Astatium.

Ах, какая мука!...Я ненавижу себя за то, что создан таким, так же, как я ненавижу других за то, что они созданы иначе. © Чагин Геннадий Васильевич “О ты, последняя любовь…”

      - Да, да, пришло. Сейчас я забегу в магазин, куплю все, что ты указала в списке и сразу к вам, - дернув резко сумкой, я пыталась выйти из метро, в котором в этот час творилось что-то невообразимое.       Началась рабочая неделя. Рабочий дурацкий понедельник. Хоть уже и был конец дня, создавалось ощущение, что он только начался. Все суетились, и спешили, и маячили, и толкались наперебой. Других вариантов добраться до дома кроме метро, к сожалению не было. На такси я потратила бы еще больше времени, находясь в пробках. Я работала редактором одной не особо примечательной газеты в нашем городе. Устроилась приблизительно месяца три назад, сменив должность специалиста по продажам (от этого уж я была совсем далека). Сейчас мне все нравилось. По крайней мере, это было интересно и разнообразно, да и коллектив был не плох.       Мой мобильный показывал 17:43, когда пришла СМС от мамы со списком продуктов, необходимых к маленькому застолью. Я даже не дочитала сообщение, понимая к чему эти маленькие посиделки – брат, как и просила мама, решил заехать в гости и переночевать у них перед выездом в Финвал на очередной концерт. Соответственно, меня тоже желали видеть за вечерним семейным ужином. Я была готова, не считая, конечно, внешнего рабочего вида. Облачена я была в короткое коралловое платье с баской - я всегда любила надевать его на работу. Но морально я была готова к встрече с Рэндалом после такого долгого перерыва. Не хочу сказать, что мне совсем не хотелось его видеть, скорее интерес брал верх надо мной. Мне было интересно увидеть его и понять, изменилось ли хоть что-то в этом человеке или нет. Вечер покажет.       Живая вереница на кассе еле-еле продвигалась вперед. Я взглянула на время – 18:16. Значит, все уже сидели за столом и ждали меня с небольшим количеством разных фруктов и сыром «Чедр» - излюбленным братом. Переминаясь с ноги на ногу, я, наконец, дождалась своей очереди. Быстро оплатив покупку, я вылетела с магазина по направлению дома родителей. Я решила подняться на лифте, так как от усталости ныли ноги и сейчас все-таки моим единственным желанием была бы ванна, а не посиделки за столом. «Побуду недолго», – пронеслось в голове.       И вот мама, обнимая меня, забрала пакет из рук. Я шустро сняла верхнюю одежду. По дороге к столу оглядела себя в зеркало, поправив макияж и копну своих темных волос, собранных в высокий пучок. Стол был «не особо большим». Бутылочка белого вина и отпитый виски красовались в центре, пара салатиков и запеченное мясо по-французски с гарниром, разная нарезка из мяса, сыра и овощей. Когда я зашла в комнату, отец с Рэндалом что-то бурно обсуждали, посмеиваясь, я сразу поняла, кем было отпито стоящее на столе виски. Брат тут же посмотрел на меня, сверкнув своими карими глазами. Не знаю на счет того, изменился ли он внутренне, но внешне точно. Три года назад, когда он покинул родной город и отправился покорять остальные города-планеты, ему было девятнадцать лет. Не знаю, возраст ли так повлиял на него, или же новая жизнь, но он выглядел старше, можно даже сказать старше своих настоящих лет. Его фигура явно была более подтянута, что означало его постоянное посещение спортзала (ну а звезде разве можно не следить за собой?). Его лицо приобрело более грубые черты и даже губы, которые раньше были похожи на мои, не особо тонкие, сейчас выглядели как лезвие ножа, такое же тонкое и завораживающее. Лишь волосы остались светлыми. В глазах не читалось ничего, кроме двух стопок выпитых виски. - Привет, доченька, – папа с растянувшейся улыбкой, жестом пригласил меня присоединится к ним за стол. Я отрицательно покачала головой, поцеловав отца в щеку. - Привет, пап, привет, Рэндал, - с улыбкой проговорила я, переводя быстро взгляд с брата на отца. – Я сейчас маме помогу и мы придем. - Привет, – короткое и такое холодное услышала я.       До конца расправившись с продуктами, мы с мамой, наконец, присоединились к мужчинам за стол. Я была очень голодна, поэтому первое, чем я решила заняться, так это нормально поужинать, а потом уже копаться в своих мыслях и догадках. - Сынок, а новый контракт о котором ты говорил, он на какое время заключен? – аппетитно поглощая кусочек мяса, поинтересовался отец у Рэндала. - Ну, вообще, в начале менеджер сказал, что на полгода, но после моего выступления в Хальмере, где, между прочим, концерт прошел на "ура", - брат взмахнул вилкой, как бы описывая грандиозность прошедшего мероприятия, - компания предложила продлить контракт на год. Разумеется, я согласился, - улыбаясь, парень закинул в рот кусочек сыра.       Его голос. Он изменился. Возможно, мне показалось, так как я не слышала его в живую довольно долго. Или нет? В торговых центрах и по телевизору его голос звучал совершенно по-другому. Да, я, конечно, понимаю там все эти мудреные штучки при записывании песни, но все же. Его голос был бархатно-холодным басом. По сути, мне не нужно было удивляться, так как голос певца явно претерпевает различные изменения. Мне просто было непривычно. А может и внутри он так же поменялся? Все бурно участвовали в обсуждении звездной жизни брата, я пыталась тоже не отставать и узнавать хоть что-то. - Когда закончатся твои концерты, ты вернешься в город? Для записи нового альбома? - попивая вино, я откинулась на спинку стула и посмотрела на брата. Он осушил до конца стакан и перевел на меня взгляд, но мама успела опередить его. - Ну они же с Кариной живут сейчас в Хальмере, верно? Вы же не переезжали? – мать посмотрела на Рэндала, пережевывая кусочек мяса. А я совсем и забыла, что у него есть квартира в другом городе. И Карина. О да, я помнила ее. Брат, странно улыбаясь, смотрел на меня, будто понимая, до какой степени я не интересуюсь его жизнью. - Да, все верно, мам. - С той самой Кариной? – внезапно спросила я, продолжая смотреть в эти слегка затуманенные алкоголем карие глаза. И сейчас в них я видела тьму, то ли от воспоминаний, которые крутились в моей голове, то ли настоящее «я» вылезало из брата. - Да, с той самой, – ставя локти на стол, грубо ответил брат.       Я хорошо помнила его девушку, они, получается, были вместе где-то уже четыре года. Для меня было удивительно то, что по природе своей такое хрупкое создание было в романтических отношениях с моим братом, да еще и так долго. Что он мог ей давать кроме денег, собственной славы, шикарной квартиры и наверняка грубого секса? Ничего. Никакой любви. Заботы и радости. Но они стоили друг друга.

