Английский для танцующих

Я забегаю в дом, который кажется просто огромным для обычного дачного посёлка. Впрочем, Марина рассказывала, что они проводят тут всё лето, и это место уже превратилось в своего рода загородную резиденцию. В будущем они планируют провести отопление и переехать сюда насовсем, так что размеры вполне оправданы. Но это не облегчает мне задачу, потому что я понятия не имею, где здесь ванная, ведь мне срочно нужно охладиться. Пока я оглядываюсь по сторонам, Петр догоняет меня. Он обхватывает за руку, и это прикосновение словно бы обжигает. Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с его глазами, в которых ещё виднеется прежняя чернота, и это так сильно манит меня, что боюсь вновь лишиться рассудка. - Уже поздно. Я хочу домой, - произношу, высвобождаясь и обнимая себя руками. Мужчина хмурится. – Вызови мне, пожалуйста, такси. - Я думал, мы останемся до утра… - бормочет он, но я отрицательно качаю головой. До утра я это явно не выдержу. Видимо, это отчётливо виднеется в моём взгляде, потому что, помедлив, он добавляет: - Хорошо, я отвезу тебя. - В таком состоянии? – фыркаю я, пытаясь вспомнить, сколько стопок водки он выпил. Мужчина кивает, признавая мою правоту, и достаёт телефон, чтобы вызвать такси. После этого мы в молчании возвращаемся на улицу, чтобы дождаться машину, которую обещали прислать аж через двадцать минут. Когда мы выходим, все смотрят на нас подозрительно и почему-то молчат. - Ладно, ты извини, что я грубо, - произносит Юра, обращаясь ко мне. Оля толкает его в бок, шепча что-то на ухо. – Я не думал, что ты застесняешься. Это шутка такая была. - Всё в порядке, - отвечаю я, потирая дрожащие плечи. В следующий момент Петр уже привычно накидывает мне на плечи свою куртку. – Я просто… в туалет очень хотела. Плохо себя чувствую. - Аааа… фух, а то я уж подумал… - выдыхает парень, мгновенно становясь таким же весёлым, как несколько минут назад. Но затем он добавляет: - Ну, это ничего страшного, что тебя припёрло, мне тоже кажется, что огурцы несвежими были. А танец, правда, офигенный был… у меня аж встал. Оля отвешивает ему подзатыльник, и оставшиеся двадцать минут Юра ведёт себя образцово-показательно, в то время как Юля продолжает «радовать» всех своими интимными историями. Когда приезжает такси, Петр порывается поехать со мной, чтобы убедиться, что я доеду без происшествий, но Саша сообщает, что им с женой тоже пора, и они за мной присмотрят. Впрочем, скорее это нам с ним придётся присматривать за его женой. Марина заворачивает мне с собой несколько кусков шашлыка и овощи, и я понимаю, что походы на посиделки с Петром можно превратить в выгодный бизнес, ведь голодной я точно не останусь. Оля тем временем продолжает нахваливать Калинина и приглашает меня как-нибудь встретиться без парней, чтобы посидеть в чисто женской компании и немного посплетничать. А Юра сообщает, что я ему стала, как брат, ведь ему тоже к концу вечера приспичило. В общем, кажется, в этой компании я прижилась, жаль только, что всё это неважно, и мы с ними больше не увидимся. Домой я действительно доезжаю без происшествий, чего не скажешь про Юлю, которая пыталась интимом расплатиться с таксистом, хотя денег было достаточно. Саша уверяет меня, что она ведёт себя так, только когда напьётся, но мне всё равно не удаётся избежать сочувствующих взглядов в его сторону. Дома я принимаю душ и пытаюсь быстро уснуть, но всё это бесполезно, потому что я вновь думаю о Петре, вспоминая наш страстный танец. Полные желания взгляды, сбившееся дыхание и его умопомрачительные прикосновения. Кажется, я продолжаю сходить с ума и ничего не могу с собой поделать. В воскресенье я решаю провести в квартире уборку, хоть мне никогда не удаётся навести такой же идеальный порядок, как получается у мамы. Я трачу почти весь день, перебирая одежду в шкафу, перемывая посуду, вытирая пыль и надраивая полы, но мыслями всё так же возвращаюсь к Петру и вечерней тренировке. Я ведь сказала ему, что не пойду, значит, не стоит искушать судьбу. Да и вообще у меня футболка в стирке, придётся надеть этот обтягивающий красный топ, который будет смотреться слишком вызывающе. Но ведь мне нужно подтянуть навык, иначе я совсем забуду, как танцевать, или, что ещё хуже, забуду, как танцует Петр. Вздохнув, я смотрю на часы, которые показывают половину шестого, и всё же решаю примерить тренировочную одежду. В итоге я выбегаю из дома прямо в ней, накинув сверху кожаную куртку. Дорога к студии занимает чуть больше двадцати минут, в течение которых я раз сорок успеваю передумать, но в конечном итоге я всё же оказываюсь в студии и спешно бросаю вещи в раздевалке. Когда я захожу в зал, Петр как раз делает разминку, и я замираю на входе, всерьёз собираясь сбежать, но в этот момент он оборачивается, встречаясь со мной взглядом. Этого достаточно, чтобы я могла потерять контроль над своим рассудком и окончательно сойти с ума. В следующий момент мы, не сговариваясь, срываемся на встречу друг другу, чтобы слиться в мучительно сладком и жарком поцелуе, сминая губы друг друга и соприкасаясь языками. Петр оседает на пол, и я оказываюсь сверху, обхватив его голову руками и продолжая целовать так жадно и отчаянно, что мне вновь спирает дыхание. - Что мы творим? – спрашиваю я, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. Его руки властно сжимают мою талию, прижимая к крепкой мужской груди, и мне совсем не хочется сопротивляться. - Не знаю… - отзывается Петр и вновь подаётся вперёд, чтобы подарить мне такой глубокий и страстный поцелуй. На этот раз я забываю обо всём, прикрывая глаза от наслаждения и позволяя ему делать со мной всё, что заблагорассудится. Просто больше не могу бороться с самой собой. – Но я хочу, чтобы это продолжалось… Я рвано киваю, запуская пальцы в его растрёпанные тёмные волосы и утыкаясь носом в шею, чтобы вдохнуть аромат его тела, который манит меня, как наркотик. Я размыкаю губы, чтобы коснуться кожи мягким поцелуем, а затем не выдерживаю и оставляю на ней лёгкий укус, прохожусь языком и слегка посасываю, чувствуя, как желание неудержимой волной струится по венам. - Чёрт… - выдыхает Петр, и его тело напрягается под моими прикосновениями. Я понимаю, что каждым следующим действием отрезаю себе пути к отступлению, но продолжаю покрывать поцелуями его кожу, впиваясь пальцами в тонкую ткань тренировочной майки. – Я хочу тебя… - Бери, - отвечаю я, чуть помедлив. Я отстраняюсь, чтобы заглянуть ему в глаза, а затем словно в тумане стягиваю через голову топ и бросаю его вниз, оставаясь в тонком кружевном бюстгальтере малинового цвета. – Только сегодня и только сейчас, уникальное предложение… Но больше этого не должно повториться. - Посмотрим, - произносит Калинин уклончиво, окидывая моё тело жадным взглядом. Он подаётся вперёд и прислоняется своим лбом к моему, чтобы выдохнуть в губы: - Оставим разговоры на потом. Сейчас я хочу думать только о тебе…