Заплати за свои грехи

      Домой Рональд вернулся только ближе к утру. Зашел, пошатываясь и стараясь не греметь дверью. Коснулся пальцами висков и поморщился. Несмотря на то, что Рон уже достаточно поспал, голова раскалывалась, и мужчина пытался не корчиться от каждого движения. Тихо простонав что-то о дебильном Винсенте и его заначках алкоголя дома, он сполз по стене вниз, упираясь лбом в колени. Хотелось проспать еще как минимум день.       — Вернулся? — Шон стоял около двери в их спальню, скрестив руки на груди.       — Потише, голова болит, — прошептал Брокен, жмурясь от громкого голоса своего мужа.       — Интересно знать, с кем ты там встречался и где ночевал? Опять, — Шон подошел и присел рядом, поднимая голову Рона за подбородок. — Ладно, это потом. Хреново выглядишь. Помочь до кухни добраться?       — Будь так добр, — прошептал информатор, расслабляясь.       Его мягко подняли за руки и медленно повели вдоль по коридору. Усадили за стол и стали бережно снимать с ног кроссовки. Рональд нашел в себе силы благодарно улыбнуться, зарываясь рукой в короткие и непослушные пряди. На колени ему запрыгнула Куро. Улеглась, свесив хвост, и стала наблюдать за шнурками.       — Не думай, что я не злюсь, — мужчина выпрямился и поставил на стол бокал с водой и палетку лекарства. — Когда придешь в себя, потрудись все объяснить. К нам еще должны прийти гости.       — Вау, и кто же? — Рон схватил бокал и с жадностью выпил ледяную воду и только потом закинул в рот обезболивающее.       — Узнаешь. Почему телефон выключенный был? Я места себе не находил половину ночи.       — Упс, наверное, зарядка села, — информатор пожал плечами и лег на стол.       — Перед выходом я сам лично поставил твой телефон заряжаться.       — Не нуди, голова и так болит. Дай лекарству подействовать и тогда промывай мозги. А еще лучше — дай мне поспать, — мужчина закрыл глаза.       — Еще чего. От тебя алкоголем за версту несет. Не желаю в нашем доме чувствовать этот запах. Поднял жопу и пошел в ванную.       — Хорошо, мамочка-а.       Рональд с трудом встал, прогнав кошку. Но сделав шаг, запнулся о нее, почти падая. Малами, будучи рядом, успел поймать своего супруга до того, как тот поцелуется с паркетом. Закинул его руку себе на плечи под тихий смех и повел в ванную. Там же усадил на бортик и помог стянуть водолазку.       Его взгляд задержался на основании шеи информатора. Коснулся подушечками пальцев, невесомо поглаживая и посылая по телу волны приятных мурашек. Иногда прикосновения спускались на ключицы и плечи. На лопатки и позвоночник.       — Что это? — тихо поинтересовался мафиози, поглаживая кожу.       — Ты о чем? — часто заморгал Рональд и попытался заглянуть туда, где его касались теплые, немного шершавые пальцы.       Шон качнул головой, прикрыв глаза. Убрал руку со свежих царапин и провел до пояса джинс супруга.       — Давай помогу снять.       После водных процедур Рональд уже не клевал носом и не пытался проверить прочность своего лба. Сидел на кухне, разговаривал с проснувшейся Амандой и выглядел вполне себе живым и здоровым. Только немного бледным. В руках у него была большая кружка с кофе, а рядом — пустая тарелка. Куро крутилась возле своей миски с кормом, периодически поглядывая на хозяев. Выпрашивала корм, несмотря на то, что он у нее чуть ли через края не переваливался.       Шон стоял у окна и курил, по старой привычке отправляя пепел в окно. Наблюдал за тем, как медленно плетутся по небу облака, и стремительно пролетают птицы. Смотрел, как дым сносит ветром куда-то в сторону от дома. Вниз старался не смотреть, но краем глаза заметил, как у подъезда остановилось такси, и из машины вышло два человека. Перевел на них взгляд и стал наблюдать, как тот, что пониже и с сумкой для ноутбука, бьет другого по плечу, что-то высказывая. Второй же держит его за руку и почти тащит к дверям.       — Кажется, гости приехали, — в никуда сказал мужчина, отправил окурок в пепельницу и пошел открывать дверь.       Рональд на эти слова только кивнул, продолжая обсуждать с дочерью современную медицину. Девочка с большим вниманием внимала отцу, и, казалось, вот-вот достанет блокнот. Начнет записывать каждое слово, просить остановиться, если не будет успевать. Мафиози фыркнул, наблюдая за этой картиной.       У двери мужчина тихо выдохнул, щелкнул замком и вышел в подъезд, встречать Гилберта с Френом. Достал, было, пачку сигарет из кармана, но вспомнил, что у них стоят датчики дыма, и не рискнул закуривать. Только крутил в руках сигарету, рассматривая то с одной стороны, то с другой. Иногда от его движений табак высыпался на лестничную площадку. Пару раз попал и ему на босые ноги, не желая потом отлипать. Попал и на кроссовки только что подошедшего человека.       — Привет честным работникам! — Гилберт широко улыбнулся, прислонив ребро ладони к виску.       — И вам привет.       Френ промолчал, только кивнул, поправляя ремешок от сумки на плече. Выглядел он явно чем-то очень сильно недовольным. Сжимал руки в кулаки до побелевших костяшек, хмурил брови, а на лбу у него залегло несколько глубоких морщинок. Когда же нужно было перешагивать порог в квартиру — на несколько мгновений застыл, словно не решаясь, но все же сделал шаг, будто ныряя. Глубоко дышал, стараясь шевелиться меньше, и словно съежился. Поникли его плечи, голова опустилась, рассматривая маленький коврик.       — Добро пожаловать. Чувствуйте себя как дома. Обувь можете оставить в любом месте, — Шон жестом окинул коридор. — Сейчас же прошу на кухню. Там поговорим.       — Как официально заговорил, — пробурчал под нос Фишер, снимая кеды. Выпрямился, запустил в волосы руку и кинул взгляд на зеркало. Видимо, то, что он там увидел, его не особо порадовало, так как он скривился и цыкнул, отвернувшись. Поправил футболку, наушники на шее и тяжело вздохнул.       — Хей, расслабься, — Гилберт весело улыбнулся и ткнул локтем парня под ребра. — Не разводи сопли, возьми яйца в кулак и покори этот дом!       — Заткнись, — прошипел Френсис и сделал шаг на кухню.       Только он переступил порог, как застыл на месте. Гилу пришлось его подтолкнуть, чтобы самому пройти. Окинул взглядом стоящего столбом японца, хмыкнул и подошел к Шону у окна, помахав Рональду. Тот же, посмотрев на пришедших, сперва не смог сдержать удивленного выдоха. Его взгляд скользил по старому знакомому, словно ища, где можно зацепиться, на какой детали.       За пять лет Френсис почти не изменился. Брюнет подметил, что белые волосы парня теперь коротко стрижены, а черты лица не столь острые, какими были раньше. И вообще в фигуре нет больше подростковой угловатости. Руки уже не такие тонкие, какими были раньше. Фишер явно все это время не пренебрегал тренировками. И теперь перед Роном стоял довольно молодой и хорошо сложенный парень. Парень, что смотрит на него в упор и не может сделать и шага вперед.       — Френ?..       — Рон…       Хакер все же нашел в себе силы преодолеть расстояние между ними и под пристальным взглядом сразу трех пар глаз коснулся длинных черных волос. Провел по всей длине пряди, задержавшись на кончиках. Аккуратно заправил за ухо, смотря так восхищенно, и, как будто, с неверием.       — Тебе идет такая прическа, — заметил он тихо, тут же закусив губу.       — Я искал тебя три года. Долгих три года по всему миру. Уже похоронил тебя, — прошептал Брокен, смотря в глаза старому знакомому.       — Прости, я…       Френсис слишком резко одернул руку от волос и шагнул назад. Отвернулся, смотря в пол, лишь бы не встречаться взглядом с пронзительной синевой. Мягкой, теплой, такой живой сейчас и настоящей. Не такой, как пять лет назад, когда в ней плескалась злоба, обида и ненависть. К самому себе, не к другим, что были рядом.       