Четыре года назад. «Начало отношений Рэндала и Карины»       Сегодня проходит вечеринка в доме у Дейзи. Любительница хорошего алкоголя и настоящего треша, разумеется, пригласила и нас с братом. Намеченное пиршество души и тела состоится в девять. Целый день я была сама не своя, узнав, что там будет Майкл – звезда местного разлива, третьекурсник того университета, в который я собиралась поступать после уже совсем близкого окончания школы. Порхая, словно птица, по дому, я наткнулась на тебя с какой-то девушкой на выходе. - Мери, мы ушли к Дейзи, передай родителям, - держа за руку коротковолосую блондинку, говоришь ты. – Это Карина, кстати, – без особого энтузиазма представляешь свою пассию. Девушка в короткой юбочке и топе на лямках машет мне рукой, отвратительно громко жуя жвачку. Я мило улыбаюсь и киваю головой в ответ. Хотя вроде бы мы договаривались, что пойдем к Дейзи вместе, но брата мало волнует, как я доберусь до подруги. Да и ладно. Сейчас мои мысли заняты горячим Майклом. Я отворачиваюсь, а парочка тут же исчезает. Вот круто, даже у этого засранца появилась девушка, а я все еще была одна. Мне нужно было каким-то образом завлечь в свои сети третьекурсника, если, конечно, он первый не завлечет меня.       Настал момент долгожданной вечеринки. К сожалению, из-за вечерних пробок я опоздала к началу, чем была огорчена. Но все же, дойти до того состояния, в котором сейчас находилось большинство молодежи, не составляло труда. Я была готова нырнуть в пучину ночных тусовок в большой компании развязных девчонок и дерзких парней. Не успела я подойти к черному входу (о котором не многие знали, лишь близкий круг знакомых Дейзи), как мое внимание привлекла парочка, аккуратно притаившаяся около крылечек того самого входа. И все бы ничего, ведь это была вполне нормальная картина, если бы мои глаза не уцепились за знакомую короткую юбочку. Это оказалась Карина. Довольно хихикая, она разрешала парню нагло лапать ее за грудь. И этим парнем был не Рэндал. Я округлила глаза от удивления, и незамеченной удалилась с их поля зрения, решив зайти через главный вход. В моей голове все это время билось две мысли: промолчать или сказать? Но я же сестра? Я же не могу молчать и мило улыбаться каждый раз, когда ты будешь приводить эту шлюху домой. Мне нужно было открыть тебе глаза….

