Под защитой тирана

— То есть ты уезжаешь к родителям в Кëнджу? — Да. Завтра.       Тэхён встал с кровати, подошëл к распахнутому окну и глубоко вдохнул прохладный осенний воздух. Задумчиво скользнул взглядом по крышам соседних особняков и словил себя на мысли, что вся эта роскошь ему совсем не по душе. Ким широко улыбнулся, вспомнив о том, что уже завтра он будет в своëм родном городе. — Ты же вернëшься ко вторнику? Иначе мне придëтся делать групповую работу с этим странным типом по имени Сынхун, который липнет ко мне уже больше недели. Не бросай в беде, бро, — захныкал в трубку Сокджин.       Тэхён задорно усмехнулся. — Не бойся. Я не оставлю твою задницу на произвол судьбы. Вернусь в понедельник вечером. У меня итак достаточно пропусков. — Спасибо, дружище, — промямлил Сокджин, что-то смачно жуя в трубку — Удачи тебе. У меня тут обед, так что вынужден положить трубку. До вторника. — До вторника, хён.       Тэхён положил телефон на стол и зашаркал тапочками по полу в сторону двери. Он тихо вышел из комнаты и замер по пути к лестнице. Парень отскочил, спрятался за стеной и внимательно прислушался, затаив дыхание. Дверь была лишь слегка прикрыта, и из кабинета дяди был отчëтливо слышен телефонный разговор. — Джисун, ты сделал всë, о чëм мы договаривались? — серьëзным голосом спросил Джисок.       «Джисун? Он говорит с моим отцом» — про себя подметил Тэхён. — Уверен, он вот-вот поедет к ней. Какая жалость, что он ничего там не найдëт. Уверен, он отправится в Яннамëн. А она тем временем уже давно будет в столице прямо у него под носом.       «О ком он говорит? К кому «он» поедет?» Тэхёну этот разговор казался весьма подозрительным. — Думаю, после всего, что произошло, она сама не хочет его видеть. Ей слишком стыдно. Она слишком боится за этого отморозка. Он не заслуживает еë любви, — усмехнулся Джисок — Если бы всë было иначе. Я бы лучше воспитал его.       Тэхён услышал, как дядя зашагал к выходу из кабинета. Парень испуганно округлил глаза и мигом заскочил обратно в комнату. Дверь предательски скрипнула. Ким обречëнно зашипел, схватил со стола телефон и прыгнул на кровать. Он принялся мастерски делать вид, будто увлечëнно читает что-то в гаджете, ежесекундно поглядывая на дверь. Из коридора послышались звуки тяжëлых шагов спускающегося по лестнице дяди. Тэхён облегчëнно выдохнул. Ким Джисок ничего не заподозрил.       Но о чëм он говорил со своим братом? Последняя фраза дяди показалась Тэхёну самой странной из всех. «Если бы всë было иначе. Я бы лучше воспитал его». Кого дядя хотел воспитать? У него же нет детей. Или Тэхён чего-то не знает?

