Clouds

Как костюм? — ТS Петра облизывает потрескавшиеся губы. Она знает только одного человека с такими инициалами. Он единственный, кто знает ее тайну и тоже спрашивает её о костюме. Единственный вопрос: почему Тони Старк пишет ей? Откуда у него вообще ее номер? Ее лучшая догадка — Хэппи, должно быть, дал ему. Она не сделала ничего, чтобы заслужить сообщение от этого человека. Да вообще, даже слово. (?!) — Эй, ты в порядке? — Спрашивает Гвен. Петра кивает и коротко улыбается, отбрасывая телефон в сторону. Маленькая галочка появилась под его сообщением, что означает, что он будет знать, что она прочитала его. Но ей все равно пока не хочется отвечать. Она понятия не имеет, что сказать. Кроме того, это мелочно и мстительно, но она считает, что он переживёт. Это подло, немного порочно и совсем не похоже на Петру до укуса. Дядя Бен не будет гордиться ее детским и жестоким поведением. Она сглатывает комок в горле и тянется за бутылочкой синего лака для ногтей.

***

Она пишет ему через день, когда возвращается домой после ночевки с Гвен. Хороший. Спасибо. — РР Не прошло и получаса, как ее телефон завибрировал. Работал над обновлениями для твоих веб-шутеров. — TS Паркер колеблется с ответом, но понимает, что ей не нужно отвечать, когда второе сообщение появляется секунду спустя. Я с радостью заеду за тобой завтра после школы. Проходи к башне, мы разберём твой костюм. — TS Почему?

***

Ее дружба с Тони Старком неожиданна. Может ли она даже назвать это так? Они не друзья. Нет. Для того чтобы они были чем-то подобным, они должны быть равны, а это явно не так. Они находятся в совершенно разных стадиях своей жизни; он — сорокалетний гений-миллиардер, а она — ученица средней школы, ползающая по стенам. Судя по всему, мужчина пытается наверстать упущенное и взять на себя роль ее наставника, как он ей и обещал. Она не ожидала, что он сдержит свое обещание. Слова не имеют для нее большого значения. Тем не менее, как послушный студент, она приходит на работу в его лабораторию раз в неделю. Тетя Мэй счастлива, что она вернулась на стажировку и занята, и если это нравится пожилой женщине, это достаточно хорошо. Петрисия ценит усилия, которые он прилагает. Тони Старк необычайно умен и, кажется, знает все обо всем. Он никогда не унижает ее или злится на неё из-за того, что она чего-то не знает. Она учится, и она всегда хотела знать как можно больше; жадное маленькое существо, готовое впитывать знания и то, как он бросает вызов и подталкивает ее быть лучше. Иногда Петра жалеет, что не видит мир сквозь розовые очки. Человек, которым она стала после укуса, немного более циничен и неумолим. Она видит недостатки людей и быстрее фиксируется на них. Если ей не нравится то, что она видит, она не тратит свое время на них. У Тони недостатков много: он трудоголик, пьет непристойное количество алкоголя и, как правило, делает все, что хочет. Тем не менее, даже несмотря на это, есть вещь, от которой Паркер стыдно — это её влечение к Тони Старку. Этот человек слишком остроумен и очарователен для неё. Раньше она видела его только издалека, по телевизору, когда Тони выступал на одной из своих пресс-конференций или на Старк Экспо, и она могла только игнорировать трепет в животе, потому что он был далеко. Паркер просто была его фанатом. Она не знала человека в костюме лично. Влюбленность в знаменитость, в лучшем случае, как восхищение поп-звездой или киноактером. Ничего из этого не вышло. Это ещё не всё. Он привозит ей безделушки, сувениры из тех мест, где он бывает. Иногда они просто говорят о фильмах, музыке, о чем-то смешном, что случилось с ней в школе в тот день, и он, кажется, искренне интересуется ее словами, действиями, мнением, в конце концов. Он терпелив и обращает внимание на ее идеи и мысли, какими бы грязными и беспорядочными они ни были. Она чувствует себя не в своей тарелке. Тони Старк почти на три десятилетия старше ее. Он язвительный и немного эгоцентричный, бессвязный и отклоняется, когда возникает тема, о которой он не хочет говорить. Она видит в нем большую часть себя, человека, которым она стала, и думает, может быть, поэтому он, может, даже начал понимать ее. Он также Железный человек, а она — Девушка-паук. Они оба супергерои сами по себе, и это один общий жизненный опыт, который позволяет ему знать ее лучше, чем любой из ее собственных сверстников. Петра не знает, когда это началось и как это произошло. Где бы она ни была, что бы она ни видела или ни слышала, этот человек занимает ее разум и тонко овладевает ее сознанием. В такие моменты она чувствует себя ребенком, а потом осознает, что она итак ребёнок. Петра — девочка-подросток с влечением. Только это не просто влюбленность. Боже, это слово такое… Неподходящее… Оно так неоднозначно, расплывчато и распространено. Она задается вопросом, что это за чувство, которое так ее одолело, вторглось и затопило. Этому имя должно быть любовь, верно? Паркер чувствует себя в безопасности и чувствует себя с ним как дома после укуса, смерти дяди Бена и до того, как стала паучихой. Неуверенность в себе, связанная с взрослением, бурлила и распространялась, как какое-то грязное, мерзкое заражение, растущее и всепоглощающее. Притворство — это то, чем Петра занимается уже несколько лет. Это практически вторая натура. Однако перед Тони она чувствует себя незащищенной, как будто все ее секреты раскрыты. Когда он смотрит на нее так, как в первый раз в ее спальне, или когда она отвергла его предложение стать Мстителем, ей кажется, что он видит ее насквозь и сквозь все защитные сооружения, которые она построила. «Не входить» — это слова, которые висят на вывеске с другой стороны, но этот человек с легкостью и без ее ведома разрушил эти стены. Она не чувствует контроля над собой, как будто эмоции, которые она подавила и заперла, поднимаются на поверхность, угрожая переполниться или лопнуть и выплеснуться в любую минуту. Ее чувства к Тони Старку несравнимы с влюбленностью в Ли.

