Переключенный на причудах

Последние несколько дней передышки были заполнены незаметными визитами, согласно разрешению Тсукаучи Поскольку визит Урараки и Ииды не имели никаких вредных последствий для их безопасности, Мидории было сказано, что иметь несколько гостей одновременно будет прекрасно. Полиция всё ещё посещала их район несколько чаще, чем другие, чтобы следить за любыми подозрительными фигурами. Даже так много его одноклассников останавливались в какой-то момент, чтобы увидеть Изуку живым и здоровым, и ничего необычного не происходило из-за этих визитов. К большому удовольствию Инко и Изуку, два вечера подряд на ужин приходили все желающие. Однажды днем Мицуки и Масару даже пригласили своего раздраженного сына к себе домой на обед. — Я пришел только потому, что ведьма отгрызла бы мне ухо, если бы я отказался, — крикнул Бакуго, когда Изуку поблагодарил его за то, что он зашел. — Мне плевать на твое благополучие, как и всем остальным идиотам нашего класса. — Говорит парень, которому пришлось купить новую форму, потому что он добровольно запачкал её моей кровью, — поддразнил его Изуку, прежде чем его друг детства попытался взорвать его. Конечно, Мицуки вмешалась прежде, чем он успел сделать что-то ещё, кроме как гоняться за Изуку по их маленькой квартире, а младший блондин кричал о том, что его униформа была уничтожена во время схватки со злодеями. Даже если одна из его футболок была обгоревшей, Изуку был счастлив узнать, что Бакуго заботится о своём собственном праве. Когда наступил вечер, Изуку был более или менее готов вернуться в школу. Все визиты его друзей заверили его, что когда он соберет их всех вместе в понедельник, они будут в состоянии справиться с правдой. Он скажет им, что злодей действительно был его отец, и на этом всё закончится. Они были слишком близки к нему, чтобы он мог им солгать: он хотел быть честным с ними. Однако, когда наступило утро понедельника, его желудок скрутило в узел. — Неужели мне действительно нужен полицейский эскорт? — Спросил Изуку у Тошинори, когда они вышли за дверь. — Да, для твоей же безопасности. Если только ты не хочешь принять предложение директора Незу о том, чтобы твоя мать и ты переехали во временное жилье в UA, мы легко можем построить небольшую обитель в течение нескольких часов благодаря Цементосу и другим доступным связям. Изуку покачал головой. — Мы действительно хотели бы избежать этого, как бы круто это ни звучало, чтобы жить в кампусе UA. Мы бы чувствовали себя не в своей тарелке. Яги понимающе кивнул. — Я полагаю, что так и будет. Следующие несколько мгновений они вдвоём пробирались к предоставленной полицейской машине без происшествий. Санса рассказал им, сколько времени потребуется, чтобы добраться до школы, и как они войдут через точку доступа в другом месте по периметру ворот. По-видимому, у UA был служебный вход размером с автомобиль далеко от главных ворот школы. Это обеспечило бы Изуку безопасный вход в школу вдали от толп протестующих, которые уже начали понемногу затихать после недели пресс-конференций. — Директор Незу и другие преподаватели решили для твоей безопасности, что опровержение слухов-это лучший путь, так как всё сказанное здесь, несомненно, станет достоянием общественности, так же они собираются сказать, что твоё дело было рассмотрено и в конечном итоге вернулось безосновательным, как и в новостях, в дополнение к тому, чтобы посоветовать студенческому корпусу не позволять попыткам злодеев обесценивать сокурсника и их университет. Мы надеемся воззвать к их школьной гордости и желанию действовать как герой среди всего негативного давления и заблуждений, которые на них обрушиваются. Губы Изуку превратились в тонкую линию. Хотя он ненавидел лгать своим сверстникам, он знал, что это было к лучшему. — Как бы то ни было, если кто-нибудь побеспокоит тебя в школе, обязательно дай знать учителю. Только