Среди могильных плит

Эстер всё же смогла вытянуть Герду прогуляться вдвоём. Но подумав, решила привести с собой их общего друга Карла, для поддержания весёлой и непринуждённой обстановки. Ей было не по себе от мысли о том, что Герда может начать говорить про сестру. Встретившись, друзья не могли перестать обниматься. Никто не скрывал искренней радости. Единственное, наверное, что хотелось бы оставить в секрете для всех- подробности недавних событий. На удивление Карла и Эстер, Герда была в очень даже приподнятом настроении, поддерживала любые разговоры, шутила. Все были довольны и испытывали яркие и светлые чувства по окончании проведённого вместе дня. Когда настало время расходиться по домам, Карл проводил Герду до дома и попросил задержаться, чтобы услышать кое-что важное от него. -Знаешь, всё это время я думал о тебе. -Мне приятно, хоть мне и было тяжело, но я о вас тоже думала и скучала. -Раньше я боялся сказать, но сейчас я в большем замешательстве... -Сказать что? -Ну...Сомневаюсь что я стану счастливым, если скажу, а возможно даже совершу свою самую большую ошибку... -Да говори ты уже, не люблю когда мямлят. Из окна донёсся голос тёти Ханны, она приказным тоном сказала дочери идти домой. -Секунду, мам... -А может две? Тебе продублировать мои слова устами отца? Отец был строг, если кто-то позволял себе его ослушаться, поэтому Герда решила не искушая судьбу выполнить просьбу. -Подожди, я... парень замешкался. Эта оттяжка стала раздражать, и в надежде, что он всё же не соберётся с духом, и разговор не придётся продолжать, Герда пообещала выслушать его позже, закатив глаза и язвительно усмехнувшись. Придя домой, девушка почувствовала что её приподнятое настроение сходит на нет. Снова эти несчастные лица родителей, бездонная тоска в глазах. Почему они не могут просто отпустить и всё? Не страдать же всю жизнь. Немного пообщавшись с однокурсниками на тему учёбы, Герда выключила мобильный, положила на тумбу и легла в кровать. Она почти заснула, но её сон потревожил скрип открывшейся двери. -Мам, я сплю... -Прости, доча. Адела попросила тебя поцеловать за неё. -Что?! -У неё очень болит нога, она не может к тебе подняться. По телу Герды пробежал холод. Она вспомнила как отец описывал внешний вид мёртвой Аделы. Два больших сгустка крови вместо глаз, разбитые ключицы, вбитые в ногу гвозди от бедра до стопы... Представив это зрелище, ей стало не по себе. -Милая, привстань, тяжело наклоняться... -Мам... -А Адела бы не противилась... -Мама! -Была бы жива моя девочка... Герда чувствовала, как её пробирает злость, она еле сдерживалась чтобы не послать мать довольно далеко. Но Ханна, увидев, что дочь не обращает внимания на просьбу, удалилась сама.