***

— Что мне делать? — Спрашивает Петра. — Не знаю, — хнычет Нед, — почему ты меня спрашиваешь? Ты не можешь спросить своих подруг? Она закатывает глаза.  — Я спрашиваю тебя, потому что ты мальчик. Нед беспомощно пожимает плечами. — Я… Эй! Эм Джей, иди сюда! — он кричит через столовую и машет рукой другой девушке: — Помоги Петре. Она влюблена в парня. ЭмДжей садится рядом с девушкой и бросает на нее короткий неодобрительный взгляд. — Неужели, Паркер? Я думала, что ты выше таких неприятных эмоций. — Это не влюбленность. Я… я не знаю, как это описать, но это очень серьёзно, — бормочет шатенка, вонзая вилку в морковку. — Надо было спросить Гвен. Ты предатель, Нед. Нед бросает на нее обиженный взгляд, и она предлагает ему желе в качестве компенсации. ЭмДжей усмехается: — Кто этот парень? Паркер опускает глаза. — Он сюда не ходит. Он старше. — Это кто-то из вашей стажировки у Старка? — Нед спрашивает, набив рот едой. — Вроде того, да, — признается она. Это Старк, но она не может им этого сказать. Петра знает, как они отреагируют. Для 13-летней девочки влюбиться в Железного Человека было мило. Это было мило. Но в восемнадцать то лет — это совсем другая история. ЭмДжей смотрит на нее, поднимая бровь. — Будь осторожной. Я знаю, что он старше, и все дела, — она замолкает, игнорируя лепет Неда и возмущенный крик Паркер, — Просто убедись, что он не использует тебя, чтобы показать, кто тут главный. То, что ты моложе и все такое, не значит, что он контролирует ситуацию.

