Под защитой тирана

      Со стен, поглощëнных мраком, зловеще глядели глаза постеров. По комнате то и дело бесшумно проскальзывали сизые тени, попадающие в помещение через тонкую щëлочку между полотнами штор. Часы на тумбочке нервно тикали, и стрелка на циферблате медленно приближалась к половине двенадцатого ночи.       Хосок лежал пластом на большой двухместной кровати и отчаянно пытался перестать думать. Рой мыслей в голове никого ещё не приводил ни к чему хорошему. Чон глухо закряхтел и перевернулся на бок, цепляясь глазами за щель, в которой различались очертания соседней многоэтажки и кусочек грозового ночного неба. Скоро должен был начаться дождь. Хосок взвыл и снова заворочался в кровати.        Он медленно поднялся на ноги и на цыпочках, словно кто-то может его услышать, подкрался к окну. Парень просунул голову между штор и печально вздохнул.       Внизу, на тëмной дороге, освещëнной лишь парочкой фонарей, стоял, облокотившись на белый мотоцикл, темноволосый парень. Его голова то и дело сонно падала вниз и ударялась о грудь, после чего резко вновь принимала статичное положение. Хосок подошëл ближе и поставил локоть на подоконник. Он неотрывно смотрел на стоявшего у подъезда мотоциклиста. Чон знал, что Юнги ехал за ним от университета до самого дома, а теперь стоял там уже четвертый час и, кажется, вовсе не собирался уезжать. Вдруг брюнет, словно ощутив на себе чужой взгляд, поднял голову и, прищурившись, забегал глазами по окнам всех этажей подъезда. Он остановился на окне второго этажа и подозрительно вгляделся. Когда Хосок встретился с ним взглядом, то тут же поспешил отойти вглубь помещения и плотнее задвинуть шторы.       Он замер посреди комнаты, вдруг почувствовав себя совершенно разбитым. В оконное стекло ударила первая капля дождя. За ней стукнула вторая, третья. Ливень разыгрался не на шутку быстро, и уже через несколько минут вода бомбардировала окно Хосока с невероятной силой.       Красноволосый снова подскочил к подоконнику и ошалело забегал глазами, пытаясь разглядеть дорогу сквозь пелену дождя. Парень всë ещё стоял под окном. Вода насквозь промочила его одежду, но он, казалось, не обращал никакого внимания на ужасную погоду. Стоял, опустив голову и прожигая мокрый асфальт сосредоточенным взглядом. Хосок невольно поëжился, представив себя на месте Юнги. Он натянул на себя спортивные штаны и первую попавшуюся футболку, накинул на плечи огромную ветровку, взял зонтик и выбежал из квартиры.       Дверь подъезда с писком открылась, и красноволосый парень с зонтом в руке вышел во двор. Он медленно направился к стоящему неподалёку мотоциклисту. Мин Юнги услышал чужие шаги и поднял глаза на Чона. Тот остановился в паре метров и смотрел на байкера пустым затуманенным взглядом. Хосок молча подошëл к парню и встал напротив, укрывая Юнги своим зонтом. Мин отвёл взгляд, глухо закашлялся и шмыгнул носом. Хосок нахмурился. — Придурок, — шикнул он, хватая брюнета под локоть и таща в сторону подъезда.       Они молча поднялись по ступеням и также молча зашли в квартиру. Хосок прошëл в спальню, достал из шкафа махровое полотенце, большую белую футболку и тëмно-зелëные спортивные штаны. — Вытрись и переоденься. Ты весь мокрый, — хмуро сказал Хосок, суя одежду и полотенце в руки Мина и поворачивая того в сторону ванной — Я пока сделаю чай.       У Юнги на губах заиграла лëгкая улыбка. Пока он переодевался в ванной, Хосок поставил кипятиться чайник на кухне. Чон уселся за большой белый стол и принялся нервно постукивать кончиками пальцев по гладкой поверхности.       Весь этот год Хосок отчаянно пытался убедить себя, что он вычеркнул Юнги из своей жизни. Стëр его имя ластиком и для надёжности замазал десятью слоями белой краски. Но он всё равно не переставал ловить себя на мыслях о Мине. И в глубине души он свято надеялся, что их история ещё не закончена. Она не могла так резко оборваться в самый кульминационный момент и остаться незаконченным обрывком второсортного романа. Так не поступают даже с самыми плохими историями.       Чайник закипел, вытягивая Хосока из трясины мыслей. Он заварил две больших белых кружки чая. Юнги вышел из ванной и молча заплыл в просторную светлую кухню. Мешковатая одежда Хосока смотрелась несуразно на невысоком и худом Юнги, но он, что было непривычно, даже не ворчал по этому поводу. Брюнет сел на стул рядом с Хосоком и ожидающе уставился на хозяина дома. — Пей, — буркнул Чон, ставля перед Юнги чашку крепкого горячего чая.       