, замер. Какузу так и уснул на диване, удобно развалившись, телефон упал на ковер. Хидан кинул взгляд на осколки и пятно на ковре, ехидно усмехнулся, все же удивляясь, как Какузу такое вообще допустил, и шагнул к нему. Достал на ходу из кармана ножик. Подошел совсем близко остановился, разглядывая такое умиротворенное лицо, без маски, расслабленные руки, и подумал, что будет очень обидно потерять такой экспонат. Поправил черные перчатки на руках, натягивая посильнее. И одним быстрым движением уселся Какузу на бедра, прижимая лезвие ножа к его шее одной рукой, а другой цепляясь за плечо. Его жертва, конечно, мгновенно пришла в себя, дергаясь было вперед, но лезвие больно надавило на кожу. Какузу поднял суровый взгляд, всем своим видом обещая Хидану самую страшную смерть из всех возможных, и тяжело вздохнул. - Дождался? – тихо спросил Хидан, щуря глаза. Лунный свет лился из окна прямо на него, делая кожу еще бледнее, от чего темные круги под глазами казались совсем жуткими. - Очевидно, - пожимая плечами, но стараясь особенно не двигаться, ответил Какузу, - Где был? - Думал, за что же ты меня так ненавидишь. - Думал? – Какузу чуть не сорвался на смех, понимая, что только разозлит седого еще сильнее, а там уже что сделает это чудовище на эмоциях – не угадаешь, - С чего ты вообще взял, что я тебя ненавижу? Пока Хидан тянул с ответом, не сводя своих малиновых глаз с Какузу, тот думал, как бы ему дотянуться до разбитой бутылки с острыми краями и не нарваться на этот чертов нож. Стоп, это что, его золотой ножик? Хидан, блядь, ну какая ирония. - Я тебя утомил? Мм? Плохо тебя развлекаю, или что? Чего тебе, сука, не хватает?! Хидан начинал злиться сильнее, очевидно, совсем скоро ему станет тяжело себя сдерживать и будет поздно. Но сейчас, от выпитого ли алкоголя, или от той странной безмятежной усталости, Какузу захотелось просто ничего не делать. Обида сильна, предательство критично резало по сердцу, острее этого пресловутого ножика, но почему бы, черт побери, не пойти по нестандартному сценарию? - Хидан. Тогда пока ты окончательно не слетел с катушек, объясни мне, зачем ты общался с чужаками? Зачем отдавал им наши бумаги, зачем подделывал документы? Мне просто интересно, тебе-то какая выгода? Тишина упала, как пыльный мешок, окутывая собой их обоих, казалось, стало слышно, как луна льет свой свет в комнату. Какузу отчаянно хотелось потереть глаза и выпить еще виски. Как можно больше. Хидан будто задохнулся от возмущения, на миг растеряв весь свой угрожающий вид, и чуть не свалился назад. - Я ничего не делал! Че ты несешь?! Нахер мне это надо?! - Вот и у меня тот же вопрос. А ты с чего взял, что я тебя ненавижу? - Я видел! Сообщения, ты писал кому-то, пиздец, меня это так взбесило, я даже не обратил внимания, кому… Да и какая хер разница, Кузу, ты такую дичь там писал, что я– - Писал? Сообщения? Хидан, блядь! – Какузу не выдержал, резко дергаясь вперед и хватая Хидана за руку, заставляя его выронить ножик, - Ты совсем идиот! Ты же прекрасно знаешь, я – никогда – никому – не пишу! Кроме тебя. О, это удивленное лицо – бесценное зрелище. Глаза, кажется, краснеют, щиплет нос, и Хидан трясет головой, пытаясь собрать всю информацию воедино. Может ли это быть совпадением? Стечением обстоятельств? - Объясни мне, откуда ты это все взял? У меня, конечно, уже есть догадки, но хотелось бы… - освободившись, наконец, Какузу провел по волосам руками, расслабленно выдыхая, отмечая, тем не менее, что Хидан так с его ног и не слез. - Ну один тип, знаешь, не знаю, как объяснить… Мне показалось, что ему не за чем пиздеть, может, конкурент, или кто-то из бывших коллег, да и все эти скрины такие были… настоящие… - Мм… Тогда слушай, Хидан. Судя по всему, нам очень повезло, - тихо сказал Какузу, положив руки Хидану на бедра. - Повезло? - Кто-то захотел натравить тебя на меня, а меня на тебя. Хотя, в моем случае, я даже знаю кто… Очень печально. Так уж вышло, что они сделали это одновременно, сами того не зная, а нам с тобой это только помогло. - И что будем делать? – смысл, кажется, начал до Хидана доходить, и он плотоядно улыбнулся, наклоняясь вперед, ближе, - Я помню, как выглядел тот мудак, который навешал мне эту ахинею, но вряд ли этого хватит… - Хватит. Я их всех найду. - Какая самоотверженность, - глупо усмехнулся Хидан, потянувшись губами к смуглой шее, - Кузу, а что за пятна на ковре? Меня бы ты за такое прибил сразу. - Потеря концентрации, - на выдохе ответил Какузу, добираясь руками до сильной спины, - Хидан, ты в курсе, какой ты красивый? - Чего? – тот опешил на секунду, резко отстраняясь и удивленно всматриваясь в лицо напротив. - Давно хотел сказать, - небрежно пожал плечами Какузу в ответ, - К слову пришлось. - Это… очень… мм… - Хидан взволнованно провел рукой по волосам, отклоняясь назад, - Кузу. Кроме шуток, это очень мило. - Ой, Хидан, - Какузу поморщился, отводя в сторону взгляд, - Только не надо вот этого. - Ха! Мило! Мило-мило-мило, - Хидан снова склонился вперед, обхватывая лицо Какузу руками, и, как бы тот ни пытался отбиться или отвернуться, напал, целуя коротко нос, брови, губы, шрамы, все подряд и не по одному разу. - Перестань! Пфф, черт, хватит! Какузу схватил шустрого Хидана с охапку, поднимаясь вместе с ним с дивана, стараясь максимально его обездвижить. - Угомонись! Черт, уже почти пять утра, какого хрена? Пошли спать, у нас завтра до черта дел, - он ослабил хватку, ставя Хидана на пол, и направился в спальню, оглядываясь на секунду на осколки и пятно на ковре. Хер с ним, с ковром, все равно он ему надоел. - Пошли? Зовешь меня с собой? – хитро спросил седой, оглядываясь через плечо. - Зову. Пошли, пока я не передумал. Как же ты испытываешь мое терпение… Нелепые мурашки не давали покоя, холодя спину, и спать совсем не хотелось, но играть на нервах Какузу все же не стоило, так что Хидан все-таки медленно пошел следом, думая, какой же он дурак. Хотя не стоит упускать из виду, что и Какузу-то, похоже, тоже повелся на всю эту муть. Два идиота. Но в этот раз удача была на их стороне.