К чему привёл случай в министерском туалете...

После того как газеты раструбили о расставании геройской парочки, Гарри не просто не давали прохода — в последние дни все как с цепи сорвались в попытках привлечь его внимание. Вот и сегодняшним вечером не удалось избежать всеобщего интереса. Дети, конечно, не в счёт, и непонятно, откуда те вообще взялись на министерском приёме, но они облепляли его ноги, словно он и был самый настоящий Санта. Напомаженные мамочки глядели на всё это умилёнными восторженными глазами и норовили его расцеловать, и неважно куда. Женщины-фанатки всех возрастов смотрели на него голодными акулами и разве что не прыгали ему на шею, где иногда норовил повисеть чей-нибудь особо проворный ребёнок. Мужчины постоянно пожимали руки, со всей дури хлопали по плечам и предлагали вместе выпить. Парню приходилось улыбаться, отдирая от себя гроздья детей, уворачиваться от накрашенных губ и проворных цепких ручек, юлить и лицемерить, когда его пытались споить, чтобы не оказаться вдребезги пьяным под ёлкой уже в самом начале вечера. Голова от обилия столь агрессивного внимания шла кругом, и долго бы он этого выдержать не смог. Помелькал перед гостями, Кингсли поприветствовал и скрылся от алчущих его внимания глаз. После такой встречи в этот праздничный вечер Гарри хотелось лишь сбежать от всех подальше и от магического мира в частности. Поэтому он в одиночестве гулял по тёмным коридорам Министерства без какой-либо цели. Хотя, что скрывать, поселилась у него смутная и глупая, должно быть, надежда, что в этот новогодний вечер ему тоже встретиться кое-кто, умеющий подарить праздничное настроение. Конечно, шанс был мал. Но когда ещё мечтать, как не в Новый год? И он шёл по очередному тускло освещённому коридору в сторону праздничного зала, в котором уже приглушили свет. До Нового года оставались считанные минуты, которые всё же приятнее было встретить среди людей. В темноте, подсвеченной свечами, и без очков, он надеялся, его не сразу узнают, и он сможет воспользоваться моментом, быстро проскользнув к открытым каминам. Но не успел Гарри сделать дальше и шага, как его резко схватили и запихнули в какую-то тёмную каморку. — Ты-то мне и нужен! — Услышал он смутно знакомый хриплый шёпот. В носу защекотало от яркого запаха трав и морозной хвои. Парень узнал своего рождественского незнакомца, который уже деловито расстегнул его мантию и рубашку, после чего по-хозяйски окопался у него в штанах. Брюнет со свистом выдохнул сквозь зубы, когда чужая рука, сгребла его яички в ладонь, и всё пытался вглядеться в темноту. Но ничего не получалось — вокруг было беспросветно, хоть глаз выколи. Конечно, не могло даже помочь и то, что теперь Гарри превосходно видел без помощи очков. Но не в такой же темени. — Чин-чин! — С проказливой усмешкой произнёс невидимый ему явно молодой мужчина, соприкасаясь головками членов и зажимая их в своём кулаке. И, окунаясь в ощущения, Гарри притянул того к себе и от души тяпнул наглеца за шею, от чего тот вздрогнул и глубоко застонал, когда парень принялся зализывать «боевое» ранение на этом сексуальном поединке. Поттер был настроен по этой метке найти на вечере своего соблазнителя и в то же время отомстить за прошлый раз, когда, краснея и стыдясь, узнавал у Гермионы лечебные чары от засосов. — Давай кончим вместе под новогодний счёт… — Хрипло предложил мужчина, гоняя их члены в кулаке, в ответ то покусывая, то посасывая Гарри шею. Снова. Сам парень только глухо стонал, что есть сил двигал вперёд бёдрами, упираясь затылком и лопатками в холодную стену. Он задыхался от накатывающих и поглощающих его чувств. За дверью каморки слышались громкие голоса: — Девять… Перед глазами танцевали разноцветные пятна, и он уже чувствовал край подступающей бездны удовольствия. — …Пять, — дружно