Мин благодарно кивнул и послушно сделал первый глоток. — Зачем ты стоял там четыре часа?! Ты псих?! — негодующе воскликнул Хосок — А если бы я не вышел? — Но ты вышел.       Юнги снова улыбнулся и задумчиво посмотрел на возмущëнное лицо Хосока. — Ты всегда выходил. Каждый раз, когда я приходил ночью к тебе под окно, ты обязательно выходил.       Хосок усмехнулся. — А ты всегда приходил. Каждый вторник, пятницу, субботу и воскресенье. Я тебя ждал в тот день, потому что это была пятница. Мог бы сказать, что больше не придëшь, — прошептал Хосок. — Я не мог, — покачал головой Юнги — Тогда бы я уже не смог уйти.       В комнате повисла гробовая тишина. Парни молча пили чай. Обоим нужно было многое сказать, но они не смели нарушать тишину. — Та авария, — несмело начал Юнги — Это моя вина. — О чëм ты? — Хосок непонимающе уставился на парня. — Хосок, — Мин вздохнул — Я очень плохой человек. Тебе нельзя было быть со мной. — Что ты несëшь, Юнги? — фыркнул красноволосый. — Та авария, — Мин многозначительно посмотрел на собеседника — Еë подстроили, чтобы убить тебя. Тебя хотели убить, потому что ты был самым близким мне человеком.       Хосок шокированно застыл. Чашка в руках задрожала, и еë содержимое выплеснулось на белую поверхность стола. — Я уже думать об этой аварии забыл. Смотри, нога полностью зажила, — Хосок с нервной улыбкой показал длинный шрам на голени — Я даже могу танцевать. Я не надеялся больше танцевать, но я могу, понимаешь? Это всего лишь несчастный случай, не выдумывай… — Нет, — твëрдо отрезал Юнги — Я тебе всë расскажу. Всë, как было. Ты должен понять, насколько я опасный человек.       Он шумно поставил чашку на стол и сдвинул брови на переносице. — Два года назад, когда я сбежал от отца, меня спасла группа парней. Они во многом помогли мне, дали крышу над головой. Они оказались преступниками, но очень своеобразными. Они заставляли богатых преступников, которые слишком часто выходили сухими из воды, платить за свои грешки. Я быстро влился в их коллектив и сам не заметил, как стал им помогать. Их всех объединяло то, что им было нечего терять. У них не было никого близкого. Они сами были друг для друга семьëй и самыми близкими людьми. А у меня был близкий человек. Это был ты, Хосок. Я думал, что всë обойдëтся. Никто о тебе не узнает и ничего с тобой не случится. Но однажды у меня появилось первое собственное задание. Я справился с ним легко, и думал, что всë подчистил за собой. Но на мой след вышли. И нашли моë уязвимое место. Тебя. Та авария… Тебя хотел убить человек, которому я перешëл дорогу. Я отнял у него всë, но он этого заслуживал. И он решил тоже в отместку забрать всë, что у меня было. Я видел сбивший тебя мотоцикл. Это был его мотоцикл. И тогда я понял, что это всë моя вина. Тогда я ушëл. Я вызвал скорую и ушëл, как последняя скотина, но у меня не было выбора. Я хотел, чтобы ты выкинул меня из своей жизни, как ненужный мусор, потому что я тебя не заслуживаю. Я чуть было не убил тебя, Хосок.       Юнги уставился вперёд измученными стеклянными глазами. Губы предательски задрожали. Он отвернулся к стене и замолчал. Хосок почувствовал, как глаза застилает тонкая пелена слëз. Он спрятал лицо в ладонях и облокотился локтями на край стола. — Это не твоя вина, — прошептал он — Это не твоя вина…       Он повторял одну же фразу, словно она была спасительным заклинанием. — Моя, Хосок, — спокойно возразил Юнги — Это моя вина. — Нет! — выкрикнул Хосок — Во что же ты ввязался, идиот?!       Он всхлипнул, вскочил со стула и схватил Юнги за плечи. — Зачем ты ввязался в это, Юнги?! — он с силой встряхнул Мина.       В порыве эмоций Хосок обхватил Юнги руками и уткнулся лицом в его грудь, сжимая так крепко, как только мог. Мин шокировано уставился на красноволосого. Он не мог позволить себе обнять Хосока в ответ после всего, что сделал. Юнги чуть было не убил его, а после сбежал, как последний трус. Хосок ждал его в больнице после операции. Он надеялся до последнего, что Юнги вернëтся. После выписки, он всë еще продолжал надеяться. Даже спустя полгода он не переставал верить в Юнги. — Прости меня, — прошептал Юнги.       Но Мин не оправдал веры Чона. Ничего не объяснив, он так и не вернулся. На месте Хосока, Юнги ни за что бы себя не простил.

