Тёмно-синий

      Хёнджин обожает футбол, занимается им с пяти лет, играет отлично и является капитаном школьный команды в свои пятнадцать лет. Он злится и винит во всём звёзды, ветер и траву на поле, когда не получается передать мяч другому игроку. Злость быстро сменяется чувством вины, когда Хван замечает, что мяч прилетел какому-то школьнику в голову. Парень подбегает к пострадавшему, чувствует себя слишком некомфортно, надеясь, что мяч не слишком сильно задел мальчишку, бормочет извинения и что-то несвязное себе под нос. Хёнджин узнает, что паренька зовут Ян Чонин, и зовёт его поужинать вместе.       Парень не очень любит новые знакомства, но радуется другу в лице Чонина. Тот младше Хвана на год, им нравится одна и та же еда, да и вообще слишком много схожего. Хван подмечает, что младший чертовски красив со своими лисьими глазами и красивой улыбкой. Он не замечает, как Ян становится неотъемлемой частью жизни, подбираясь к душе старшего всё ближе и ближе. У Хёнджина появляется привычка ходить в школу и возвращаться домой вместе с Чонином, ежедневно покупать тому любимый молочный чай и наблюдать за эмоциями на лице нового друга.       Хёнджин любит Чонина. Не понимает, когда это началось и как, сваливает всё на милоту, перед которой никто не может устоять. Хван покупает всё больше игр для приставки, комиксов; всё чаще просит Яна оставаться на ночёвки. Старший не может без Чонина. Он кажется себе неполноценным, потерянным кусочком пазла, а когда вместе с младшим, то они - картина, собранный в красивый пейзаж из мозаики. Хвана тянет магнитом к Чонину, старается обнимать того как можно чаще и крепче, отдавая всё своё тепло.       Хёнджин обожает своё тёмно-синее кольцо. Он рад, что ему наконец-то исполнилось шестнадцать, радуется, что метка на пальце такого глубокого и насыщенного цвета, надеется, что через год увидит на пальце Чонина такое же кольцо, ведь тогда никто не сможет и слова сказать против чувств, парню не придётся скрывать накопившеюся к младшему нежность. Ян дарит ему огромное количество разнообразных снэков и толстовку любимого цвета, которую Хёнджин теперь собирается снимать только в случае стирки, ведь она подарена самым прекрасным человечком. Именинник возмущается из-за количества вредной еды, ведь так он слишком быстро наберёт вес, а сам влезает в толстовку и поближе пододвигает коробку с вкусностями к себе. Он уже придумал, с кем разделит радость лишнего веса.       Хёнджин ненавидит ссоры родителей. День ото дня их становится больше, всё чаще они заканчиваются не только грубыми словами. Парень хочет убежать от окружающих подальше, забрав с собой Чонина. Они бы могли найти свой уютный уголок и жить счастливо. Но только у Яна в жизни всё хорошо, а тревожить младшего Хван не хочет всей душой. Старший старается больше времени проводи вне дома, всё реже зовет Чонина на ночёвки и страдает от недостатка внимания со стороны своего друга, но о переживаниях не рассказывает. Считает, что со своими проблемами должен разобраться сам, незачем на близких перекидывать беспокойства.       Хёнджин старается выбрать лучший подарок. Чонину скоро исполнится шестнадцать, а это значит, что у него тоже появится метка. Думая об этом, сердце старшего невольно сжимается. Ему страшно, потому что воображение подкидывает картины, в которых Ян оказывается чужим соулмейтом, а на его тонких пальцах гораздо лучше смотрится кольцо другого цвета. Он решает подарить младшему что-то парное, что сможет связать их, несмотря на метки. Хван хочет иметь с Чонином свою собственную связь. Его взгляд останавливается на тонких серебряных браслетах. В них нет ничего особенного или того, что сразу бросается в глаза, но парень представляет, как этот браслет будет смотреться на изящных запястьях Яна, и на лице его расплывается улыбка. Он пересчитывает деньги, которые копил в течении года, и радуется из-за своего успеха.       Ночь даётся парню трудно, кажется, будто она бесконечна, а время как назло замедлило свой ход. Хван не может уснуть из-за волнения и трепещущего чувства в груди. Решил, что завтра отдаст подарок с утра пораньше и расскажет о своих чувствах. Ему чертовски страшно. У него никогда не получалось выразить свои чувства словами, нервничал постоянно из-за разговоров, которые раскрывали его эмоции, заикался, когда надо было рассказать о сокровенном. Но Хёнджин по-другому не может. Ему всё сложнее скрывать чувства. Даже если он не тот, кто предназначен Чонину, то младший хотя бы будет знать.       