Кошачья жизнь Рюноскэ Акутагавы

Хигучи наконец-то смогла сидеть, не испытывая головокружения. Ну, оно было, но не такое, как в первые три дня. Температура не так зашкаливала, тридцать восемь и пять для неё — благодать. Кунико исправно поила её лекарствами, так что градус может опуститься до тридцати восьми ровно. Это было бы неплохо. Но горло всё ещё драло, а эта сухость во рту просто раздражала. Ичиё корила себя за неосторожность захворать. Надо было быть внимательнее к самой себе и теплее одеваться.. Младшая ушла от своих одноклассниц, чтобы немного поухаживать за ней и купить лекарств. Правда вот, прогуливать школу Хигучи ей не разрешила. Пусть лучше учится и с друзьями общается, чем тухнет дома с ней, с больной. Хотя Ичиё заметила, что после ночёвки со своими одноклассницами Кунико стала какая-то рассеянная и странно себя вела. То ботинки перепутает, какой правый, а какой левый, то краснеет, то бледнеет, то чай перельёт. На все вопросы отвечает, что ничего у неё не случилось, просто не выспалась. Хигучи делала вид, будто бы не замечает, как сестра ей пыль в глаза пускает. Она поправится и сама спросит у Кунико причину её поведения. Кот тоже странно себя вёл. Первые дни своей болезни Хигучи в основном спала, а когда просыпалась, то пугалась зверя, что сидел на прикроватной тумбочке и в упор на неё смотрел. Вот чего он хочет? Сестра его кормила и чесала, но эта недовольная чёрная морда с мокрым носом всё равно глядела на неё изо дня в день. Кот недовольно бил хвостом, тем самым провоцируя глухой звук удара о мебель. Серые глаза говорили сами за себя. Чём-то зверь был недоволен, точнее кем-то. Тогда Ичиё и начала улавливать его сходство с начальником. Слишком хмурый и слишком умный для кота. Хотя, возможно, у него такое настроение от того, что Кунико любит его доставать. У них началась своего рода холодная война. Недавно кот облюбовал раковину в ванной и частенько там валялся. И не новость, что кошки и коты очень уж любят спать в странных местах и позах. А раковина у них глубокая, порой не видно, если там что-то лежит. Особенно в темноте. Хигучи знала, что питомец может быть там, поэтому всегда щёлкала выключателем и смотрела, есть ли он там. Мафия научила её проверять свои собственные догадки, нередко это спасало жизнь ей самой и Акутагаве-сенпаю. Кунико в очередной раз размазала тушь и побежала устранять недостатки. Не включив свет, залетела в ванную и открыла кран.. Кот сразу громко замяукал, завыл от холода и выпрыгнул из раковины прочь, напугав сестру. Она завизжала, от её пронзительного визга Ичиё и проснулась. Сначала старшая не поняла, в чём дело, пока в ванной что-то не грохнуло, оказалось, что это Кунико запульнула в кота бутылку шампуня. Хигучи только успела сесть на кровати, как в комнату залетел зверь и прыгнул прям на неё своими мокрыми лапами. Ичиё не помнила, что было потом. Только мокрый шершавый язык на щеке. Из-за болезни у Хигучи было много времени подумать. Ох уж эти мысли, как порой от них бывает тяжело.. Она пыталась не думать о работе, о своём провале и об Акутагаве. Получалось у неё плохо, мысли роем пчёл жужжали в голове. Если Ичиё бралась за первое, то второе перетягивало внимание на себя, с следом третье и четвёртое, пятое.. Ей нужно было распутать этот клубок, чтобы наконец спать спокойно. Сложнее всего угомонить саму себя и понять, что её вины в пропаже Акутагавы нет. Абсолютно нет. И в том, что Хигучи сама не смогла найти его. Рюноскэ сам отказался от помощи и отправился один. И задание поручалось только ему. В чём она виновата тогда? По сути, ни в чём. Что касается поисков — это разве поиски? Будучи отстранённой от работы, какие поиски она могла организовать? Ичиё просто побегала по всему городу, устроила самой себе стресс и теперь слегла дома с жаром. Ей самой становилось смешно от того, что она творила пару дней назад. Акутагава, если бы был сейчас рядом, вполне мог разозлиться на неё. Он бы подумал, что она считает его слабаком или недооценивает способности Расёмона, хотя Хигучи просто за него волнуется. Даже больше, чем за себя саму и за свою сестру, которая после каждого задания может остаться совсем одна. Ичиё в него верит, как не верит никто другой. Любит она этого холодного, как айсберг, человека. И потому будет ждать и верить, сколько потребуется.