***

      Тэхён лениво разлепил глаза и скривился. Голова раскалывалась на части. Парень застонал и попытался перевернуться на бок, но чуть было не грохнулся на пол. К счастью, он успел ухватиться за подлокотник дивана. Ким резко принял сидячее положение и широко распахнул глаза. — Какого?.. — заторможенно прошипел он.       Тэхён находился в огромном тусклом помещении. В него не проникало ни капли дневного света. Оно освещалось лампочками, тянущимися полосой у самого потолка. Стены из красного кирпича загораживали высокие захламлëнные стеллажи. Тэхён обернулся. В дальнем углу помещения красовались три дорогущих автомобиля и сверкающий серебряный мотоцикл. — Какого хрена?! — вскрикнул Ким. — Ты проснулся. Я уже боялся, что ты сдох, — послышался знакомый голос за спиной.       Чонгук вальяжно прошëлся мимо стеллажей, плюхнулся на диван рядом с Тэхёном и откинулся на мягкую спинку. — Где я? — спросил блондин, недовольно смотря на Чона.       Чонгук ухмыльнулся и одним глазом покосился на ничего не понимающего студента. — Не помнишь? — наигранно спросил он — Какая жалость! — Чонгук, я серьëзно! Куда ты меня притащил? — злобно фыркнул Ким. — Что-то не нравится? Буду иметь ввиду В следующий раз оставлю в поле, чтоб тебя ливнем затопило.       К Тэхёну начала медленно возвращаться память. Он вспомнил университет, поездку на мотоцикле, горы, закат, пиво, откровение Чонгука, поцелуй, ещë больше пива… Так, стоп! Поцелуй?!       Тэхён почувствовал, как стремительно багровеют щëки. Он шокировано отпрянул от Чона и закрыл горящее лицо ладонями. Ким знал, что не умеет пить, но чтоб так унесло от пары баночек пивасика… Ну, или не пары баночек… Чонгук заметил смущение парня и растянулся в хитрой улыбке. — Всë вспомнил? — протянул он. — Иди нахуй, отвали, отъебись, скройся, — пробурчал Тэхён. — Миленько.       Тэхён вперился в Чонгука грозным взглядом. — Подожди. Ты что, вëл пьяным?! — воскликнул он.       Красноволосый уставился на Кима, как на последнего идиота. — Тебя сейчас только это волнует? — усмехнулся Чонгук. — А что ещё меня должно волновать? — театрально удивился Тэхён — Ведь ты мог нас убить! — Знаешь, я думаю гораздо больше тебя волнует кое-что другое, — протянул Чон, кинув хищный взгляд на блондина. — О чëм ты?       Чонгук поднялся с дивана, встал прямо перед Тэхёном и наклонился к его лицу непозволительно близко. Ким нервно сглотнул. — Могу напомнить, — Чонгук опалил его ухо горячим дыханием.       Он прижал Тэхёна к спинке дивана и всем телом навалился сверху. Красноволосый уткнулся лицом в шею парня, оставляя на бархатной коже горячие поцелуи и медленно поднимаясь к подбородку. Его ладони забрались под футболку, свободно блуждая по тэхëновому телу. Ким окаменел от шока. Он сбито задышал. Пульс, казалось, резко подскочил до двухсот ударов в минуту. — Вау, мог утром порнуху и не смотреть, — донëсся смешок со стороны входа.       Тэхён резко оттолкнул от себя Чонгука, отчего тот ударился ногой об угол дивана, зашипел и чуть было не свалился на бетонный пол. — Грëбанный Намджун, — шикнул он, метая из глаз молнии в старшего.       Тот лишь тихо рассмеялся, хитро покосился на смущëнного Тэхёна и подмигнул разъярëнному Чонгуку. — Я когда-нибудь самолично тебя закопаю, — пригрозил Чонгук.       Намджун снова рассмеялся. — Это мой гараж. Моë появление здесь было вполне предсказуемо. Ты же знаешь, что я работаю по субботам, — пожал плечами старший. — Предсказуемо, но нежелательно, — фыркнул Чон.       Намджун как ни в чëм не бывало прошëл вглубь помещения и остановился у ярко-красной Ferrari 488 GTB. — Хочу сегодня прокатиться на этой малышке, — он улыбнулся, открыл дверь и вдруг замер, вспомнив о чëм-то важном — Чонгук. Звонил Минсок. Твоя мама в данный момент абсолютно точно в Кëнджу. Надо поторопиться. Теперь, по неизвестным причинам, многим известно, что она жива. Из-за этого она наверняка может уехать из города. Нужно ехать в Кëнджу как можно скорее.       Чонгук нахмурил брови и озадаченно уставился в пол. — Я поеду завтра, — решил Чон — Вы с Юнги и Чимином справитесь без меня? — Прорвëмся, — кивнул Ким.       Он сел в автомобиль и хлопнул дверью. Оглушительно заревел мотор, и машина медленно выехала из гаража. Ворота автоматически закрылись. Тэхён провëл шикарную Ferrari жадным взглядом, полным восхищения, а после снова взглянул на Чонгука. — И всё же, я могу поехать в Кëнджу с тобой? — с надеждой спросил он.       Чонгук провëл ладонью по огненным волосам и задумчиво вздохнул. — Можешь. Только ты должен будешь слушаться меня во всëм, — строго сказал он.       Тэхён показательно фыркнул. — Я в прислуги тебе подаюсь что ли? — Это может быть очень опасно, Тэхён, — серьёзным тоном возразил Чонгук.       Ким задумчиво уставился на красную кирпичную стену. Он всë ещё не понимал, кто эти странные парни и чем таким опасным они занимаются, но почему-то он не чувствовал ни грамма страха, находясь рядом с ними.