Когда две судьбы пересекутся...

Утро Винсента Фантомхайва начиналось раньше, чем у всех остальных в этом доме. Он просыпался всегда чуть раньше будильника и сразу же вставал. Прежде, чем опустить ноги на пол, он бросал мимолетный взгляд на жену, которая, наверное, должна воспринимать этот взгляд как благословение. Муж уже давно не давал ей ничего, кроме этого утреннего взгляда. Но ей было все равно. Винсент чистил зубы и умывался, а затем выбирал выглаженную рубашку белого цвета, хватал пиджак и выходил в столовую. Ещё раньше, чем он начинал завтракать, включался ноутбук. В современном мире сложно работать без этого девайса, Винсент даже не мог точно сказать, когда он долго держал в руках ручку в последний раз. Его работа начиналась даже не тогда, когда он приезжал в свой офис в центре, а с первым куском тоста за кухонным столом. Здесь он листал почту, отмечая среди писем наиболее важные: от старых партнеров, от новых крупных партнеров и многих других. А все остальные письма попадут в руки его помощникам, которые выберут перспективные запросы. Чем занимается Винсент сказать было сложно. Внешне он создавал впечатление бизнесмена очень успешного. Такие часто идут по улице быстрым шагом, поторапливаясь в ближайший бизнес-центр, или нервно стучат по рулю своего авто, застряв в пробке со стаканом кофе из приличной кофейни. Таких можно найти в различных сферах, между собой они различались только лицами, наверное, и ценой костюмов. Но всё было проще. Фирма «Фантомхайв» занималась перевозками различной техники, в основном медицинской, по всему миру. Техника любых масштабов и сотрудничество с крупными и мелкими предприятиями и клиниками это то, в чем находился Винсент повсеместно. Фирма «Фантомхайв» была известна тем, что выполняла не только частные заказы, но и государственные. Хоть они и не были монополистами. Винсент всегда негодовал по этому поводу, осматривая карту мира и те страны, где он всё же не смог получить контракты. Его бизнес-центр это большое здание, снаружи сплошь выполненное из множества стекол. Тёмно-синие снаружи, будучи в тени, они блестели, как жуткие глаза. А внутри сновала сотня человек, убитая жизнью на паршивой работе. Офис встречал его шумом и сонными работниками, которые успели подтянуться на рабочее место чуть раньше. Винсент шёл среди них неспешно и держался холодно, отвечая кивком на приветствия. — Мистер Фантомхайв, — привлекла его внимание взрослая женщина, — здравствуйте. Я уже приготовила Ваш кофе, отчеты по поставкам уже на столе, — она шла шаг в шаг за своим боссом, выдавая информацию ему на ходу. — Также у Вас назначена встреча с Алексисом Мидфордом. Он уже ожидает в кабинете. — Спасибо, Нина, можешь идти, — он сделал глоток кофе из стакана, который всучила ему секретарша, и вошёл в свой, как всегда, темный кабинет. На кожаном кресле возле стены сидел взрослый светловолосый мужчина со сжатыми в тонкую линию губами. Выражение его лица было крайне угрюмым. — Приветствую, — Винсент немного улыбнулся, открывая жалюзи, чтобы в кабинет проникало больше солнечного света. — Прошу, садись сюда, — сам он сел во главе стола и указал на место рядом с собой за столом переговоров. — Здравствуй, — мужчина не сменил своего места, считая, что и здесь всё хорошо слышно и видно. Винсент не потерял уверенности и не стал приглашать «гостя» на новое место ещё раз. Он осмотрел равнодушно какие-то бумаги и переключил внимание на мужчину. — Я бы хотел ещё раз обсудить возможность нашей фирмы взять на себя работу в Германии. Алексис грубо хмыкнул: — Я уже говорил, что не могу предоставить тебе, — он подчеркнул последнее слово особенной интонацией, — такую возможность. Германия один из самых крупных наших партнеров. Винсент взял со стола какой-то листок, покрутил его в руках и кинул по столу. Лист проехал