***

Акутагаву начало напрягать, что прошла уже неделя, а он до сих пор кот! "Так продолжаться больше не может" , — думал он, нарезая круги по рабочему столу Хигучи-младшей. Обратно Акутагава не превращался. Рюноскэ надеялся, что действие дара временное. Может, оно и есть временное, но ждать ему уже надоело. Второй вариант — это бывший наставник. Но сам Акутагава добраться до Дазая не мог, чтобы тот обнулил способность и сделал его снова человеком. Из квартиры его никто не выпустит, а прыгать плохая идея. Четвёртый этаж, убьётся ведь. Ему нужна помощь.. Хигучи? Слишком много Хигучи стало в его жизни. Она была повсюду. Её шампунем пахло постельное бельё, подушки, плед с дурацкими овцами. От дивана тоже несло ей, спать там было невозможно. Первым, что он видел с утра была Хигучи. Рюноскэ видел её постоянно и везде. В ванной, на кухне у плиты, в гостиной на диване и перед сном на кровати, где Акутагава спал вместе на с ней. Чёрт. Ещё и Кунико подливала масла в огонь. Хватала несчастного и ставила Ичиё на живот, ибо свято верила в то, что коты исцеляют людей. И каждый раз грозно повторяла: "Топчи." А куда ему деваться? Рюноскэ приходилось впускать и выпускать когти, тем самым делая массаж подчинённой. Она хрипло смеялась, когда когти проходили через одежду и касались её живота. Всё было бы не так плохо, если бы не это дурацкое мурчание. Акутагава, сам того не желая, мурлыкал. Было ли дело в привязанности, которая как-никак, а выработалась в ходе трёх лет или просто в том, что ему нравились её прикосновения, Рюноскэ понять не мог. В любом случае, так продолжаться больше не может. Смотреть на кислую мину Хигучи ему осточертело. Он уже давно признал, что видеть её живую и здоровую ему нравится намного больше. Пусть даже шуршит своими фантиками от конфет в кабинете, Рюноскэ слова ей не скажет. Жить у неё дома неделю — тоже перебор. Если бы он задержался на пару дней, но на неделю.. В конце концов Акутагава живёт всё это время за её счёт, и это трогало его мужское эго. Даже когда им довелось ужинать в какой-то забегаловке, он оплачивал всё сам, хотя и не был обязан. Так продолжаться больше не может, однозначно. Нужно как-то сказать Ичиё, что чёрный кот — действительно он, Акутагава. От его морды она постоянно шарахалась, этот путь придётся оставить. Рюноскэ попробовал взять в зубы ручку со стола Кунико и что-нибудь написать на клочке бумаги. Уперевшись лапами в поверхность мебели, начал выводить иероглифы. Боковым зрением Акутагава видел, что что-то, вроде бы, получается. Главное было не вляпаться и не смазать ничего, ручка же гелевая. Он грациозно выхаживал вокруг да около бумаги, пока не понял, что ни черта у него не вышло. Что-то схожее, конечно, имелось между его кляксами и иероглифами.  Сердце любителя каллиграфии разбито. Но Акутагава не отчаился и решил написать послание на английском. Этот язык Хигучи знает более, чем хорошо, поэтому поймёт. Кот снова взял ручку зубами и попробовал сделать первые линии. Выглядело лучше, чем подобие иероглифов. Так хотя бы можно понять, что он написал. Рюноскэ приходилось ходить вдоль да около листа, чтобы корявые палки приняли подобие букв английского алфавита. Фраза "I'm not cat" давалась с трудом, но давалась. Он написал уже четыре буквы, осталось столько же. Финал был не так уж и близко, но и не так уж далеко. — Эй, ну-ка прекрати грызть мою ручку! — Кунико отобрала у него предмет для письма и с недовольным лицом увалилась на кровать, чтобы дальше смотреть всякую фигню в интернете. Акутагава было хотел укусить её, но передумал, когда заметил карандаши. Ими писать не получилось, ибо они все тупые, зато можно выложить из них слова на столе. Челюсти болели после этой ручки, но Рюноскэ всё равно начал перетаскивать карандаши с одной части стола на другую. Проще было бы перекатить, но Кунико поди опять услышит и всё отберёт. Карандаши один за другим ложились на одном уровне в нужную