Бессонная ночь сказалась на состоянии Хвана. Под глазами парня появились синяки, а само лицо стало опухшим. Но несмотря на внешний вид, Хёнджин полон энергии, затрачивая свои последние запасы сил. Понимает, что проспит потом минимум сутки, но сейчас он даже не думает об этом. Собирается в школу быстрее обычного и стоит уже в коридоре, как сзади его кто-то резко тянет на себе. Хван слышит подозрительный хруст одежды, но даже не оборачивается. Понимает, что на такое способен только один человек в этом доме - его отец. Надеется, чтобы тот не был с утра пораньше пьян, иначе все его планы разрушатся в один миг. - Ты никуда не пойдёшь.       Четыре слова, а в душе уже разгорается буря. Злость, непонимание, крушение его планов, отвращение к человеку, который его держит. Он не может сидеть дома. Сегодня уж точно. Хёнджин пытается вырваться, громко говорит "отпусти", в голосе столько злости и угрозы, что любой бы отпустил. Любой, но не отец, который разбирается со всеми проблемами силой. Мужчина резко разворачивает сына к себе лицом, берёт за шею и сжимает так, что Хёнджин неосознанно пытается отцепить большие и грубые ладони от своей шеи. - В школу ты сегодня не идёшь. Через несколько часов мы уезжаем. Собирай монатки, и только попробуй от меня сбежать.       Хван-старший смотрит на Хёнджина со злобой, в его глазах уже давно погасли огни любви к своей семье. Замечая в руках сына телефон, он с остервенением его вырывает и кидает в противоположную стену так сильно, что слышится хруст техники. Мужчина уходит, а Хёнджин сползает по стене вниз. Он чувствует себя сейчас безвольной куклой в руках ужасного кукловода, который никогда не ценил своих кукол. Бьётся затылком о стену, переставая сдерживать слёзы. Парень знал, что семья рушится. Всё началось совсем недавно, но ломалось неумолимо быстро. Будто тайфун накрывает прибрежные города и сносит всё, так и отец Хёнджина в один момент изменился. Он слишком много пил: и дома, и в сомнительных местах. Срывался на жене, пару раз доставалось и сыну. Ссоры в этой семье стали обыденностью. Несколько раз миссис Хван приходилось отвозить в больницу после таких стычек. Женщина со слезами на глазах умоляла Хёнджина найти себе занятие в школе, чтобы парень приходил позже, умоляла слушаться отца дома, ведь считала, что так будет лучше для всех.       Парень подрывается и бежит в комнату родителей. Его мама сидит на стуле в углу комнаты и сжимает запястье. "В лучшем случае вывих", - думает про себя Хёнджин. Подходит к женщине, падает перед ней на колени, аккуратно проводя пальцами по поврежденной руке. - Тебе надо в больницу, мам, - Парень говорит шёпотом по неизвестным даже для него самого причинам. Ощущение, что его снова душат и если попытается сказать что-то громче, то умрёт от нехватки воздуха. - Мы разводимся. Он сказал, что забирает тебя с собой, а иначе убьёт и тебя, и меня. Он хочет уехать из города, но я не знаю куда, - Голос женщины дрожит, она из последних сил сдерживает свою истерику, но с каждым словом всё сложнее. Ей страшно за сына, и она винит себя во всём случившемся, понимая, что жизнь её родного Хёнджина не будет слишком счастливой, - Прости меня.       Хёнджин встает, обнимает мать крепко и уходит из комнаты. Времени слишком мало, а дела ещё остались. Парень влетает в свою комнату, собирает всё самое необходимое в средних размеров чемодан. Вещей оказывается немного в отличии от количества того, что будет напоминать о лучшем друге и счастливых временах. Хван обводит взглядом комнату, которая стала выглядеть более пустой и менее уютной, подмечая на столе коробку с подарком для Чонина. По подсчётам парня, то миссис Ян должна быть ещё дома, а значит, подарок он сможет передать. Хёнджин садится за письменный стол, беря бумагу и ручку, пишет что-то очень быстро, мелко и коротко, надеется, что вышло не слишком сухо. Перед его глазами возникает образ Яна, одно за другим мелькают воспоминания.       Вот он, Чонин, сидит во дворе школы и мило улыбается, а в лисьих глазах плещется что-то очень тёплое.       А вот парень сидит у Хёнджина в комнате. Тогда он впервые пришёл в гости и чувствовал себя слишком неловко. Они обсуждают любимые игры.       Тут Чонин берёт футболку Хёнджина, которая оказывается слишком большой. Младший выглядит слишком мило, Хван обнимает друга, почти невесомо касаясь губами макушки Яна.