по гладкой поверхности и лёг где-то на середине. — Это, — он метнул взгляд к листу, — мой крупный партнёр. Насколько я знаю, недавно ты пытался наладить с ним связь. Делать такое за спиной будущего близкого родственника немного неправильно. Мужчина сжал ручки кресла и стиснул зубы, сдерживая гневные порывы. Не понятно, что взбесило его: то, что бизнес план провалился или то, что Винсент помыкает им на правах родственника. Чушь собачья. Мидфорд хотел сплевывать горький привкус, который появляется у него во рту, каждый раз, когда Фантомхайв говорит что-то о родстве. — Будущего, — немного погодя, отвечает мужчина и поднимается, — каюсь, провинился. Но контракт я не отдам, — он ещё немного постоял и ушёл, пока молчание не превратилось в неловкость. *** Сиэль шёл по слякотным улицам, размешивая кедами грязь. Даже центр города больше походил на какое-то болото. — Черт, да где же этот магазин, — вертел он головой, читая неброские вывески на зданиях. Он уже продолжительное время пытался найти нужный магазин и на главной улице увидеть его было сложно. Не то потому, что магазин не привлекал внимание и в прошлый раз, будучи здесь, Сиэль его проигнорировал, не то потому, что его здесь и вовсе не было и он перепутал адреса. Но улица была та. Он встретил по дороге ещё три цветочных магазина, но тот, где они выбирали цветы с Элизабет, стал невидимым. Ему всего-то нужно было зайти и согласовать точное время поставки, это заняло бы минут пять от силы. Может быть, десять. Всяко меньше, чем эти поиски. Минуту другую потоптавшись на месте, он свернул в какой-то закуток, где увидел какое-то непримечательное здание. Вывеска гласила «Dolorem». Сиэль подумал, что это странное название для магазина, который искал он, но уже открывал дверь. Колокольчик тихо звякнул. А за ним и тихо закрылась дверь. Юноша осмотрелся. — Ихи-хи, — неожиданно раздалось за стойкой, — таких молоденьких ко мне редко заносит. Тебе не рано? Фантомхайв осмотрел мужчину интересной наружности. Настолько он смотрелся странно и естественно в простецкой атмосфере магазина, что не мог не удивить. Волосы необычайной длины покачивались от каждого движения головы, то и дело прикрывая своего хозяина. Сиэль подумал, что на них хорошо бы смотрелась какая-то шляпа, как у волшебника из книжки. Ассоциация была странная и неуместная. — Извините, я ошибся, — нашёлся он с ответом, — я искал цветочный. — У меня тоже есть цветы, — странный продавец махнул рукой в сторону венков и искусственных цветов и посмеялся. На секунду, взмах его руки и движение головы приоткрыли глаза. Всего мгновение, но этого было достаточно, чтоб увидеть невообразимо зелёный цвет глаз. Сиэль вспомнил, что у него уже есть знакомый с такими же. — Вы носите линзы? — как-то резко спросил он, несмело шагая к мужчине. — Нет, — тот облокотился руками о стойку, а сразу на руки опустил голову, рассматривая посетителя с полуулыбкой. — У Вас очень яркие глаза, — завороженно говорит Сиэль, обдумывая какую-то смутную мысль, — я уже видел человека с такими. — Человека? — улыбка мужчины стала шире. — Это неожиданно. Это ведь большая редкость. — Да, верно, — он замялся, осматривая все вокруг себя и мужчину тоже. Было как-то странно это всё от начало и до конца, — о, что это? — Сиэль поднял с пола чёрное перо и удивлённо покрутил его. — Наверное, с улицы принёс… — Нет-нет, — продавец тихо посмеялся, — это от моего клиента, сложно было ощипывать. Фантомхайв не очень хотел задавать какие-то вопросы после услышанного. Он неловко посмеялся: — А, вот оно что. Тогда верните ему, на память, — сказал Сиэль, уже направляясь к выходу. — Передайте ему сами, — тихо раздалось где-то у юноши за спиной. — Что? — он обернулся, не совсем понимая, послышалось ему, или нет. — Цветочный магазин находится слева за углом, — сказал в ответ мужчина