Но смотреть и не пришлось, когда его схватили за руку и притянули к себе, обнимая. Заинтересованная Куро крутилась рядом, явно не вспоминая этого незнакомца, которого так трепетно держит хозяин. Поглаживает по спине, закрывая глаза, дыша так спокойно и размеренно.       — Боги, я так по тебе скучал. Знал бы ты, как я скучал по тебе, мелкая ты зараза.       Рональд уткнулся носом в белую макушку и закрыл глаза, улыбаясь уголками губ. Френ нерешительно потянулся к его плечам и осторожно обнял за них. Прикрыл глаза, вдыхая почти забытый запах любимого шампуня информатора. За пять лет он так и не изменил своим привычкам. Даже в таких мелочах, как ходить по дому в растянутых футболках, босиком, словно не боясь заболеть. Пить кофе из огромной кружки, где спокойно помещается пол литра. Не изменился даже в прикосновениях.       — Я вернулся, — тихо, почти шепча, сказал Фишер, слабо улыбаясь.       — Я, конечно, не хочу нарушать вашу идиллию, — Аманда надула губы, смотря на незнакомца. — Но не могли бы вы нас представить? Обычно по правилам этикета это должны делать практически сразу.       — О, точно! — Гилберт быстро затушил сигарету и улыбнулся. — Френ, познакомься, это Аманда Брокен, приемная дочь Рональда и Шона. Эмми, этот дядя Френсис Фишер, старый знакомый твоих отцов и просто отличный человек.       — Так это тебя папы искали так долго? — девочка подпрыгнула на месте, широко улыбаясь. — Рада знакомству!       — Я тоже рад, юная леди, — парень отстранился от Рональда и протянул руку девочке. Когда та вложила в его ладонь свою, он нежно поцеловал ее тонкое запястье.       От таких действий Аманда пискнула и быстро соскочила с места. Хотела убежать в свою комнату, но передумала и побежала ставить чайник. Носилась от полки к полке, вставала на носочки, чтобы достать только самые красивые и удобные кружки.       Фишер улыбнулся, смотря как она старается, и сел за стол, не зная, что можно сказать. Перевел взгляд с брюнетки на свои руки, сцепленные в замок и не решался посмотреть вправо, где как раз сидел Рональд. Гилберт с Шоном сели напротив них, о чем-то тихо переговариваясь. Выражение лица Малами показалось Френсису каким-то болезненным, а Гил смотрел на него серьезно, без лишних эмоций. Парень не стал прислушиваться, о чем они говорят, и поставил на стол сумку с ноутбуком, надеясь, что за это на него не посмотрят косо.       Через некоторое время Аманда поставила на стол четыре чашки с кофе. Френ посмотрел на ту, что была перед ним, и тяжело вздохнул. Обижать юную хозяйку отказом от предложенного напитка не хотелось. Ситуацию спас Гилберт, с широкой улыбкой сообщив, что Фишер такое не пьет. Девочка серьезно кивнула и заменила чашку с кофе на такую же, только с горячим черным чаем. Френ облегченно выдохнул и посмотрел на мужчину, дернув уголком губ.       — Ты же любил кофе, — Рональд медленно перемешивал сахар в своем напитке, подперев голову кулаком.       — Я его и сейчас люблю. Мне его просто по состоянию здоровья много нельзя, — Френсис только мельком посмотрел на мужчину и тут же спрятал лицо в чашке.       — Не надо было так много энергетиков пить, — Шон хохотнул, и с его лица наконец-то исчезла мрачность.       — Не так уж много я их и пил, — пробурчал парень.       — Ну-ну. Пять лет назад в мусорке половину места занимали только твои банки, — Рон улыбнулся, чуть толкнув его локтем.       Фишер что-то недовольно пробурчал и толкнул информатора в ответ. Это перешло в мелкую потасовку, после которой все за столом смеялись.       — А что это мы пьем голый кофе? У нас же есть печенье и конфеты! — Рональд соскочил с места и полез в ящики.       — Ну куда ты смотришь, — Шон закатил глаза и тоже встал. — Мы же еще в прошлом месяце решили их убрать в другое место.       — Ой, решили и решили. Но не сделали же?       — Вообще-то сделали. Нужно чаще дома появляться.       