Воспоминаний слишком много.

       Хёнджин ненавидит себя. Ненавидит за то, что не сможет быть рядом с лучшим другом, больше не сможет быть опорой для младшего, да и сам лишается её. Хёнджин себе противен и поймёт, если Чонин вычеркнет из своей памяти все моменты, связанные с хёном, который пропал, толком ничего не объяснив. Хван хотел бы вообще не появляться в жизни парня, ведь сейчас сделает ему больно. Хёджина тошнит от самого себя, но он складывает письмо в конверт, и, беря в руки и подарок, выбегает из комнаты.       Парень бежит к дому Чонина. Дыхание сбивается из-за слёз, а ноги подрагивают. Хёнджин усмехается в душе, думает о том, что ему, футболисту, не свойственно такое слабое физическое состояние. Времени немного осталось, отец может подумать, что сыночек сбежал и тогда достанется всем. Отец Хёнджина из ада достанет ради того, чтобы преподать урок.       Парень забегает в подъезд уже родной многоэтажки, видит, что лифт застрял где-то наверху, и бежит по лестнице, наплевав на то, что придется подниматься слишком высоко, а сил чертовски мало осталось. Он отчаянно стучится в дверь, напоминая со стороны брошенного кота, который хочет вернуться домой, но хозяева переехали. Миссис Ян явно в шоке от вида Хёнджина. Парень стоит, облокотившись одной рукой на колени, второй вытирает слёзы с лица, пытаясь отдышаться. Хван, несмотря на своё состояние, вежливо здоровается с мамой Чонина, застревает в поклоне и протягивает женщине коробочку и письмо. - Прошу, передайте Чонину. Отец забирает меня в другой город. Я не вернусь сюда.       Хёнджин говорит тихо, но слова его режут воздух. Парню больно и легче не становится, когда миссис Ян забирает аккуратно подарок из его рук. Его начинает трясти и женщина ласково обнимает парня, поглаживая по спине. Ей тяжело видеть Хвана таким, но еще тяжелее представить состояние своего сына. Сжимая губы в тонкую линию, женщина хмурится, будто размышляет о чём-то очень важном. Она вкладывает правую руку парня в свои ладони и крепко сжимает, вздыхая. - Я надеюсь, что однажды вы встретитесь. У него такое же, Хёнджин. - Миссис Ян проводит пальцами по кольцу, сразу же отпускает руку Хвана, смотря ему в глаза.       Внутри парня что-то ломается. Он извиняется, кланяясь несколько раз, а по лицу снова скатываются слезы. Хёнджин благодарен миссис Ян, потому что та всегда относилась к нему, как к родному сыну. Женщина крепко обнимает парня, вытирая слезы, и слабо качает головой. Её сердце буквально разрывается. Она нутром чует, что что-то тут не так, но не спрашивает, понимая, Хван торопится. - Пожалуйста, не дайте Чонину сломаться.       Хёнджин уходит. Он не знает, который сейчас час, и эта неизвестность, откровенно говоря, его пугает. Ему необходимо как можно быстрее оказаться дома, чтобы отец не избил мать ещё сильнее. Парень лучше себя даст избить, чем из-за него снова кто-то пострадает.       Парня дома ждёт мистер Хван. Забежав в квартиру, Хёнджин видит перед собой лишь грозную фигуру отца, который скрестив руки на груди, опирается плечом на стену. Перед его ногами лежит несколько сумок. - Всё остальное уже в машине. Попрощайся с мамочкой, вы навряд ли увидеть снова, - На лице мужчины рисуется ухмылка, от которой парня воротит.       Хёнджин маму обнимает крепко, будто действительно в последний раз они видятся, и если мама что-то о нём узнает от отца в будущем, то это будут определённо не лучшие новости. Он выходит вслед за отцом из квартиры, забирая оставшиеся сумки. Парень впервые отмечает, что на улице дует холодный ветер, а небо затянуто тучами, которым не видно конца. Хван сравнивает свою душу с этим серым небом, потому что он чувствует, что всё внутри него потеряло краски.       Хёнджину больно. Он считает, что заслужил ударов, потому что бросил своего соулмейта. Они только сели в машину, как отец приложил сына головой об бардачок машины. Парень думает, что будет везунчиком, если по дороге в неизвестность его не убьют.       