Переключенный на причудах

Курогири был удивительно вежлив, учитывая обстоятельства. — Простите, — осмелилась сказать Инко, как только Шигараки вышел из комнаты. В течение последнего часа или около того она не решалась заговорить в присутствии молодого злодея. Он был так поглощен рассказом Инко о том, как именно, по его мнению, будет проходить её спасение, что она более или менее заглушила его. Тем не менее, он часто становился маниакальным в некоторых моментах своего монолога, что заставляло её дважды подумать, прежде чем сказать что-либо или встать со своего разорванного кресла, пока он был рядом. — Курогири — сан, вы сегодня были ужасно вежливы со мной. Могу я спросить, почему? — А как, по-твоему, мы должны были с вами обращаться? Женщина молчала, растерянно подняв брови. — Даже не знаю. Вы являетесь членом Лиги злодеев, поэтому, я предполагала, что со мной будут обращаться жестоко. Вы ведь смотрите все эти новости о пытках заложников или криминальные шоу, где похитители связывают своих жертв, не так ли? — Новости и телевизионные драмы редко показывают точную преступную деятельность. Когда речь заходит о средствах массовой информации, рассказы представляются для развлечения зрителя, но когда они делают это правдиво, грубые эмоции и все детали, составляющие реальную историю, выбрасываются. Это не означает, что мы не можем вас сдерживать или причинять вам вред. Однако вы согласились не поднимать шума, так что это только справедливо, что мы относимся к вам с уважением. Инко не смогла скрыть удивления, отразившегося на её лице. — Я бы извинился за то, в каком состоянии была оставлена ​​ваша квартира, — продолжил мужчина, — но ваша попытка противостоять захвату была восхитительной, учитывая наше внезапное прибытие, насколько непригодна ваша причуда для боя и наша собственная сила. Честно говоря, если бы мне позволили, я бы просто ворвался в квартиру, чтобы забрать вас, не устраивая сцен. С другой стороны, Томура Шигараки был непреклонен в том, чтобы проверить свои новые причуды. Его усердие привело к тому, что мы ворвались сюда после того, как разделались с офицерами, охранявшими вашу резиденцию. Ранение вас не было непосредственной целью здесь сегодня вечером, как мальчик уже сообщил вам. Мы также знаем, что вы не сможете убежать, поэтому связывать вас было сочтено излишним. Она медленно кивнула. — Понимаю. Если вас не затруднит, не мог бы ты также сказать мне, где мы сейчас находимся? Этот дом выглядит так, как будто в нём когда-то жили, — заметила женщина, оглядываясь вокруг, — но он уже давно заброшен. Шигараки ведь здесь не живет, верно? Никому из них не нужно было упоминать о пятнах крови на ковре. — Я думаю, это не имеет значения, если вы и так знаете. — Ответил он, поймав себя на том, что ходит по комнате и рассеянно смотрит на часы. — Мальчик жил здесь, когда был маленьким. Я не буду называть вам точное время, но это я могу вам сказать. Сейчас он здесь не живет. Этот дом не был занят уже несколько лет, с тех пор как здесь произошла особенно ужасная смерть. Из-за этого никто не пытался нарушить порядок в доме. Это, вероятно, к лучшему, потому что он всё ещё имеет некоторую сентиментальную ценность для мальчика. Даже больше, чем ему хотелось бы признать. Инко замолчала, не зная, что сказать дальше. Она всё ещё боялась. Есть два злодея, которые убьют её, если их вынудить, даже если один из них сейчас ведет себя странно. Младший злодей беспокоил её больше, безумное количество эмоций, которые он проявлял, когда говорил о том, чтобы покончить со Всемогущим раз и навсегда, вызывало у неё тошноту. Неподдельный ужас, непохожий ни на что другое, всё ещё пел в её жилах с тех пор, как она услышала, как мальчик разглагольствует об убийстве её маленькой Изуку. Она никогда не бросит своего ребенка, но если молодой человек попытается повредить хоть один волосок на голове её сына, она отдаст свою жизнь, пытаясь остановить Шигараки. Она готова на всё ради своего сына. Именно так поступают матери, когда их ребенок в опасности. Она любила его больше всего на свете, включая саму себя. Она не будет стоять и смотреть, как какой-то извращенец пытается отнять у неё её собственного сына. Материнская любовь к своему ребенку-это сила, с которой приходится считаться. Спустя почти пять минут напряженного молчания Шигараки вернулся в гостиную со скучающим видом. — Сколько ещё до их появления? — Он заскулил, пальцы его чесались от нетерпения. Курогири посмотрел на часы. — У