Пепелище цивилизации

К вечеру Хрыч прислал сообщение. «Сегодня купил у одного барыги очень интересную вещь. Когда вернёшься могу продать по скидке.» «Интересно, что он в этот раз отрыл. В прошлый раз это был целый ящик артиллерийских снарядов.» - подумал я. Ночью, когда мы дежурили пошёл дождь. Из-за дождя видимость сильно ухудшилась. Это не сулило ничего хорошего, как бы на мину не попасть, ведь скоро граница. Сектор 8 воевал на стороне сектора 4 против 10, а 2 вообще там случайно оказался. В общем и целом, сектор 10 в скором времени будет разделен 8 и 4 на относительно равные части. Наш путь пролегал через сектор 4, так как 8 и 4 союзники, то проехать там не составляло труда. Меня больше беспокоил вопрос проверки на границе. Какие документы у водителей? Если сектора 4, то их там же пристрелят как шпионов. Оставалось надеяться на лучшее. Я уже прихватил себе документы с пропиской 8 сектора, как и остальные. «Восьмых» красные терпели, так как те не являлись капиталистами. - Эй, Лёха, ты там как? – послышался голос Джона из рации. - Нормально, а, что? – отозвался я. - Да, вот, у нас снова проблемы на горизонте маячат. – ответил он, - Рома сказал, что теперь не только я в розыске у нациков. Я, ты и Элевон. - Ну, начнём с того, что я уже давно считаюсь в секторе 15 «врагом №1». – ответил я, - Мы с Джимом порядком им насолили ещё давно, когда тебя спасли, но этим мы не ограничились, мы разнесли в щепки ЦС-01. - Я это помню. Тут ничем гордиться, ты хоть представляешь скольких невинных убил и скольких покалечил! – ответил он мне. Это заставило меня задуматься. Я и вправду лично практически уничтожил целую станцию, лишил крова тысячи людей. Я тот, кто менее всего подходит на роль главного героя. Меня успешно мог заменить Джим, но и он не самый однозначный персонаж. Он тоже был солдатом, тоже убивал людей. Катись оно всё к чертям! Единственный стимул к существованию — это забота об этих двоих. С окончанием войны я потерял смысл жизни, как и многие. Хотя именно из-за неё мы попали в такое жалкое положение. Я был создан для того, чтобы уничтожить этот мир, а не помогать ему. Наступила ночь. Мы снова сторожили по двое. В первый раз со мной дежурил Джон. Через час Джона сменила Эл. Между нами состоялся разговор, который я так давно ждал. - Слушай, Эл, а как ты выжила? – спросил её я, - Просто, в документах было написано, что ты подлежишь уничтожению. - Меня пожалели. – ответила она. - Как?! Кто? – удивился я. - Доктор Кёлер. – сказала она с грустной улыбкой. Моему удивлению не было предела. Этот маньяк очевидно оставил её для себя, для воплощения своих грязных мыслей! - Ему стало меня жаль, и он замолвил за меня словечко, поэтому меня просто держали взаперти долгое время. – продолжил снайпер. «Чёрт, это ведь я его убил!..» - пронеслась у меня тогда мысль, - «Он оказывается не такая уж и тварь… Нет! Он прострелил мне ногу, из-за него я до сих пор немного прихрамываю!» Не знаю почему, но в тот момент я почувствовал чувство вины, нет не сострадания, не жалости, а именно вины. Она наполняла меня изнутри. До этого я никогда этого не чувствовал. Я убивал и не думал. Была лишь цель. И её нужно было выполнить. Скоро пришла моя очередь спать. Я сидел в кресле в какой-то комнате. Она была похожа на больничную палату. В воздухе витал запах спирта. - 5873, ты следующий! – сказал высокий мужчина. - Есть! – сказал я. Зайдя в хорошо освещённую комнату, меня встретила медсестра. - 5873, пройдёмте со мной. – холодно сказала она. Меня проводили в другую комнату с белыми стенами. В ней было около 10 коек. На