***

— И где его носит? — недовольно фыркнул Тэхён, поглядывая на время на телефоне.       Они с Чонгуком договорились встретиться в шесть часов утра у дома Намджуна. Но было уже почти полседьмого, а Чонгук не показывался на горизонте, как и не было слышно воя его мотоцикла. Тэхён в который раз повертел головой, оглядывая окрестности.       Вдруг на дороге показалась неприметная чëрная хëндай. Она резко притормозила перед Тэхёном. Переднее окно медленно опустилось, и Тэхён увидел хмурое лицо Чонгука. Мокрые растрëпанные волосы торчали ёжиком в разные стороны, а уставшие глаза смотрели отстранëнно. — Залезай, — буркнул Чон, кивая головой в сторону пассажирского переднего сидения.       Тэхён послушно обошëл автомобиль, открыл дверь и забрался на кожаное кресло, косо поглядывая на Чонгука. — Ты бы хоть дал свой номер. Я ждал тебя полчаса.       Чонгук ничего на это не ответил. — Мы поедем на машине? — задал новый вопрос Тэхён, заинтересованно оглядывая салон.       Самый обыкновенный дизайн для автомобилей среднего класса, выполненный в чëрном цвете. — Нам нужен более незаметный транспорт. Мотоцикл привлечëт много внимания. — И то верно.       Ким кинул чëрный рюкзак со всем необходимым на заднее сидение, пристегнулся, и машина тронулась. Им предстояло долгих четыре часа пути.       Холодные потоки воздуха залетали в салон через приоткрытые окна. Тэхён блаженно прикрывал глаза и широко улыбался, высовывая ладони наружу и играясь кончиками пальцев с порывами ветра. Солнце медленно ползло вверх по глянцевому небосводу, укутанное шалью седых облаков. — Что ты делаешь? — нахмурился Чонгук, глядя на улыбающегося парня. — Я радуюсь. Такой приятный ветер…       Красноволосый хмыкнул немного обиженно. Самому Чону было далеко не весело. Сердце сжимало одно единственное чувство. Страх. Страх, что что-то пойдëт не так. Страх, что он не сможет отыскать маму. Страх, что с его мамой что-то случится. Страх, что что-то случится с Тэхёном.       За себя он совсем не боялся. Ему давно уже стало наплевать на себя. У него даже не было ни малейшего страха смерти. С недавних пор его самый большой страх — снова быть отвергнутым. Больше всего он боялся, что мама не захочет его видеть и просто прогонит. А может и вовсе не узнает его. Ведь он так изменился за эти долгие девять лет. Скучала ли она по нему всë это время также сильно, как и он по ней? — Как ты думаешь, есть ли шанс найти мою мать? — озвучил Чонгук мысли, которые терзали его на протяжении уже нескольких дней. — Я уверен, что есть, — оптимистично ответил Тэхён — Кëнджу, конечно, немаленький город, но далеко не такой большой, как Сеул. К тому же мы знаем район поиска и даже имеем несколько ориентиров.       Чонгук видел, что Тэхён сам верил в то, что говорил. Вера Кима дала ему капельку надежды на счастливый исход. Ведь тот, кто ищет — обязательно найдëт, правильно? — Прости, возможно это несколько бестактно с моей стороны, — неловко пробормотал Тэхён — Но твоя мама… какая она?       Чонгук тихо усмехнулся и отвернулся к окну. За ним бесконечно длинной полосой тянулось промозглое серое поле. — Она чудесная… Мудрая и рассудительная. Она может найти выход из любой ситуации. Добрая и отзывчивая. Она всегда любила помогать людям. Красивая. Все еë такой считали. И я уверен, что она любила меня. Она просто не могла меня бросить. Она не такая, — серьёзно проговорил Чон.       Тэхён сжал губы в тонкую полоску. Он несмело протянул ладонь и накрыл ей чужую в поддерживающем жесте. Чонгук слегка вздрогнул, почувствовав холодные пальцы на своей кисти, но не одëрнул руку. Он сосредоточенно следил за дорогой. Далеко впереди плелась единственная машина в округе. С двух сторон всë ещё тянулись поля и, казалось, они никогда не закончатся.