преподавателям в целях безопасности говорят, что у тебя есть общая генетическая связь со Все за одного. Некоторые из них знали обо всех причудах одного, так как несколько из них присутствовали, когда я сражался с ним несколько лет назад, так что просто имейте это в виду. Однако, как я уже говорил, это их не беспокоит, поскольку в прошлом у нас были студенты с менее приятными членами семьи. Что нас больше волнует, так это твоё собственное благополучие. — Я знаю, — ответил Изуку тихим от умственного истощения голосом. Его покрытая шрамами правая рука непроизвольно сжалась. — Это очень много значит, что вы все так заботитесь. Когда я учился в средней школе, учителя и глазом бы не моргнули, если бы кто-то меня побеспокоил. Попытка поговорить с ними только навлекла на меня неприятности. Всемогущий нахмурился. — Похоже, твоей средней школе нужен новый персонал. — Наверное, вы правы. Они на самом деле не заботились о студентах, как вы, ребята, в UА, говоря об этом, Всемогущий, вы очень заботитесь обо мне, не так ли? Он в замешательстве откинул голову назад. — Ну конечно, мальчик мой! За последнюю неделю я уже несколько раз называл тебя сыном. На данный момент мы скорее отец и сын, чем наставник и преемник, не так ли? Это нормально? Разве ты… не чувствуешь того же самого? Если я переступаю границы дозволенного, пожалуйста, дай мне знать. Изуку издал короткий смешок, паника Яги застала его врасплох. Этот человек всё ещё чувствовал себя неловко, когда ему приходилось выражать свои чувства или мысли словами, когда он нервничал. — Конечно, я чувствую то же самое! Вы тоже слышали, как я случайно и нарочно назвал вас папой, и даже моя мама дразнила меня тем, что она, по-видимому, выходит замуж без её ведома. Кстати, я думаю, что вы ей очень нравитесь. Я уже знаю, что она и вам нравится. Впалые щеки отставного героя порозовели в считанные секунды, когда он, заикаясь, произнес ответ. — О чём ты говоришь, мальчик мой? Конечно, я восхищаюсь ею, и всё потому, что она довольно удивительная женщина. Я никогда не встречал кого-то настолько сильного, что может дать мне суровый выговор, но всё же сверкнула мне самой ослепительной, поддерживающей улыбкой. Её глаза сверкают, как изумруды, когда она говорит со мной через плечо, готовя ужин, что приводит меня к одному из её многочисленных талантов, таких как кулинария, а её интеллект… — он замолчал в смущении, когда понял, что говорит, и спрятал лицо в ладонях, увидев острый взгляд Изуку. — Именно об этом я и говорю. Кстати, я это одобряю. Пока вы оба делаете друг друга счастливыми, меня устраивает всё, что происходит между вами. Тошинори застонал из-за своих рук. — Благодарю тебя за благословение, мальчик мой. — Он пришел в себя через мгновение, вспомнив первоначальную тему разговора. — Возвращаюсь к тому, что ты говорил раньше, почему ты спросил, забочусь ли я о тебе, если это было очевидно? — Наверное, я просто хотел убедиться.—Мягко признался Изуку, зеленые глаза внезапно перестали смотреть на него с любопытством, а синие с любопытством. — Потому что, в последние несколько дней мне снились кошмары, которые выбивали меня из колеи. Я знаю, что они не так уж много значат, но я думал, что услышать от вас подтверждение того, что вы чувствуйте, поможет? — Если ты хочешь поговорить о своих кошмарах, я с удовольствием выслушаю тебя. Знаешь, мне тоже снятся кошмары. Как и большинство героям. — Я знаю, что вы меня выслушает, папа. Но я думаю, что со мной всё сейчас в порядке. — Если ты уверен, то я доверяю твоему суждению. Когда Изуку взглянул на Всемогущего, нежная улыбка на лице старшего мужчины ранили Изуку до глубины души. Выражение его лица вернуло его мысли к тому, что он кричал Шигараки во время их ссоры. «Отец — это как столп силы, тот, кто поддерживает и дисциплинирует ребенка, которого они любят безоговорочно». Он подумал о том кошмаре, который ему приснился, когда