них есть ещё пятнадцать минут. Помните, что вы дали им достаточно времени, чтобы добраться до этого места на поезде, не имея много времени для обсуждения альтернативного плана. Скоро они прибудут, так что вам лучше подготовиться к тому времени, которое у нас осталось. Шигараки хмуро посмотрел на старшего злодея. — Я готов. Мои новые навыки были исчерпаны, и я готов к началу мероприятия. — Мгновение спустя он повернулся к Инко, глаза его сузились из-за руки, закрывавшей большую часть лица. — Вы всё время так на меня смотрите. Вам есть что сказать, или вы просто так пытаетесь меня разозлить? — Я… я не хотела тебя расстраивать, — быстро и виновато проговорила она. Последнее, что она хотела сделать, был его гнев. — Я только что заметила, что с тех пор, как я здесь, ты делаешь много ссылок на видеоигры. Ты играешь в них? От мальчика донесся насмешливый смешок. — Конечно. Неужели вы думаете, что я привожу их сюда только для того, чтобы посрать и посмеяться? Инко проигнорировала его грубый язык. В конце концов она выросла с Мицуки, и эта женщина всё ещё могла ругаться хуже, чем моряк. Моряк, который даже повредил палец на ноге. — Я была профессионалом в Mario Kart. Я так же была очень хороша в старых играх Zelda. — Её следующие слова были неуверенными, заставляя молодого злодея посмотреть на неё с неподдельным удивлением. — А во что ты играешь? Последовала долгая пауза, прежде чем он ответил, словно раздумывая, стоит ли об этом упоминать. — Поиски дракона, — наконец произнес он. — Final Fantasy время от времени. «Изуку тоже играл в такие игры», —подумала Инко с кислым привкусом во рту. «Этот мальчик ещё так молод. Интересно, был бы кто-нибудь рядом с ним, если бы всё обернулось иначе?» Однако прежде чем кто-либо из них успел сказать что-либо ещё, раздался стук в парадную дверь. — Курогири, — Шигараки криво улыбнулся потрескавшимися губами и сухой кожей, — похоже, наши гости прибыли как раз к назначенному сроку. Почему бы тебе не впустить их?

***

При виде живой и невредимой матери Изуку едва не потерял сознание. — Мама! — Он хотел было оставить Всемогущего, чтобы пройти сквозь варп-врата, но его тело замерло, когда Шигараки небрежно помахал ему рукой. Эти пять пальцев извивались в воздухе подобно тому, как двигаются ноги паука, загипнотизировавшего свою жертву перед тем, как нанести смертельный удар. — Ни на шаг ближе, сопляк. — Безжалостно предупредил Шигараки с того места, где он теперь стоял позади матери Изуку. — Я ещё не потрудился разложить какую-либо её часть, но всё может измениться в одно мгновение, в зависимости от тебя. — Ты обещал, что не тронешь её, если мы придём, — выдавил он. — И ты знаешь, ЧТО слову злодея никогда нельзя доверять. Он проигнорировал яростный взгляд Изуку и вместо этого переключил свое внимание на Всемогущего, садистское ликование осветило его черты. — Всемогущий, ты выглядишь немного больным. Я знал, что мастер не попал бы в плен, не приведи он тебя, но ты выглядишь как ходячий скелет. Всё, что осталось от тебя, о великий бывший символ мира, — это кожа, кости и твои дурацкие волосы. Если бы ты не собирался умирать здесь, я бы с удовольствием передал тебя своим весьма полезным знакомым в СМИ. Представь, если бы они увидели твою жалкую форму. Они бы набросились на тебя живьем, как легко управляемые стервятники. — Он снова повернулся к Изуку, голос его звучал насмешливо. — Ты ведь всё об этом знаешь, сын злодея? Голубые глаза сузились раньше, чем зеленые. — Шигараки, — Всемогущий начал говорить тоном, полным недовольства. — Мы пришли, как ты просил, так что отпусти мать мальчика. Она не имеет к этому никакого отношения. Даю тебе слово, что она не пойдет за помощью. — Как будто твое слово что-то значит; оно так же хорошо, как и мое! Вам, героям, нельзя верить, что вы сдержите своё слово, как нельзя верить, что вы спасете тех, кто в этом нуждается, а эта женщина, — он положил пару пальцев ей на плечо, — родила это отродье. — Злодей указал на Изуку свободной рукой. — Она тоже не так уж невинна. Почему я должен её отпускать, а? Было бы так легко убить её прямо здесь, прямо сейчас. Всё, что вы могли бы сделать, это наблюдать. — Не делай этого. Пожалуйста. Голос Изуку был умоляющим, и Инко почувствовала, что по её щекам текут слезы. Самоуверенная ухмылка Шигараки сменилась хмурым взглядом. — Ты думаешь, что попрошайничество поможет её делу? Она не что иное, как NPC, чья цель закончилась после того как она тебя родила. Инко не