и помахал рукой на прощание. Сиэль заметил, что рука двигалась медленно и тяжело, словно ей что-то мешает. Как только парень вышел за дверь, его окатила приятная прохлада. И, хоть в ритуальном бюро не было душно, дышать на улице стало намного легче. Магазин и правда нашёлся совсем рядом. И фасад здания был оформлен ярко и привлекательно. «Странно, — подумал Сиэль, — я же здесь уже был.» Он даже потёр глаза для верности и ненадолго завис. Наверное, сказывается усталость. Вслед за ним в воздухе извивалось чёрное перо, след в след, точно привязанное на тонкой леске. Сиэль поймал его покрасневшими руками и осмотрел: цвет чёрный, с яркими темно-синими переливами. Такие глубокие оттенки, точно он держал в руках кусочек ночного неба. Завораживающе. От пера шло неестественное тепло, словно он трогал полноценную птицу. Сиэль вдруг вздрогнул и осмотрелся. Странная мысль в голове заставила его спрятать перо в свой карман. Сердце неприятно кольнуло. *** Дома, оказавшись в тепле и скрытый от лишних глаз, юноша вновь достал перо. Оно ничуть не примялось в кармане, оно было гибким и упругим, словно принадлежало очень сильной птице. А может и демону. Он долго гладил его, представляя, что этот кусочек имеет какой-то смысл. Свадьба близилась. И все были на нервах от этой ситуации. Отец находился в странном предвкушении, как и Элизабет, как их мамы. А сам он, как ему думалось, находится где-то далеко от этого. Казалось, будто бы он спрятан в стеклянной коробке, откуда он видел всё: свадебные приготовления, замыслы отца, далекую ему и неприятную суету. Но из коробки его никто не слышал, а, может, игнорировал. Он — радость Элизабет, он — пешка в руках отца, он — жертва равнодушия тех, кто считает эту свадьбу правильным решением. И всё, что есть в его в стеклянной коробочке — воспоминания. — Ай, — шепнул он в пустоту, выдернутый из мыслей неприятными ощущениями. Он и не заметил, как случайно уколол палец кончиком пера до крови. Небольшая капелька смазалась об оперение, но Сиэль уже не обращал на это внимание, он осмотрел кончик и увидел, что он действительно был остро и косо подточен. Это напомнило ему металлические перья для письма, которыми он иногда упражнялся в рисовании. Он точно не знал, можно ли применять воронье перо для письма или рисования вместо гусиного, но решил попробовать. На столе уже лежал пустой лист, а на нем перо, рядом ждала баночка чернил. Но о чем писать он не знал, чувство, что на бумаге должно быть хоть слово, не отпускало его. Сиэль окунул кончик пера в чернила, подождал, пока они немного стекут и пошкрябал лист. Линии получились редкие. «Свадьба», — написал он, а затем густо исчеркал. «Скоро свадьба», — это понравилось ему намного больше, и слова полились сами собой… Скоро свадьба. Знаешь, я бы этого не хотел. Мне даже всё равно, что я надену на свой палец кольцо, или что рядом со мной будет стоять Элизабет на семейном портрете все ближайшие лет 50. Больше всего на свете меня волнуют вопросы где ты? С кем ты? Удивительно, но пока тебя нет в моей жизни, я узнал тебя немного лучше. Наверное, я глупый идиот, полагающий, что такому далекому созданию, как ты, есть до меня дело. Хотя большая часть моей души и верит в это. Всё это долгое время я не чувствовал себя, не знаю, как это возможно объяснить. Все чаще и чаще в голову приходят вопросы где я? Кто я? Я чувствую себя куклой, которая часто вспоминает время, когда она была жива. Я чувствую тепло твоих рук и их ласку, словно эти прикосновения выжгли на мне отметины. Знаешь, я действительно полюбил тёмное существо. Сколько жизней в твоих руках, сколько душ пали жертвами своих желаний перед тобой? Ты — яд, ты — боль и мой самый главный страх в жизни — потерять ощущение твоих прикосновений. Могу ли я продать душу демону тоже, чтобы избавиться от этих чувств?