Цикл самоцветных песен

У Фос разбито лицо. Сплав раскалился до цвета крови и сочится из разломов, остывая вскоре после соприкосновения с поверхностью. Фос лежит на дальней Луне и думает о том, как ей нравится слово "lover". Фос лежит на лугу, но птиц не слышно, только сверчки. Жара разъедает тело полуденным зноем, а кислота впивается в кости, когда адмирабилис нежно обнимают её. Что такое нежно? Фос знает только Солнце, гладящее неровные сколы сквозь постыдность пудры. Фос одёргивает руку нервно - этот камень был её частью настолько давно, что теперь не может прижиться. Воспоминания кажутся чужими, луг выцветает в памяти, выбеленный майским солнцем. Антарк возвращается в архив сознания почти ласково, это первая весна без неё. Фос вздыхает глубоко своей каменной-каменной грудью, пыльный холодный воздух нагревается внутри, Луна оседает в ней и проникает в неё. У Луны, в конце концов, тоже есть память. Сотни и тысячи отмоленных и неотмоленных ног, ладоней и ступней, предплечий и кистей, упавшее и тут же растворившееся сари, эфирная вуаль бытия. Когда там уже неизвестность? Фос встаёт медленно, со скрипом и хрустом, и скрежет рудиментарных суставов так явственен и ощутим. Пыль некоторое время кружится в безветреном пространстве, танцуя в облаке пара. Чтобы двигаться, нужно греться. Чтобы греться, нужно чувствовать себя живым под Солнцем. У Фос нет ни того, ни другого, но тело ещё помнит, как накапливать энергию. Бесполезная машина, неисправный агрегат. Исправность гарантирует истачиваемость, исправность гарантирует забытье. Фос больше, чем машина, химия мешается с эфиром, потенциальная уничтожаемость падает, энтропия растёт. Сначала было Сознание. И Сознание сказало: "Я не хочу мыслить". Проклятие наблюдателя, бремя существования обрушилось на него вместе со всеми прочими чувствами так внезапно, что то не успело понять, как же влипло. Однажды всем нам станет настолько больно, что мы, наконец, перестанем быть. Истинное Счастье, пока не наскучит настолько, чтобы неизбежно родить из Ничего нового наблюдателя, выплюнуть в осязаемость времени-пространства, в эту ощутимость, в эту невозможность и неизбежность. Суета и хлопоты остались почти-почти позади. Несколько незаконченных дел - и можно будет попросить кого-нибудь милосердного доставить её в Небытие.