Один из нас лишний

— На сборы два часа, — Джонатан спокойно отдаёт приказы. — Офицер Лайтвуд — мой заместитель. Вы все знаете, что делать. Помните, что там много мирных жителей. Сохранить им жизни — наша главная задача. Офицеры кивают и расходятся, и Джонатан замечает, что Алек никак не отлипнет от коммуникатора. — Магнус? — Не отвечает. — А в больницу он поехал с телефоном? Алек задумывается на секунду, быстро смахивает с экрана голограмму местности и матерится. — Его телефон у нас дома. Чёрт. — Дай я позвоню в больницу, где он лежит. Джонатан звонит, быстро даёт необходимые пояснения, а затем ждёт и переводит коммуникатор в режим громкой связи. — Господин Консул. Магнус Бейн покинул больницу час назад. Как член Коалиции Целителей он был направлен в сектор 2-01-17-43 вместе с другими целителями. Все необходимые тесты подтвердили, что он здоров и может выполнять свои обязанности. Господин Консул? — Кто отдал приказ? — Джонатан едва сдерживает свою ярость. — Это отработанная практика, господин Консул. Коалиция Целителей всегда оказывает помощь в случае войны. — Но не в случае этой. Руки Джонатана дрожат, когда он заканчивает звонок и смотрит на бледного Алека. — Звони на космодром. Скажи, что если хоть один корабль вылетит без моего разрешения, я к херам всех уволю. Если они уже улетели, то пусть их развернут. Пусть что угодно делают, но не дадут кораблю покинуть Систему. Но Алеку не нужно ничего говорить. Он уже разговаривает с начальником, курирующем все запуски, и Джонатан напряжённо ждёт новостей. — Корабль ушёл в гиперскачок тринадцать минут назад. С тех пор связь с ними потеряна. Их нельзя вернуть. Он в зоне боевых действий, Джонатан. Алек опускает руки и сжимает кольцо, висящее у него на цепочке, а потом поднимает мутный от боли взгляд на Джонатана, и тот вздрагивает от холодного тона. — Я готов. Они хотели войны, они её получат. — Алек. — Они напали на гуманитарную миссию, находящуюся под защитой Конфедерации. Ты считаешь, что у нас нет права ответить им в полном объёме? Дело не только в Магнусе, там десятки целителей, и это был второй крейсер, Джонатан. Первый тоже не выходит на связь. Дриты давно нарывались: разрывали соглашения, не выполняли договорённости. —Я не могу позволить тебе взять командование. — Можешь и позволишь. — Алек. — Ты его Истинный, ты бы почувствовал, если бы он, — Алек запинается и ищет слова, — если бы он. — Алек делает глубокий вдох и, смирившись с тем, что нужные слова всё равно не найдёт, продолжает. — Истинные всегда это чувствуют. Я читал про это. Он жив, Джонатан, и я найду его. — Ты знаешь, когда вылет. Джонатан знаком отпускает Алека и прислушивается к своим ощущениям. Ничего. Может, останки Магнуса уже замерзают в космосе, и Алек зря надеется. Джонатан окидывает взглядом стол и собирает нужные бумаги. Столько нужно сделать. Боль приходит внезапно, она бьёт наотмашь, лишая дыхания, и Джонатан падает на пол, силясь сделать хотя бы один вдох, но тщетно. Перед глазами темнеет, холод сковывает тело, а потом остаётся пустота, в которой слышится отчаянный крик Магнуса: «Нет!». Резкая трель коммуникатора вырывает из небытия, и Джонатан вертит головой, пытаясь понять, что произошло. Сколько он провалялся на полу? Тело ломит, как будто всю ночь его избивали, а в сухость в горле раздирает связки. Магнус. Джонатан хватается дрожащей рукой за край стола и смотрит на коммуникатор. Алек. — Консул слушает, — слова отдаются тупой болью в гудящей голове. — Офицер Лайтвуд, — Алек вглядывается в изображение и охает. — Джонатан. Что произошло? Он может рассказать, что Магнуса