***

      Автомобиль притормозил у невысокого белого дома с изящно изогнутой серой крышей. Он был выполнен в традиционном корейском стиле, что в Сеуле встречалось не так уж часто, но в Кëнджу было обычным делом. На стене дома блестела ярко-красная вывеска традиционной лапшичной. — Это оно. Место из видео, — оповестил Тэхён. — Сам вижу, — мрачно фыркнул Чонгук.       Черный хëндай припарковался у бордюра. Парни вышли из машины и остановились у тëмно-зелëной двери, многозначительно переглядываясь. — Возможно, кто-то из лапшичной мог видеть еë, — предположил Тэхён.       Чонгук молча кивнул и решительно схватился за позолоченную ручку. Дверь поддалась и со скрипом приоткрылась. В нос ударил острый запах лапши с восточными специями. Тэхён довольно прищурил глаза и растянулся в улыбке. Чонгук молча прошëл вглубь помещения и подошëл к прилавку. — Здравствуйте, молодой человек. Что хотите заказать? — приветливо сказал пожилой мужчина в клетчатой рубашке. — Здравствуйте, — натянуто улыбнулся Чон — Извините, мы можем спросить у вас кое-что? — Конечно, — кивнул мужчина — Чем могу помочь? — Вы видели когда-нибудь в районе этого дома эту женщину?       Чонгук открыл на телефоне фотографию матери и протянул работнику. Тот с молчаливой печалью взглянул на своего собеседника. — Это Пак Лиен. Славная женщина. Жила в этом доме ещё неделю назад. Иногда заходила в мою лапшичную и говорила обо всяком, правда совсем немного. Обычно скромно молчала и печально смотрела в окно, — он разочарованно усмехнулся и покачал седой головой — У нее был строгий муж. Или не муж он ей вовсе. Он иногда приезжал к ней. Сухой, чëрствый и весьма отталкивающий человек. Он совсем не подходил ей. Жаль бедную госпожу Пак. Она заслуживает лучшего.       Чонгук шокировано хлопал глазами, глядя на поникшего мужчину. Тот меланхолично помешивал лапшу в кастрюльке и уныло глядел на бежевую стену перед собой, будто о чëм-то глубоко задумавшись. — Вы говорите, еë звали Пак Лиен? — удивлëнно воскликнул Тэхён. — Именно. Я точно запомнил имя, — подтвердил владелец заведения.       Чон с Кимом непонимающе переглянулись. Чонгук прочистил горло и скользнул по помещению неловким взглядом. — Вы случайно не знаете куда уехала Пак Лиен? Она вернëтся? — спросил он с трепещущей в глазах надеждой.       Мужчина отложил ложку, медленно повернулся и с недоверием прищурил свои добрые смеющиеся глаза. — А почему, вы, собственно, интересуетесь? — опасливо спросил он — Вы ей кем-то приходитесь? — Я еë сын, — тихо ответил Чонгук.       Работник растянулся в странной кошачьей ухмылке. — Не знал, что у Лиен были дети. Она никогда о вас не рассказывала.       На чонгуковом лице на секунду блеснуло разочарование, но парень поспешил вернуть ему серьёзное выражение. — Всë же, вы не знаете, куда она могла отправиться? — Нет. К сожалению, ничем не могу помочь, — сухо ответил мужчина и отвернулся обратно к плите. — А как долго она тут жила? — встрял Тэхён.       Владелец лапшичной недовольно покосился на парней, которые начинали надоедать своими вопросами. Тэхён неловко улыбнулся и отвëл взгляд. — Я могу заказать удон с говядиной? — спросил Ким. — Конечно. С говядиной и овощами? — Да. Две порции, пожалуйста. — Она жила здесь около восьми лет. — Восьми? — удивлëнно переспросил Чонгук. — Да.       Мужчина насупился и осуждающе взглянул на красноволосого. — Раз вы еë сын, почему я вас ни разу не видел? Почему не забрали Лиен к себе или хотя бы не навещали еë? Почему объявились только сейчас?       