фразу. Ложились ровно, аккуратно, слово за словом. Он полез в пенал, ему нужно было ещё шесть штук. Акутагава сунул туда лапу и начал осторожно выкатывать карандаш. Первый, второй, потом ещё один, ещё, вот уже пятый.. — А ну-ка свали с моего стола! — Кунико смела все карандаши в пенал и отправила кота в полёт, захлопнув за ним дверь. "Чёртова наглая пигалица!" Рюноскэ распушил хвост, думал было подрать дверь, на которую она недавно прилепила новые плакаты, но в голову ударила новая идея. Он наплевал на канцтовары Кунико и побежал на кухню. Там запрыгнул на кухонную тумбу и грациозно проследовал к подвесным шкафам. Встав на задние лапы, передними Акутагава открыл один из ящиков. На нижней полке стояла коробка с буквами. Но буквы эти не простые, их варить надо в супе. В свои пятнадцать лет Кунико ещё любила есть суп с лапшой в виде букв. Кот лапой сбил коробку вниз, и содержимое рассыпалось по всему полу на кухне. Рюноскэ злорадствовал, убирать то это всё малявке. Уже на полу он начал искать нужные ему буквы. Лапой отметал лишнее в сторону, а необходимое подцеплял когтями и откладывал. Акутагава надеялся, что тут есть все буквы английского алфавита. Было бы неплохо собрать фразу в комнате Хигучи, но дверь оказалась заперта. Это странно, она всегда немного приоткрывала её, чтобы кот мог приходить. Рюноскэ всё равно решил найти буквы, спрятать их, а уж потом, ночью, когда все спать будут, выложить слова на тумбочке Ичиё. Она увидит первая и.. — Ты что сделал?! Дурак, ну-ка пошёл вон! — Кунико веником начала прогонять его, попутно сметая его труды в одну кучу. "Прощайся с жизнью, сопля." Акутагава встал на дыбы и начал подходить к Кунико. Третий раз она всё испортила! Младшая взвизгнула и выставила вперёд веник, но кота это не остановило. Он продолжил к ней подходить, а она продолжила отступать. Рюноскэ предупреждающе промяукал, вильнул хвостом и поскакал прямо на неё. Кунико завизжала и, бросив своё оружие в виде веника, пустилась убегать от него. Они начали нарезать круги вокруг стола, Хигучи-младшая умудрилась свалить салфетницу и опрокинуть стул. Акутагава грациозно перепрыгивал через препятствия, продолжая бить хвостом и мяукать-верещать. — Акутагава-а-а, перестань! — Кунико снова взвизгнула и запрыгнула на стол. "Вот теперь никуда ты не денешься, наглая малявка." Рюноскэ уже оказался рядом с ней и хотел было укусить, а она была готова отбиваться полотенцем. Кот снова мурявкнул, но его перебили. — Кунико, подойди сюда. Быстро, — непривычно хриплый и строгий голос Хигучи заставил их прекратить войну и переглянуться. Младшая спрыгнула со стола и шкодливо прошла в ванную, куда её позвала сестра. Акутагава, удивлённый таким поворотом событий, решил пойти и посмотреть, чего они там делать будут.

***

— Кунико! Что это такое?! — Хигучи сама от себя не ожидала, что её голос способен на такие децебелы. — Ну да, тебе-то откуда знать, что это такое.. — буркнула ей в ответ сестра. — Прекрати! Я задала тебе вопрос, отвечай. — Ичиё опёрлась рукой о комод, она уже теряла всякое терпение. — Я спрашиваю: что это такое? — по слогам проговорила старшая. — Презерватив. — Тогда второй вопрос: что он делает у тебя в сумке? — Кунико замолчала и начала сверлить взглядом пол, свои ноги в носках и кота, который тоже обалдел от услышанного. Это же на какие ночёвки она ходит и к каким подружкам? У Ичиё в её возрасте не было друзей, да и никто в гости не звал, поэтому и отпускала сестру. В семнадцать лет вообще пришлось бросить школу и примкнуть к мафии. Пусть так, но Хигучи не дура и понимает, что это приспособление не для её подружек. И этим не играют в фанты или другие девчачьи игры. Вывод напрашивается сам собой, но нисколько не радует. Потому Ичиё хотела знать правду. Хигучи всегда интересовалась жизнью своей младшей сестры, но признаёт, что последние недели две уделяет ей меньше времени. И когда Кунико успела кого-то себе найти? Ей ведь всего