***

Петре исполняется 18 с небольшой лампой. Она празднует свой день рождения со своей тетей и друзьями, поедая торт и открывая подарки, пытаясь вести себя так же нормально, как девушка, которая имеет возможность остановить автобус голыми руками. Позже на той же неделе, когда она прибывает в Старк Тауэр, П.Я.Т.Н.И.Ц.а. поздравляет её с днём рождения, и в лифте играет праздничная мелодия. — Спасибо, Ница. Эй, мистер Старк! — Пенни входит в лабораторию и машет. Тони слегка улыбается ей. — С Днем рождения, малыш. Ты уже такая взрослая. Вроде. Но все еще не можешь пить. — Не думаю, что смогу напиться, — честно отвечает она. — Да, давай не будем выяснять. Еще пара лет на это. А так, я выпью как раз за нас двоих, может и чуточку больше, — говорит он, ведя ее к одной из рабочих скамеек. Тони подталкивает к ней блестящий бумажный пакет с большой сине-золотой лентой. Девушка оглядывается, прежде чем потянуться за сумкой и содержимым. — О, — говорит она, вытаскивая пару красных кроссовок Converse. Тони подталкивает ее ногу своей. — Извини, но те недо-кросовки меня убивали, Петтс, и я решил прикупить тебе новую парочку. — Спасибо, — искренне отвечает она, прижимая их к груди. — Я копила на новую пару, так что это… да, это здорово. Спасибо, мистер Старк. Он пожимает плечами, как будто это не имеет большого значения, и, честно говоря, обувь, вероятно, ничего для него не значит, но тот факт, что он заметил, что ее нынешние кроссовки разваливаются, что-то значил для нее. Она не заботится о стоимости, но чувство, стоящее за подарком, имеет для нее значение. Краем глаза она замечает, что весь офис разукрашен разноцветными ленточками, на потолках висят розовые шарики, а на самом Тони и других работниках смешные колпачки с надписью «С днём рождения». И снова Тони Старку удалось удивить ее и лишить дара речи. — Вы… э… — неуверенно начинает Паркер, закусывая нижнюю губу и пробуя на вкус ароматизированный арбузом блеск, подаренный ей Гвен. Она поднимает глаза, пытаясь подобрать слова, чтобы выразить свою благодарность, когда замечает глаза Тони на своих губах. «Что?» — думает она, рассеянно проводя языком по губам, фруктово-сладким. Его глаза встречаются с ее глазами, и она резко отворачивается — Над чем ты хочешь поработать сегодня, Паркер? Именинница получает выбор, — говорит Тони, еще раз взглядом пробегаясь по ее губам. Девушка чувствует, как по ее венам течет возбуждение, расплавленное и раскаленное, при мысли о том, что он может ответить на ее чувства (и с чего она взяла?). Может быть, это не так односторонне, как она думает, в конце концов. Как ему удалось так долго скрывать это? Это пьянящее чувство, и она чувствует, как ее желудок сжимается от удовольствия, что ей удалось смутить Тони Старка. Это уполномочивает.