Все за одного держал его. Жгучая жажда отцовской любви всё ещё пульсировала под его кожей, но когда он снова вспомнил о кошмаре, единственное лицо, на которое он мог смотреть, было лицо Яги Тошинори. — Эм, Всемогущий? — Изуку поймал себя на том, что говорит с несвойственной ему ранимостью в голосе. Мужчина сразу же заметил, что что-то не так. — Да? — Могу я… э-э… могу… — Изуку покраснел, пытаясь выдавить из себя вопрос. Однако после ещё нескольких безуспешных попыток он решил не спрашивать и вместо этого рванулся вперед. Прежде чем Всемогущий успел среагировать, его руки обхватили талию мужчины, стараясь не сжимать её слишком сильно из-за раны на боку. Отставной герой честно предвидел это. Он закатил глаза в ответ на выходки мальчика, прежде чем обхватить своими неуклюжими руками Изуку, одной рукой успокаивающе проведя по его кудрям. Он даже ничего не сказал, когда почувствовал, что его тонкая футболка стала немного влажной. «Так вот, значит, каково это-иметь отца». — Подумал Изуку, и сердце его громко застучало в груди. «Это похоже на то, что у меня есть другая мать, но всё же другая. Это просто замечательно». Все мысли Яги, обернутые вокруг него, бежали со скоростью мили в минуту. «Не слишком ли рано говорить ребенку, что я полюбил его, как родного? Мы вместе тренировались и были связаны больше года, я называю его сыном, а он меня папой, так что это не должно быть слишком странно. А что, если он все-таки испугается? Я не хочу выглядеть каким-то жутким стариком, особенно в таком виде, как сейчас. Может, мне стоит подождать, пока он сам мне всё расскажет? Тьфу, возьми себя в руки, Яги! Это не какое-то школьное признание. Ты просто скажешь своему не биологическому сыну, что любишь его совершенно по-отечески. Вот и всё». Детский смех вывел мужчину из задумчивости. Он посмотрел вниз, ожидая, что Изуку отодвинется, и протянул руку, чтобы вытереть слезы с глаз, когда его смех превратился в обычную ухмылку. — Я думал, что только у меня есть привычка бормотать, но, видимо, ошибся. — Он ещё раз обнял Всемогущего, продолжая говорить. — Я люблю тебя, папа. «Вот дерьмо! Он услышал меня!» К счастью, он быстро пришел в себя и ещё раз крепко сжал Изуку. — Я тоже люблю тебя, мальчик мой. Не забывай об этом.

***

Изуку пропустил собрание «добро пожаловать назад». Дело было не в том, что он не мог справиться с пристальными взглядами или комментариями, исходящими от его сокурсников. Его душевное состояние было довольно хорошим с учетом всех обстоятельств, но всё же он находил более привлекательной идею ожидания в своей классной комнате. Айзава всё равно разрешил ему пропустить это занятие. Учитель искренне хотел бы, чтобы остальная часть его класса пропустила то, что он чувствовал, было глупым собранием, но, к сожалению, он был одним из выступающих. Иногда Изуку казалось, что герою Сотриголове не нравилась его работа. Но потом он вспомнил, что Айзава просто не любил большинство людей вообще. Как бы то ни было, зеленушка был рад хоть на минуту успокоиться. Оставшись один в классе, он мог спокойно обдумать то, что собирался сказать своим друзьям. «Должен ли я просто начать с того, что слухи верны? Ну, я думаю, мне следует уточнить, какие слухи со всеми другими летают вокруг. Я просто скажу им, что недавно сам узнал, что он мой биологический отец, но я вообще не признаю его своим родственником. Они, вероятно, догадаются, что я чувствую себя так после того, что они видели, когда он впервые прибыл, и особенно после того, как он нанес мне рану, когда меня везли в офис к исцеляющей девочки. А что, если они начнут относиться ко мне по-другому? Я не думаю, что смогу снова пережить остракизм со стороны своих сверстников. — Этого никогда не случится, — упрекнул он себя. — Ты же видел, как они переживают, когда навещали меня на прошлой неделе. Их сообщения, телефонные звонки, Тодороки даже приносили маме