Застрявшие дома

Тони нервно постучал пальцами по рулю. Уже третий раз на этой неделе ему приходилось парковаться у черного входа в школу, потому что папарацци все еще следили за главным входом как стая жирных, жадных стервятников. Насколько Тони понял, все началось с безобидной шутки одноклассников Питера. Какой-то дурацкий пост на фейсбуке с фотографией Питера, на которой тот мастерил что-то на уроке труда, и подписью: «Питер готовит подарок для Тони Старка на день отца». Пиздец как смешно. Было, по крайней мере, до тех пор, пока эта шутка не стала вирусной, и местные СМИ внезапно не начали стекаться в школу, пытаясь понять, почему они не знали о наличии у Тони Старка сына-подростка. Тони выпустил уже около двух десятков официальных заявлений, в которых он объяснял, что Питер не его сын, и что все это была просто шутка. Причем даже не смешная. Но чем сильнее он настаивал на своем, тем меньше люди верили ему. С людьми вообще всегда так. Так что в какой-то момент он просто перестал оправдываться, и вместо этого начал помогать Питеру ускользать от папарацци. Он слегка подобрался, когда задняя дверь распахнулась, и Питер выскочил на улицу, будничным шагом приближаясь к машине Тони, безостановочно размахивая кроссовками. Он выглядел намного расслабленнее, чем ощущал себя Тони. — Привет, шкет, — сказал он, когда Питер забрался на переднее сиденье. — Все нормально? — Ага, — кивнул Питер, бросая кроссовки на пол. — Один из журналистов пытался пробраться сегодня в мой класс. Директор вышвырнул его. Буквально. — Скоро все станет лучше, — пообещал Тони. *** Все действительно стало лучше, и в то же время — совсем нет. Да, основной хайп прошел, и папарацци перестали прятаться возле школы Питера. Но при этом все СМИ, похоже, просто приняли эти дурацкие слухи как факт и теперь небрежно называли Питера «сыном Тони Старка» всякий раз, когда они появлялись где-нибудь вместе. Вчера вечером, например, Питер помог Тони организовать пресс-конференцию для Старк Индастриз. И теперь Тони недовольно разглядывал фото в местной газете. Фото, на котором он сам и Пеппер сидели за длинным столом, а Питер стоял чуть в стороне, почти за кадром. Но заголовок все равно гласил: «Тони Старк с женой и сыном». — Нет, ну ты глянь, — сказал он Пеппер, протягивая той газету, едва она вошла в комнату. — Глянь на фото! Пеппер кинула взгляд на фотографию и фыркнула. — Ну конечно. «Тони Старк с женой». У нас ведь женщины не считаются за полноценного человека, верно? — Да-да, — торопливо закивал Тони. — Я именно это и подумал. Она улыбнулась и села на стул, наклоняясь, чтобы стянуть неудобные туфли. — Все еще расстраиваешься из-за «сына»? Про тебя ведь писали вещи и похуже. — Я переживаю не за себя, — сказал Тони. — Я просто не хочу, чтобы Питеру пришлось страдать из-за этого. — Он сам сказал тебе, что происходящее напрягает его? — Не то чтобы. Но как это может не напрягать? Пеппер выгнула брови, вытянув перед собой ноги и пошевелив пальцами. — Объяснись. — Ему не нравится излишнее внимание. И я не хочу, чтобы эта ситуация повлияла на наши… какими бы они ни были, отношения. — Ты же понимаешь, что уже стал для него кем-то вроде отца? — Понимаю, — признал Тони. — Но я не хочу… акцентироваться на этом. Не хочу сглазить. Этот ребенок и так потерял уже двух отцов, я не думаю, что он захочет считать меня кем-то вроде них. — Почему бы тебе не перестать думать за Питера и просто не спросить его о том, что он сам чувствует? — предложила Пеппер. — Извини, позволь, я уточню: ты предлагаешь мне усадить его рядом с собой и поговорить с ним о наших чувствах? — Именно так и поступают отцы, — поддразнила Пеппер. Тони разочарованно застонал, проводя рукой по волосам. Ну да, он действительно заботится о Питере. И он хочет уберечь его и так далее, и прочие сюси-пуси. И если все эти чувства делают его отцом, то, возможно, он и был им. Но только никто не должен узнать об этом. И в особенности — Питер. Ведь Тони все равно не смог бы стать хорошим отцом. — Знаешь, а у меня есть идея получше, — сказал он Пеппер. — Я просто буду придерживаться своей обычной стратегии и сделаю вид, что проблемы не существует. Буду отвергать свои эмоции до тех пор, пока все не закончится. *** Этой стратегии Тони придерживался где-то шестнадцать с половиной часов — ровно до тех пор, пока Питер не вошел в мастерскую, удерживая в руках коробку, обернутую в красно-золотую бумагу. — Привет, шкет. Как дела в школе? — Сегодня воскресенье, Тони, — напомнил ему Питер, опуская коробку на стол Тони. — Точно. Это мне? Питер отрывисто кивнул. — Я хотел сделать сюрприз, но, похоже, этот поезд уже ушел. Тони опустил взгляд на подарок, а затем вновь перевел его на Питера. Его лицо, очевидно, безошибочно передало его замешательство, потому что Питер слегка недоверчиво рассмеялся. — Это же было буквально по всему интернету, как это может быть для тебя неожиданностью? — Что? — День Отца, Тони. Ты помнишь, подарок, который я делал для тебя? — Стоп, ты серьезно? — Тони отложил свои инструменты и подошел к столу. — Я думал, что твои одноклассники все выдумали. — Оу. Ну, нет. Я совершил ошибку, сказав им правду, — сказал Питер, расплываясь в улыбке. — Так значит это все же сюрприз? Тони смог лишь кивнуть. — Я не хочу, чтобы между нами возникла неловкость, — сказал Питер, словно почувствовав, что Тони немного растерялся. — Я просто… ну кому еще я мог сделать подарок в такой день? Я просто хотел, чтобы ты знал, что я ценю все, что ты делаешь для меня. И сегодня для этого самый подходящий повод. Все еще не зная, что сказать, Тони лишь аккуратно отогнул упаковку, открывая взгляду деревянную коробочку для инструментов. Через пластиковое окошечко в крышке было видно, что она доверху наполнена различными шурупами. — Я сделал так, что она проигрывает AC/DC всякий раз, когда открывается крышка, — объяснил Питер с улыбкой. Тони тотчас же открыл коробочку, и из крошеных динамиков на полную громкость заиграла «Shoot to thrill», заставляя шурупчики слегка подпрыгивать в своих ячейках. Тони торопливо захлопнул крышку и улыбнулся. — Отличная работа, малыш. — Тебе нравится? — Конечно нравится. Спасибо. Так… — он сглотнул, — полагаю, вся эта «люди считают, что я — твой отец» хрень не очень тебя напугала? — Нет, — сказал Питер, прищурившись. — Постой, а тебя напугала? — Пфф, нет, конечно. *** Тони медленно вошел в гостиную, крепко прижимая свой подарок к груди и подозревая, что он вот-вот расплачется. Пеппер достаточно было лишь один раз взглянуть на него, чтобы по-настоящему забеспокоиться. — Милый, все хорошо? — спросила она, подбегая к нему и опуская руку ему на плечо. — Питер сделал мне подарок на день отца, — сказал Тони, уже в полной мере осознавая, что из его глаз в открытую текут слезы. — Оооу, — умилилась Пеппер, встречаясь с ним взглядом. — А как же эта твоя «буду отвергать все свои эмоции» стратегия? — Ужасно. Просто ужасно, — всхлипнул Тони. — Пеп… А когда будет день сына?