***

Она играет с огнем, но в эти дни и после обретения своих способностей она чувствует себя бесстрашной. Бывают и другие случаи, когда она испытывает ужас при одной мысли о том, чтобы встать с постели и выйти из дома. Странное чувство. Паркер не любит слишком много думать о последствиях. Ее отец, Ричард, дал ей имя. Она почти не помнит ни его, ни свою мать. Они умерли, когда она была маленьким ребенком, и хотя она знала, что дядя Бен и тетя Мэй не были ее родителями, они были единственными опекунами, которые у нее были, и они более чем заполнили ту пустоту в ее сердце. Отец назвал ее Петрой за благоразумие. Кто-то, кто мудр и имеет здравый смысл и благоразумие, и Паркер пытается соответствовать этому. Это до того, как ее укусит генетически модифицированный паук. Но на самом деле, являются ли супергерои парадигмой здравого смысла? Паучиха сомневается, что кто-то со здравым смыслом побежит в здание в огне или попытается остановить вооруженных грабителей банков. У нее искаженное представление о том, чего бояться, искаженный взгляд на то, что классифицируется как плохая идея, и, по-видимому, попытка соблазнить Тони Старка не является одной из этих вещей. Ее усилия кажутся напрасными, потому что у мужчины стальные нервы — или железные, как она полагает — и он не сдвинется с места. Она знает, что он заинтересовался или, по крайней мере, несколько заинтересовался ею, когда смотрел на ее губы, а потом, когда она надела босоножки на каблуках тети Мэй, его взгляд скользнул по ее ногам, лямкам, которые деликатно обвивали ее лодыжки, прежде чем он настоял, что они представляют опасность в лаборатории, и заставил ее вернуться в красных Конверсах. Она все время перегибается через его плечо нарушая его личное пространство, когда он работает, прижимаясь грудью к его спине. Она касается его бедра или руки, когда он говорит, и откидывает голову назад, когда она смеется. Тяжесть взгляда Тони и его безраздельное внимание дают ей импульс эго, и она чувствует себя безрассудной, осмелевшей, когда смотрит на него кокетливыми, сверкающими глазами и оживленно жестикулирует руками. И вот теперь, когда она надевает белый хлопковый сарафан и идет из школы под дождем на еженедельный визит в Старк Индастриз, отказываясь от зонтика и бюстгальтера, который Тетя Мэй всегда заставляет ее носить. Она не утруждает себя переодеванием в костюм Паучки, стараясь не терять время. Петра промокла насквозь к тому времени, как приехала и увидела себя в отражении лифта, понимая, что платье прилипло к ней, как вторая кожа, а щеки раскраснелись от прохладного ветра. Тем не менее, Тони воспринимает влажную ткань, подчеркивающую ее изгибы, цепляясь за ее жесткие соски и встречает ее пристальный взгляд, как будто он знает, что она делает, и отказывается играть в свою игру, не потворствует ее поведению. Он предлагает ей выцветшую толстовку с капюшоном, спортивные штаны и полотенце, а сам идет готовить горячий шоколад. Паркер готова швырнуть кроссовки, купленные Тони, ему в голову, когда он вернется. Она знает, что она не блондинка-бомба, как Гвен Стейси, или даже не такая привлекательная, как его многие, многие бывшие, включая Пеппер Поттс с ее острыми скулами и голубыми глазами, но это просто оскорбительно. «Посмотри на меня. Заметь меня. Поцелуй меня. Трахни меня. Люби меня» — хочется закричать ей, и она чувствует себя еще более раздраженным и обиженным ребенком, чем когда-либо, когда натягивает только толстовку, которую он ей дал, и забредает в гостиную его квартиры. — Выпей свой горячий шоколад, пока он не остыл, — говорит Старк, указывая на кружку на кофейном столике перед диваном, на который он откинулся, демонстративно игнорируя вид ее голых ног. Паркер хочет показать ему язык. Она знает, что это не принесет ей никакой пользы, поэтому молча потягивает напиток и продолжает вытирать полотенцем волосы. Почему он ведет себя как ее отец? Это очень испорчено, и она, конечно, не думает о нем в таком ключе. — Тебе следует одеться потеплее, — изрекает он, выдувая пар из своего стакана. «Кофе» — предполагает она по его запаху — Зима близко. Я не