больше нет, сказать правду, ведь Истина для Консула превыше всего. — Всё в порядке, офицер Лайтвуд. Отчитайтесь по приготовлениям. — Крейсер готов к вылету. Мы ждём только вашего приказа. Приказа и прибытия. Джонатан скашивает взгляд на часы — он провалялся на полу больше часа. Удивительно, как его раньше не нашли. — Буду через пятнадцать минут. Остаётся только надеяться, что в каюте для Консула уже есть всё необходимое. Джонатан собирает бумаги и прислушивается к своему телу. Боль ушла, ощущение пустоты тоже. Неужели это всё, чем грозит смерть Истинного его паре? Или это потому, что они с Магнусом даже не целовались? — Потом, — говорит Джонатан сам себе. — Я потом с этим разберусь. Потом затягивается на долгие полгода, во время которых всё возвращается на круги своя, почти. Они снова вместе сражаются, делят трапезы, разрабатывают планы, проводят исследования, ведут переговоры. Плечом к плечу, но Алек никогда не остаётся больше, чем положено. Он уходит наверх и смотрит в пустую мглу в надежде разглядеть что-то или кого-то. Иногда к нему присоединяется Джейс. Джонатан вздыхает. Всегда весёлый и солнечный, Джейс больше не шутит и не острит, он редко улыбается и совсем не смеётся, да и остальным не до смеха. Дриты оставляют после себя разрушенные планеты и забирают их жителей в плен. Большей частью омег, но иногда уводят и альф. Они отправляют их в долгое путешествие к своей родной системе. И Джонатан знает, что высматривает Алек. Эта битва неизбежна, даже Совет понимает, что им придётся перевести войну в систему дритов и, возможно, уничтожить целую расу. А сейчас. Сейчас есть Дей, главный военачальник дритов, оккупировавший каскад спутников вокруг ледяного гиганта. Его взяли в кольцо и все ждут только Консула, который будет руководить этой битвой. — Он знает, что мы не будем рисковать мирным населением. Знает, поэтому там засел, — Алек говорит механическим голосом, а Джонатану так хочется встряхнуть его, вернуть своего Алека или Алека, который был без оглядки влюблён в Магнуса. Был. Он и сейчас любит, сильно и отчаянно, храня надежду, которую Джонатан не смог отнять. — Нам придётся разделиться, чтобы объять все спутники. Он будет ждать консолидированного удара, но мы распылим силы, выманим его из убежища, поймём, где он прячется, а затем снова соединим усилия. Джонатан перемещает по виртуальной карте лёгкие истребители, и остальные командиры после короткого совещания соглашаются. Нужно бить точно. Алеку везёт в этой битве, Дею — нет. Джонатан смотрит на сражение, которое проходит вдалеке. Его любимый каким-то шестым чувством выбирает себе самые трудные задания. Джонатан оглядывает свою команду, они все прекрасно понимают, что не успеют присоединиться к бою. — Я проиграл Мелу кучу денег, — мрачно усмехается Роно. — В следующий раз тоже буду верить в инстинкты Лайтвуда. И ведь как точно понял, на каком спутнике спрятался этот мерзавец. Быстрее. Всё кончилось, вы спасены. — Роно бережно поддерживает испуганных жителей, которые плачут и беспрестанно благодарят. Его звено выдыхает с облегчением. Они ошиблись, но ошибка обернулась удачей. С Консулом на этот спутник полетели лучшие спецы, которые должны были справиться с охраной Дея. Но вместо этого быстро расправились с солдатами, охранявшими пленных. Дей не стал прятаться на этом отдалённом спутнике, зато укрыл здесь всех своих будущих рабов, которые к общему удивлению, чувствуют себя вполне сносно, особенно в физическом плане. Джонатан нервно проводит по волосам. Они успели и спасли столько жизней, пока армада под руководством Алека уже добивает