Рональд недовольно фыркнул и вернулся на свое место, наблюдая, как муж ставит на стол две вазочки из хрусталя. Аккуратных, доверху наполненных всевозможными сладостями. Только пирожных в них и не хватало для полной картины. Информатор довольно облизнулся и тут же потянулся за печеньем с шоколадной крошкой.       — За угощение и кофе спасибо, но если честно, мы с Френом пришли не за этим, — Гилберт взял конфету в яркой обертке. — В нашем городе завелся паразит, которого прозвали Кукловодом. На данный момент мы считаем, что произошедшее пять лет назад, а именно конфликт с «Пауками», был вызван его вмешательством. Еще есть подозрения, что и в нападениях на «Мори» виновен также он.       — Какие есть факты и доказательства? — Рональд отложил в сторону надкусанное печенье, напрягаясь.       — Пока никаких, но мы копаем под него, — Френсис вытащил и включил ноутбук. — Сейчас нам известна личность, которая, скорее всего, является Кукловодом.       — Только тебе, Рон, не понравится наше предположение, — Гил внимательно посмотрел на мужчину. — Поэтому постарайся нас внимательно выслушать и не ставить блок, хорошо?       — Мне не понравится только в том случае, если вы подозреваете меня, Шона или Джона с его женой, — информатор фыркнул. — Так, кто этот агнец?       — Винсент Маккарти.       За столом повисла тишина. Рональд смотрел на Шона, который назвал это имя так четко и твердо, что информатор сразу понял — он ни капли не сомневается. Нельзя сомневаться и колебаться, помешивая кофе с таким непробиваемым лицом. Говорить так холодно, словно уже вынес приговор и готов к его исполнению, осталось только поймать осужденного.       — Вы уверены? — вкрадчиво поинтересовался Рон. — Не спорю, Винсент действительно был Кукловодом и им остается. Не спорю даже, что это он начал заварушку с «Пауками». Но в нападениях на «Мори» его вины нет.       — Доказательства, хоть и косвенные, есть. Винсент всегда появляется в том месте, где начинались беспорядки. Глупо считать, что он и здесь непричастен.       — Мне не нужны косвенные доказательства, — отрезал брюнет. — У вас должны быть прямые доказательства этого, если вы хотите заручиться моей поддержкой и помощью. Иначе вы их никогда их не получите.       — Рон, послушай, — начал Френсис. — Мы понимаем, что в борьбе с Фредди он очень сильно помог тебе. Раскрыл много секретов главы «Пауков», дал доступ к мести. Но что если это была часть его плана, а не альтруизм?       — Это и не был, как ты говоришь, альтруизм. Он действительно хотел перевернуть все в свою пользу. Но уже несколько лет никаких попыток для этого не предпринимает.       — Почему тогда Винсент то и дело посещает какие-либо страны, а потом в них начинаются вооружение беспорядки?       — А ты посещаешь страны, когда там уже что-то начинается, и что? Это повод считать тебя Кукловодом? — информатор поднял бровь, смотря на старого знакомого. — Мне лично кажется, что нет.       — Я посещал эти места для того, чтобы вычислить виновника происходящего, только и всего. В больше половины случаев виновен был именно Винсент, поэтому в итоге я сконцентрировался именно на нем.       — О, понимаю. Тебя он так в жопу ужалил, что нужно было его вычислить, — притворно закивал головой Рон. — Но послушай меня, сейчас он сидит и не пытается творить какие-либо козни. Он даже город ни разу не покидал за эти два года, но беспорядки все равно странным образом происходили.       — Никто не отменяет координирование через интернет. Мы еще не знаем, какими технологиями он обладает, раз может обходить моего «Ворона».       — А что ты еще не знаешь? Может, того, что он мне периодически помогал, пока тебя не было?       — Это не то…       — Это то. Ты ушел, когда мне нужен был. Ты покинул нас и сбежал, поджав хвост как трусливая собака! — повысил голос Рональд, ударив ладонями по столу.       — Я не сбегал.       — Ну-ну. Ты просто тактично удалился, решив все за меня и Шона, я прав? Как маленький ребенок испугался. Винсент в отличие от тебя наоборот помог мне не только с Фредди, но и с Джошем. Дал подсказку, где и как искать, чертово секретное имя, когда мы были в тупике без возможности вычислить предателя!       — Рон, послушай…       — Заткнись! Я не желаю слушать твои жалкие оправдания на этот счет. Ты ушел именно в тот момент, когда нужен был больше всего. Когда мы почти добились своей цели, до победы оставались лишь считанные шаги! И в одно утро я нахожу записку с «нам не по пути, прощай, прости»!       — Ро…       — Я сказал — заткнись! — информатор соскочил с места. — Винсент оставался рядом, поддерживал и помогал! Просто, блять, был рядом. А ты мне даже и сообщения не написал! Я тебя искал три года. Ебанные три года, за которые ты все время ускользал, стоило мне подобраться поближе. А тут вдруг вышел на связь, когда появилась возможность обвинить кого-то в каких-либо грехах, к нему не относящихся! Да, Винсента тоже не было три года, но все равно каждый месяц я получал сообщение, которое не требует ответа. Одно простое сообщение, которого я так и не дождался от тебя!       — По…       — Блять, да он даже сейчас рядом со мной! Помогает в работе, когда у меня завал, хотя говорил, как не хочет больше связываться с криминалом. Говорил, что хочет спокойной жизни, но помогает с клиентами и базой данных! Иногда сам дает информацию, которую можно весьма выгодно продать! А что делаешь ты? Имеешь ли ты право его обвинять в чем-то?!       — Ты с ним общаешься? — схватив Рональда за руку, спросил Гил. — Отвечай честно.       — Какая к черту разница?! — мужчина попытался вырваться, но его схватили крепче.       — Правду.       — Не буду я ничего вам говорить! Вы подозреваете моего друга, который нам, между прочим, помог!       — Рон, пожалуйста, — Шон сжал пальцы на столешнице и посмотрел на мужа. — Скажи нам.       В его взгляде было что-то, что заставило Брокена подавиться очередной порцией возмущений и крика. Крепко сжав губы, Рональд посмотрела на супруга, друга и бывшего. Мотнул головой, скрывая за волосами лицо.       — Да.       — Как давно вы общаетесь? — Гилберт отпустил его и вернулся на свое место.       — С момента, когда мы убили Кевина. Он сам вышел на связь.       В комнате повисла тишина. Аманда, решившая заглянуть и узнать, что происходит, застыла в дверях. Отец стоял, опустив плечи, не показывая за спадающими волосами свое лицо, в то время как остальные смотрели кто куда. Новый знакомый девочки вообще смотрел на свои руки и выглядел таким подавленным, что ей почему-то захотелось подбежать и обнять его.       — Вы уже выпили кофе? — осторожно сделала несколько шажочков вперед. — Еще налить? Может, помощь нужна?       — Нет, солнышко, все хорошо, — Шон улыбнулся, но уголки его губ дрогнули. — Мы сами тут справимся, а ты иди, отдыхай. Помнишь, ты хотела книжку почитать?       — Я хотела почитать с папой, но раз он занят… хорошо, если что — зовите.       Брюнетка вышла из комнаты, но не ушла далеко. Села у порога на пол и достала телефон. Лениво листала ленту в соцсетях, прислушиваясь к беседе взрослых.       — Рон, если мы не ошибаемся в Винсенте — то ты можешь быть в опасности, — Гилберт начал мягко. — Если он и вправду нацелен на «Мори», то ты можешь попасть под его влияние, и это неизвестно к чему приведет.       — Например, к тому, что я буду бегать за ним как послушная собачка? — Брокен усмехнулся и сел на свое место. — Выполнять все, что он мне прикажет? Защищать его и заглядывать в рот, ожидая новых приказов? Вы в это хоть сами верите?       — Хорошо, если мы предположим, что это он, то ты поможешь нам поймать Кукловода? — Даркнес чуть наклонился вперед, стараясь заглянуть другу в глаза. — И если у нас появятся прямые доказательства, что он причина смертей среди членов «Мори», ты поможешь нам его обезвредить?       — Сначала собери эти доказательства, — информатор резким жестом поправил волосы, открывая лицо. — А с нападениями на «Мори» я разобраться помогу. Но предупреждаю — Винсент с этим не связан.       