отсчитывали собравшиеся в министерстве маги последние секунды перед следующим годом. Воспоминания о прошлом разе были туманные и смазанные. Сейчас же, на трезвую голову, всё было так чувственно, волнующе и, несмотря на темноту, ярко, когда под закрытыми веками будто вспыхивали праздничные фейерверки, разрывая Поттера изнутри. — Три! В ушах грохотала кровь. В горле пересохло. Гарри было горячо и его так сильно вело, что он с трудом стоял на подрагивающих ногах. — Два! Он чувствовал себя на самом краешке бездны, в которую готов был сорваться. — Один! Как шампанское из бутылок в праздничном зале, выстрелила сперма, заливая руки и животы. И Гарри было искренне жаль, что он этого не видит. Где-то там звенели бокалы и маги поздравляли друг друга с наступившим праздником. Незнакомец впился в его губы, жадно толкаясь языком в его распахнутый рот, выпивая низкие стоны, выдавливая последние капли из их выплёскивающихся членов. — С Новым годом! — Радостно произнёс этот молодой, не узнанный им мужчина своим приятным тихим голосом, с явной неохотой оторвавшись от его губ, соприкасаясь их носами и лбами. Он сжал талию Гарри и шало дышал. Поттер и сам загнанно вдыхал спёртый воздух кладовки, в котором перемешались запахи пыли, незнакомца, свежего пота и секса. Он прижимал к себе своего неведомого партнёра, проводя дрожащей рукой по худощавой спине, зарываясь лицом в мягкие пряные волосы, когда тот уткнулся ему носом в шею. Напоследок, практически вылизав его рот, медленно и глубоко поцеловав, чем довёл его практически до умопомрачения, незнакомец прошептал ему в самое ухо, от чего снова ёкнуло сердце и по загривку побежали мурашки: — Смотрю, ты всё-таки воспользовался моим зельем, Гарри. Без очков тебе гораздо лучше! Всегда это знал… Поттер почувствовал укус в мочку. И не успел брюнет вымолвить в ответ и слова благодарности за присланное недавно Зелье острого зрения, которое избавило его от очков, как незнакомец зашуршал тканью и большим тёмным снитчем вылетел за дверь. Гарри только и успел заметить в проёме мантию с глубоким капюшоном. Вот же ж ловкий хитрец! Всё продумал. Очевидно же, что Поттер не побежит догонять того со спущенными штанами в общий зал, куда этот мужчина, без сомнения, и направился, чтобы затеряться в толпе. Пока парень заправлял свою рубашку в брюки, поправлял мантию и сносно приводил себя в порядок, его чудесный незнакомец, конечно же, уже исчез. Напрасно парень гулял среди веселящихся и откровенно напивавшихся магов — мужчины с укушенной шеей он там не нашёл. «Только после секса!» — так называлась статья в утренней газете на первой полосе, где красовалось крупное фото Гарри, на всех парусах влетающего в праздничный зал из министерского коридора. На голове царил ещё больший, чем обычно, беспорядок, щёки раскраснелись, несколько верхних пуговок рубашки всё-таки остались расстёгнутыми, а на ключицах, впрочем как и на шее, расцветали тёмными метками яркие пятна засосов, которые были отлично видны, когда парень поворачивал голову в поисках своего незнакомца. «Пока магическая общественность празднует Новый год, Герой магического мира предаётся распутству прямо в самом центре Министерства Магии…». Далее небезызвестная Скитер как обычно не стеснялась додумать всех его мыслимых и немыслимых страстных партнёрш, которые могли оставить такие засосы на его шее и скоротать свой новогодний вечер с Героем. Но даже безудержная фантазия журналистки не могла предположить, что Гарри имел близость с представителем своего пола. Узнай Рита об этом, её бешеное перо, наверное, разорвало бы от счастья — сколько неординарных партнёров Поттеру можно было бы приписать. Парень сгорбился за столом, тяжко вздохнул и приложился о поверхность лбом, тоскливо выдыхая: — Я даже имени его не знаю…