койках сидели мои товарищи. - 5873, привет! – сказал черноволосый. - 5641, и тебе. – ответил я. - Нет, я 5642. – возразил он. - Прости. – смутился я, - 4825, а ты не знаешь зачем мы здесь? - Нет, но у меня есть предположения. – ответил мне 4825. - Какие? Неужели мы бракованные?! – с ужасом спросил 2315. - Нет, скоро ежегодная встреча с Отцом, мы должны выступить на параде. – предположил 4825. - Звучит логично… - протянул 7894. - Но нам всего 10! А на параде выступают взрослые! – возразил 9784. - Мы сдали экзамены с отличием. Скорее всего из нас сделают специальное подразделение, из-за этого нас хотят видеть. – ответил ему 4825. Все закружилось, теперь я уже стоял посреди пылающей улицы. - Шевелись! – кричал командир роты. Я побежал не знаю куда, но побежал. Я пробежал уже целый район, когда поступил приказ: «Зачистить всё. В живых никого не оставлять!». Во мне проснулось желание уничтожить тут всё. Камня на камне не оставить! Ворвавшись в подвал, я увидел женщину с ребёнком. Она что-то кричала на непонятном мне языке и плакала. Я выстрелил, не слушая её. Когда она упала я увидел раненого солдата врага и ребёнка лет 5. С ними я тоже расправился. Выйдя на улицу до меня стал доноситься голос. - Лёха!.. Лёха!.. – звучало откуда-то из далека. Я проснулся. Передо мной сидел Эл. - Твоя очередь! – сказала она. - Ах, да, точно! – спросонья я. Я уже и забыл. До утра я сонный ходил вдоль колонны и думал о сне. Это определённо новые подробности. Спустя столько лет ко мне возвращается память. Даже не знаю радоваться мне или нет. Я в новых подробностях увидел своё прошлое. Я стал вспоминать детство. Как на протяжении многих лет мы жили и не видели ничего кроме бело-серых стен. Как в 11 нас забрали тренироваться, но тренировались мы не на мишенях, а на вражеских военнопленных. Уже тогда мои руки были по локоть в крови, но для всех это было нормально. Однажды во время очередного теста многих пленных отпустили, и наша задача заключалась в их поимке и убийстве. - Поймайте их и убейте! За каждого даётся 10 очков, за убийства врукопашную 20, а за убийства гранатой 15. Минимальный проходной балл 60. Те, кто не прошли будут признаны бракованными! – объяснил наш наставник, - Во имя Отца! – сказал он, прикладывая правый кулак к сердцу. - Во имя Отца! – сказали мы хором повторяя жест старшего. К тому времени нам было 14. Взяв винтовку, я снял её с предохранителя и по гудку, мы принялись за дело. Через несколько часов у меня было 40 очков, за 3 убитых, 2 расстрелял, а 1 зарезал. Мы подобно детёнышам хищника преследовали добычу, как учила мать, но нас учил Отец, поэтому мы были столь кровожадны. К концу дня прозвучал ещё один гудок, он сообщал нам об окончании. Перемазанный кровью я покинул поле со счётом 120. Это был лучший счёт среди всех, после меня шли мои товарищи. Вернувшись в комнату уже чистые и в приподнятом настроении, мы принялись обсуждать произошедшее. И ни у кого и в мыслях не было, что мы делаем, что-то неправильное, что-то ужасное и омерзительное. В столь юном возрасте мы знали почти все методы убийства и все тактики ведения боя. Эти воспоминания разъедали меня изнутри, я чувствовал страх, вину и вообще был не в своей тарелке. От мыслей меня отвлёк Джон. - А ты вообще бриться думаешь? Или так и будешь с этим безобразием ходить? – спросил он меня, когда мы в очередной раз пересеклись. - А? Да, когда приедем обязательно. – отмахнулся я и пошёл дальше. - Ты так уже не в первый раз говоришь! Сбрей эту швабру! – крикнул он мне вслед. - Я и сам знаю! – я ведь был прав, с этими двумя скучно не будет…