могла удержаться, чтобы не вздрогнуть от этого замечания. Это была реакция, необходимая для того, чтобы напомнить Изуку о его плане. Позволив своему гневу на мгновение поглотить его, он отогнал страх за мать из своей головы достаточно долго, чтобы очистить её. — Знаешь что, Шигараки? Может быть, Все за одного использовал её только для того, чтобы завести ещё одного ребенка. Судя по всему, у него было много детей, но просто напомни себе, почему он это сделал в первую очередь. Если бы не его собственные безуспешные попытки передать свою причуду через гены, тебя бы сегодня здесь вообще не было. — Что? — Рука Шигараки нашла его шею, ногти методично царапали её. — В твоих словах нет никакого смысла, сопляк. Изуку ухмыльнулся. — Все за одного никогда не говорил тебе, да? — Конечно, он так и сделал. Он ходил с такими детьми, как ты, чтобы украсть их причуды для себя. — Неправильно. Он продолжал заводить детей, потому что хотел иметь преемника, но все его дети были без причуд. И только после того, как много лет назад он проиграл битву против Всемогущего, он был вынужден скрываться, чтобы восстановиться, он отказался от этого метода и вместо этого нашел преемника в тебе. Можешь себе представить, Шигараки, если бы я родился с его причудой, как он надеялся? Я бы стал его преемником. Явный гнев, исходящий от молодого злодея, был осязаем. — Это ты ошибаешься! Мастер никогда бы мне так не солгал! Я не какой-то бродяга, которого он подобрал; он спас меня, потому что он задолго до меня знал, что герои подводят людей только тогда, когда дела идут плохо. — Но действительно ли он спас тебя? Он мог бы найти тебя, когда ты нуждались в помощи, но он немедленно использовал твои обстоятельства в своих интересах. «Пора по-настоящему разозлить его, Изуку». — Честно говоря, если бы не его предыдущие неудачи, он, вероятно, оставил бы тебя в покое. Ты для него всего лишь пешка, Шигараки. Хуже всего было то, что он выбрал тебя своим преемником в качестве последнего средства. Он сам сказал это во время последнего боя. «Вот оно. Я очень надеюсь, что Айзава получил сигнал». — Он сказал мне, что если бы я родился с причудами, то стал бы идеальным преемником. Шигараки растерялся. — Ты врёшь! — Закричал он, полностью забыв о матери Изуку и готовясь броситься на героя во время тренировки. — Я убью тебя, сопляк! Я собирался сделать это быстро, но теперь я думаю, что покажу свои причуды, взяв тебя красиво и… Звонок в дверь резко оборвал его на полуслове. Приятный звон колокольчика разнесся по всему дому почти зловещим эхом. Инко растерянно посмотрела на двух злодеев, когда они обменялись недоуменными взглядами. Почему они выглядели такими взволнованными? — Электричество было отключено в течение многих лет, — тихо сказал Шигараки, и его глаза наполнились неопределенными эмоциями. Собравшиеся в гостиной купались лишь в слабом свете, падавшем из окон верхнего этажа. — Как зазвонил дверной звонок, если… Внезапно весь дом наполнился светом. Инко крепко зажмурилась от неожиданной перемены, инстинктивно поднеся руку к лицу. Оба злодея отреагировали одинаково. Это означало, что на мгновение они были застигнуты врасплох, и это было то время, в котором нуждались Изуку, Всемогущий и Сотриголова. В тот же миг, когда все огни в доме ожили, в окно, рядом с которым сидела старшая Мидория, ворвался профессиональный герой. К тому времени, когда кто-то из злодеев понял, что происходит, Инко уже была в безопасности, и Всемогущий выбежал через парадную дверь туда, где стояли несколько героев, готовых сражаться. В доме остались только ошеломленный Курогири, ничего не выражающий Шигараки и вздохнувший с облегчением Изуку. — Я думаю, ты был прав насчет того, что слово героя так же хорошо, как и слово злодея, — дерзко сказал Изуку, активируя свою причуду. Один за всех гудел в его венах, когда он сиял яркой белизной на его коже. Последняя часть его плана состояла в том, чтобы выбраться оттуда сразу после Всемогущего, но ноющее чувство самопожертвования и справедливости в его сердце подсказывало ему, что он должен остановить Шигараки, пока он всё ещё привыкает ко Всем за одного. Чем дольше он будет ждать, чтобы остановить нового лидера Лиги злодеев, тем больше людей пострадает, чтобы добраться до него. Шигараки разрушал бы жизни, воруя причуды и вызывая бессмысленное насилие, страх и панику для гражданских лиц повсюду. Если Изуку сможет предотвратить это, сражаясь с ним прямо здесь и сейчас, то он сделает это.