Мистер Хван обустраивается со своим сынком в небольшом городе в нескольких часах езды от столицы. Хёнджина переводят в местную школу, где тот достаточно быстро обзаводится безответно в него влюбленными девочками и парочкой знакомых. Хван считает, что необходимо установить такие отношения, чтобы его хотя бы не ненавидели, а дружба со всеми разговорами по душам ему не нужна.       За два года учебы и жизни в новом месте Хёнджин кардинально меняется. Он становится слишком неразговорчивым и закрытым, даже в жаркую погоду носит кофты с длинным рукавом, а порой и с воротником, пытаясь скрыть непроходящие синяки, забрасывает футбол и отказывается от любых возможностей вернуться в спорт. Парень часто пропускает занятия, оправдываясь перед учителями слабым с детства здоровьем, хотя это не так.       Хёнджин ненавидит свою жизнь, себя и своего отца. Мистер Хван запретил сыну заниматься спортом, требуя, чтобы тот был дома в определенное время и ни минутой позже. Хёнджину осточертел контроль, против которого нельзя пойти, но еще больше ему надоели ежедневные пьянки отца. И повезёт, если закончится всё лишь кинутой в парня бутылкой и парочкой синяков. Хуже, когда отец напивается дома со своими собутыльниками и они вместе отрываются на молодом Хване. Но всё это он готов стерпеть. Смирился, привык, чувства свои постарался растоптать.       В один день Хёнджин думает, что не может больше даже существовать. Парень сидит в ванной на холодном полу и царапает свое тело, задыхаясь из-за подступившей истерики. Он хочет убить своего "папочку", и себя вместе с ним, потому что из-за них двоих Чонину сейчас наверняка плохо. Хван думает, что лучше бы отец бил его долго и до потери сознания, но не насиловал. Под Хёнджином растекается кровь, а задница чертовски болит, но это не то, что волнует парня сейчас. Он думает лишь о своем соулмейте. Ему страшно за Яна и за то, что будет дальше. В душе Хвана сейчас торнадо разносит всё к чертям, он чувствует, что это прекратиться не скоро.       Хёнджин оказывается прав. У отца и его дружков появляется новое увлечение - насиловать парня в самых разных позах и местах. Хёнджину тошно. Он сопротивляется и этим делает себе лишь хуже, синяки на лице и по теле никого не красят. Только Хвану плевать. Каждый раз парень оставляет несколько синих отметин на теле обидчиков, после чего сидит в своей комнате и старается не вскрыть себе вены. Надеется, что Чонин не потерял окончательно зрение, хочет при встрече ползать на коленях перед соулмейтом и просить прощения. Хотя понимает, что глупо, слова ничего не изменят, да и ему не хватит смелости появиться перед Яном после всего, что пришлось пройти младшему.       Хван постоянно видел мать плачущей из-за ран, которые не успевали проходить. Хёнджин осознавал, что из-за него у Чонина со зрением проблемы. Он не мог повлиять на эти события, не мог спасти своих близких. Именно поэтому парень поступает в медицинский университет. Хван не понимает, что движет им: желание спасать других людей или желание простить самого себя. Но боль за близких сжирает изнутри, работая в паре с чувством вины.       Хёнджину нравится проводить время в университете. Приходя домой позже обычного, он всё реже начал заставать дома отца. Синяков становилось меньше с каждым разом, сидеть было уже не так больно, да и в душе было спокойно. Хван лелеял надежду о мирной университетской жизни. Парень начинает дышать спокойно, потому что его соулмейт на какое-то время в безопасности. Ему хочется, чтобы это длилось до конца их жизней, но любой сказке приходит конец, а за белой полосой неизменно начинается чёрная.       