остатки. Родной голос в наушнике сообщает об успешном завершении операции, и Джонатан просит помощи с эвакуацией. Кто мог предположить, что здесь будет столько людей. Короткий ответ, и Джонатан знает, что Алек уже летит сюда. — Роно, что там с жителями? — Всё отлично. Они уже организовались и оказывают первую помощь. Первый раз вижу такую самоорганизацию. Да сами посмотрите. Джонатан оглядывается. Ровные ряды бывших пленных, которые передают друг другу бутылки с водой и шерстяные покрывала. Что-то не так. — Господин Консул, — маленькая крепко сбитая омега замирает, когда оказывается совсем рядом с Джонатаном. — Почему вы укрываете всех покрывалами? — Так омеги чувствуют себя более защищёнными, поэтому легче переносят стресс, — запинаясь произносит женщина, и Джонатан хватает её за руку. — Кто вам это сказал? — Мой коллега из Коалиции Целителей, — совсем испуганно отвечает целительница, и Джонатан всматривается в её серые глаза, боясь поверить. — Магнус, — голос срывается, — Магнус Бейн? — Да, господин Консул. Он занимается тяжелобольными в укрытии. Ждёт специализированной помощи. Целительница указывает направление, и Джонатан срывается с места, знаками показывая Роно, куда следует направить людей. Он мчится к чёрной каменной глыбе, которая прикрывает вход в огромный подземный бункер. Гладкие стены, тусклый свет, запах медикаментов и зелий и койки с больными, а вдалеке знакомый силуэт. — Магнус! Ещё до того, как его Истинный обернётся, Джонатан знает, что не ошибся. Магнус жив. А потом видит осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, исхудавшее тело, сухие потрескавшиеся губы и длинные отросшие волосы. Магнус стоит на месте, не в силах поверить в это чудо, и только когда Джонатан сгребает его к себе в объятия, всхлипывает и утыкается в его плечо, а горячий шёпот обжигает его смуглую кожу: — Я нашёл тебя, нашёл. Ангелы, я думал, что ты умер. Джонатан гладит по волосам, Джонатан утешает, Джонатан плачет, не замечая восхищённых взглядов, которыми их одаривают. А потом Магнус отстраняется, и Джонатан непонимающе смотрит на своего омегу, который сейчас должен быть в его объятиях, но почему-то стоит, опустив глаза в пол и нерешительно переминается с ноги на ногу. — Алек? — задаёт вопрос Магнус, и Джонатана окатывает ледяной волной понимания. — Он жив, — быстро приходит в себя Джонатан, удивляясь выдержке своего Истинного. — Скоро прилетит сюда. — Джонатан, — раздаётся под сводами импровизированного госпиталя, и счастье в карих глазах бьёт под дых. Магнус прикладывает руку к груди, боясь, что не справится, но Алек появляется у входа, и ничего уже не имеет значения. Магнус бросается к человеку, которого любит, и Алек коротко вскрикивает, когда узнаёт омегу, что бежит к нему со всех ног. — Магнус, — короткий вдох тонет в чёрных волосах, а ещё один Алек дарит родным губам. — Люблю, — бессвязно шепчет Магнус, пока Алек продолжает осыпать его лицо поцелуями. Тихий стон настигает Джонатана, и он не может отвести взгляда от того, как Магнус запрокидывает голову, позволяя Алеку почти кусать себя в шею. Полное подчинение и безграничное доверие. Больные начинают тихо перешёптываться, когда Магнус, совершенно отключившись от реальности, зарывается своими пальцами в чёрные волосы и тянет на себя, требовательно впиваясь в губы, а тихий рык Алека прокатывается по стенам едва заметной вибрацией. — Алек? Джейс вбегает в помещение и прикрывает рот рукой. Его друг, обычно не любящий демонстрировать чувства, устраивает сеанс бесплатного порно перед сотнями людей. Знакомый запах настигает Джейса буквально через