хочу, чтобы ты простудилась. Она закатывает глаза. — Да, Мистер Старк, — огрызается Паучок, обводя ободок кружки языком, и получает в награду резкий вдох, за которым следует удушье, когда Тони кашляет в кулак, его глаза темнеют. — Что? — он хрипит, проводя рукой по лицу. — Малыш, что ты делаешь? — Я пью горячий шоколад, который вы приготовили для меня, — отвечает Паркер, мило улыбаясь и протягивая кружку. — Хотите, Мистер Старк? Тони качает головой и ставит кружку на стол. — Не умничай. Я не это имел в виду, и ты это знаешь. Она невинно пожимает плечами. — Понятия не имею, что вы имеете в виду, Мистер Старк. — Я имею в виду одежду и каблуки, уже не считая даже твой язык на ободке моей кружки, — вежливо поясняет Тони, но они оба все равно знают, что он не должен говорить это вслух, — Что ты делаешь? Чего ты пытаешься достичь? Пет ставит свою кружку рядом с его. Он фактически обратил внимание на ее поведение и откровенную одежду, которую она носила последние несколько недель. Это неожиданно, но она может с этим смириться. Никто никогда не обвинял ее в трусости, и она не собирается начинать сейчас. — Вы мне нравитесь, Мистер Старк, — говорит она, глядя на него сквозь темные длинные ресницы и благодаря Бога за водостойкую тушь, — Я хочу быть с вами. Тони недоверчиво и насмешливо фыркает. — Тебе 18. Ты, наверное, даже не знаешь, чего хочешь на завтрак. — Это несправедливо. Может, я и молода, но я не ребенок. Я знаю, чего хочу, — возражает Петра, — И считаю справедливым сказать, что я не обычный подросток. Вы знаете много людей, которые могут подняться на памятник Вашингтону самостоятельно, Мистер Старк? Он бросает на нее раздраженный взгляд, словно не понимает ее сарказма. — Я достаточно взрослый, чтобы быть твоим отцом. Это как- — Мой отец умер. При всем уважении, сэр, я не ищу замену, — она говорит и смотрит, как Тони глубоко вздыхает, массируя висок «Он не сделает первый шаг». Прекрасно. Паркер провоцирует его и протягивает руку, чтобы взять его ладонь в свою, поднося к лицу. Он замирает. Она прижимается поцелуем к его ладони, мягким и нежным, шепча в теплую кожу: — Мистер Старк… — Это плохая идея. На самом деле, я могу придумать сотню причин, почему это действительно, действительно плохая идея, — бормочет Тони, устало наблюдая за ней, — Ты можешь себе представить, что сказали бы твои друзья и тетя? Если это когда-нибудь выйдет наружу, дерьмо, публика скажет самые отвратительные вещи. — Мне все равно, что они говорят, — отвечает девушка, придвигаясь ближе, пока их бедра не соприкасаются. Она наклоняется к нему, прижимается губами к уголку его рта и соблазняет его обещанием запретного плода. Он ничего не говорит, но и не отталкивает ее. — Меня волнует только то, что вы думаете. Мне важно, что вы скажете, сэр. Он на мгновение закрывает глаза, прежде чем снова открыть их. — Я должен был догадаться, что с тобой будут проблемы, — говорит Тони, опуская руку на ее щеку, чтобы обхватить ее сзади за шею и притянуть ближе, захватывая ее губы в горячем поцелуе. Тони Старк на вкус как кофе, пряный и аппетитный на ее языке. Пет беспомощно шевелится, прижимается ближе, раскрывает рот пошире, трогает руками. Он, кажется, жалеет ее, когда сажает к себе на колени, чтобы она оседлала его бедра. — Мистер Старк, — всхлипывает она, и от трения грубой джинсовой ткани о тонкое нижнее белье по телу разливается адреналин. Этого слишком много и в то же время недостаточно. — Думаю, сейчас самое подходящее время сказать тебе, чтобы ты называла меня Тони, — стонет он, отстраняясь и покрывая поцелуями ее шею. Он бормочет в ее ключицу, покусывая зубами, и Паркер задыхается, бессознательно дергая бедрами: — Пожалуйста, — бормочет она, не зная, о чем именно просит, но ее пульс учащается, а нижнее белье становится мокрым и липким. Слова нежности, так естественно вырвавшиеся из уст Тони, инстинктивно заставляют ее крепче прижаться к нему, всклипнув. Он хихикает, нежно гладя по голове. Кажется, это не та ситуация, когда можно так бессовестно смеяться над своей девочкой, особенно когда она уже так нуждается, чувствуя, что уже горит. — Моя