Муки творчества. Сказание о том, как Цаца фанфик писала.

      – Ну что, ребятки, пора за работу! – Я возбужденно тру ладошки, готовясь к мозговому штурму. Вдохновение бьёт фонтаном, распыляясь во все стороны, но никуда конкретно не попадая. Миллиард идей разбивается о суровые скалы реальности, но на место погибших товарищей отважно приходит в два раза больше новых.       Суровая реальность смотрит на меня скептическим взглядом Чонгука и недоверчиво-подозрительным взглядом Хосока, не сводящим с него глаз; тонет в полном обожании взгляде Юнги на Чимина и ласковой улыбке в ответ; искрится ожиданием приключений в глазах Тэхёна и подёргивается робкой неуверенностью в улыбке Джина. Суровая реальность требует сдержать обещание, данное Намджуну. – Сегодня на повестке дня сюжет истории, приемлемый для нас всех. – Обвожу взглядом всех присутствующих. – Для начала предлагаю попробовать небольшой драббл, чтобы оценить силы и прикинуть возможности. Что скажете? – То есть, никакого определенного сюжета ещё нет, и ты выбирала нас случайно, как шарики из барабана? Или ты просто подобрала потенциальных жертв естественного отбора? – скорее не спрашивает, а констатирует Чонгук. Кажется, он сильно сомневается в моей профпригодности. – Ну, изначально идея была, но потом случились непредвиденные обстоятельства… – мямлю я, пытаясь оправдаться. А почему, собственно, я должна оправдываться? Просто эта его аура так на меня давит, заставляет чувствовать себя, как нерадивый подчинённый перед высоким начальством. – Захлопни пасть и радуйся, что тебя, собачку говорящую, подобрали. Ещё раз услышу, что ты на Цацу наезжаешь, я тебе всю морду исполосую. – Хмуро бросает Шуга, нехотя оторвав взгляд от Чимина. – Тогда мне придётся выбросить тебя из окна. И открывать окно мне будет лень. – В голосе Гука нет угрожающих ноток, но мурашки под кожей пакуют чемоданы и беспорядочно мигрируют. – Не смей… те… Не смейте угрожать ему! – вдруг взвивается Чимин, закрывая собой изумлённого кота. – Иначе я за себя не отвечаю! Я вам знаете что… я тогда… я... – Ты что, угрожаешь мне? – удивлённо приподнимает бровь Гук. – Ну… кажется, да... – растерялся Чимин. – Парни, сейчас я пробую применить принцип демократии. Тест-драйв, так сказать. Я советуюсь с вами, хочу знать ваше мнение, выслушать ваши предложения, даю свободу слова и прочие ништяки. В случае провала вас ждёт смена режима и жёсткий диктат. Так как? Может, всё же, попробуем прийти к консенсусу? – откуда в моей голове всплыло такое количество умных слов, ума не приложу, но немного собой горжусь. – Хорошо. Предлагай – Чонгук откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди.       Вот как он так делает? Вроде бы и согласился, но в то же время даёт понять, что все мои предложения – заведомо говно. Ладошки у меня начинают нервно потеть. – Можно для начала посмотреть заявки, вдруг наткнёмся на годную идею? – предлагаю я. – Так… что мы имеем? Шерлок Чон и Доктор Мин – как вам? – Ну и кто из нас двоих Шерлок? – бровь Чонгука опять взлетает вверх. – Да очевидно же всё, профессор Чонриарти! – хмыкает Хосок. – Джин – Лестрейд… – Намджун – миссис Хадсон, – в тон ему продолжает Чонгук, – а Шуга – собака Баскервиллей. – Да йобанаврот! Ты заебал со своими собачьими шутками! – взревел Шуга. – Если ты, сука, не заткнёшься, я тебя так отделаю, что твои внутренности станут твоими наружностями! – Если бы ты знал, что я могу с тобой сделать обыкновенной вешалкой… – Так! Стоп! Прекратили срач! – мне срочно нужно где-то занять тонну терпения. – Сейчас посмотрю ещё. Хм… Ну вот! BTS – пациенты сумасшедшего дома. Это прям животрепещущая тема, не находите? – Шикарно. У Чонгука как раз мания величия, он считает себя всесильным и недосягаемым для правосудия. – Не унимается Джей Хоуп. – Думает, что он волк, а на самом деле – шавка беспородная. – А у Хосока вялотекущая шизофрения, которую бы ускорить уже, потому что ни туда, ни сюда, бесит уже. – парирует Чонгук. – У Шуги однозначно бешенство… – Ну, бешенство – это не психическое, а, скорее, инфекционное заболевание, – оживляется Джин, попав в знакомую среду. – Оно передаётся через укус больного животного, например лисицы или собаки… – Слышал, Тузик? Не смей приближаться к нам без справки о прививках! – Шуга не упускает возможности цапнуть Гука. – Чтоб твои дети пылесоса боялись. – Заткнулись нахуй, пока во второстепенные персонажи всех не отправили! – рявкает Намджун. Любуюсь, как петушиные бои немедленно прекращаются, и соперники понуро покидают ринг. Ещё раз убеждаюсь, что Намджун – непререкаемый авторитет и самое ценное моё приобретение. – А я вот инопланетянин.       