Аманда с тихим вздохом встала с пола и побрела в свою комнату. Тяжело села на кровать, окинула взглядом полки с фарфоровыми и простыми куклами, которые ей постоянно дарила бабушка. Протянула руку и взяла первую попавшуюся. Коснулась гладкой белой кожи, приятных и мягких волос, а потом прижала к груди.       Она не любила куклы так, как их любили все девочки в ее возрасте. Она не любила играть с ними, наряжать в различные платья, заставлять кенов и барби целоваться. Не любила, когда пропорции тел у игрушечных людей были деформированы и выставлены идеалом, к которому нужно стремиться. Но она любила их собирать.       За пять лет ее маленькая коллекция выросла почти до двух десятков различных моделей. Некоторые она переделывала, перерисовывала лица, стирая старую краску ацетоном. Некоторым сама пошивала наряды, чтобы они не выглядели открыто и пошло, как говорил папа. А потом обязательно ставила на полку, каждую неделю аккуратно стряхивала с них пыль и расчесывала волосы. Но она ненавидела их безжизненный и пустой взгляд разноцветных глаз. Боялась ночью смотреть в их сторону и всегда отворачивалась, жмурясь.       Отец как-то ее спросил, почему она не уберет их в другое место или не накроет на ночь простынкой. Тогда они не смогут смотреть на нее, и она их не увидит. Но Аманда покачала головой и тихо сказала, что от своих страхов не следует бежать. С ними нужно бороться, чтобы потом стать сильнее. Шон тогда только хмыкнул и на следующий день принес ночник. Мол, в его свете куклы ничего ей не сделают. Аманда его так и не включила.       — Эмми, солнце, ты здесь? — в дверь постучал Рональд. — Мы тут собираемся заказать еды. Можно зайти?       — Конечно, папочка, — девочка осторожно поставила игрушку на тумбочку у кровати.       Мужчина зашел, аккуратно притворяя за собой дверь. Перед тем, как сесть рядом с дочерью, спросил взглядом разрешения. И только после кивка сел, улыбаясь уголками губ.       — Мы тут немного проголодались и собираемся заказать пиццы или чего-то похожего. Шон предлагает так же заказать что-то из горячего, суп или что-то похожее. Чего бы хотела ты? — мягко улыбнулся.       — Не знаю, — брюнетка закусила губу. — Но от пиццы я бы не отказалась. Горячей, чтобы сыр тянулся. И чтобы без грибов! Можно еще бургер с курицей. Но это только в том случае, если не я одна его буду есть.       — Еще было предложение заказать острые крылышки. Как на это смотришь? — хитро прищурился Брокен.       — Положительно! А еще фри с каким-нибудь соусом! И чтобы все такое хрустящее-хрустящее! И свежее, — Аманда довольно заулыбалась и закрыла глаза, словно уже ощущая этот вкус.       — Тогда решено, — мужчина потрепал ее по голове. — Пойду, скажу, что принцесса не против сегодня поесть вредной еды.       Информатор встал и направился к выходу. Когда он уже успел взяться за ручку, дочь его остановила, тихо позвав:       — Пап, подожди. Я хотела тебе кое-что показать, — она говорила нерешительно, комкая в руках покрывало.       — Да? Что-то случилось? — Рональд развернулся и поднял брови, обеспокоенно осматривая девочку.       Та замотала головой, что-то пробормотала и снова взяла в руки куклу, которую крутила до этого. Красивую девушку с длинными черными волосами и невероятно синими глазами. Ее игрушечная улыбка среди всех кукол казалась самой слабой, почти незаметной, а излом бровей был такой, словно она вот-вот заплачет.       — Это мой папа, — начала Аманда, вертя куклу. — Я его очень люблю, ведь он помог мне и показал тепло, — перевела взгляд на застывшего мужчину и показала на него пальцем. — А это кукла. Интересно, у нее есть хозяин или она сама по себе?       — Что ты…       — Не обращай внимания, — брюнетка пожала плечами и поставила игрушку на место. — Просто мысли вслух. Кстати, пиццу я хотела бы тоже с острым соусом.       — Хорошо, — часто моргая, мужчина кивнул и вышел из комнаты, нос к носу столкнувшись с Гилбертом.       — А малявка схватывает все на лету, — друг усмехнулся, смотря на дверь. — Аналогия с куклами, да? Кстати, научи ее, что подслушивать нехорошо. Можно носа лишиться.       — Себя сперва научи, — огрызнулся Рональд, отталкивая его с дороги.       Доставка еды приехала за рекордные полчаса. Курьер быстро отдал несколько больших коробок, пакет с напитками и убежал, протарабанив что-то напоминающее пожелание приятного аппетита.       — Чего это он? — Шон с удивлением смотрел ему в след.       — Может, заказов много? Вот и торопится все успеть в срок? — Рон потеснил мужа, забрал половину из того, что тот держал и гордой походкой направился на кухню. — Ребят, я захватил для вас кучу вредной, но вкусной еды. Налетай! Кто не успел, тот опоздал!       Аманда, увидев логотип своей любимой пиццерии, подпрыгнула на месте с тихим писком и первая подбежала помочь отцу накрыть стол. Гилберт встал следующим, бросил взгляд на молчаливого Френсиса и тяжело вздохнул.       — Поможешь?       — А? — парень поднял голову. — А. Да. Конечно.       Фишер медленно встал, и ему тут же Рональд сунул в руки вилки с просьбой помочь все разместить на столе. Гил, смотря на это, тихо сел с чувством выполненного долга и усмехнулся. Аманда бегала практически у его носа, что-то очень громко рассказывая и уточняя. Хватала тарелки, салфетки, помогала перекладывать пиццу из коробки, расставляла все. Она напоминала свободный ветер и одного рыжего, что так же готовил в…       Даркнес поморщился, закрыв глаза рукой.       — Макс… пять лет. Разве этого не достаточно, чтобы забыть тебя наконец? — прошептал он и улыбнулся уголками губ.       Убрал руку, и его тут же схватили за запястье, утаскивая к столу. Мужчина постарался улыбнуться чуть шире, смотря на радостное детское личико.       — Дядя Гил, пора есть! — весело оповестила брюнетка.       — Да-да, вижу, малявка, — мужчина усмехнулся и потрепал ее по голове.       — Я не малявка! Мне уже тринадцать лет! — Аманда надула губы, отпуская его.       — Для меня ты навечно останешься шкодливой малявкой, что перевернула краски на столе, а потом усиленно все спирала на Куро.       — Но… как Вы… Папа! — девочка притопнула ногой и посмотрела на Рона.       — Да, дорогая? — тот как раз разливал по кружкам пиво.       — Ты все ему рассказал? А обещал, что никому не скажешь!       — Упс? — пожал плечами брюнет. — Ты уж прости, но он позвонил именно в тот момент, когда Шон отмывал бедную Куро от твоих красок. Додумалась же ты ее разукрасить, чтобы подставить.       — Папа!       — Молчу-молчу.       Френсис криво усмехнулся, поправляя тарелки.       Когда половина коробок была успешно опустошена, Рональд предложил всем переместиться в зал и посмотреть телевизор. Никто возражать не стал, но когда все каналы были пролистаны, а диски на полках оказались всем хорошо знакомыми, они поняли, что смотреть нечего. Везде шли или мыльные оперы, или скучные философские фильмы с глубоким смыслом.       — Пап, а может, ты нам сыграешь? — Аманда посмотрела на Шона, сжимая в руках стакан с лимонадом.       — О, отличная идея! — захмелевший Рон потрепал дочь по голове, широко улыбаясь.       — Не думаю, что это будет к месту, — приподняв один уголок губ, попытался отказаться Малами.       — Ну дава-ай, — протянула девочка, надув губы и отталкивая от себя информатора.       — Живая музыка от нашей безликой Тени? — Гилберт довольно усмехнулся, ставя на столик банку пива. — Идеальное продолжение вечера.       — Все же, это будет совершенно не к месту…       — Да давай!       Шон вздохнул и встал с кресла. Прошел к стоящему в углу пианино и откинул крышку, закрывающую клавиши. Френсис удивленно приподнял брови. Видимо, пиво хорошо дало ему в голову, раз он не заметил этот не маленький музыкальный инструмент. Поставил пятку на подоконник и уткнулся носом в колено, вслушиваясь в первые аккорды.       