Чонгук печально вздохнул и вперился в пол пустым взглядом. — Я не знал, где она…       Мужчина показательно фыркнул. — Не знали, где собственная мать? Что ж вы за сын такой? — Почему вы так грубо говорите со своими посетителями? — недовольно нахмурил брови Тэхён.       Мужчина перевëл на него удивлëнный взгляд, но ничего не ответил. Он принялся ловкими движениями нарезать овощи, звонко стуча ножом по деревянной доске. — Потому что Пак Лиен была моей подругой. И она была глубоко несчастна, — отчеканил он, шумно ставя на стол перед Тэхёном и Чонгуком две порции лапши.       После этих слов мужчина резко развернулся и широкими шагами подошëл обратно к прилавку, всем своим видом показывая, что больше не желает продолжать столь неприятную беседу. Тэхён непонимающе глянул на Чонгука. Тот испепелял взглядом злополучную миску перед собой и раздражëнно играл желваками на скулах. Он резко придвинул к себе тарелку и принялся жадно хлебать острый горячий бульон. Тэхён медленно прихватил палочками немного лапши, всë ещё пугливо косясь на своего напарника. — Спасибо за еду! До свидания, — громко сказал Тэхён на выходе из лапшичной. — До свидания, — безэмоционально отозвался владелец заведения.       Зелëная дверь звонко захлопнулась, и Ким облегчëнно выдохнул. — Какая ещё Пак Лиен? О чём он говорил? — непонимающе воскликнул блондин.       Чонгук молча прошëл мимо Тэхёна в сторону автомобиля. Ким поспешил следом. Парни сели в машину, и в салоне повисло напряжëнное молчание. — И всё же, почему Пак Лиен? — осторожно спросил Тэхён. — Мне-то откуда знать! — вспылил Чонгук — Я понятия не имею, почему она исчезла девять лет назад, почему перебралась сюда, почему уехала неделю назад. А в особенности не понимаю с чего вдруг еë называют Пак Лиен и про какого чëрствого мужа он говорил. Я ничего о ней не знаю.       Чонгук резко дал по газам, и автомобиль понëсся по дороге с бешеной скоростью. — Чонгук, это же не мотоцикл! — заорал Тэхён, вжимаясь в спинку сидения. — Как называется тот пляж с фото? — проигнорировал его замечание Чон. — У него нет названия. Если хочешь туда, просто едь прямо до конца и сверни направо. Я скажу, где остановиться. Только едь помедленнее!       Чонгук ещё больше увеличил скорость и резко вылетел на поворот, не обращая внимания на крики пассажира. — Стой! Остановись! Здесь пляж!       Машина резко затормозила, и Тэхён чуть было не расшиб себе лоб от неожиданности. — Чëрт, Чонгук, какой же ты кретин! — простонал Ким, вылезая из автомобиля и пошатываясь из стороны в сторону.       Чон усмехнулся и медленным шагом направился по тропинке вниз по пологому склону. Парни спустились к большому пустынному пляжу.       Холодный бриз хлестал лицо плотными струями. Песок под ногами был белоснежным, словно сахарным, с мелкими цветастыми камушками и рифлëными ракушками. Впереди тянулось бесконечное лазурное полотно моря, сливаясь с небом воедино в туманном горизонте. Высоко поднимались гребни волн, подгоняемые ветром. Вода шумно билась о прибрежные скалы и шипела что-то на своëм неясном языке. Кусочек солнца выглядывал из-за серых туч, и его лимонно-жëлтые лучи бликами ложились на трепещущую воду, деревья и камни.       Тэхён вытянул из кармана бумажку и осторожно протянул еë Чонгуку. Чон выхватил еë и пристально посмотрел на блондина. — Откуда?.. — Я стащил еë у дяди. Она по праву принадлежит тебе. — Тебе не следовало этого делать.       Чон перевëл взгляд на фотографию. С неë смотрела мама. Она улыбалась, но эта улыбка отражала лишь скорбь и печаль. В глазах читалось разочарование. И Чонгуку очень хотелось узнать, откуда оно там взялось.       