Парень задерживается в университете. У них идёт подготовка к очередному мероприятию, к которому Хёнджина успешно приплели, хотя он и сопротивлялся поначалу. Парень возвращается домой чертовски уставший, так ещё и под дождь попал, вымок до нитки. Хван думает о том, что сейчас побежит в ванную греться, заходит к себе в комнату за одеждой, но на пороге замирает. На его кровати сидит отец с очередной бутылкой. Мужчина подлетает к своему сыну, прижимая к стене, начинает душить. Хёнджину страшно. Он не хочет так просто лишаться спокойной жизни, её иллюзии, появившейся за последнее время, но черти в его душе уже выползли из мрака, они окружают, шепча, будто мантру "ты заслужил такой жалкой смерти. Заслужил. Заслужил".       Хёнджин закрывает глаза, сползая по стене. Хван слышит, как звенит пряжка расстегиваемого ремня, чувствует прикосновения отца к ногам, его тяжелое дыхание где-то в области шее. Парень неосознанно сжимается в клубок, за что получается пощечину. Он не хочет отпускать иллюзию спокойной жизни так быстро. Ему страшно за Чонина, опять это чувство сжирает его, снова он не может ничего изменить.       Хван с трудом поднимается с пола, трясущимися руками застегивая джинсы, и не понимает, сколько времени прошло с тех пор, как отец, наигравшись, ушел. Парень не чувствует своего тела, как и души. Ему кажется, что вновь что-то сломалось. Несильно ударяется головой об стену, понимая, что нельзя было верить в непонятную иллюзию счастья. Ничто не будет хорошо, пока он остаётся в этом доме. Хёнджин собирает последние силы воедино, и, подпирая стены собой, выходит из квартиры. Только вот последнее, что он видит перед тем, как обессиленно упасть - ступеньки на лестничной площадке.       Хёнджин не помнит, как оказался в больнице. Врачи говорят, что серьёзных повреждений нет, но из-за переутомления и обследований он должен будет задержаться в больнице ещё на неделю. В его голове воспоминания всплывают одно за другим, как бы он ни старался от них отделаться. Парня не покидает ощущение, что последний раз стал концом для всего. Для него, для его нынешней жизни и для Чонина. Он боится за младшего, осознает то, насколько сильно навредил жизни соулмейта. И если бы Хёнджин мог помочь Яну, то пожертвовал бы своей жизнью ради дорогого человека.       Всё происходит слишком быстро. Хван ищет в интернете информацию о других медицинских университетах в разных городах, пытается узнать о переводе, случайно знакомясь с Чанбином. Новый знакомый тоже учиться в медицинском университете, но в столице. Узнав о желании Хёнджина перевестись, Со начинает активно помогать с документами и университетом, подыскивает подработку для знакомого, предлагая переехать к нему. Чанбин снимает квартиру недалеко от университета, небольшую, но на двух студентов места бы хватило.       Однажды Хван исчезает из дома. Он уходит рано утром, пока отец спит, с самыми необходимыми вещами в сумке. Впереди неизвестность, но парня это не пугает. Хёнджин не может быть абсолютно готов к тому, что будет дальше, но жизнь с отцом погубила бы сразу двоих людей. В его голове каша, с которой он разобраться не в состоянии, а в кармане - билет на поезд до Сеула, где его встретит взволнованный Чанбин, ведь теперь он не будет один.       Парень не сказал бы, что ему было легко обустроиться на новом месте, но он благодарен Чанбину всеми остатками своей души за помощь и поддержку. Со везде вместе с Хваном ходит, выслушивает и успокаивает ночами, когда парню снятся кошмары прошлого. Сколько раз Хван собирался пойти к Чонину, сколько раз одергивал себя. Он не имеет права там появляться. Хёнджин учится доверять своему новому другу, который стал его опорой. Парень отстраивает себя заново, криво и неаккуратно, но на большее он не способен.        Учеба в новом месте интересует его больше, чем раньше. Хёнджин радуется, когда им говорят о практике, но душа разбивается на мелкие осколки, когда он узнает место - реабилитационный центр для слепых. Лес из мыслей о Чонине и его судьбе не выпускает Хвана. Он будто заблудился, поцарапанный ветвями боли прошлого. "Что с ним? Как он себя чувствует?" Хёджнину кажется, что ещё чуть-чуть и он сойдёт с ума. - Эй, я дальтонизмом вроде никогда не страдал, но у моего подопечного кольцо тёмно-синее.       