Теперь я думаю – а НУЖНО ЛИ было?

Найти тебя не составило труда, ты сидел у барной стойки, заливая в себя уже неизвестно по счету какой стакан коньяка. Весело смеялся и покачивал в ритм музыки головой. Я направилась к тебе сразу же. - Рэндал, - я дотронулась твоего локтя, и ты быстро обернулся. Затуманенные алкоголем глаза сверкали в свете цветного прожектора и казались радужными, но очень холодными. Они шустро пробежались по моему телу и ты сдвинул брови, явно не желая со мной разговаривать. Ты уже хотел открыть рот, чтоб выпалить очередную язвительную шуточку, но я опередила тебя. - Там, Карина, во дворе, возле черного входа, - из меня будто вытягивали эти слова клещами, мне было неприятно и больно их говорить. В одну секунду в голове всплыла мысль о том, что нужно заткнуться и просто уйти, промолчав об увиденном, - она там не одна, – закончила я фразу, в надежде, что ты поймешь, о чем я говорю. - Карина? О чем ты вообще? – презрительно изверг из своих уст ты.– Она уехала домой, ей стало не хорошо. - Нет, Рэндал. Я только что видела ее с другим парнем, – шустро выпалила я, опечаленным голосом. - Что ты несешь? – повысив голос, проговорил ты и страшно сверкнул глазами. - Завязывай, – и подал знак бармену, чтоб тот налил еще один стакан коньяка тебе. - Рэндал, я серьезно, я не вру тебе, – как можно убедительнее подтвердила я. - Да заебала, свали отсюда! – ты сорвался на эмоции, вскочив со стула и подойдя ко мне вплотную, толкнул. Я не удержала равновесие и ударилась о барную стойку, угодив локтем ровно в тонкую стеклянную стопку, которая под моим весом лопнула и осколок прорезал кожу. Я закричала от боли, но ты, даже не подав вида, схватил наполненный стакан коньяка и исчез в толпе. Было больно и физически, и морально. Сейчас