Музыка плавно лилась из-под тонких пальцев мафиози. Нежная, трепетная, она касалась души и оставляла ощущение морской воды на губах. Она казалась свободной, но отчего-то немного грустной. Парень вспомнил, как пять лет играл на скрипке для одного человека.       — Как всегда прекрасно. Но как-то грустно. Лучше бы сыграл «Шутку» от… как его там зовут? — Рональд бесцеремонно сел на край пианино с широкой улыбкой.       — Ты про Баха? — брюнет поднял бровь, смотря на своего мужа. — Могу сейчас тебе его сыграть, если ты слезешь. Сколько раз я говорил тебе, что это музыкальный инструмент, а не стул?       — У, злой муж, злой, — информатор надул губы, слез, но тут же рассмеялся.       — Так, этому больше не наливать, — Гилберт закинул ногу на ногу, ехидно улыбаясь.       — Эй, я не пьян!       — А я разве что-то про это сказал?       Аманда рассмеялась, притягивая к себе игрушечного мишку, и обняла его. Уткнулась носом в его макушку, пряча счастливую улыбку.       Когда Рональду надоели заунывные мелодии пианино, он принес гитару и стал исполнять шуточные песни. За пару не особо приличных получил подзатыльник от супруга, ворчавшего, что при них вообще-то ребенок. Брюнетка же сидела и с жадностью поглощала все нецензурные слова, которые только могла услышать. И за это получила щелбан уже от Гила, который затянул лекцию, что материться — плохо. Особенно маленьким леди. Заткнуть его удалось только повалив на пол и засунув в рот угол диванной подушки.       Френ сидел на подоконнике, прижимая колени к груди, и с улыбкой смотрел на то, как все веселятся и маются дурью. Принимать участие в общем празднике жизни он не торопился, периодически потягивая свое пиво. Только приоткрыл окно и наслаждался прохладным для начала лета ветерком.       Но все его беззаботное настроение испортила подбежавшая Аманда. Она пристально стала всматриваться в его лицо с такой улыбкой, что Френу сразу же захотелось уйти и как можно быстрее. Но пути отступления были перекрыты, а в окно лезть он не хотел.       — Папа говорил, что ты на скрипке играть умеешь, — начала девочка.       — Ну, и? — насторожено поднял бровь парень.       — Сыграешь?       — Скрипку не взял.       — А я взял! — продолжающий лежать на полу Гилберт поднял руку и ногу, в попытке привлечь внимание. Подушка, заменяющая кляп совсем недавно, лежала у него под головой. — Вытащил из твоего чемодана. Кстати, а что так мало вещей с собой взял?       — Даркнес, — хакер прищурился. — А тебе не говорили в детстве, что нельзя лазить в чужих вещах?       — Ой, да брось! Эмми, золотце мое, притащи из коридора мой рюкзак. Позволим нашему маэстро проявить себя.       Френсис с тяжелым вздохом ударил себя по лбу. Бросил мимолетный взгляд на окно и подумал, что девятый этаж это не двенадцатый, прыгать можно.       Рональд, сидя на коленях Шона, сжал банку так, что она чуть слышно треснула, но лицо его оставалось вполне приветливым и дружелюбным.       В конце концов, играть Френу пришлось. Быстро настроив скрипку, он закрыл глаза и приложил ее к шее. Провел несколько раз смычком по струнам, проверяя звучание, и глубоко вздохнул, начиная играть. Аманда села рядом с ним на пол, завороженно смотря на него.       Через некоторое время Шон предложил сыграть дуэтом. Некоторое время они тихо обсуждали, что сыграть, пока остальных гложило любопытство. Пару раз Малами посматривал на Рона, прикусывая губы, и снова возвращался к переговорам. И когда композиция все же была выбрана, все застыли в предвкушении.       Признаться, поначалу дуэт пианино и скрипки звучали немного странно и дико, но знакомые большинству мотивы заставили застыть на месте, не шевелясь. Брокен же не мог отвести взгляда от стены, прекрасно узнавая, что сейчас они играли. Чувствовал, как к горлу медленно подступает ком, а дышать становится все труднее.       Рука сжала бутылку от пива.