Все, как по команде, поворачиваются к Тэхёну с одновременным «Что?» – Инопланетный гость. – Зачем-то уточняет улыбающийся во все зубы Тэхён. – Это, вроде как, тоже шизофрения. Один шизофреник у нас уже есть, поищи себе другой диагноз, а то неинтересно будет, – замечает Чимин. – Ладно, я рада, что вы все вовлечены. Давайте поищем ещё. Ну… например… Чонгук попадает на необитаемый остров и встречает там аборигена Чимина, рейтинг не ниже NC-17. – Там же всего два персонажа задействованы. А мы? Намджун – пальма, а остальные – кокосы? – возмущается Джин. – Там ещё пришельцы могут быть… – Нахуй эту тему и больше никогда не поднимаем её! Ноги чиминьей не будет на одном острове с этой псиной! – по кривой рубит воздух Шуга.       Ну а кто говорил, что будет легко? Всё равно я не сдамся без боя! – Благородный рыцарь Чимин спасает прекрасного принца Тэхёна из лап злого колдуна Чонгука по просьбе своего дяди Намджуна и его мужа Джина, но дома его ждёт любимый Юнги, обещанный Хосоку. Хуясе завернули… – Благородный рыцарь Чимин! – взвизгнул Чимин. – Я согласен! – А ты в курсе, сколько весят доспехи, Чимин? – вкрадчиво спрашивает злой колдун. - Это где-то килограмм двадцать пять-пятьдесят, не меньше. Я боюсь, что благородный рыцарь по дороге к замку колдуна заработает себе сколиоз, позвоночную грыжу, геморрой и сдохнет от холеры в ближайшей богадельне. – Сбивает мечту палкой Чонгук. – А прекрасный принц Тэхён по итогу с кем останется? Я не могу один… – в глазах Тэхёна блестят слезы. – Благородный рыцарь Хосок не побрезгует надеть противоколдунный бронежилет и пойдет спасать прекрасного принца Тэхёна, раз уж с обещанным Юнги ему ничего не светит. И он с огромным удовольствием мочканёт мерзкого злобного колдуна Чонгука и насадит его голову на палку! – отмечаю, что Хосок будет прекрасен в роли рыцаря. А доспехи и алюминиевые сойдут, мы ж не взаправду… – А можно, я лекарем буду, или, там, целителем... – робко интересуется Джин. – Хах, ты смотри, тут прям заявка в тему есть! – радуюсь я. – Знахарь и целитель Джин живёт один в лесу и однажды утром находит неподалёку израненное тело парня. Что думаете? – Ну, тут только с ролью Джина всё понятно. Что насчет остальных? И кто будет телом? – интересуется Намджун. – Я могу пойти навстречу электорату и организовать израненное тело Чонгука, – ухмыляется Шуга. – Возможно, даже расчленённое. – А я, пожалуй, останусь колдуном. Превращу этого кота в тапки и каждое утро буду начинать с засовывания ног в его жопу. – Похоже, у Шуги получается потихоньку выводить Чонгука из душевного равновесия. Намджун одним взглядом подавляет бунт. – Король Намджун хочет выдать замуж своего единственного сына Тэхёна за жестокого принца Джина. Но сердце Тэхёна отдано его слуге Чонгуку, который разводит голубей. – Голуби – это вкусно... – мечтательно жмурит глаза Шуга. – Да! – Джин снова чувствует под ногами твердую почву. – Вы знаете, что голуби – это диетическое мясо. Плов из голубей получается – пальчики оближешь! – Да мы наслышаны о твоих кулинарных талантах, – хмыкает Чимин. – Наверное, когда ему предлагают руку и сердце, у него в голове тут же возникает пара рецептов, – хихикает Хосок. Джин обиженно поджимает губы. – Чимин и Тэхён чудом выживают после кораблекрушения, уцепившись за деревянный обломок. Их подбирает пиратский корабль, на котором капитан Юнги. – С недоеденным голубем на плече, вместо попугая! – заливается хохотом Хосок. – Ты у меня будешь днём и ночью гальюн драить. А кок Джин будет готовить только из просроченных продуктов, чтобы работы у тебя всегда было по горло, – шипит Шуга. – Милый и ранимый программист Чонгук устраивается на работу к злому Намджуну. Потом оказывается, что он Супермэн. Чонгук нижний. – Да почему нижний-то? – резко охуевает Чонгук. – Нижний Супермэн? Больные ублюдки… – А с чего ты взял, что это ты окажешься Супермэном? Наиболее вероятно, что Супермэном окажусь именно я, тем более, что ты нижний. А злым я только прикидываюсь, чтобы отвести подозрения. – Намджун, как всегда, очень логичен. – Я хочу это видеть! – возбуждённо суетится Шуга, – Цаца, мне похер, кем буду я, главное – пусть выебут его! Давайте проголосуем! Кто за нижнего Чонгука? – Ты выйдешь отсюда с ногой в жопе. Это будет моя нога. Это будет твоя жопа. Понятна тебе такая вещь? – от голоса Чонгука в помещении ощутимо упала температура. Мне очень нужно вспомнить дыхательную гимнастику, чтобы весь педагогический процесс не полетел к херам собачьим. – Парни, жестокий деспот и тиран внутри меня сейчас требует задушить блядскую демократию в зародыше. Я держусь из последних сил. И вот, что мы сделаем. Сейчас я тыкаю пальцем в первую попавшуюся заявку, и мы выполняем её, даже если это будет человеческая многоножка из бантан? Ясно?! Режим «Гитлер» успешно активирован.