Хёнджин понимает, что заблудился в гуще леса этой чертовой боли и вступил в болото. Он тонет и не знает, что делать, когда слышит слова Чанбина. Осознание того, что Ян оказался здесь из-за него, убивает. Вода в этом болоте холодная, и тело Хвана немеет. Ему хочется кинуться на колени перед соулмейтом, когда видит его, маленького и крепко держащегося за медсестру. И если бы не Хёнджин, то жизнь Чонина явно была бы более счастливой и успешной.       Днём Хван незаметно для других наблюдает за младшим, выдыхает с облегчением, когда видит улыбку на лице Яна. А вечером Хёнджина невозможно заткнуть. Он расспрашивает Чанбина о его подопечном. Ему хочется знать всё и даже чуточку больше, хотя он этого не достоин. Хвану всё ещё тяжело. Ночами парень не может уснуть, выкуривает одну сигарету за другой, стоя на балконе. Чанбин вновь вытирает слёзы с лица друга, обнимает, отдавая своё тепло. У Со болит душа за этих двоих. Сжимая кулаки, он думает, что было бы здорово убить насильника, только это не вернёт зрение Яну, не вернёт им одну жизнь на двоих, как было в детстве, по словам Хвана.       У Хёнджина руки трясутся, когда очередной бессонной ночью он сидит за кухонным столом и аккуратно расставляет точки на бумаге, сверяя каждый символ с тем, что нашёл в интернете. Хван не хочет думать о том, что будет после, но и бездействовать больше не может. Кажется, ещё чуть-чуть и его душа будет похоронена на дне болота. Он сделает всё, что сможет и даже больше ради своего соулмейта. Главное, чтобы Чонин захотел хотя бы поговорить. Хёнджину больше ничего не надо, только один разговор и он станет тенью, оберегающей младшего. - Неважно выглядишь, - Чанбин хмыкает с утра пораньше, когда видит друга в обнимку с энергетиком.       Хёнджин пожимает плечами, бывало и хуже, когда он жил с отцом, и совсем тихо, будто голос его пропал, зовет друга, протягивая ему записку. - Отдай Чонину, пожалуйста.       Глаза в пол, а осколки сердца сыпятся туда же. Хёнджину страшно чертовски, но шаг уже сделан и отступать уже некуда. Хотя как отступать, если ты уже находишься посреди болота своих чувств?       Хёнджин на нервах ходит весь день, пытаясь словить взгляд Чанбина, но ничего не получается. У парня из рук валится буквально каждый предмет, медсестры смотрят укоризненно, а он лишь виновато поджимает губы, потому что на большее не способен сегодня. В его голове слишком много отягощающих мыслей, и справится с ними парень не в состоянии. Чанбин молчит днём, вечером молчит дома. Хван бесится, курит лишь больше, да не спит ночами, думает, что лучше бы Со хоть слово сказал о Яне, но в доме поселяется третий сосед, и имя ему тишина.       Хёнджин из дома вообще выходить перестал, закрывается в своей комнате, и это играет Чанбину на руку. - Хван, я вернулся, - кричит громко и слишком довольно, будто никакого напряжения между ними не было, - может выйдешь встретить любимого хёна?       Только вот в ответ тишина, которой можно было бы раздавить человека, если бы она имела форму. - Хёнджин, выходи, пока я не передумал. Считаю до пяти.       Раз.             Два.                   Три.                         Четыре.       Шорох и недовольное кряхтение доносятся из комнаты, откуда появляется Хёнджин. Такой домашний и растерянный, он стоит у двери, похожий на брошенного щенка, и не может поверить своим глазам.

Чонин. Прекрасный Ян Чонин. Его соулмейт стоит за спиной Чанбина, неуверенно держась за руку друга.

      Хёнджин не верит в то, что происходит сейчас, опирается на стену, чтобы не упасть, смотря на Чонина, маленького и хрупкого, покалеченного им самим. - Подойди уже и проведи гостя на кухню. А я пойду прогуляюсь. Вы уж тут справитесь без меня.