сладости! Ну, это могло бы быть благодарностью за то, что он пару раз разговаривал с матерью по телефону в начале недели, и они быстро подружились, но все же. Мне нужно перестать сомневаться в своих друзьях. «Я им доверяю, так что беспокоиться не о чем». После этого напоминания Изуку почувствовал, что начинает расслабляться, глядя в окно комнаты. Всё было исправлено. Стекло, которое покрывало пол из-за поспешности Всемогущего в поисках Все за одного, давно исчезло, не осталось и следа. Он проверил время на своем телефоне. «Собрание должно закончиться через несколько минут. После этого у всех есть пятнадцатиминутный перерыв, чтобы вернуться в свои классы и дать учителям время ответить на любые вопросы. Предполагая, что все вернутся сюда как можно скорее, так как я сказал им, что буду пропускать занятия, у меня будет достаточно времени, чтобы сказать им правду, прежде чем учитель Айзава начнет занятия быстро, как всегда» Прежде чем его мысли смогли продолжить свой беспорядочный бег, он чуть не упал со стула, когда дверь в класс распахнулась. Через несколько секунд несколько его друзей окружили его, все сочувствующие и обеспокоенные, в то время как некоторые просто стояли сзади и с интересом наблюдали за ним. — Мидория! — Деку! — Чувак, как я рад тебя видеть! — Прошло всего несколько дней, но я скучал по тебе, Мидория! — Как ты держишься, Мидория? — Знаешь, мы очень беспокоились за тебя. Я рад видеть, что у тебя всё хорошо. Прежде чем Иида успел отчитать всех за то, что они толпятся вокруг него, как Изуку понял по выражению его глаз, что он собирается одновременно защищать его и как представителя класса, он поднял руки вверх. — Ребята, успокойтесь! Я рад, что вы так беспокоить обо мне, но обещаю, что всё будет в порядке. Мои раны почти полностью зажили, и я чувствую себя лучше, чем когда-либо. — А твоя мама? — Спросил Хагакуре. — Как она там? — Она тоже неплохо справляется. Но на самом деле, поскольку у нас есть время до начала занятий, мне действительно нужно кое-что вам рассказать. Здесь все собрались? Иида пересчитал всех быстрее, чем Изуку успел моргнуть. — Похоже, здесь все на своих местах. Хочешь, я закрою дверь, Мидория? Он благодарно кивнул. — Спасибо, Иида.— Как только это было сделано, большинство его одноклассников окружили его вокруг его стола, причем Каччан был более удаленным и вместо этого сидел за своим столом, чтобы он мог демонстративно отвернуться от группы, когда он слушал. — Я прошу от имени школы, моей матери и самого себя, чтобы ничто из того, что я собираюсь сказать, не выходило за пределы этой комнаты, — начал он серьезно, но если бы они слушали достаточно внимательно, то услышали бы оттенок страха. — Я рассказываю вам всё это потому, что вы заслуживаете знать правду, и потому, что я вам доверяю, ребята. Я хотел, чтобы вы это знали. Слух о том, что злодей, напавший на школу, известный как «Все за одного», — он опустил взгляд на свои колени, чтобы избежать зрительного контакта со сверстниками, — это мой биологический отец. Изуку продолжал объяснять события, которые привели к большому разоблачению. Он упомянул о том, как странно его мама реагировала на вопросы, касающиеся Хисаши, о причуде изменения памяти, о незаконной банковской деятельности и, наконец, о том, почему он вообще родился. — Я думаю, это хорошо, что моя причуда проявилась поздно, — солгал он с легким смешком. — Меня бы сегодня здесь не было, если бы его врач не назвал меня чудаком. — Деку, ты никогда бы не стал злодеем.