пятнадцать лет, а она носит в сумке такие вещи! — Хорошо, — Ичиё тяжело вздохнула, — кто он? — Неважно, ты всё равно не знаешь его.. — Ничего страшного, повод нас познакомить уже появился. — А я и не собиралась вас знакомить. — Это ещё почему? Я твоя сестра, я за тебя отвечаю и хочу знать, с кем ты проводишь вст.. — Потому что ты его спугнёшь! — Хигучи подавилась воздухом. — Ты слишком старомодная, Ичиё, хуже бабульки ворчливой! — С чего ты взяла?! Мне всего лишь двадцать лет! А ты ещё ребёнок для таких отношений, ты многого не знаешь и не понимаешь! — Как будто ты знаешь! Ты по своему начальнику сохнешь несколько лет и что? У тебя с ним до сих пор ничего нет и не было! — Кунико! — А я с Изуми уже месяц, представляешь? И он уже предлагает мне такое! Твой подход к парням устарел, никто сейчас не бегает за одним человеком, чтобы жениться и прожить с ним всю жизнь, понимаешь? Могла бы найти уже к.. — Да что ты понимаешь вообще, ребёнок?! Думаешь, хорошо менять мужчин, как перчатки? Это глупо и очень неразумно! Что плохого в том, что я хочу быть только с Акутагавой-сенпаем? — Да ты о нём даже во сне бормочешь! Это очень раздражает, но больше всего меня раздражает то, что ты совсем ничего не делаешь для того, чтобы он обратил на тебя внимание! Парням не нравятся зануды, которые носят только одни дурацкие костюмы и не красятся! Начни делать что-то из этого, и он посмотрит на тебя! — Сенпай взрослый человек и не купится на такую ерунду, как твои малолетние ухажёры! И вообще, мне некогда заниматься кокетством на работе! — Зануда! — Прекрати, Кунико! — Так он никогда на тебя не посмотрит! Я выйду замуж, а ты так и будешь в сорок лет одна. Или с котом, если он не умрёт к тому времени! — коту сказанное Кунико не понравилось, вот он и цапнул её за ногу. — Ай-яй-яй! Вот, только кот и полюбил тебя! Между ними вдруг повисла неловкая пауза. Неловкая для Кунико, обидная для Ичиё. Откуда она может знать, что нравится Акутагаве, а что нет? Он такой сложный человек. Нельзя брать его штурмом. Вот нельзя и всё! Рюноскэ только с виду холодный и неприступный. На самом деле он очень.. нежный. Кунико не знает, какие же у него мягкие руки. Мягче, чем её любимый плед с овечками. А волосы чёрные, жёсткие-жёсткие, но такие приятные. Ичиё вспоминала своего любимого Акутагаву, когда гладила кота той ночью во время срыва. Семпай ведь не знает о том, что Хигучи знает структуру его волос от и до, хотя касалась их всего лишь раз. Она помнит тот день, как будто вчера. Помнит, как сидела у воды в ожидании подмоги и держала Рюноскэ за плечи. Утирала дрожащими пальцами кровь с лица, умоляя держаться. Хигучи никогда не забудет, каким бледным он тогда был, как она боялась, что начальник больше не откроет свои серые глаза и не посмотрит на неё. Ичиё теребила плащ Акутагавы, другой рукой придерживая его голову. Слишком умиротворённый, ни одна морщинка на лице не была натянута. Мальчишка, точно не цепной портовый пёс. Хигучи тогда баюкала его на руках, но за такое короткое время успела запомнить, какие у него на ощупь волосы, длинные пальцы и тонкие синие губы. Всё пытаются взять его штурмом, совершенно не зная того, какой Рюноскэ на самом деле чувствительный и ранимый. С ним нужно осторожно, постепенно. Ичиё не хотела никак на него давить, резать глаза своим внешним видом.. Кунико этого не понять. Поэтому Хигучи не хочет слышать такое от несмышлёныша, пусть этот несмышлёныш и есть её младшая родная сестра. — В общем так, ты из школы идёшь сразу домой. Никаких подружек и гулянок. — Ичиё!.. — Разговор окончен, я больше не буду обсуждать с тобой эту тему, — Хигучи отошла от комода вместе с брызгалкой для горла, — и чтобы этого Изуми я рядом не видела. Ичиё слышала сзади голос сестры и мяуканье кота. Почувствовала прикосновение шерсти к ноге, наклонилась, чтобы взять зверя на руки, но Кунико опередила её и утащила питомца к себе, громко хлопнув дверью. Вот и поговорили.