Парень оторвался от фотографии и осмотрел окрестности. Его взгляд наткнулся на две большие каменные скалы, отдалëнно напоминающих двух тучных женщин в платьях. Он сравнил пейзаж с фотографией. Скалы в точности повторяли те, рядом с которыми два месяца назад фотографировалась его мама. Чонгук медленно направился к ним, смотря под ноги и разгребая носками кроссовок песок, в глупой надежде найти хоть какую-нибудь зацепку. Парень подошëл к одной из скал и облокотился спиной на еë шероховатую поверхность. Он шумно выдохнул и понуро опустил взгляд. Конечно, он ничего не сможет найти здесь. Это всë абсолютно бессмысленно. Ему давным давно пора смириться и жить дальше.       Вдруг Чон почувствовал чью-то тëплую ладонь на своëм плече. Он поднял напряжëнный взгляд. Тэхён смотрел пристально, будто пытался что-то разглядеть в глазах напротив. — Мы найдëм еë. Ты веришь мне? — Нет.       Ветер усилился. Высокая волна с грохотом обрушилась на скалу и рассыпалась брызгами в разные стороны. Тэхён попал прямо под дождь из солëных холодных капель. Он неприятно скривился и замотал головой и телом, отряхиваясь, как это обычно делают собаки. Чонгук тихо усмехнулся, глядя на Кима. Блондин просветлел и приблизился к Чону. — Ты смеёшься надо мной? Вот паршивец! — ухмыльнулся он.       Тэхён подошëл к красноволосому и обхватил его за плечи, прижимаясь насквозь мокрой одеждой. — Отцепись от меня! Ты весь мокрый! — заворчал Чонгук, пытаясь отбиться от приставучего парня.       Ким резко отпустил свою жертву и отбежал в сторону. Он намочил ладони в волнах и бросился обратно к Чону, брызгая тому в лицо ледяной морской водой. Красноволосый не шевельнулся, покорно принимая бьющие по лицу холодные капли. — Тебе сколько лет, Ким Тэхён? — фыркнул Чон. — Ты же знаешь, что девятнадцать. — Не похоже, — хмыкнул Чонгук, вытирая мокрый лоб ладонью и искоса поглядывая на собеседника — Ведëшь себя как ребëнок.       Тэхён обиженно отвернулся и надул щëки. — Зануда. Ты можешь хоть немного отвлечься? — Отвлечься?       Чонгук раздражëнно усмехнулся и покачал огненной макушкой. Он резко подскочил к Тэхёну, с лëгкостью закинул его на плечо и понëсся прямиком к морю. Он занëс парня над водой. Тот тихо вскрикнул и испуганно поджал ноги. — Вода холодная как лёд! Я беру свои слова обратно! Беру обратно! Ты не зануда! — заверещал Ким, словно маленькая девочка.       Чонгук довольно усмехнулся и отпустил парня на песок. — Ты худой как палка. Ты вообще хоть что-нибудь ешь? — насмешливо спросил он.       Тэхён скептически покосился на Чона. — Я ем за троих, — недовольно фыркнул блондин. — Я бы позвал тебя поесть, но вряд ли когда-нибудь это сделаю. — Почему же? — заинтересованно спросил Ким. — Я похож на человека, который ходит на свидания?       Тэхён завис, глядя на волнующееся под ногами море. — Что ты сказал?       Чонгук молча прошëл мимо Тэхёна, вновь облокотился на скалу и достал из кармана пачку сигарет. Он закурил, глядя на серые клубы дыма, медленно поднимающиеся и растворяющиеся в таких же блеклых осенних тучах. Тэхён встал рядом, изучающе разглядывая профиль красноволосого. Чонгука что-то тревожило, и он, как обычно, пытался подавить свои настоящие чувства и спрятать глубоко внутри себя. Но Тэхён видел его насквозь. — Наверное, она не хочет меня видеть, — безэмоционально проговорил Чонгук, выдыхая облако терпкого дыма и в который раз глубоко затягиваясь.       Тэхён нахмурился. В мыслях всплыл отрывок из подслушанного вчера разговора дяди. «Думаю, после всего, что произошло, она сама не хочет его видеть». Не может же быть такого, чтобы он говорил о Чонгуке? Или… — Мне кажется, я знаю, где нам искать твою маму.