— Урарака выругалась, её глаза блестели от слез при этой истории. — Ты любишь героев. Ты же герой! Он только покачал головой. — У Все за одного была странная особенность, изменяющая память. У меня не было бы ни единого шанса против этого, особенно в возрасте четырех лет. — Даже если это правда, — вмешался Тодороки, — нет смысла думать о том, что могло бы быть. Я, например, ценю твою честность во всём этом, Мидория. Я знаю, что это было очень трудно. Спасибо. Изуку лучезарно улыбнулся. — Всегда пожалуйста, Тодороки. Я действительно рад, что всё так хорошо восприняли это. Должен признаться, я немного боялся, что вы, ребята, будете относиться ко мне иначе. — А зачем нам это делать, а? Ничего не изменилось, глупый Деку. Класс переключил свое внимание на Бакуго, который теперь повернулся на своем стуле так, что мог смотреть прямо на своего друга детства. — Твой дерьмовый старик оказался каким-то убогим мерзавцем. Да кому какое дело? Всемогущий победил, и теперь Лига злодеев должен полагаться на эту истеричную отговорку для злодея, который использует отрубленную руку, чтобы скрыть свое лицо. Буквально ничего не изменилось, кроме твоего знания ситуации и того факта, что тебе с мамой придется иметь дело, не живя частично за счет украденных денег, что в любом случае не является проблемой, поскольку она и так зарабатывает достаточно хорошо на своей работе. Ты всегда был большим ботаником, когда дело касалось героев, и огромной занозой в заднице, когда дело касалось желания быть героем, несмотря на то, как сильно я пытался заставить тебя сдаться. Узнав, что ты родственник злодея, ты не изменишь своего мнения ни о чём. Если сейчас кто-то начнет относиться к тебе по-другому, то он не заслуживает того, чтобы называть тебя своим другом. В последний раз фыркнув, он повернулся, скрестив руки на груди и слегка покраснев. Некоторые из его одноклассников изумленно уставились на то, что он только что сказал. Изуку, например, должен был сознательно помнить, что нужно держать рот на замке. Неужели Бакуго пытался его успокоить? Похоже, что Каччану действительно не все равно, по-своему. Зная, что лучше не говорить спасибо, так как это только приведет блондина в ярость отрицания, Изуку вместо этого ограничился тем, что улыбнулся своим одноклассникам. — Ну, это огромная разгрузка с моих плеч. Интересно, что мы будем делать в классе после того, как экскурсия была отменена. Внезапно Каминари, Мина, Сато, Киришима и Серо опустили головы, и слезы навернулись на глаза наиболее драматичных членов группы (Каминари и Мина) почти комично. — Во время перерыва мы получили электронное письмо, в котором говорилось, что нам придется оставаться после школы на несколько часов каждый день, чтобы получить дополнительные уроки, — захныкала Мина. — Очевидно, что общее количество потраченного времени меньше, чем то, что мы сделали бы во время перерыва, но делать это здесь означает продлить школьные дни на две недели. Я сейчас умру! — идея о большем количестве уроков и домашних заданий превратилась в кошмар. Их крики были настолько громкими, что большинство из них, за исключением Джиро, Ииды, Яойорозу и Бакуго, не заметили, как их гусеница-учитель распахнула дверь. Он с гримасой смотрел на громкие звуки, исходящие от его учеников. — Прекратите ныть, вы двое. Кроме того, урок вот-вот начнется, а это значит, что все займут свои места. У вас есть пять секунд.

Чтобы все расселись, потребовалось всего три часа.

— Вот так-то лучше. Теперь мы будем освещать законы о героях сегодня, так что…

И вот так же все вернулось на круги своя в классе 1А.

Никто не заметил пылающего тела профессионального героя, прогуливающегося мимо толпы, собравшейся у ворот UA. Старатель едва обращал внимание на крики тех, кого он оттеснял с дороги из-за сильного жара, вызванного его причудой. Единственное, о чем он думал, — это положить конец одной из многочисленных глупостей UA. И если это означало, что он голыми руками вытащит из школы подлого сына злодея под предлогом желания защитить своего протежа и притвориться, что ценит мнение народа, что ж, тогда он сделает это с уверенностью. В конце концов, он был новым героем номер один. Кто такие герои без ранга, играющие в учителей, говорящая крыса и кучка сопляков, чтобы сомневаться в его суждениях?