малышка. Паркер закрывает глаза и слабо шлепает его по плечу. — Мистер Ста… сэр, это не так смешно, как вы думаете, — говорит она. — На самом деле это приятно, — отвечает Тони, и теплая мозолистая рука скользит вниз по ее боку и скользит под его джемпер, который она носит, поднимая ткань, — О, ты восхитительна. Посмотри на себя, милая. Она стыдливо опускает голову, потому что, несмотря на все ее разговоры и уверенность, Паркер никогда раньше не была близка с кем-то в таком ключе. Ее неопытность бросается в глаза, и Тони, несмотря на всю свою проницательность, должен заметить это, проведя рукой по ее влажным волосам. — Все в порядке? Не стесняйся меня, Петтс, — говорит он, тяжело сглатывая. Петра быстро качает головой, чтобы он не передумал. — Нет, я… я просто никогда не делала ничего подобного раньше. Это прекрасно. Пожалуйста, продолжайте, — проговаривает она, слегка сжимая его плечо. Его глаза незаметно смягчаются, он одновременно очарован и ее невинностью, и серьезностью. Тони кивает, снова целуя ее распухшие губы, и проводит по соску тупыми ногтями. Она задыхается от удивления, ныряя головой в пространство между его шеей и плечом. — Хорошо? — Угу, очень хорошо, — шепчет девушка. Другой рукой он сжимает ее бедро: Она приоткрывает глаза медленно, покраснев. — Тони? Он улыбается, но не дает словесного ответа, предпочитая наклонить голову и взять сосок, с которым он играл, в рот, влажный язык выскальзывает, чтобы подразнить. — Скажи мне, чего ты хочешь, детка, — воркует Тони, наклоняясь к хорошенькому розовому бутону, который твердеет под его ласками. Петра удовлетворенно вздыхает, выгибая спину и крепко прижимаясь к плечам Старка, чтобы сохранить равновесие. Это восхитительное ощущение, и она неуверенно качается вперед, прижимаясь к бедру Старка. — Не знаю, — признается она, в ее голосе слышится разочарование. Ее клитор пульсирует, болит от постоянного давления на него — Это… О, это очень приятно, Мистер Старк. Тони делает паузу, отпуская изо рта сосок, отступая немного, пока тонкая ниточка слюны не растягивается и не разрывается. Он сжимает руку, которую он обернул вокруг ее талии, чтобы поощрить движение ее бедер. — Петтс, милая, ты должна видеть себя прямо сейчас, — говорит Тони срывающимся голосом. Она тихо стонет, тело дрожит, когда она подпрыгивает он входит в нее одним пальцем, уже скоро подключая и второй, хрипло рыча. — Ах, ах, ах, — слетает с ее губ. — Мне… Мне нравится, когда вы… когда вы говорите это. Ваш голос, черт, мне нравится ваш голос. Мне нравится ваш голос, — признается Паркер, прижимаясь к мужчине. Он выругивается себе под нос, притягивая ее к себе для голодного поцелуя и облизывая губы, влажные губы жарко соскользнули. — Великолепная девушка, — Тони прижимается щекой к ее щеке, пытаясь ущипнуть ее за сосок, — Ты не знаешь, насколько ты совершенна, детка. Ты даже не представляешь, как долго я тебя хотел. Гораздо дольше, чем следовало бы, а ты пришла сюда в таком виде. Ты пытаешься вызвать у меня сердечный приступ? Петра задыхается, качая головой, ее сердце пульсирует. — Вы не настолько стары, сэр… Не надо, не говорите глупостей. У вас не будет сердечного приступа, Мистер Старк, — смеется она, задыхаясь. — Я просто пыталась привлечь твое внимание. Он целует ее снова, мягче и слаще, заглатывая ее стоны удовольствия. — У тебя уже получилось, детка. Она дрожит, переводя дыхание и пытаясь перекатить бедра в тандеме с успокаивающими руками Тони. Их близость невероятно смущает малышку-Паркер. Девушка практически ощущает его вкус на языке, приближаясь к оргазму все быстрее, чем когда-либо, теперь, когда она полностью окружена им; жар взгляда Тони, его запах обволакивает и окутывает ее, его хриплый голос в ее ушах и его бархатная кожа. — Я так близко… ах, Сэр… Пожалуйста, Тони! Я скоро, М-мистер Старк… да, да, пожалуйста, — бессмысленно лепечет протеже в руках свего наставника, быстрее двигаясь бедрами по его бедру, не забывая тереться о складки джинсов. Они сходят с ума, и тугой узел, который образовался в ее животе, вспыхивает, когда она кричит, вздрагивая и скуля в плечо Тони.