секунду, и он совершает самую большую ошибку в своей жизни, когда радостно вопит: «Магнус!» и дотрагивается до чужого плеча. Алек мгновенно расцепляет объятия, прячет ошалевшего Магнуса за свою спину и заносит руку для удара. Джейс едва успевает уклониться, как кулак впечатывается в стену, покрывая её паутиной трещин. — Тише, брат. — Джейс поднимает руки, понимая, что нарвался на инстинкты альфы, что защищает своего омегу. — Это я. Алек медленно вдыхает, опуская руку, и виновато глядит на Джейса, но тот осторожно подходит ближе и подмигивает. — Ну, теперь мы квиты. Помнишь, как я рассёк тебе бровь, когда ты схватил Клэри во время моего с ней поцелуя. Только ты не успел увернуться, а я успел. Один-ноль, брат. Джейс ободряюще улыбается, когда любопытная мордочка Магнуса, выглядывающая из-за спины Алека, разбивает напряжение. Громкий расслабленный смех Джейса увлекает за собой стремительно краснеющего Магнуса и абсолютно счастливого Алека, а Джонатан чувствует себя совершенно лишним. — Ты рассказывал мне, что получил этот шрам в бою, — припоминает Магнус, и Алек пожимает плечами. — А это и был настоящий бой. Просто сейчас я вовремя опомнился, поэтому Джейс успел увернуться, а у этого Ромео тогда напрочь крышу снесло, и я дал ему возможность выпустить пар, пожертвовав своим лицом. — Ну да конечно, — фыркает Джейс. — Дашь мне поздороваться с Магнусом? Или накинешься? — Магнус, скажи привет Джейсу, — строго говорит Алек, и Магнус принимает правила игры. — Привет, Джейс. Магнус машет рукой, а потом охает и оглядывается. Сотни широко открытых глаз глядят на самую странную четвёрку мужчин в своей жизни. Три альфы и один омега. Три военных и один целитель. Трое мужчин и одна любовь на них троих. Молодой мужчина с каштановыми волосами, прихрамывая, приближается к Магнусу, и тот осторожно придерживает его за талию. — Это Саймон, — представляет Магнус своего друга. — Он из отряда боевых омег. Ему нужно вернуться к своему командиру. Можно будет ему помочь? — Постараемся, — отвечает Джейс, внимательно осматривая первого в его жизни омегу-воина. Саймон стоит, гордо подняв голову, и смотрит прямо в глаза. — Джейс Эрондейл. Для меня честь познакомиться с вами. Джейс протягивает руку и чувствует крепкую мозолистую ладонь. — Саймон Льюис. Спасибо за помощь, офицеры. Целый отряд медиков забегает в госпиталь, и Магнус берёт управление на себя. Алек не раз видел своего любимого за работой, поэтому спокойно выслушивает указания, зная, что у Магнуса огромный опыт. Но для Джонатана такое впервые. И он любуется собранным и сосредоточенным Магнусом, который руководит огромной толпой людей, не испытывая никаких сложностей. Настоящий Истинный для Консула. Эвакуация проходит в рекордно короткие сроки, и даже Саймон получает сообщение о том, что за ним выслали людей. Магнус отправляет последнего больного и удовлетворённо улыбается, махая рукой Алеку, который готовит свой истребитель к полёту. Джонатан подходит ближе, все уже улетели. Они снова остались вчетвером. — Как ты себя чувствуешь? Выглядишь не очень. — Я здоров, только устал, очень. — Когда ты улетел с целителями, что потом случилось? Я почувствовал такую боль, я думал, что тебя убили. — Тогда, — Магнус мрачнеет и опускает голову. Взрыв опрокидывает их на землю, а затем на Джонатана обрушивается та же боль, только теперь она сильнее в тысячу, нет в миллион раз. И крик Магнуса, отчаянный, захлёбывающийся горем. — Алек! Нет! Последним, кого Джонатан увидит на этой проклятой планете будет Джейс, который обожёнными руками будет держать рвущегося к своему любимому Магнуса.