      Я понимаю, что услышать об измене любимого человека - это не лучшая правда на свете, но ходить с закрытыми глазами, словно слепой котенок, тоже не есть хорошо. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Я хотела сделать как лучше, но впредь зареклась, что делать лучше брату более не буду. Конечно, это неправда, и в очередной раз, когда ему понадобилась моя помощь – я шла на встречу. Но тему о Карине мы больше никогда не поднимали.       Наш ужин подходил к концу. Мы с мамой по-немногу разбирали стол, а брат с отцом сидели в креслах возле настежь открытого балкона и мечтательно о чем-то разговаривали. В квартире завеяло легкой, волнующей весной и невероятно притягивающим тропическим ароматом туалетной воды брата, нотки которой ветер так успешно раскидывал по всей квартире. Это было вкусно. Я даже на секунду закрыла глаза, чтоб представить этот аромат на Дэниеле, но не смогла. За весь прошедший ужин я так и не поняла, насколько поменялся Рэндал внутренне. Что удивительно, меня тянуло поговорить с ним, но наедине, без родителей, я хотела понять, все так же ли он держит маску «милого мальчика» при них. Когда все было убрано со стола, папа пошел на кухню за чашечкой кофе. А я со своим напитком решила выйти на балкон. Время было еще не позднее, ореол рыжего солнца прятался за горизонт и мне хотелось понаблюдать за этим. Приближаясь к балконной двери, я увидела брата, от которого исходил легкий дым. Что это? - Ты начал курить? – тихо приблизившись, спросила я, облокачиваясь на перила балкона, как и парень. Одет брат был просто, без всякого выпендрежа, как бывало по телевизору или же в сети. Простая растянутая серая футболка и такого же цвета спортивные штаны, но его волосы лежали будто только что от стилиста. Фанатки визжали бы, увидев его даже таким домашним. И да, мне было все-таки странно видеть его тут, на родительском балконе, рядом со мной. Парень выпустил белый дым в пустоту и посмотрел на меня, вновь затягиваясь сигаретой. Рыжая тень ложилась на его грубые черты лица, придавая им мягкости. - С такой жизнью не только курить начнешь, – тихо произнес он, переводя взгляд карих глаз вдаль, освобождая свои легкие от жгучего дыма. Мы замолчали. Я попивала кофе, наблюдая за тем, как медленно небо затягивает темная дымка, а где-то вдалеке оранжевый круг солнца становился все меньше, как и сигарета брата, которую он растягивал. Сейчас я совсем не представляла, о чем можно с ним поговорить.       Каждый раз, причиняя мне боль физически или словами, Рэндал отдалял меня от себя. Отчего мне становилось горько, но я ничего не могла поделать. Видимо, это расстояние стало не преодолимым. Но сейчас нам было уютно молчать в присутствии друг друга, что явно было прогрессом для наших отношений. Внезапно, от мыслей меня отвлекла вибрация моего телефона на подоконнике. Мы одновременно обернулись с братом, уставив свои глаза на телефон. «Любимый» - высвечивал дисплей. Я тут же, немного смутившись, не понятно почему, схватила телефон и удалилась с балкона, оставив брата в одиночестве докуривать сигарету.       Недолгий разговор с Дэниелом заставил меня, наконец, собраться домой. Вино уже окончательно улетучилось из моего организма. Я решила вызвать такси, чтобы не идти пешком и быстрее оказаться дома. Родители сидели за телевизором в комнате, в то время, пока Рэндал с кем-то бурно беседовал на кухне и постепенно наполнял свой стакан из пустеющей бутылки виски. Пару трехэтажных матов убедили человека на том конце трубки, с которым разговаривал брат, в его правоте. - Заебали, – громко выругался парень, вешая трубку. Я стояла на пороге, когда он высунулся из комнаты и оперся о кухонную дверь. Его глаза устремились на меня. Поправляя свое пальто, я тут же замерла, поймав этот странный взгляд на себе. Эта коричневая дымка проникала в меня, будто пытаясь что-то донести. Мой рот не мог произнести и слова. - Знаешь, - почти неслышно сказал брат, поднес стакан ко рту и усмехнулся, - всегда хотел тебе сказать, - разносился его бархатно-холодный голос, проникая внутрь меня… Прозвенел телефон, сообщая, что такси прибыло. Рэндал замолчал. - Дочка, уже уходишь? – крикнула мама с комнаты. - Подожди, - а я все так же не сводила глаз с брата. Он еще раз отпил из стакана, почти осушив его до дна. - А-а, забудь, - будто кинув это слово себе под ноги, он развернулся и исчез на кухне. – Счастливо. Теперь мы увидимся не скоро, – прокричал Рэндал. Мама и отец вышли проводить меня. - Ну все, родная, пока, звони, – мама обняла меня, после чего я открыла дверь. - Пока, мам, пока, пап, – с улыбкой сказала я. – Пока, Рэндал, - чуть повысив голос, проговорила в пустоту. Так и не дождавшись ответа.       Такси уже везло меня по темному городу. Фонари мелькали по стеклу машины, проникая в салон, я пустила свои мысли в полет. «Давно хотел тебе сказать», «Знаешь, давно хотел тебе сказать», «Забудь». Что же он мне так хотел сказать? Глупый вопрос, очень глупый вопрос. Опять, наверняка, хотел оскорбить, как и всегда. Лишь при родителях передумал. Не знаю. Верила ли я в собственные мысли или же все-таки надеялась на что-то другое. Еще было рано судить о том, изменился ли он или нет. То, что мы чувствовали в присутствии друг друга, сейчас было совсем иным. Раньше он излучал гнев и я чувствовала его на себе. Утих ли он? – нет. Но сейчас Рэндал, видимо, просто был уставшим. Поэтому таким тихим и почти безэмоциональным. Этот момент на балконе, когда он лениво перекатывал сигарету в зубах и его карие глаза отливались янтарной рекой - он был не похож на себя. Сейчас на его голове не было звездной короны, в отличие от того времени когда он только начинал свое путешествие в мир шоу-бизнеса. Мне хотелось узнать больше о нем. И не из интернетовских статей и сладких песен по радио, а из уст собственного брата, обращенного к сестре.

«Давно хотел тебе сказать»